Цветы зла*

Где ветром стонут - слышишь - озорные леса, Лукавая фея творит чудеса: подманит взглядом, сгинет меж высоких стволов и иверни счастья залечит в одно, и засмеется рядом, расплескав колдовской настой - Сама безумить рада, без причин уводить с собой (с) Наталья Маркова и гр. «Двуречье» - «Иверни счастья»

Наутро Фанд проснулась от стука в дверь. Обернувшись на соседнюю половину постели, она лишь вздохнула: проведя бурную ночь, Локи рано ушел, как обычно. У его отсутствия был один существенный недостаток – ей придется встать, одеться и открыть дверь. Плюнув на платье, она взяла отороченный мехом халатик – благодаря заклинаниям Локи в их спальне было вовсе не холодно – и нехотя встала. Взглянув на себя в зеркало, Фанд решила, что лучше хотя бы умыться. Кое-как приведя себя в порядок, она направилась к двери. - Что тебе нужно? – резко осведомилась она. – По-моему, вчера мы все выяснили. Локи был прав: она не сможет вытащить Фенрира из той трясины, в которую он сам себя загоняет. И никто не сможет без его помощи. Поэтому сейчас Фанд понадобилась вся ее сила воли, чтобы голос прозвучал хотя бы строго. - Можно я хотя бы войду? – стараясь на нее не смотреть, спросил оборотень. Вздохнув сида впустила его и закрыла дверь. – Прости, я не должен был вчера говорить…того, что сказал. - Почему? – удивилась девушка. – Ты сказал, что думаешь. Полуправду, как всегда. По-твоему, мы оба шлюхи, только ты носишь штаны, а я – юбку. - Фанд… - Не самый плохой вариант, - продолжила сида. – К тому же… - Ты не носишь юбку, - негромко прервал ее рассуждения Фенрир. Сида про себя выругалась. Раз Локи такой умный, пусть сам и занимает нейтральную позицию! А она так не умела и хотела учиться. В последней фразе оборотня было куда больше извинений, чем в дежурном: «Прости», и Фанд это почувствовала. Ее отношения с Фенриром были проще и сложнее одновременно. - Ладно, я думаю, мы оба будем себя чувствовать лучше, если сделаем вид, что вчерашнего разговора не было, - сказала Фанд. - Ты не виновата, что у меня любовь сродни болезни, просто…мне некому больше это сказать, понимаешь? – негромко спросил оборотень, опустив голову. У Фанд сжалось сердце. Она привыкла, что он сильный, а выдержка и самообладание Фенрира не уступают отцовским. Но сейчас она видела: если его не поддержать, он сломается. - Понимаю, - ласково отозвалась она, сев рядом и сжав его руку. – И…это нормально. - Нет, я не думаю, что мое превращение в тряпку можно назвать нормальным, - резко произнес оборотень. - Послушай, - мягко начала Фанд. – Ты столкнулся с целым миром прежде неведомых тебе переживаний. Сперва все было хорошо и радостно, потом ты столкнулся с трудностями, но все же преодолел их. Я по-настоящему гордилась тобой с тех пор, как увидела в Ванахейме. Глядя как ты борешься за свое чувство с отцом, с сестрой, даже со мной. - Иногда любви бывает недостаточно, уж кому это знать, как не тебе, - с горечью произнес Фенрир. Фанд поняла, что нужно действовать иначе. Ее слова потом будут лестны для оборотня, но сейчас нужно что-то другое. - Я не думала, что ты вообще кого-то полюбишь, - помолчав, сказала она. – Возможно, мне не следует в этом признаваться, но это правда. Слишком ты избалован женщинами, чтобы ограничиться лишь одной. Но твое сердце решило иначе. - Какой прок с этих слов, если я не могу найти Хельгу? Я не могу даже в себе разобраться и понять, нужно ли мне ее искать! - воскликнул молодой человек. - Нет, не нужно. Она этого не