Этюд в победных тонах

День был сухой, но небо затянуло привычными британскими облаками. Джон, впрочем, этого почти не заметил. Лично для него этот день вполне тянул на самый яркий и замечательный – так отлично он себя чувствовал. Он проснулся отдохнувшим и посвежевшим, чувствуя себя более живым, чем когда-либо в последнее время. Он долго плескался в душе и не спеша позавтракал, просматривая спортивные страницы в газете. Оказалось, что несмотря на его заявление днем раньше, он удостоился всего семи строчек в конце статьи с главным репортажем о теннисе, но, по крайней мере, эти семь строчек содержали некоторые подробности его победы. Для сравнения, Шерлок удостоился семи абзацев. Ну хорошо, коротеньких абзацев, но их было семь! Слегка улыбнувшись, он покачал головой и перелистнул, чтобы посмотреть, что еще творится в мире. - Да, ты бесспорно выглядишь счастливым. Перевалило за полдень, и он направился в клуб для беглого осмотра у Майка, чтобы просто проверить, что все в его теле по-прежнему работает так, как надо. - И кто была эта счастливица? Я ее знаю? - Мммм? – переспросил он, и потом залился краской, когда понял, что именно Майк имел в виду. Видимо, на спине все-таки остались кое-какие царапины. - Ты знаешь, я не похваляюсь своими победами на этом фронте, - пошутил он, одергивая футболку-поло у себя на спине. – Ну, так как я? Как плечо? - Ты мне скажи. Как ты себя чувствуешь? Как он себя чувствует? Он помахал руками и покрутил торсом. - Хорошо, - ответил он. - Довольно-таки хорошо, на самом деле. И, что удивительно, так ведь оно и было. - Тогда прекрасно, - широко улыбнулся ему Майк. – Видно, она тебе подходит. У нее, случаем, нет сестры? Джон рассмеялся. - Извини, приятель, - ответил он, хотя ему пришло в голову, что он не имел ни малейшего представления, но вроде бы никаких сестер не упоминалось. - Жаль. Он пообедал в клубе, одним глазом наблюдая за теми, кто толпился вокруг. Его здесь нет, говорил он себе, в надежде разглядеть вполне определенного высокого француза, так что в результате не расстроился, когда тот не появился. Он остановился поболтать с Хилтоном Соамсом, своим старым знакомым - игроком, вместе с которым он в прошлом тренировался, но тот должен был идти, готовиться к своему первому матчу. Джон раздумывал, не пойти ли ему посмотреть, когда его телефон пиликнул. «Тренировочный корт 5, - гласило текстовое сообщение. – Срочно приходи, если удобно. ШХ». Он с удивлением уставился на экран. Откуда у Шерлока его номер? Когда он его раздобыл? С другой стороны, почему он вообще задает самому себе такие вопросы, учитывая события последних сорока восьми часов? Стоит ли ему удивляться? Телефон снова запищал. «Если неудобно, - сообщал он, - все равно приходи. ШХ». Так. Теперь требует. Телефон запищал в третий раз. «Прихвати свои ракетки. ШХ». Ему потребовалось меньше десяти минут, чтобы достать свои запасные ракетки из шкафчика и направиться на тренировочный корт. На Уимблдоне, как он и ожидал, бурлила послеобеденная активность, и он знал, что вскоре тренировочные корты займут те, кто разминался перед матчами или такие как он, решившие немного поиграть в свободный от матча день. Он нашел Шерлока довольно оживленно беседующим с человеком, которого Джон видел вчера. Лестрейд, кажется? Шерлок был одет в модный, безо всякого сомнения созданный дизайнером специально для него сине-белый спортивный костюм, тогда как Лестрейд выглядел довольно помято в черном пиджаке с белой рубашкой. Они говорили на стремительном французском, причем достаточно эмоционально. Джон заколебался, не желая их прерывать. Он в этой ситуации поступил так, как свойственно британцу – топтался на месте и ждал, когда его либо заметят, либо сжалятся. Спустя несколько мгновений, довольно резких слов (Шерлок)– и несколько взволнованных взмахов рук (Лестрейд)- стало ясно, что их разговор подошел к концу, и Шерлок обернулся к нему. - Arrête! – сказал Лестрейд, хватая Шерлока за локоть. - C’est qui? [1] Даже забыв большую часть курса французского языка из средней школы, Джон смог понять, что Лестрейд спрашивал о нем. Ответ Шерлока «Il est avec moi» [2] понять было сложнее, но суть он ухватил. - Mais, comment sais-tu qu’il n’est pas..? – спросил Лестрейд. [3] - Parce que je sais, - отрезал Шерлок. - Bonjour, Жан.