17 moments of love

Говорят, что если человеку разбить сердце, то от него останется лишь жалкая тень, бесцельно бредущая по темноте жизненного пути. Такой человек не просто перестаёт быть самим собой, он перестаёт существовать. Замыкается в своей боли, радуясь тому, что четыре стены его комнаты вмещают достаточно кислорода, чтобы умирать внутри, но продолжать жить снаружи. Джису никогда не был склонен верить в подобную чушь. Перед его глазами всегда проносились яркие картины счастливого будущего. И хоть они и были абстрактны, он был уверен, что именно так всё и сложится. Много друзей, счастливая и большая семья, спокойная и беззаботная жизнь с толикой необходимой ответственности. Теперь он мог только истерически смеяться над своими желаниями. Всё было разрушено и втоптано в грязь тем единственным человеком, который практически мгновенно стал главным героем этих картин. Джису сидел в холодном углу своей теперь уже пустой комнаты. Он закрыл глаза и перебирал воспоминания. Вот он видел их первую встречу. Джонхан словно материализовался перед ним, не оставляя Джису возможности избежать столкновения. Джису видел, как кофе из его стакана слишком медленно, капля за каплей, оказывается на белоснежной рубашке Джонхана. Перебирая в уме тысячи вариантов извинений и уже приготовившись пустить их все в бой, Джису заметил, что случайная жертва его неуклюжести просто улыбается. Мило так, тепло, по-домашнему улыбается, наблюдая за суетливыми и бесполезными попытками Джису спасти чистоту белой ткани. Очевидно, что ему было всё равно. Он мягко, но настойчиво остановил Джису и посмотрел ему прямо в глаза. И тут время остановилось. Затем Джису наблюдал, как они впервые ходили в кино. Он специально выбрал фильм, который уже смотрел, чтобы спокойно и без всяких зазрений совести смотреть на того единственного, кто был ему интересен. И Джонхан всё понимал. Глупо было бы не заметить искры в глазах Джису, которые ловили отражение таких же искр в его собственных глазах. Но за этой яркой музыкой пламени Джонхан скрывал холод, которого Джису совершенно не замечал. Да он и не мог, он был влюблён и счастлив, а этот коктейль ещё никому не прибавлял наблюдательности и здравого смысла. Следующим подарком памяти Джису стал его первый поцелуй с Джонханом. Он был пропитан жёлтым светом ночных фонарей и лёгким летним ветром. Он был таким мягким, сладким, с лёгким привкусом карамельного бальзама для губ. Джису трепетно оберегал этот момент, потому что он стал переломным. Сделав этот шаг, они неизбежно приблизили и следующий, а за ним на горизонте уже виднелся конец. По крайней мере, он виднелся Джонхану. А вот и следующий эпизод, которого Джису всегда боялся до дрожи. Он ненавидел закрывать глаза по ночам и чувствовать холодные руки Джонхана на себе. Слишком всё было свежо в памяти, слишком большой ожог остался на сердце. И хотя Джису представлял их первую ночь иначе, он понимал, что то, как всё сложилось, было даже к лучшему. По крайней мере, всё произошедшее было настоящим. Настоящие алые следы на шее, которые расцветали от каждого прикосновения губ Джонхана, настоящие синяки на руках, настоящая боль и абсолютное наслаждение. Они заснули в обнимку, Джонхан держал его за руку. Джису видел их будущее, он мог буквально дотронуться до их счастья. Но дотронулся он только до пустой и холодной кровати, когда рано утром открыл глаза. На подушке лежала бумажка, в которой было всего одно слово: «Прости». И тут Джису словно молнией ударило. Тысячи осколков его будущего одиночества и разбившихся вдребезги надежд осыпались на его кожу, оставляя миллионы шрамов. Всё неожиданно встало на свои места, и Джису почувствовал холод. Вернее, не почувствовал, а вспомнил вечную зиму в глазах Джонхана. Он замечал её, но просто надеялся, что сумеет растопить лёд. Очевидно, не сумел. Джису снова и снова перебирал в голове воспоминания, пока перед ним не остался последний вопрос: «А как жить дальше?» Он больше не был собой, теперь он тень. Тень разбитого сердца. Ведь говорят, что если человеку разбить сердце, то от него останется лишь жалкая тень. Отголосок счастливого, который словно бы из жалости освещал путь несчастного. Джису не хотел быть тенью. Он больше вообще не хотел быть. *** Звук выстрела раскрасил обычную ночь всеми оттенками страха и беспокойства. Соседи перешёптывались, сожалея и недоумевая: почему такой молодой парень решил покончить с собой? И только один человек в толпе знал причину. Он стоял и смотрел, как увозят тень Джису. Его Джису. А в глазах лёд ломался, выпуская на волю океан, который теперь не с кем было разделить. Теперь это был океан его рукотворного одиночества. Джонхан понял, что он больше не будет жить, он будет существовать, отбрасывая свою тень на случайных прохожих, теряясь в толпе таких же теней разбитых сердец, как и он сам.