Пленённые розой

— Вас в одной комнате оставить? — Нет! — брови Рюукена слегка приподнялись, и Ичиго покраснел, поспешно опустив глаза и добавив еле слышно: — Если можно… — Можно, — кивнул Рюукен. — Но если надеешься, что закрытая дверь его остановит, то зря… — Спасибо, герр Рюукен, — Ичиго слегка поклонился. Хозяин замка странно посмотрел на него и, небрежно поклонившись в ответ, ушёл. Ичиго проводил его не менее странным взглядом, потому что так и не сумел понять, кто он — он ужинал вместе с ним и Орихиме, ел обычную человеческую еду, но Ичиго не покидали сомнения, что герр Рюукен — не человек. Карехиме ему об этом спрашивать не хотелось: кажется, она не очень любила разговоры о видовой принадлежности своих знакомых, а Хичиго он сам спрашивать и не стал бы, так как тот сейчас спал, а, если бы Ичиго вдруг заставил бы его проснуться, ему бы немедленно пришлось бы компенсировать это собственной задницей… или ртом — Хичиго в последнее время явно отдавал предпочтение именно этому способу сношения. И после того, как он сам впервые совершил ответный жест, Ичиго начал его понимать… но не оправдывать. Ни его — ни себя. Он падал всё ниже. И в конце концов, надо и правда дать Хичиго отдохнуть — это Карехиме принцесса покормит, а ему ещё на охоту потом надо будет бежать. Ичиго с наслаждением плюхнулся на широкую кровать и завернулся в одеяло. Как же хорошо — и никаких вампиров, розединеров, крови и ран… Крови. И ран. Перед его внутренним взором внезапно появились стеклянные глаза герра Урахары и текущая из раны на его шее кровь; кровь, что забрызгала руки и лицо Ичиго. А потом герр Урахара улыбнулся. …Он с криком подскочил на постели, затравленно озираясь по сторонам. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что привидевшееся ему было всего лишь сном — не воспоминанием даже. Ичиго облегчённо выдохнул и провёл рукой по волосам. Где-то далеко закричала ночная птица. До рассвета ещё далеко, ему надо спать дальше. Вот сейчас он глубоко вдохнёт, выдохнет и успокоится… Тихо скрипнула дверь, и Ичиго подскочил на месте ещё раз. Лунный свет выцепил высокую фигуру в белых одеждах. — Йоу, чудо. Ждал меня? — Хичиго! — сам удивился: восклик прозвучал почти радостно. — Ну да, — лениво согласился он, прикрывая за собой дверь. — А ты что, кого-то другого ждал? Хотя Рюукен ничего, признаю. Ичиго пропустил мимо ушей последнюю фразу своего доппельгангера и поспешно поднялся ему навстречу; его слегка качнуло — наверное, не совсем ещё проснулся — но Хичиго моментально оказался рядом с ним и придержал его за талию и плечи. — Что с тобой? — Кошмар приснился, — неожиданно для себя сказал правду Ичиго. "Да что со мной такое?" — О, — тон голоса Хичиго изменился, и Ичиго обречённо вздохнул: началось. — Так давай я тебя успокою? — его ладонь, лежавшая на талии Ичиго, сползла ниже, и тот охнул. — Обещаю, я тебя так успокою, что ты потом заснёшь как убитый и тебе вообще никакие сны сниться не будут… — …потому что я буду знать, что кошмар в виде сильной боли в мышцах ждёт меня наяву после пробуждения. Хичиго ухмыльнулся. — Смекаешь. И толкнул его на кровать. * * * В замке Рюукена и Урью (у хозяина оказался сын, на вид — пятнадцатилетний мальчик, но Ичиго по-прежнему не доверял тому, что видит) они провели четыре дня. Наверное, провели бы больше — хоть Рюукен с Хичиго и цапались то и дело — но однажды утром Урью сказал фразу, которая всех переполошила: — Отец, я слышал, Йоруичи видели поблизости. Хичиго моментально развернулся лицом к нему. — Её видели рядом? Урью поджал губы и кивнул. — Во Флидере. Карехиме прижала пальцы к губам. — Ой-ой-ой, это же совсем близко… Что делать будем, Хичиго? — Делайте, что хотите, только не тут, — сказал Рюукен. — Я не хочу с ней связываться и наживать из-за вас неприятности на свою голову. — Да, конечно, — Карехиме неуверенно кивнула и взглянула на Хичиго. Он стоял непривычно задумчивый, даже озабоченный. Ичиго стало страшно. Орихиме молчала, но по её побледневшему лицу было ясно, что она тоже поняла: случилось что-то очень и очень плохое. — Мы уходим, — наконец произнёс Хичиго. — Ичиго и Орихиме, вы пойдёте с Карехиме. Карехиме — береги их, — она снова