[4] - Bonjour, - автоматически ответил Джон, к очевидному удовольствию Шерлока. - Шерлок! - Au revoir [5], Лестрейд, - закончил разговор Шерлок. Лестрейд раздраженно фыркнул и выпалил несколько слов на таком стремительном французском, что у Джона не было шансов что-либо понять, но на что Шерлок ответил «Oui, oui» [6] и пренебрежительно отмахнулся. Отчетливо осознав, что потерпел неудачу, Лестрейд сдался, пробурчал что-то явно грубое и стремительно пошагал прочь. - Что это было? – мягко спросил Джон. - Обычные разногласия, - ответил Шерлок, без труда переходя на свой идеальный английский. – Ничего важного. Повисла пауза, взгляд Шерлока пробежался по ближайшему тренировочному корту, где двое мужчин гоняли мяч между собой. Он с интересом наблюдал за ними, при этом в первую очередь его взгляд сосредоточился на ближайшем из них, или точнее, на его заднице и ногах. Джон неловко откашлялся, сомневаясь, понимает ли Шерлок, что он делает, или насколько это заметно. Он знал, что у него нет права ревновать, но почему это должно происходить прямо здесь и сейчас? - Ну, - начал он, - ты просил меня прийти. Я полагаю, не для того, чтобы смотреть, как ты пялишься на задницу другого чувака. - А… что? – опомнился Шерлок, наконец-то оторвав свой взор от созерцаемой картины и посмотрев на него. Джон кивнул в сторону другого игрока. - Ты пялился на него, - сказал он, поджав губы. - Не говори глупостей, - усмехнулся Шерлок. – Его обувь. Я смотрел на его обувь. - Его обувь? – Джон даже не попытался скрыть свое недоверие. - Конечно. Можно извлечь очень много информации из обуви игрока. Несмотря на то, что его кроссовкам всего лишь несколько месяцев, они гораздо более изношены в передней левой части, что означает, что он гораздо чаще отбивает в сетку слева. Смотри. И они оба увидели, как игрок сделал именно так. - Очевидно, что это его слабое место в игре, и эта слабость может быть использована. - Его обувь, хорошо, - сказал Джон. – Именно обувь, а не что-то другое? - Конечно, обувь. Почему бы тебе… А. Он заметил, как у француза округлились глаза и рот, последний образовал почти идеальную по своей форме букву «О». - Ты думал, что я… Джон Уотсон, ты ревнуешь? Нет. Господи, нет. Абсолютно точно, нет. - Конечно, нет. Шерлок ухмыльнулся, не поверив ему ни на йоту. Джон не удивился, да он и сам, скорее всего, на его месте не поверил. - Итак, - вернулся он к цели их встречи, - зачем я здесь? - Я подумал, что ты мог бы побыть моим партнером и немного поколотить мячи. Ничего интенсивного. Не стоить ставить под угрозу твое плечо. - Ты хочешь, чтобы я был твоим спарринг-партнером? - Конечно, - ответил Шерлок. – Проблемы? - Нет, нет, хорошо, - сказал он. – Просто я только что пообедал. - Не проблема. В любом случае, этот корт занят до двух. Времени полно. Он посмотрел на свои часы. - В сообщении ты написал, приходи немедленно, - сказал он. - Я думал, это срочно. Почему ты просто не сказал мне время, а? - Потому что это было срочно, - ответил Шерлок. – Это дало мне отличный повод вырваться из лап моих надсмотрщиков. Ты только что видел Лестрейда. Мне пришлось терпеть его и его нравоучения все утро. Этого достаточно, чтобы довести кого угодно до рукоприкладства, или, в моем случае, до подковёрных манипуляций. И, кроме того, у тебя все равно не было никаких более интересных дел. К сожалению, в словах Шерлок был смысл. - Прекрасно, - согласился Джон. – Но я бы предположил, что у такого игрока, как ты, ну, твоего уровня, уже есть тренер или спарринг-партнер. Шерлок посмотрел на него. - Я невоспитанный, грубый, высокомерный француз, известный своим резким языком и еще более резким ударом справа. Кто меня вытерпит? Действительно, кто. - Я понял тебя, - признал Джон. – Так, и чем предлагаешь заняться, пока ждем?

