Цветы зла*

И дождь сквозь плащ и капюшон, И пробегает дрожь, и страшно и смешно, И тесно облакам и кругом голова, По буквам, по слогам возьми мои слова И брось к её ногам. Скажи, что я её люблю, Без неё вся жизнь равна нулю, Из-за неё вся жизнь равна нулю. (с) «Сплин» - «Скажи, что я ее люблю»

Уже в дороге воительнице в голову стали лезть разные мысли. Она не знала, поверят ли ей Локи и Фанд, не умела правильно сообщать такие новости. Да и кто ей Гвен? Пусти она сейчас коня рысцой, а не галопом, одним противником у нее станет меньше…Хельга знала, что в Етунхайме ее не любит никто, кроме Фенрира. Воительница закусила губу и обернулась на ставшую уже такой маленькой хижину. Раньше она, возможно, так бы и поступила. Впрочем…нет, вряд ли. Колебалась бы дольше, но к решению бы пришла такому же. Хельга всегда предпочитала честный бой и не любила добивать лежачего. Гвендолин сейчас была не врагом, а сестрой Фенрира. А это многое меняло. Отношения Хельги и оборотня начались как легкое, ни к чему не обязывающее приключение. Воительница упустила момент, когда стала воспринимать Фенрира больше, чем просто любовником. Порой ей казалось, что это произошло с первого взгляда, просто она боялась себе в этом признаться. Хельга тряхнула каштановой гривой: да что это с ней? Она сказала Баргу, что все здесь ошибаются на ее счет, а сама трусит и колеблется. Воительница выругалась: когда она в последний раз дала слабину, ее отношениям с Фенриром едва не пришел конец. Отбросив сомнения, воительница пришпорила коня. Она успела вовремя: Локи и Фанд с Риком объявились часом ранее. Локи лишь вопросительно приподнял брови, сообразив, что случилось нечто из ряда вон выходящее: Хельга никогда не покидала замок в одиночку. - Могу я поинтересоваться, что означает твой вид? Ты похожа на лесную ведьму, - холодно проинформировал ее Локи. - Плевать, - искренне откликнулась Хельга. Собственный внешний вид мало ее заботил. Взглянув на Фанд, она слегка смягчилась: - На самом деле за время вашего отсутствия кое-что случилось. - Достав кинжал, она продолжила: - Здесь побывал Стейн. И...его жертвой стала Гвен. Мне жаль. У Фанд потемнело в глазах, она рухнула на пол как подкошенная. Локи бросился к жене, взял на руки и отправился в царские покои, а воительница сочувственно посмотрела им вслед: все же Гвен их дочь. Но сейчас нужно было заняться делом. При виде Рика в ней закипало давно забытое чувство, которое мог всколыхнуть только он. Подойдя к смертельно побледневшему наемнику, она взяла кинжал со стола и яростно прошипела: - А теперь скажи: откуда у Стейна мой кинжал? Я совершенно точно помню, что он остался в Ванахейме! - Кинжал он взял сам, - твердо ответил наемник. – К этому я не имею ни малейшего отношения! - Возможно, - чуть успокоившись, произнесла Хельга. - Но к яду, которым он смазан, ты имеешь прямое отношение! - Постой, это что же, тот самый…-содрогнулся Рик. - Именно, - с жутковатой улыбкой кивнула воительница. – Что ты теперь будешь делать…командир?! Из бледного лицо Рика стало белым, но Хельгу это не впечатлило. Коротко, не размахиваясь, она ударила его в челюсть. Молодой человек отлетел на несколько шагов. - А теперь я жду объяснений! – прервал их вернувшийся Локи. - Этот кинжал когда-то подарил мне Стейн, - повернулась к нему Хельга. – Не знаю, зачем он выбрал его для покушения. То ли хотел меня подставить, то ли знал о яде и хотел убить моим же оружием. Дело вот в чем: ядами баловался… - Яд изготовил я, - прервал ее Рик. Увидев недоверчивое выражение лица Локи, он поспешил пояснить: - Клянусь, это правда. Мы с Хельгой дружили, когда были детьми. Теперь я вспомнил этот клинок. Хельга вздохнула с облегчением: дело двинулось с мертвой точки. – Я помню, ты говорил, что жертва умрет не сразу, а сперва погрузится в некое подобие сна, - настойчиво произнесла она. Даже дышать перестанет и… - Гвен уснула? – резко спросил Локи. Хельга кивнула, а повелитель Етунхайма продолжил допрос: - Когда? - Несколько часов назад, - убрав со лба прядь волос, ответила девушка. – С ней остался Фенрир. - В ядах не только Рик знает толк, - нахмурившись, сообщил Локи, составляя в голове рецепт противоядия. Не дожидаясь ответа, он поспешил в свою лабораторию, оставив воительницу наедине с Риком. На молодого человека было жалко смотреть. Когда-то это было юношеским увлечением, не более. Рик тогда никому даже не рассказал о своем изобретении, кроме Хельги. Ему даже в голову не могло прийти, что спустя годы это оружие обратится против кого-то. Он давно забыл о яде. И даже в страшном сне не мог помыслить, что это произойдет по вине его брата. - Глупец, жалкий глупец! Мне же говорили, что ему нельзя доверять, - простонал Рик, прижавшись к холодной стене. - Он заплатит мне за это… - Стейн и твоя месть могут подождать. Гвен – нет, - резко оборвала Хельга. – Соображай живее, ты всегда придумывал противоядия к своим зельям! - Не знаю…Я не уверен – все же прошло так много времени, - беспомощно