Все против меня или Я совсем другая

POV Джульетта

Пусть не спится и душа кричит от боли, Пусть сердечко бьётся быстро, мимо доли, Пусть разорваны в клочки все ожидания И нелепы и смешны его признания… Ты отпусти сердце его, Ты всё прости, он не стоит того. Ты сохрани гордость свою, Ты всё прости, и отпусти… Грустные глаза, искусана губа, И сердце разрывается от боли, Океан души, островок любви, Всё отдай ему, моя подруга.

Я не знаю сколько мы так просидели, но так хотелось, чтобы время остановилось или замедлилось. В принципе мне было все равно, лишь бы рядом со мной был Трэвис, человек, который дал мне столько любви, ласки, желания и добра, которые я не могла получить от других практически сто лет. Я была словно одиноким скитальцем по этой бренной земле в поиске того, кто сможет идти со мной рядом, держась за руки, чтобы не упасть. Тогда ничего не будет страшно. Каждую проблему и преграду я собственнолично буду разрушать, и мне будет все равно, каким способом будет достигаться результат, лишь бы я была не одна. Лишь бы Трэвис был рядом со мной. А мое сердце мне подсказывает, что он именно тот самый единственный и неповторимый. Осталось только вслух сказать об этом Трэвису, который так и прижимал меня к себе. А вот я только сейчас почувствовала запах крови и нахмурилась, пытаясь разобраться откуда она взялась и когда поняла, то с моих губ сорвалось: - Трэвис, кровь! Я оторвалась от парня и отсела чуть подальше, отчего за мной потянулся кровавый след, а мои глаза округлились от ужаса происходящего. В порыве страсти и всевозможных возбуждающих чувств я не ощущала кровь, которая была предвестником лишения моей девственности, но сейчас она полностью заполняла мой нос своим противным металлическим запахом, который сводил меня с ума, что хотелось вкусить её, почувствовать на своём языке хоть небольшую капельку, которая смогла бы утолить мою так внезапно появившуюся жажду. - Тише, любимая. Обычно так и должно быть, когда у тебя это происходит в первый раз, - он дотронулся до моей щеки своей ладонью и большим пальцем руки погладил губы, а сам улыбался милой улыбкой. А вот мне хотелось провалиться в пропасть от того, что я это совершенно забыла. Вот тебе и всезнайка, которая спасовала при первой же лужице крови. Трэвис тем временем убрал от моего лица руку, похлопал её по моему плечу и нагнулся за чем-то и это оказались его порванные трусы. Он вытер свой член, потому что тоже был в крови, но который начинал потихонечку опадать, а дальше Трэвис начал вытирать кровь с парты, на которой я сидела. - Думаю, что тебе лучше надеть свои трусики, - я почувствовала, что его слова не хотели слетать с губ, скорей всего ему нравился такой расклад, что мы были голыми. Я спрыгнула с парты и сразу же нашла на полу свои кружевные трусы, когда они оказались на мне, то я сзади подошла к любимому и обняла его за талию, уткнувшись носом в спину. Трэвис одной своей рукой накрыл мои руки, и его сердце вновь понеслось галопом. - Трэв, я хотела с тобой поговорить об очень серьезном, - что-то у меня получилось издалека начать разговор о самом главном. - Джи, прости! Я и сам хотел, чтобы у нас в первый раз было все идеально, а не на школьной парте, - Трэвис изловчился и перевернулся в моих объятиях и теперь смотрел в мои глаза. - Любимый, для меня всё было идеально! - Обещаю, что следующий раз будет еще более идеальным, - он поцеловал меня в лоб, а мне уже захотелось растаять в его объятиях. Совершенно потеряв счет времени, я понимала, что нужно действовать очень быстро, чтобы уговорить Трэвиса быть в моей жизни не просто гостем, а сопровождающим. Когда он согласится, то я сразу же приведу его к нам домой, чтобы родители смирились с тем, что в нашей семье пополнение