***

Ровно в два часа Шерлок пошагал к тренировочному корту номер пять. Они скоротали время, анализируя технику и слабые места других теннисистов, игравших рядом. Все это время Джон не уставал удивляться, насколько точным был Шерлок, делая выводы из таких незначительных вещей, как обувь, или износ рукоятки теннисной ракетки, или цвет футболки. Сейчас же Джон тащился следом, отчасти из любопытства, отчасти потому, что ему на самом деле хотелось проводить больше времени с этим человеком. Одно это уже было большим сюрпризом. В прошлом он заработал себе определенную репутацию – точнее, одну из его репутаций – одиночки. Особенно в последнее время. Проблемы с доверием, как сказала его психотерапевт. Хорошо, но если учесть, как он обжегся в свое время, разве могло быть по-другому? История пикантных подробностей их жизни, проданная Мэри в «The Sun» [7] сильно этому поспособствовала. Трудно доверять после того, как на тебе пытался сделать деньги тот, кому ты открылся и кого любил больше всего на свете. По крайней мере, с Шерлоком ему такой риск не грозил. Француз мог потерять столько же, если не больше, если произошедшее прошлой ночью выплывет наружу. Когда они вернулись на корт, то увидели там двух игроков, мужчину и женщину, очевидно, пару из микста [8]. Выглядели они знакомо, но Джон их не знал. Подойдя со стороны сетки, Шерлок остановился и молча наблюдал, пока мяч, посланный низко справа не врезался в сетку. - О, прекрасно. Вот и фрик-лягушатник, - резко выкрикнула женщина. – Что ты тут делаешь, фрик? - У меня бгонь, - ответил Шерлок, коверкая слова своим французским акцентом. – И я увеген, ви находитесь на моем корте. - Ну, ты знаешь, что я думаю на этот счет, не так ли? - Конечно, Салли, Я даже знаю, что ти пгоиграешь пегвый матч в гаунде. Все сеты подряд. - Откуда ты… ты пришел один, что ли? Никак не можешь найти никого, кто согласится с тобой поиграть? - Au contraire [9], ах я не настолько отталкивающий, как ти думаешь. Мой теннис вообще довольно хогош. Это Джон Уотсон. Уотсон, это Салли Донован и ее пагтнер в парной игре, Андегсон. Джон вежливо кивнул Салли, которая смотрела на него со смешанным выражением удивления и жалости. - Что он сделал? Он угрожал вам что ли? – спросила она, когда к ним подошел Андерсон и уставился на Шерлока как на какого-то французского демона. - Разве тебе неясно было сказано держаться подальше от нас, - процедил Андерсон. - Оу, я бы так сделал, - сказал Шерлок, - исключая случаи, когда ви на моем корте. - Твой корт? – вскипел Андерсон. – Типичный лягушатник, думает, что ему принадлежит все. Просто потому, что ты выиграл несколько турниров. Только помни, этот ты еще не выиграл. Пойдем, Салли. Ну вот и поговорили, подумал Джон, наблюдая, как они схватили свои сумки и снаряжение и покинули корт. - Что это было? – спросил он. - Просто кое-какие старые друзья, - ответил Шерлок, возвращаясь к своему обычному идеальному английскому, как только они снова остались одни. - Кажется, ты им не особенно нравишься. - Да. Ну, возможно, я помог разрушить брак Андерсона. - В самом деле? – Джон удивленно поднял брови, а потом нахмурился. – Ты не похож на человека, который стал бы спать с чужой женой. Шерлок фыркнул. - Едва ли, - сказал он. - Но, возможно, я привлек некоторое внимание к определенного рода занятиям, которыми эти двое увлекались за пределами корта. - О боже. - Признаюсь, это не был мой звездный час, но они не сильно-то скрывались. - Неудивительно, что у тебя такая репутация, - сказал Джон. - Хочешь верь, хочешь нет, - сказал Шерлок, расстегивая воротник бледно-голубой рубашки-поло от Ральфа Лорена, - но часть ее совершенно не заслужена. Пойдем. После разминки они сделали несколько спокойных обменов ударами, и Джон быстро понял, почему Шерлока считают третьей ракеткой в мире. Он мог быть абсолютно смертоносным, сочетая природный талант со сверхъестественной способностью придерживаться в игре четкой стратегии. К тому времени, когда они закруглились, Джон весь вспотел, тогда как Шерлок выглядел лишь едва взъерошенным. - Ты играешь слишком осторожно, Джон, - заявил Шерлок, кидая ему нераспечатанную бутылку воды. – Ты должен больше доверять своим инстинктам. Как ни странно, но Шерлок был не первым, кто ему об этом говорил. Он кивнул, но решил воздержаться от комментариев. - Ужин, сегодня вечером? – вместо этого спросил Джон. – Я не могу предложить ужин при свечах в итальянском ресторане, но, возможно, смогу потянуть фиш-энд-чипс [10]. Шерлок застегнул молнию на чехле с ракеткой. - Нет, - сказал он просто, но твердо. – Я же говорил тебе, не перед матчем. - Да, верно, - ответил Джон, задумываясь, стоит ли ему сказать, что он имел в виду только ужин и ничего более, но что-то его остановило. – Ну, хорошо, - сказал он вместо этого, - тогда, наверное, до свидания. Удачи в завтрашнем матче. - Да, - Шерлок по-прежнему возился со своими сумками. - Спасибо за тренировку, - Джон повернулся, чтобы уйти. - Джон. Он обернулся на звук своего имени. Он обнаружил, что Шерлок стоял и смотрел на него с нехарактерной для него неловкостью. - Да, - откликнулся он. Шерлок даже нахмурился. - Как игрок ты лучше, чем себе представляешь, - сказал он наконец. - С тобой эта тренировка стала сносной. Джон поднял брови. - Тогда, наверное, спасибо, - поблагодарил он. Шерлок смотрел на него довольно хмуро. - Нет ни одной причины, почему ты не должен пройти в третий раунд, - резюмировал он, затем закинул свои сумки на плечо и зашагал прочь. Это, как понял Джон, было ближе всего к тому, что Шерлок Холмс понимал под комплиментом. Он тихо засмеялся и покачал головой. И подумал, что все не так уж плохо.