хочет, - тихо сказала сида, опустив глаза. Фенрир подобрался как зверь перед прыжком. - Что? У тебя есть от нее какие-то известия? Она связалась с тобой? – забросал он вопросами Фанд. Та не знала, что ему ответить. Те крохи, что она знала, могли вернуть к жизни оборотня, а могли и погубить. - Она ушла в Альвхейм вместе с Риком и твоей сестрой. Гвен передала, что Хельге нужно время, - сдалась сида под горящим взглядом Фенрира. - И ты говоришь мне это только сейчас? – прошептал он. – Куда бы я ни посмотрел, я всюду вижу Хельгу. Она снится мне каждую ночь. Мысленно я все время прошу у нее прощения и… - Я не знала, как ты к этому отнесешься, - намотав локон на палец, ответила Фанд. – Тогда ты был в таком состоянии, что превратился бы прямо в шахте и попытался бы прорыть лапами тоннель до самого Альвхейма. Я и сейчас не уверена, что поступаю правильно, рассказав тебе это. Пойми: Хельга не готова вернуться. Но с ней твоя сестра, что внушает некоторую надежду. - Думаешь? – неуверенно спросил Фенрир. - Гвен просила передать, что ты осел, так что… она на твоей стороне, - многозначительно приподняла брови Фанд. – И она попытается убедить Хельгу простить тебя. Если, конечно, ты готов принять ее после…случившегося. - Я не должен был ее отталкивать. Она едва начала мне доверять. Хельга же приняла меня. Даже когда я признался, что оборотень. Боялся, что она порвет со мной под благовидным предлогом. Многие бы так и поступили. Хельга не отказалась от меня, а я…подвел ее, - взяв себя в руки, ответил Фенрир. На это Фанд нечего было возразить. К тому же было несколько нюансов, к которым она решила подготовить оборотня. - Я верю, что Гвен сделает все, что в ее силах, но это не значит, что Хельга согласится вернуться. К сожалению, иногда нам выпадает любить тех, с кем мы не можем быть. Это тяжелая ноша, но такова жизнь. Пообещай мне, что если Хельга решит не возвращаться, тебе хватит сил отпустить ее, - ласково попросила Фанд. Фенрир долго смотрел на нее оценивающим взглядом. Наконец, он ответил, тщательно подбирая слова: - Я обещаю ждать, сколько потребуется, дать ей столько времени, сколько она захочет. Пусть думает, приходит в себя или что там ей еще необходимо сделать. Я не стану мешать. Если она не захочет видеть меня, я пойму и приму ее выбор. Я не стану преследовать ее, даю слово. Но не проси меня забыть и отказаться от Хельги – этого я сделать не могу и не хочу. Фанд не стала настаивать на большем – он пообещал ждать, это уже можно считать прорывом. В этом ожидании теперь сосредоточится смысл его жизни, но иного выхода заставить его собраться сида не придумала. Как всегда, она поступила вопреки советам Локи, пошла на поводу у эмоций. Оставалось лишь надеяться, что ее очередной порыв обернется благом для Фенрира. После этого разговора оборотню и впрямь стало легче. Во всяком случае, он стал больше есть и меньше пить. Впервые с тех пор, как Хельга покинула замок. Иногда Фенрир даже улыбался, но редко. И он…изменился. Сиде становилось не по себе, когда она видела улыбку этого нового Фенрира. Не было в ней ни озорства, ни лукавства. Казалось, он был прав – и то, и другое Хельга забрала с собой. Он несколько раз переставал быть тем волком-оборотнем с заразительным лающим смехом, но всегда становился собой. А сейчас это была улыбка взрослого молодого мужчины с богатым, но грустным прошлым. Фанд скучала по нему прежнему, но поделать ничего не могла – хотя бы он перестал так терзаться и согласился ждать.