и ничего поделать с этим они не смогут. - Я хочу поговорить о другом. Раскрыть одну тайну.... Трэвис приподнял одну бровь, когда услышал о какой-то тайне. Наверное, в такой ситуации каждый бы удивился и захотел бы сразу узнать секрет, но молодой человек меня в который раз удивил. - Джи, давай чуть попозже, - попросил он. - Думаю, что нам стоит сходить в туалет, чтобы привести себя в небольшой порядок, а потом выйдем на улицу, найдем укромное местечко и тогда уж поведаем друг другу тайны наших жизней, чтобы не было больше секретов. Ведь в моем арсенале имеется тоже один секрет, который я хочу тебе поведать, чтобы ты ничего плохого обо мне не подумала. Не знаю, как Трэвис отнесся к тому, что у меня есть тайна, но вот от его мне стало любопытно так сильно, что хотелось прыгать на месте и просить рассказать её немедленно, иначе схлопочу определенно сердечный приступ. Но нужно было держать себя в руках, поэтому я только кивнула головой в знак согласия. Мы начали собирать свою одежду с пола в полном молчании. Не знаю о чем думал Трэвис, но я пыталась придумать начало разговора, чтобы он не показался полнейшим бредом. Но обдумывание разговора это одно, а вот тайком наблюдать за тем, как Трэвис одевается это другое и очень приятное занятие. К сожалению его трусы были непригодны для того, чтобы надевать обратно, поэтому он натянул на голое тело вначале брюки, а потом только рубашку. Застегивать рубашку он начал с низа, поднимаясь вверх, сейчас он оставил не застегнутым три пуговицы, оголяя сильнее его грудь, до которой мне уже хотелось дотронуться, а потом и вовсе провести по ней своими губами. Отгоняя порыв страсти от себя, я быстро надела на себя теперь уже короткое платье, которое надевалось намного быстрее, потому что не приходилось запутываться в длинном подоле. А сам подол я взяла в руки, чтобы выкинуть его в мусорное ведро в женском туалете. Трэвис не стал надевать на себя пиджак, а перекинул его через плечо, а другой руке он сжимал свои трусы, скорей всего он планирует их выкинуть в мужском туалете. Он подошел ко мне и порывисто поцеловал в губы. - Этот день стал для меня самым счастливым, - прошептал он мне на ухо такие головокружащие слова, что хотелось наплевать на всё и всех и заняться вновь любовью, чтобы испачкать каждую здесь парту. Как говорят «гулять так уж гулять»! Трэвис подтолкнул меня к выходу, пришлось подчиниться ему. Из нас двоих сейчас он был более рассудительным. Убрав подпирающий стул, он открыл дверь и, выйдя, мы сразу же направились по коридору к ближайшим туалетам для мальчиков и девочек. Я боялась представить, как сейчас выгляжу, наверное, как невеста Франкенштейна. Такая же растрепанная и до ужаса страшная. Подойдя к заветной двери, я посмотрела с улыбкой на Трэвиса, он улыбнулся мне в ответ. - Через пару минут я буду ждать тебя на этом самом месте, - поцеловав меня в губы, он пошел к другой двери, которая находилась всего лишь в нескольких метрах дальше от двери, возле которой стояла я сама. Улыбнувшись еще раз и покачав головой я зашла в помещение для девочек и безумно обрадовалась тому, что здесь никого не было. Я была одна. Сделав несколько решительных шагов, я оказалась возле большого зеркала, а левее находились раковины. Оказалось, что все было не так страшно, как я себе понапредставила. Мои глаза светились, храня тайну, которая появилась несколькими минутами раньше. Щеки порозовели, будто от сильно мороза, но казалось будто на них нанесли румяна, губы стали чуть полнее, чем были раньше, скорей всего это из-за того, что я терлась о щетину Трэвиса. От этого воспоминания мое отражение в зеркале загадочно улыбнулось. Я приблизилась к раковине, чтобы помыть руки и умыть лицо, как услышала голоса, доносящиеся за