***

- Добро пожаловать на третий день Уимблдона, где прошел легкий утренний дождь, оставив нам свежий, но, я надеюсь, сухой день. - Сегодня мы увидим старт второго раунда мужских и женских одиночных разрядов, а также первый раунд мужского и женского парных разрядов. До сих пор не произошло никаких неприятных сюрпризов ни с кем из первых сеянных игроков все они благополучно прошли первый тур. Во второй половине дня Энди Маррей сыграет на корте номер один, в то время как Центральный корт увидит игру Роджера Федерера, Шерлока Холмса и Елены Янкович. - Еще британцев на корте сегодня представляет ветеран Джон Уотсон, который уходит из спорта после этого чемпионата. На корте номер девять он примет вызов от итальянца Алессандро Джордано, в настоящее время занимающего пятьдесят вторую позицию в мировом рейтинге. Джон чувствовал себя невероятно хорошо. Ночью он замечательно выспался и был умиротворенным и необыкновенно расслабленным. Некоторая оставшаяся после сна скованность исчезла после горячего душа и легкой разминки. Его матч не обещал быть простым, но впервые за долгое время он чувствовал, что может его выиграть. Нет, что он бы выиграл. Они должны были быть вторыми на корте, а это значило, что долго ждать и нервничать не придется. Проходя свою предматчевую подготовку, он удостоверился, что он ничего не забыл и полностью готов, а потом закрыл глаза, откинулся назад и сделал несколько глубоких вдохов. Он скорее почувствовал, чем услышал, как загудел его телефон. Почти уверенный, что это от сестры, он мельком взглянул на экран только для того, чтобы осознать, что определенно не от нее. «У него слабый удар слева, - гласило сообщение, - и у него есть тенденция отдавать предпочтение игре по линии. ШХ». Он удивленно моргнул, затем изумленно фыркнул, убрал телефон в карман пиджака и вернулся к своей предматчевой медитации. Двадцать минут спустя он выходил на корт номер девять под вежливые аплодисменты толпы. Он поприветствовал своего соперника и судью и затем занял свое место и расчехлил ракетку. Плохой удар слева, думал он, размахивая руками для разминки. Интересно. Он выиграл жеребьевку и право открывающей подачи. Блокируя все окружающие звуки, все свои тревоги и отвлекающие мысли, он дважды отбил мяч от земли перед тем как отправить его на другую половину корта. Ответный удар его противника закончился в сетке, подарив Джону первые очки в матче. Пятнадцать – ноль. Он перешел на другую сторону. Слабый удар слева? Он направил мяч справа, по краю средней линии. Мяч был отбит, но не прицельный, просто глубокий мяч [11] по линии принес ему еще очки. Тридцать – ноль. Его следующая подача задела сетку, и мяч откатился назад, но он все равно сумел взять очко с розыгрыша, который последовал после его второй подачи. Сорок – ноль. Он потерял следующее очко после блестящего удара справа, но в этот раз он остался невозмутим. Сорок – пятнадцать. Изогнувшись всем телом, он вложил всю силу и скорость в следующую подачу. У его противника не было шансов. Он выиграл первый гейм. Второй гейм его противник продержался, но Джон был слегка удивлен, когда до него дошло, что Шерлок был абсолютно прав. Слабостью его визави был удар слева, и он предпочитал удары по линии [12] ударам по диагонали корта [13]. Держа это в памяти, он удержал свою подачу в третьем гейме и затем использовал свой шанс взять подачу противника в четвертом и еще устоять в пятом. Его оппонент выиграл свою подачу в шестом и из-за бреши в его концентрации почти пробил защиту в седьмом, счет был сорок-сорок, и только после этого Джону не удалось вернуть преимущество. Его оппонент удержал свою подачу в восьмом, тут все было нормально, потому что, все, что ему оставалось сделать – всего лишь удержать подачу в девятом. И он удержал.. - Первый сет, ведет Уотсон, шесть - три. Ну и хорошо, вот он и выигрывает..