неуверенно кивнула, а Хичиго перевёл взгляд на Ичиго. — Звиняй, чудо, но придётся нам некоторое время побыть вдали друг от друга. — Почему? — а вот теперь стало ещё страшней — это тот Хичиго, что готов был проводить вместе с ним дни и ночи напролёт, собирался вот так просто взять его и отдалить от себя на "некоторое время"? Нехорошо. — Потому что охотится она за мной. Она мой давний враг. — Но почему… — Есть причина, — снова этот тон, который Ичиго прежде слышал только у Карехиме. Тон "я не хочу больше об этом говорить". Ичиго и не стал настаивать: и так понятно, что дело плохо. — Знаете, здесь есть короткая дорога вообще-то… — начал было Урью, но тут же замолк под грозным взглядом отца. Рюукен повернулся к Хичиго. — Эта дорога известна только нашему племени и только мы ею пользоваться и можем. Не обессудь. — Да ладно, я всё понимаю, — Хичиго криво улыбнулся. — Тайны рода дороже и всё такое. — Ичиго, — позвала Карехиме. Он и не дёрнулся, и Хичиго пришлось подтолкнуть его к ней. — Иди, чудо. Встретимся позже. Хичиго тогда ещё не знал, что им по сути и не придётся расставаться. * * * Карехиме выскочила за ворота первой, волоча Ичиго чуть не за шкирку. Орихиме бежала за ними вприпрыжку и тихо причитала из-за "неподобающего обращения со святым отцом". Не будь ситуация столь серьёзной, Ичиго бы точно рассмеялся — или улыбнулся хотя бы. — Да что тут происходит?! — Вот Хичиго и расскажет тебе, что тут происходит… после того, как мы оторвёмся от неё. — От кого? — От меня, детка. Тебя ведь Ичиго зовут? Руку, которую только что держала Карехиме, царапнуло, и Ичиго вздрогнул, уже в следующий миг отлетая в сторону. Где-то рядом закричала Карехиме, и Ичиго попытался встать на колени. Голова кружилась, во рту ощущался солоноватый привкус крови… когда только успел?! — Прочь, девка, ты мне не нужна. — Карехиме, БЕГИ! Теперь Ичиго смог рассмотреть силуэт высокой женщины — и тоненькую фигурку Орихиме у её ног. Высокая женщина отвернулась от неё, и в тот же миг обзор Ичиго заслонила белая ткань. — Хичиго… — прошептал он. Тот усмехнулся, не глядя на него. — Звиняй, чудо, не могу тебя и на секунду оставить: такой уж ты сладкий… — он тоже говорил шёпотом и к концу фразы голос его стал совсем тихим. Словно бы он не хотел, чтобы та женщина услышала его. Ичиго еле-еле смог подняться на ноги, слегка придерживаясь за ствол дерева рядом — теперь он мог рассмотреть получше женщину, что напала на них. У неё была странная внешность, словно бы она была иноземкой — очень смуглая кожа и тёмные волосы — и горящие зловещим жёлтым светом глаза — словно бы она была и не человеком вовсе. — Хичиго, — на красивом, в общем-то, лице появился такой животный оскал, что Ичиго вмиг стало не по себе. — Йоруичи, — Хичиго достал меч. Ичиго прислонился спиной к стволу и прикрыл глаза: это битва не на жизнь, а на смерть. А ему даже двигаться трудно, почти невозможно. Их схватка была короткой и виделась Ичиго лишь как мелькание двух пятен — кипельно-белого и тёмного. Он видел, как на кипельно-белом начало растекаться багровое, видел, как тёмное пятно метнулось к нему самому, видел — и не успел даже вскрикнуть… * * * Хичиго замер на месте, даже не пытаясь зажать глубокую рану на плече. Йоруичи ухмыльнулась, прижав Ичиго к себе покрепче и положив ему ладонь на горло. Хичиго знает: одно движение — и его рыжему чуду не жить. — Какой красивый мальчик… такой юный… такой чистый… — проворковала Йоруичи, проводя ладонью по шее Ичиго, запуская когтистые пальцы в вырез его сутаны. — Он ведь твой доппельгангер, верно, Хичиго? Ты ведь любишь его? Больше всех на свете, да? А что… — ладонь вернулась на горло. — …если я сейчас сверну его тонкую шейку, а? Ты будешь плакать, Хичиго? Тебе будет больно? — из её голоса исчез всякий намёк на игривые нотки. — Мне вот было больно, когда ты убил на моих глазах такого же юного мальчика. Хотя нет, он был ещё младше, ему было четырнадцать. Ты помнишь четырнадцатилетнего мальчика, которого ты убил на моих глазах, хотя я умоляла тебя этого не делать? Ты помнишь, как я плакала?.. Хичиго отбросил в сторону меч и сложил руки в молитвенном жесте… еле вспомнил его, спасибо Ичиго. — Йоруичи… брось… отпусти