стеной. Другой бы человек их не услышал, но с моими сверхспособностями это было обычным делом. Нахмурившись от того, что я услышала смех Грэга, не стала поворачивать кран с водой, а прислушалась к появившемуся диалогу. - Брат, ты все-таки добился своего, - радостно восклицал Грэг. Интересно к кому он обращался? Но ответ пришел слишком быстро. - Грэг, не лезь не в своё дело, - со злобой в голосе ответил ему Трэвис. Я не могла понять их разговора, поэтому хмурилась от каждого произнесенного слова. - Только не говори, что ты снял с себя свои трусы, которые все в крови, чтобы остановить кровотечение из носа! Не самый гуманный способ, - послышалась возня, но я не могла понять отчего. - Так ты всадил нашей неприступной красавице? Послышался хруст и только спустя мгновение я поняла, что собственноручно сломала раковину пополам. Убрав руки от бывшего целого кафеля две половинки полетели на пол и разбились на мелкие осколки. В моей голове постоянно прокручивалась фраза «Всадил нашей неприступной красавице». Чтобы это значило? Ведь Трэвис был со мной все это время. Ответ крутился на поверхности, но я почему-то боялась его осознавать. Но постепенно до меня доходило, что скрывалось за всем этим.... - Грэг, повторяю! Не лезь не в своё дело, - мне показалось, что прошла целая вечность, но это было для меня, а на самом деле разговор продолжался, и я так понимаю, что Трэвис вновь попытался утихомирить своего друга. - Насколько я помню, - я узнала голос Роя, значит он тоже был в мужском туалете, - то вы ребят поспорили о том, что в течение года Трэвис оприходует красотку. - А дальше послышался его смех. Неужели это тот самый веселый и наивный Рой, которого я знала? Сейчас он был более чем груб. Я почувствовала себя раздавленной, понимая, что Трэвис поспорил с друзьями насчет того, что в течение года переспит со мной. Я оказалась простым предметом для спора? Мотая головой в разные стороны, мое сердце было со мной несогласно. Оно твердило, что этого не может быть. Трэвис меня любит. Тогда почему Грэг и Рой сейчас напевают о том, что Трэвис трахнул Джульетту? Раздавлена, повержена и не могу двинуться с места. Как безумная я доверилась ему и безнадежно влюбилась, а для него это было всего лишь игрой. Дурацкой забавой. Жестоким спором. Я никогда не думала, что Трэвис может быть настолько безразличным к людям, что возомнил о том, что может играть чужими чувствами. Я схватилась ногтями за то место, где было сердце, желая его вырвать, потому что голова обещала лопнуть, если не убрать этот элемент моего организма, который был полностью подчинен тому человеку, который наплевал на меня. Хотелось уйти, убежать, но я была настолько потеряна, что не могла сдвинуться с места. Взглянув в собственное отражение, увидела, что плачу. Слезы текли по щекам, размывая мое сознание, а точнее убирая ту пелену, которая заслоняла меня всё это время, заставляя считать бездушного человека своим любимым, считать не только что я любима, но и любить в ответ. Я никого не слушала из родных и сама себе подставила подножку, прося Эдварда не читать мысли моих друзей. А они сами того не понимая, как-то умудрялись скрывать это так долго. Интересно, каждый из друзей Трэвиса держал наготове фонарик, чтобы подсмотреть за тем, будет у нас близость или нет? Неужели все его друзья знали об их споре и смеялись за моей спиной? Но боже, как он обнимал меня и целовал! От воспоминания я согнулась пополам, потому что стало тошно. Голова кружилась всё сильнее. Почему обычный человек бездушнее кровожадного вампира? Хотелось громко кричать, но получалось только беззвучно открывать рот, будто я рыбка, которую вынули из воды. Мой придуманный мир рухнул в этот самый миг, когда я услышала разговор за стеной.