***

Нет ничего удивительного, что в результате в этот раз пресс-конференция обещала быть значительно более насыщенной, чем предыдущая - один лишь взгляд на количество репортеров заставлял его испытывать легкое головокружение. Он уже немного захмелел от эйфории матча. Это было почти как день рождения. Он и забыл, каково это, имея поддержку толпы, пусть и ограниченную, прийти к победе. О, это было круче, чем день рождения, это были день рождения и Рождество в одном флаконе! - Думаю, вы не ожидали увидеть меня еще один раз, - сказал он, стараясь удержать довольную ухмылку в рамках приличий, пока занимал свое место. Репортеры рассмеялись, готовые задавать вопросы. Он узнал некоторых из них, из ВВС, ITV, из некоторых газет, но не мог вспомнить, когда так много их собиралось ради него в одной комнате. - Это была достойная победа над тем, кто выше вас на восемьдесят позиций в мировом рейтинге, - начал один. – Каково это? - Хорошо, - ответил он и с улыбкой откинулся на спинку стула. – Очень хорошо. Всегда очень приятно уходить с корта победителем. Еще приятнее, когда вы побеждаете кого-то, кто, вероятно, гораздо лучше, чем вы. - Смею предположить, вам нечасто довелось испытывать подобное чувство в последние годы?- спросил другой голос. - Нет, - признался он. – Нет, нечасто, так что, если не возражаете, я планирую насладиться им в полной мере, пока оно не улетучится. - Было ли ваше решение о выходе в отставку, озвученное на прошлой пресс-конференции, вызвано вашими прошлыми неудачами, и если так, будете ли вы пересматривать свои планы в случае дальнейшего продвижения в этом соревновании? Наклонившись вперед, он сложил руки на столе перед собой. - Я бы солгал, - начал он, - если бы утверждал, что мое решение о завершении карьеры не было принято отчасти на основании моей игровой истории последних лет, но если бы дело было только в этом, то мне следовало уйти в отставку еще несколько лет назад. Он дал им отсмеяться. - Неважно, выиграю я здесь или проиграю, я просто чувствую, что сейчас самое подходящее время повесить ракетку на гвоздь. Я стал слишком стар для тенниса, о чем мое тело не устает мне напоминать, но это не означает, что я не хочу уйти с музыкой. - Как вы оцениваете свои шансы на победу в следующем раунде? Он сверкнул улыбкой. - Зависит от того, кто мне достанется. - Вы не знаете? – репортер выглядел удивленным. - Я был немного занят, - признался он. – У меня не было возможности узнать, но у меня такое чувство, что вы сейчас мне скажете. - Это ваш старый партнер по тренировкам, - ответил репортер. – Д.И. Диммок. О. Вот как.

***

Даниэль Иен Диммок, или Д.И., как он любил себя называть, был его партнером по тренировкам в течение нескольких лет, пока они не разошлись, когда стало до боли очевидно, что Диммок поднимается вверх, в то время как Джон опускается вниз. Он не винил Диммока в том, что их пути разошлись - молодому парню нужен был кто-то лучше него, или, по крайней мере, тот, кто стремился к большему. Джон знал, что это всегда было частью его проблемы после аварии. Несмотря на то, что он прошел физиотерапию и переподготовку, он просто утратил то самое желание побеждать. - Эй, приятель, я слышал, нам выпало играть друг против друга в следующем раунде? - Ага, - сказал Джон, отрывая глаза от экрана и подвигаясь, чтобы освободить Диммоку соседнее сиденье. С тех пор, как он в последний раз видел канадца, тот не сильно изменился, хотя это как раз неудивительно – они сталкивались несколько месяцев назад. - Мои поздравления с победой, - продолжал он, - я слышал, ты выбил сеяного. - Да уж, - сказал Диммок, вытягивая ноги.- Двадцать третий сеяный, и у него был долгий матч в первом раунде, но, тем не менее, это сеяный. - Все равно, - сказал Джон, - хороший результат. Какой у тебя рейтинг сейчас? - Сорок третий, - ответил Диммок. – А у тебя? Джон что-то невнятно пробормотал. - Я потерял счет. Диммок широко улыбнулся. - Ну тогда ладно. - Хммм… - промычал Джон, и его взгляд снова вернулся к экрану, на котором один очень знакомый француз брал теннисные мячи у девочки из обслуживающего корты персонала. - Кто на экране? – спросил Диммок, глядя на экран. - Грегсон – Холмс, - ответил Джон, наблюдая, как подача Шерлока просвистела через сетку с впечатляющей скоростью сто тридцать две мили в час и стала пятнадцатым его эйсом [14] в матче. - Черт побери, - выругался Диммок. – Холмс выигрывает? - Ага, - подтвердил Джон. – Один – один в третьем сете. 6-3, 6-4 за Холмсом в первых двух. - Очень на него похоже. Неудивительно, что Грегсон будет раздражен. Когда мы играли в Австралии, он сказал мне, что здесь надеется выйти по меньшей мере в третий раунд. Хотя, наверное, не ожидал попасть на Холмса во втором раунде. Этот парень… - он издал восхищенный звук, - ты когда-нибудь играл против кого-то из них? - Грегсон, - признался Джон. – Выбил меня из первого раунда в Штатах в прошлом году. Выиграл первый сет, слил оставшиеся. А ты? - С обоими, - сказал Диммок. – С Грегсоном играл в общей сложности около девяти раз. Он выиграл шесть матчей, а я, к сожалению, только три. С Холмсом я играл только раз. На Открытом Чемпионате во Франции, в этом году – в том самом, который он почти выиграл. Проиграл ему во втором раунде. Он буквально прошел сквозь мою игру, как теплый нож сквозь масло. Скользкий