его, убей меня… он не виноват… — "НЕ ВИНОВАТ"?! — её лицо исказилось от гнева, пронзительные жёлтые глаза запылали ещё ярче. — В ТОМ-ТО И ДЕЛО! МОЙ БЬЯКУЯ ТОЖЕ БЫЛ "НЕ ВИНОВАТ", НО ТЫ УБИЛ ЕГО! Они смотрели друг другу в глаза не отрываясь. Хичиго казалось, что прошла целая вечность. А потом Йоруичи отшвырнула Ичиго в сторону и одним прыжком оказалась рядом с ним. Хичиго и не пытался сопротивляться, когда она схватила его за волосы, заставив сильно выгнуть шею; не испугался, когда горящие гневом кошачьи глаза оказались прямо напротив его. — Не волнуйся, я тебя не убью, — будничным тоном сказала она. — И его не убью. Я ненавижу тебя всеми фибрами своей кошачьей души, но я знаю боль от потери любимого, и это не та боль, которую можно пожелать испытать даже тому, кто сам отнял чужую драгоценность. А мне, — дёрнула его за волосы, заставляя ещё сильнее выгнуть шею, наклонилась ниже, — достаточно ужаса, который ты ощутил при мысли, что вот-вот потеряешь его… — брезгливо дёрнула рукой, разжимая пальцы, выпрямилась во весь рост, глядя на него сверху вниз. — Стань сильнее, Хичиго, — иначе ты не сможешь его защитить. А ты, — перевела взгляд на Ичиго, — поскорее стань таким же, как он, чтобы самому мочь себя защитить. Видишь ли, у вампиров есть преимущество — ими можно стать… в отличие от оборотней, — Хичиго закрыл глаза и сглотнул, услышав горечь в последних словах Йоруичи, а, когда открыл их, её уже не было рядом. Только перепуганный Ичиго и его огромные карие глаза… живые глаза. Хичиго слабо улыбнулся и поманил его к себе. * * * — Что ты сделал? Ичиго слишком долго терпел, не задавая этот вопрос. Впрочем, его можно было бы и не задавать вовсе — Йоруичи сказала достаточно, чтобы можно было сделать логичные выводы. Но ему хотелось, чтобы Хичиго рассказал это сам, хотелось знать, почему он поступил так… бесчеловечно? "Потому что он вампир", — мрачно подумал Ичиго, глядя в печальные глаза своего доппельгангера-возлюбленного. — Это было очень, очень давно, но я помню, как его звали — Кучики Бьякуя. Темноволосый синеглазый мальчик четырнадцати лет, наследник древнего аристократического рода. Я поймал его. Я не собирался выпивать у него всю кровь, не собирался убивать его, но… я увидел Йоруичи. Я помню, как глаза её округлились, когда она увидела нас. Она умоляла меня остановиться, но почему-то не спешила сама меня остановить. Думаю, мальчик не знал, кто она такая, и думал, что она просто молодая красивая фройляйн, — Хичиго хмыкнул. — А ей, на минуточку, уже восемьсот с лишним лет, даже немного больше, чем мне, — он опустил взгляд. — Я не остановился. Мне доставляло наслаждение ощущение власти над такой могущественной женщиной, а потом… потом я увидел в её глазах всю бездну её любви к этому мальчику, и мне резко стало плохо — у меня такого не было, а я так хотел, так хотел… И мои челюсти просто сжались, невольно, я не хотел, но… так получилось. Я прокусил ему шею. Тут же опомнился, пожалел, но было уже поздно, мальчик умер мгновенно — да по-другому и быть не могло… Я сбежал, а она и не пыталась меня догнать. Но я до сих пор помню тот её крик, крик раненной в самое сердце кошки… Наступила тишина. Хичиго сидел, не поднимая головы, а Ичиго не знал, что сказать. И Карехиме как назло была далеко. Как и принцесса. — Прости меня, — Ичиго вздрогнул, поняв, что Хичиго обращается к нему. — Я тогда не мог и примерно представить себе всю значимость любимого человека… у меня тогда и Карехиме ещё не было, я… — Ичиго накрыл ладонью его губы. — Тебе не надо извиняться. Передо мною ты ни в чём не виноват — ну, точнее, виноват не больше, чем обычно — а Йоруичи твои извинения явно не нужны. Так какой смысл сотрясать воздух? — Ичиго слегка пожал плечами, и его тут же за эти плечи схватили. — Ты — чудо, ты знаешь? — Хичиго выглядел непривычно серьёзным. — И это не просто моё обращение к тебе, а самая настоящая правда. — Интересно, у вампиров бывает помешательство рассудка?.. — спросил неведомо кого Ичиго, когда Хичиго обнял его и еле слышно шепнул: "Спасибо". — Пожалуйста, — добавил он и обнял Хичиго в ответ. В миле от них сидевшая на верхушке сосны Карехиме довольно улыбнулась.