***

Прошло уже одиннадцать месяцев с тех пор, как Гвен и Рик поселились в Альвхейме. Этот мир полностью оправдал все чаяния молодого человека. Здесь им были рады, дали кров над головой и работу. Возвращаясь домой и видя улыбку любимой девушки, он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Хельга, как и обещала, приезжала несколько раз, но всего на пару дней – то ли не хотела сыпать соль на едва начавшую зарубцовываться рану, то ли ее действительно ждали неотложные дела, как она говорила. Ее визиты в основном приходились на отсутствие Рика, так что развлекать гостью приходилось Гвен. Впрочем, обе находили это приятным времяпрепровождением. Им было что обсудить. - Тебе скоро придется серьезно поговорить с Риком, - сказала однажды воительница, зная, что друг ушел на охоту. – Я примерно предполагаю его реакцию, но… - Я знаю. Это не так просто, как кажется, - ответила Гвен. - Послушай, что страшного в твоей маленькой хитрости? – пожала плечами Хельга, взявшись за куриную ножку. – По сути, что ты сделала? Он хотел напоить тебя приворотным зельем – ты его выпила. Ты-то в чем виновата? - Перестань, ты же прекрасно понимаешь, что я имею в виду, - закусила губу Гвендолин. – И без тебя у меня бы не было такого шанса. Он бы меня действительно просто опоил. - Брось! Я, конечно, не маг, но даже мне известно, что подчиняющая сила зелья испаряется, если тот, кто его пьет, знает, что он пьет, - отмахнулась воительница. – Ты сама сделала выбор. Думаю, Рик будет рад. - Но если бы ты меня тогда не предупредила, что он готов зайти слишком далеко, я бы превратилась в его марионетку, - вздохнула Гвен. - Это лирика и детали, - сделав большой глоток рома, откликнулась Хельга. – Ты и так на него засматривалась, кто виноват, что он не умеет замечать очевидного? Я всего лишь…подтолкнула тебя в верном направлении. Не люблю, когда у женщин отбирают право выбора. Ты сама захотела выпить то зелье. Для храбрости. Тоже выход – у меня ром, у тебя…напитки поэкзотичнее. - Мне так действительно проще, - смущенно призналась Гвен. – Он думает, что я приворожена и… - …Не задает лишних вопросов? – рассмеялась воительница. – Да, но ты же помнишь, что осталось всего полтора месяца. Не сомневаюсь, что Рик тоже думает об этом. - Я понимаю, что это глупый страх, но он от этого не испаряется, - помедлив, Гвен добавила: - А вдруг будет как… - Как у меня с твоим братом? – перебила ее Хельга, сразу посерьезнев. – Налей-ка еще выпить. - Прости, я не хотела бередить, - чувствуя себя не в своей тарелке, пробормотала Гвен, плеснув рома ей и себе заодно. - Все в порядке, эта тема ведь не может оставаться запретной вечно, правда? – задумчиво спросила воительница саму себя. – Тебе нечего бояться. У Фенрира была ко мне…страсть. Сильная и разрушительная, но страсть. И в пламени этой страсти он сжег себя, а потом – и меня. Потому-то я и ушла. Не только из-за той девицы, а… - Ты хотела сохранить те остатки своего чувства, которые еще не успел уничтожить Фенрир? – озвучила Гвен ее мысли. Воительница неуверенно улыбнулась и парой глотков осушила кружку. - Плохо, когда твоя подруга – телепатка, - заявила она, попытавшись сгладить повисшую между ними неловкость. – Иногда я забываю, что от тебя невозможно что-то скрыть. - И ты все еще любишь его, - это был не вопрос. – Послушай…я знаю, Фенрир не идеален. Он совершил немало ошибок, в том числе и по отношению к тебе. Если бы ты вернулась и выслушала его, я уверена… - Я много раз думала о том, чтобы вернуться, - тихо сказала воительница. – Но...как ты думаешь, сколько шлюх успел за этот год сменить твой брат? То-то же. Внушительные цифры резко заставляют меня передумать и снова попытаться не вспоминать о нем. - Сомневаюсь, что ему было до шлюх, когда ты ушла, - сообщила Гвен. - Перестань, у меня же были мужчины до Фенрира, - фыркнула воительница. – Мне знаком такой тип…Да никто и не ждет от него верности до конца жизни, это глупо. Гвен внимательно посмотрела на девушку, по иронии судьбы ставшую ей верной подругой. Если бы год назад ей сказали, что она подружится с Хельгой, Гвен бы рассмеялась в лицо этому человеку. Однако она не только подпала под обаяние воительницы, но и считала ее лучшей спутницей жизни для брата. И Хельга его до сих пор не забыла… - Я понимаю, что Фенрир порой производит впечатление легкомысленного и инфантильного юнца, - подняла Гвен руки в примирительном жесте, видя, что Хельга собралась протестовать. – В нем