взглянул на нее наемник. Хельга выругалась и еще раз ударила его, на сей раз наотмашь. Ее всегда впечатляла сила духа друга, сейчас она была нужна как никогда. Вместо этого он опускает руки, а Хельга ничего не могла с собой поделать: она не любила слабых людей. - Что с тобой стало? Раньше ты мог приготовить любую отраву, и, поговаривали, даже мертвеца оживить способен. Или… - неверно истолковала Хельга его замешательство, - у тебя есть личные причины желать гибели Гвен? - Да я люблю ее больше жизни! – вырвалось у Рика при последнем обвинении. – И если не справлюсь…Если что-то пойдет не так… Я себе этого никогда не прощу, понимаешь? Воительница растерялась, когда прозвучало это признание. Ей было прекрасно известно о юношеской привязанности принца Бранда к своей невесте и печальном исходе этого романа. Хельга знала Рика лучше, чем он думал – она умолчала о многом. И после разрыва помолвки воительница пришла к выводу, что время, конечно, частично притупит боль потери. Но полюбить кого-то вновь... Присмотревшись, Хельга увидела, что у всегда такого хладнокровного наемника дрожат руки. Она помнила Бранда другим. Рика, впрочем, тоже. - А бездействие, выходит, простишь? – с трудом взяв себя в руки, спросила она. Наткнувшись на виноватый взгляд карих глаз, воительница обняла его и с энтузиазмом продолжила: - Ну же, соберись. Ты все вспомнишь, у тебя получится, я знаю. Всегда получалось… Рик отрешенно кивнул. Хельга была, как всегда, права: нужно действовать, иначе Гвен погибнет по его вине. Не дожидаясь, пока наемник все обдумает, воительница поспешила к двери, за которой скрылся Локи. В этом коридоре не было стражи – то ли повелитель Етунхайма опасался лишних глаз и ушей, то ли ставил опасные опыты. Хельга пришла к выводу, что одно не исключает другое. - Локи? – позвала она, шагнув в пустой коридор. Сняв со стены факел, воительница увидела дубовую дверь. Не раздумывая, она с силой постучала. Спустя некоторое время ей открыл Локи. – Я говорила с Риком, - выпалила Хельга. – Он вспомнит рецепт противоядия и… - Может, вспомнит, а может, и нет, - вспылил Локи. – Я не намерен рисковать жизнью единственной дочери из-за прихоти его памяти. Пока что воспоминания играют на руку только Стейну. А Рик пусть пользуется моментом и убирается из Етунхайма – не будь Гвен в опасности, я бы просто повесил его. - Он может помочь, - настаивала воительница. – Времени не так много, он называл тогда срок… - Какой срок? Неделя, две? – допытывался Локи. Алхимия не терпела неточностей. Внешне ледяной, он опасался провала не меньше Рика. - Три дня. Уже меньше, - поправилась Хельга. Зеленые глаза повелителя Етунхайма расширились. Что можно сделать за три дня, не зная состав яда? Это впустую растраченное время и ценные компоненты, которых, к слову, не так много. - Рик уже делал это раньше. Готовил противоядие, - добавила девушка, заметив, что он колеблется. - И на ком же он испробовал? – зло поинтересовался Локи. - На себе, - раздался за спиной Хельги голос Рика. – Неоднократно. На разных стадиях действия яда. Локи взглянул на молодого человека со смесью интереса и раздражения. На самоубийцу Рик не был похож. Неужели так уверен в собственных силах? Так или иначе, его можно использовать. - Я правильно понимаю, что противоядие тоже вредоносное? – вкрадчиво спросил он. Наемник кивнул. – У меня иммунитет к ядам. То, что получится, нужно на ком-то испытывать. Отвезешь противоядие Гвен…если выживешь, конечно. - Согласен, - безжизненным голосом ответил молодой человек. Решительный тон и выражение лица Локи не оставляли сомнений в том, что он пойдет до конца. Как и в том, что жизнь наемника для него не стоит фальшивой монеты. Хельга поняла, что, пытаясь помочь Гвен, загнала себя в собственную ловушку. Повелитель Етунхайма сделал приглашающий жест и скрылся в дверях лаборатории. - Рик….Подумай, - пошла на попятный воительница. – Локи может справиться и сам, наверняка… - Я останусь, - твердо ответил молодой человек. – Это лучшее, что я могу сделать. Прошу, не отговаривай меня. Это бесполезно. Воительница часто заморгала и промолчала, боясь, что голос выдаст ее. Он всегда был упрямцем, не страшившимся опасности. Поэтому она всегда уважала его, признавала командиром. Она была уже в дверях, когда услышала: - Хельга! – закусив губу, девушка обернулась. – Пообещай мне кое-что. Вряд ли я выберусь отсюда живым. Разве что прямиком на виселицу. Но Гвен должна выжить. Локи ее отец, но ты мой заместитель. Больше мне просить некого. - Сделаю, - коротко ответила воительница. - И еще…там я сказал, что… - Не переживай, командир, все будет сделано в лучшем виде, - прервала Хельга. Они оба были военными людьми, немало повидавшими вместе. Рику не нужно было говорить, чтобы Хельга позаботилась о том, чтобы Гвен узнала о его чувствах, если он погибнет. И умолчала, если выживет. Воительница все поняла без слов. - Спасибо, - искренне поблагодарил Рик, сжав ее широкую ладонь в своей.