Сами вы сволочи...

5. Первый урок рукопашного боя и перевод в другую группу.       Нас разделили на группы. И, как неудивительно, я оказалась в одной группе со Студером. Паразит… Ведь не успокоится, пока не добьётся моей гибели, сучонок… Сколько будет продолжаться эта полоса совпадений?       — Так, первый урок рукопашного боя! — спокойно расхаживал вдоль строя подростков наш инструктор. Как хорошо, что это не Жора (Георгий Николаевич), уж больно тот крикливый. Недавно гонял Тяпу по канатам, чего парень не хотел и говорил, что специальность у него другая. Щипач, что ли?       — Разбиваемся на пары! Алё, Совка?! — раздался будто издалека грубый голос и перед глазами замелькала большая ладонь инструктора. — Ты тут?       — Здесь! — ответила ему я, плюнув сквозь зубы. Я немного разозлилась на него — нечего выдёргивать меня из мыслей и отвлекать от наблюдений! Да, в мыслях у меня красивые слова, а на деле то…       — Тогда становись со Студером!       — Да какого хера? Что, других лохов мало? — остальной делёжки я не слышала. Что за?       — Давай, давай! Не вредничай, а то вниз отправим! — спокойно ответил мне инструктор.       Моё внимание было сосредоточено на Вове, разминавшего сутулые плечи. До ушей долетали возгласы мальчишек: «Ну, дела! Кто кого съест быстрее…», « Вали её, Студер!», «Покажи себя, Совка!» и т.д. Ну, совсем как маленькие — думают, я слабачка! Ну, я и правда не особо сильная, но под этого долбоёба не прогнусь. Вот тебе и совпадение, ёпти!       — Ну, Пернатка, готовься рёбра подставлять! — вдруг сказал мне мой соперник.       — Не гавкай, Студер! — рыкнула я в ответ, сжав кулаки чтобы сделать отбивную из его рожи.       Вова подался вперёд, пытаясь треснуть меня кулаком, но и я не пальцем деланная — поймала его за запястье и вывернула руку за спину. Раздался его надрывный крик:       — Сука! — всё, что меня окружало, перевернулось с ног на голову и я повалилась на землю от его подножки. Акелла всегда говорил, что подножка — одна из моих слабостей.       — А ты знаешь, как твоя сестра кричала? — спросил он, злорадно ухмыльнувшись. Этот пидoр играл на моих нервах и эмоциях? Сволочь, хотел меня опозорить… Ну, ему это не удастся!       — Завали свой вонючий рот! — я сцепила зубы от боли — Студебеккер наступил на пальцы моей правой руки. Он стоял надо мной, упёршись руками в колени.       — Так громко! Просила меня: « Отпусти меня, мне больно! Меня мама будет искать!», — он кривил писклявенький голосок моей Сеньки.       — Заткнись, сказала!       — Ох, сказала! Я и тебя поймаю как-нибудь и отымею, как последнюю шалаву! — глаза Студера заблестели.       — Да кто тебе даст, сявка? — сквозь боль я натянула на себя ухмылку.       — А я спрашивать не буду! — оскалился тот. Этого я уже не выдержала — как бы ни было противно, я вонзила зубы в его ногу. Он зарычал, убрал ногу с моей руки, которая уже изнывала от тяжести его подошвы. И тут я воспользовалась моментом — я повалила его на землю, взгромоздилась сверху, придавила коленом матовило и стала наносить удары в нос, челюсть, горло…       — Это тебе за Есеньку, за Акеллу, падла, сволочь! — приговаривала я, наслаждаясь местью. Я всегда могла испытывать жалость, но сейчас к этому пидриле я не могла испытывать ничего, кроме жгучей ненависти. Тут уже начали полошиться инструктора — и Жора, и Витя — тот, который разбивал нас на пары:       — Что за чёрт с Совкой? — вопил Георгий Николаевич.       — Забирай её к себе в группу, а то они в конце концов до смерти перегрызутся! — закричал Виктор Петрович, поймав меня подмышки и оттаскивая от окровавленного Студера. Но они рано оттащили меня — я не закончила, мне нужно было убить его… Никогда меня не посещали такие мысли, а сейчас внутри закипало одно единственное желание — убить… Слова Вовы были для меня как удар по ещё не зажившей ране. Содрав струпья с моей души он снова обнажил ту боль, которую я так старательно лечила в себе… Сенька… Он снова заговорил о ней… Сволочь…       — Пустите! Я не закончила! Отстаньте! — я драла глотку на всю диверсионную школу, вырываясь из рук инструктора.       — Держи её, мне дальше надо тренировку проводить! — он швырнул меня одному из пацанов другой группы.       — Уймись, дура, вниз спустят! — прошипел мне в ухо знакомый голос. Кот держал меня поперёк живота и за плечи, чтобы удержать. Даже Акелла всегда удивлялся, почему так сложно усмирить такую тонкую девичью фигурку.       — Да мне похрену! — я успокоилась и сняла с себя его руки. — Сколько выёбываться будет, столько и буду бить его по роже! Сучий потрох…       — Чего ты так рвёшься на него? — спросил парень.       Я отвернулась от него к обрыву, чтобы Кот не увидел, как слезятся мои глаза и, глубоко вздохнув, ответила:       — Соль на рану сыпет, падла! Опять про Сеньку рассказывал, сука, ещё и со всеми подробностями… Гадина!       — А что с ней случилось? — подошёл он поближе. Я незаметно утёрла слёзы кулаком и сказала:       — Изнасиловал он её. А потом заморозил. Пидор гнойный, теперь за меня взяться решил…       — Ну, пусть попробует! — с сарказмом сказал Кот прямо у меня над ухом.       — Даже пробовать не надо! — я резко развернулась и подошла к канату. Уцепившись за него, я попыталась залезть. Да, Тяпа, мы с тобой родственные души — форточница из меня никакая. Я поджала губы от боли — в пальцах правой руки, копчике, который сильно ударила, когда Студер повалил на землю. — Что за хрень? — заворчала я, швырнув от себя канат.       Тут откуда не возьмись появился Тяпа. Может, я его просто не заметила в этой буре эмоций?       — Ты тоже не умеешь? — спросил мальчик, подойдя ко мне ближе.       — Ага! — тут я заметила его протянутую руку, но не зарычала, что не жму руки, а обняла его за шею и притянула к себе. Грёбаный род, какой же он маленький, доверчивый — сразу положил на мою спину свои тёплые ладошки. Кот смотрел на нас неопределённым взглядом. В светлых глазах что-то непонятное вспыхнуло ярким огнём. Ревность?..       — Какой ты хороший, ма-а-аленький!.. — протянула я нежно Тяпе в ухо, на что тот сильно раскраснелся от смущения.       — Ты его не захваливай! — вдруг подал голос Художник. — Он по убойной статье шёл!       — Это с тобой за компанию! — огрызнулся на него Тяпа. Как мило выглядел этот мальчик, когда переговаривается с кем-нибудь.       — Ну и пусть! — я взъерошила с улыбкой его волосы, и шутливо отбросив его в объятия Кота, скрылась за тюками сена, зачем-то заполнявших почти весь периметр диверсионной школы.       Больно мне сейчас не понравился взгляд Кота…