странным образом уживаются два совершенно разных человека. Я до сих пор не понимаю, как ему это удается, но…вы с ним в этом безумно похожи. - Ты что несешь?! – возмутилась воительница. - Как в нем живут зверь и человек, так и в тебе…Ты расчетливая стерва, но при этом у тебя доброе сердце, которое ты прячешь за своими доспехами, - улыбнулась Гвен. – И Фенрир это в тебе разглядел. Только не смей отрицать, я телепат, забыла? - Забудешь тут, как же, - пробормотала Хельга, снова потянувшись к кружке. – Как ты со мной общаешься, а? Я же несу редкую чушь, когда напьюсь! - Ты почти не пьянеешь, - фыркнула Гвендолин. – Так что не притворяйся. - Ладно, не буду, - покладисто согласилась воительница. – Вообще я хотела замолвить словечко о Рике. Оно ему явно понадобится, так что с командира причитается. Собственно, потому и обсудили твоего брата. Чтобы сравнить, а ты думала, я просто так решила о нем поговорить? Держи карман шире! Гвен спрятала улыбку, понимая, что Хельга лукавит, но не стала на нее давить. Тем более, Фенрир действительно виноват перед возлюбленной. Со временем, может, и удастся заманить Хельгу в Етунхайм, но явно не сейчас. А Фенриру сюда путь заказан – неизвестно, как отреагирует темпераментная воительница на его появление. Нет уж, безопаснее уговорами… - Рик нашел смысл жизни в тебе. Он готов сделать что угодно, если это тебя порадует, - задумчиво сообщила Хельга. – Это не тот дикий огонь, что сжигает, не оставляя даже углей, как у Фенрира. Рик горит вместе с тобой. В такт, если тебе так понятнее. Созидающим огнем. - Да ты поэтесса! – не удержалась Гвендолин. - Иногда мне кажется, что внятно разговаривать меня тоже Рик научил – он же у нас бывший менестрель, а они умеют головы дурить, - ухмыльнулась Хельга. – Ладно, менестрель или воин, а от разговора с ним тебя это не избавляет. Гвен вздохнула, понимая, что в этот раз воительница права как никогда. А еще – что личной жизнью брата придется озаботиться как-нибудь в следующий раз. Хельга больше не станет о нем разговаривать. К тому же она во многом права – если вспомнить многие поступки Фенрира, то они действительно продиктованы страстью, похожей на одержимость. Сложность заключалась в том, что, по мнению Гвен, это безумие и нужно Хельге. Она пару раз пыталась закрутить роман с кем-то из местных, но не преуспела, заскучав буквально через пару дней. Зато как светились ее глаза, когда она рассказывала о Фенрире! Рика действительно беспокоил ответ на вопрос: что же будет, когда действие зелья закончится. Точнее – что будет, он знал. А вот как ему жить в условиях, которые непременно сложатся – представление имел весьма смутное. Изобрести заклинание, способное стереть память? Наемник скорее отрубил бы себе правую руку – это был лучший год в его жизни. И пока он не закончился, Рик хотел прожить его по полной. Вернувшись с охоты, он обнаружил Хельгу мирно спящей в соседней комнате прямо в доспехах. Руки воительницы сжимали меч. Увидев пару пустых бутылок, Рик понимающе хмыкнул и не стал задавать ненужных вопросов. - Милая, а с ужином у нас дела обстоят так же плачевно, как обычно? – вздохнул он, глядя на пережаренную курицу. Готовить Гвен так и не выучилась, не лежала у нее к этому душа. – Ладно, не расстраивайся, вчерашняя картошка тебе удалась. - Да, она явно съедобнее, - разогрев остатки картошки, откликнулась девушка. – А курицу могла есть только не очень трезвая Хельга… - И еще менее привередливый Фенрир, - фыркнул Рик, принявшись за многострадальную птицу. – Не забывай, хоть я и рос в королевском дворце, большую часть жизни слонялся по трактам. А наемничий удел редко подразумевает трехразовое питание. - У других же получается, - обиженно произнесла девушка. Привыкшая питаться бутербродами даже во дворце Локи, она так и не постигла искусство приготовления вкусной еды. То пережарит, то пересолит, иногда на получившееся блюдо даже смотреть бывало страшно. - Это меня мало волнует, я с другими не живу, - флегматично ответил наемник. – Да оставь ты в покое эту курицу! И так съем… Гвен улыбнулась и ласково взъерошила неровно обрезанную челку. К волосам Рик относился наплевательски, в глаза не лезут – и ладно. Перехватив руку любимой, он поцеловал ее и поднял взгляд на стоящую перед ним девушку. В изумрудных глазах светилась несвойственная их обладательнице тревога. Мельком взглянув на комнату, в которой спала Хельга, Рик нервно спросил: - Любимая…ты ничего не хочешь мне рассказать?