товарищ, практически невозможно сломать. Его игра и стиль меняются в зависимости от человека, с которым он играет. Из-за этого трудно отследить его привычки и слабые места. Не могу поверить, что он проиграл в финале, перед своими зрителями, на родном поле. Тот еще матч был. Профи ставят серьезные деньги на финал Холмс – Надаль. Если это так, не хотелось бы об этом кричать. - Согласен, - согласился Джон, наблюдая, как Шерлок выиграл подачу Грегсона и вел со счетом три – один в третьем. - Как твое плечо? – спросил Диммок с насмешливой улыбкой. - Хорошо, - в тон ему ответил Джон. – А твое колено? - Лучше, чем когда-либо, - ухмыльнулся Диммок, - спасибо, что спросил. - Отлично. – Он снова поднял глаза на экран, и они оба ненадолго засмотрелись на игру. Похоже, Шерлок собирался выиграть пятый гейм, и так и он сделал, заработав завершающее очко точно нацеленным ударом справа, и шансов его отбить у Грегсона не было. - Я, пожалуй, тебя оставлю, - сказал Диммок, вставая. – Увидимся в пятницу. Не опаздывай. Джон закатил глаза, но потом вернулся к просмотру игры. Грегсон снова был на подаче, но было уже понятно, что он перестал бороться за свою игру, Шерлок с лета [15] вернул его подачу на противоположную сторону поля, и счет стал по пятнадцать очков. В следующем розыгрыше Грегсон промахнулся по мячу, вторая попытка была медленнее и дала Шерлоку достаточно времени, чтобы отвести руку назад для приема по линии навылет [16]. Грегсону удалось собраться и подать мяч Шерлоку, который смог взять его прямо у сетки и поднять счет по тридцати. Но было уже понятно, что все почти кончено. Игра дошла до равного счета, но двойная ошибка дала Шерлоку преимущество, а аккуратный укороченный удар [17] сделал счет пять-один в третьем сете. Следующая подача Холмса. Он сделал это так четко и быстро, дважды нацелившись буквально в торс Грегсону, один раз ударом слева, а потом завершив матч еще одним эйсом. Гейм, сет, матч, Холмс, 6-3, 6-4, 6-1. Джон кивнул, с удовлетворением признав, насколько хорошо был сыгран матч. Грегсон выглядел опустошенным и усталым, когда пожимал Шерлоку руку над сеткой. Джону не надо было представлять, что он сейчас чувствует – он так много раз был в роли побежденного. Зная Грегсона, тот должен был сейчас либо скрыться ото всех подальше и зализывать свои раны, либо напиться до потери сознания. - Фрик-лягушатник снова выиграл? Он обернулся на звук женского голоса и столкнулся лицом с женщиной, с которой познакомился на корте накануне. - Если вы имеете в виду Холмса, - сказал он как можно мягче, - то да, он выиграл. Она сердито на него посмотрела. - Ты ему не друг, - без обиняков заявила она. – У него нет друзей. Тогда кто ты такой? Кто он такой? Ну он, конечно, не мог признаться, не прошло и сорока восьми часов с того момента, как он был погружен в этого француза по самые яйца. Да и вообще, что все это значит? - Я… Я никто, - сказал он почти правду, - я только что с ним познакомился. Что, в общем-то, было не совсем ложью. - Ладно, - сказала она, придвигаясь немного ближе, - тогда один совет. Держись подальше от этого парня. Он нахмурился, слегка наклонив голову. - Почему? - спросил он. - Знаешь, почему его никто не любит? Потому что он использует людей. Он узнает тебя, все твои слабости, а затем бац, кидает тебя на раз. И знаешь что, он от этого тащится. Чем ближе он к кому-то подбирается, тем больше наслаждается этим. Он заставит тебя вообразить бог знает что, но потом, в один момент, когда он получит, что хотел, то немедленно предаст тебя. - Зачем бы ему это делать? – он все еще не понимал. - Потому что ему скучно. Потому что ему плевать на все, кроме тенниса и себя любимого. - Салли! Она обернулась на звук своего имени. - Иду, - крикнула она, бросив на Джона проницательный взгляд. – Держись подальше от Шерлока Холмса! – сказала она на прощание и ушла. Он еще немного посидел, пытаясь переварить то, что она только что сказала. Шерлоку плевать на все, кроме тенниса и себя самого. Ну да, в это можно поверить, особенно после того, что он слышал в интервью или репортажах прессы. Но он также видел и другую сторону Шерлока Холмса. Ту сторону, где он по-доброму отнесся к человеку, пытавшемуся обокрасть его дом. Ту сторону, где пожертвовал своей анонимностью, чтобы доказать правоту маленькой девочки и спасти фактически незнакомого человека в неловкой ситуации. Да, их точно не свидание с ужином при свечах закончилось партией в страстный теннис, но вероятно, это произошло бы вне зависимости от того, влез бы Шерлок в ресторане со своей помощью или нет. Джон не просил его и точно этого от него не ждал, и француз это четко понимал. А может, Салли была права? Его просто используют и выбросят за ненадобностью? Хорошо, такая вероятность есть всегда, но ведь он тоже получил кое-что с этого. Как бы то ни было, это был его лучший трах за последнее время, и кто знает, может быть этим вечером француз будет не против отметить победу вторым раундом «праздничного» секса. Он посмотрел на экран, где Шерлок в это время давал интервью репортеру ВВС. Его лицо немного покраснело, кудри прилипли ко лбу. Ему очень шел этот образ. Держись подальше от Шерлока Холмса, думал он с легкой улыбкой. Только не сегодня. Сегодня он как раз наоборот планировал оказаться как можно ближе к одиозному французу.

***

«Привет, Шерлок, это Джон. Просто решил позвонить и поздравить тебя с победой. Было довольно впечатляюще. Я, что предлагал тебе фиш-энд-чипс, и, ну ты знаешь, все, что может к этому прилагаться. Позвони мне. Или, если предпочитаешь, пришли смс. В любом случае, у тебя есть мой номер. Пока». Пока? Он нажал кнопку окончания вызова и нахмурился. Он что, двенадцатилетняя школьница, которую накрыла первая любовь? Было очень неловко, но очень нужно. Он уже горел от нетерпения, прокручивая у себя в голове сцены той ночи. Может, в этот раз у него будет возможность произвести более подробные изыскания. На теле француза оставалось еще много мест, с которыми он еще не имел возможности ознакомиться как следует. Он побродил немного по территории для игроков и участников соревнований, ожидая сигнала своего мобильного. Мобильник один раз пикнул, но это была всего лишь сестра. На этот раз он послушно ответил, хотя сделал это чисто машинально. Да, он в порядке. Да, и плечо тоже. Да, он вышел в третий раунд. Нет, он не собирался доставать для нее билеты. Нет, обзывая его паршивым братцем она никак себе не поможет. Нет, он не видел Клару. Нет, он занят, если вдруг она не заметила, так что он не будет выслеживать ее бывшую только потому, что она об этом попросила. Да, наверное, ему надо больше трахаться, но сейчас дело не в этом, и нет, разговоры с ней в его случае вряд ли помогут. Да, он собирается повесить трубку прямо сейчас. На самом деле, да, поэтому до свидания. Он отключился. Как-то так получилось, что разговор с сестрой вымотал его больше, чем партия в теннис. Чертовски хотелось выпить, хотя он знал, что этого делать не стоило. Матча у него завтра не было, однако он предпочитал сохранять голову ясной для того, что могло произойти сегодня вечером. Спустя полчаса от Шерлока по-прежнему не было ни ответа, ни привета. Увидев знакомое лицо, он тут же двинул в этом направлении. - Сара! – с улыбкой поприветствовал он ее. – Как ты? - Джон, - улыбнулась она в ответ и позволила себя обнять. – Как раз думала - встречу тебя здесь или нет. Хорошо выглядишь, а судя по тому, что я видела и слышала, играешь ты тоже неплохо. Он кивнул и поблагодарил ее. Некоторое время они поговорили, обсуждая ее и свой матчи. Оказалось, что к сожалению, она выбыла из второго раунда женского одиночного разряда, но на следующий день должна была играть в первом раунде женского парного состязания. Он пожелал ей удачи и порадовался, что она наконец-то нашла подходящего партнера после того катастрофического периода, когда они пытались быть партнерами в смешанном парном разряде. Естественно, катастрофа на корте плавно перетекла в катастрофу вне его. Между ними ненадолго вспыхнули почти отношения, прежде чем, брызгая слюной, они окончательно не разругались, и стало ясно, что друзьями им быть намного лучше. Так что друзьями они и оставались. Ну, или типа того. По крайней мере, она была одним из самых близких друзей среди его окружения, так что занимала в его жизни определенное место. Наконец, он решился задать вопрос. - Ты, ээээ, случайно не видела Шерлока Холмса поблизости? – спросил он. - Шерлок Холмс? – переспросила она, скорее с любопытством, чем с удивлением, чего он не ожидал, особенно от нее. – Я думала, это были слухи, что вас видели вместе, - сказала она, пристально наблюдая за ним. – Ты ничего не хочешь мне рассказать? На мгновение он задумался – откуда она могла узнать; об Анджело, об их перепихоне, о его надеждах на сегодняшний вечер. Затем его накрыло коротким приступом паники, и он начал размышлять, кто еще может быть в курсе, прежде чем сообразил, что она ничего не знала, и это просто был обычный невинный вопрос. - Да мы просто постучали мячами для практики, - ответил он, правильно предположив, что она имела в виду тот раз, когда их видели вместе на тренировочном корте. – И он, и я тут без спарринг-партнеров, так что обоим было на пользу. Вот и все. - А сейчас? – спросила она, подняв брови. Он ответил ей, как ему хотелось верить, ободряющей, но несколько невинной улыбкой. - Думал поздравить его с победой и спросить, не хочет ли он заняться тем же самым завтра, ведь мы оба прошли и дальше у нас отдых. Она внимательно на него посмотрела, но наконец-то, кажется, ответ ее удовлетворил. - Вы с ним разминулись, - сказала она. Я видела, как он садился в черную машину около получаса назад. Полчаса назад? Вот черт. Он поднялся на ноги. - Джон? - Ммм? – сказал он, останавливаясь. - Будь осторожен, - сказала она. – Я не знаю, о чем ты думаешь или что намереваешься делать, но будь осторожен с ним. Я слышала кое-что, не совсем хорошее. Я бы не хотела, чтобы ты стал очередной добычей на его пути. Он слегка нахмурился, но кивнул, похлопав ее по руке. - Ты же меня знаешь, - сказал он. – Ты правда думаешь, что ему удастся навесить мне лапшу на уши? Она улыбнулась и отпустила его, воздержавшись от дальнейших комментариев и пожелав удачи в его следующей жеребьевке. Выйдя из клуба, он направился в «Дорчестер», но и там не было ни малейшего следа Шерлока, ни сообщений на его телефоне. Черт. Джон несколько минут поболтался в вестибюле, обдумывая свои дальнейшие действия. Он знал, как тонка грань между вежливым интересом и навязчивым преследованием, и ему не хотелось оказаться с неправильной стороны. Но если подумать, он даже не знал, получил ли Шерлок его послание. А может и вполне себе получил, но проигнорировал его… сообщение. Еще раз черт. Проблема в том, что он даже не знал, в каком номере Шерлок остановился. Он помнил, что тот что-то говорил про люкс, но не назвал ни номер, ни на чье имя люкс был снят. Если бы он знал, тогда, возможно, он бы мог… Он обратил внимание на стойку регистрации. А почему бы просто не навести справки, подумал он. Приводя свой план в действие, он направился к стойке, нацепив свою лучшую вежливую улыбку. - Могу я вам помочь, сэр? - Наверное, - жизнерадостно сказал он. – Я надеялся, что вы мне скажете, в каком номере остановился Шерлок Холмс. Ее улыбка, казалось, слегка поблекла, но девушка отвернулась и нажала что-то на своем компьютере. - Мне очень жаль, сэр, - сказала она, поднимая глаза, - но согласно записям, никто с таким именем в нашем отеле не останавливался. Что? Он нахмурился. - Вы уверены? – спросил он. – Он остановился в люксе. Не могли бы вы проверить еще раз, пожалуйста. - Конечно, сэр. – Она снова застучала по клавишам, а потом посмотрела на него с извиняющейся улыбкой. – Мне очень жаль, сэр. - Действительно? – сказал он. – Француз, чуть выше метра восьмидесяти ростом, темные вьющиеся волосы, голубые глаза, одевается либо в спортивную одежду, либо в костюм. Она покачала головой. - Может быть, он остановился где-нибудь еще, - предположила она, - но у нас никто не бронировал номер на эту фамилию. Он хотел расспросить, нет ли в списках похожих фамилий или имени этого другого джентльмена – Лестрейда, вроде бы– когда ощутил рядом присутствие внушительной фигуры в черном костюме. - У вас какие-то проблемы, сэр? – резко поинтересовался грубый голос. Он обернулся и уткнулся взглядом в грудь одного из сотрудников службы безопасности, могучая фигуру которого венчала шея толщиной почти с бедро Джона. - Эм, нет, - он быстро отступил назад. – Я как раз собирался уходить. Благодарю за помощь, - улыбнулся он девушке на ресепшн перед уходом. Да, это было… неожиданно. Он нахмурился, пытаясь понять, что все-таки происходит. Шерлок действительно здесь не остановился или это что-то большее? Подняв глаза, он внезапно увидел недалеко от лифтов знакомую фигуру, которая тоже смотрела на него со странным выражением. Как только их взгляды встретились, мужчина отвернулся, но Джон не собирался так просто его отпускать. - Лестрейд, - позвал он его, опрометью кинувшись через вестибюль. – Подождите! Мужчина с большой неохотой остановился и повернулся к нему с напряженным лицом. - Что тут происходит? – спросил Джон. – Я ищу Шерлока, но мне сказали, что он тут не останавливался. Вы не знаете, где он? Тот непонимающе на него посмотрел, прежде чем ответить. - Désolé, Monsieur, mais je ne parle pas anglais. [18] Джон закатил глаза. - А вот этого не надо, - сказал он, - мы оба знаем, что это не так. Когда я встретил вас в первый раз, кричащим на Шерлока на тренировочном корте, вы отлично говорили по-английски, так что я достоверно знаю, вы такой же француз, как и он. Лицо Лестрейда вытянулось, но справившись с собой, он украдкой обернулся вокруг, проверяя, не подслушивает ли кто, и потянул Джона в сторону. - Ну ладно, хорошо, - понизив голос, сказал он на идеальном английском с едва заметным акцентом жителей западной части страны. - Но я не собираюсь рассказывать вам, где он остановился. Поверьте, мне слишком дорога моя работа. Но я скажу так - для вашего же блага я бы посоветовал вам держаться от него подальше. Или, по крайней мере, не ближе, чем вы есть. Джон уже было открыл рот, чтобы ответить, но тут же его захлопнул. - Нет, и не надо мне сейчас вешать лапшу на уши. Я знаю, чем вы, ребята, балуетесь, и мне действительно плевать на это. Вы оба взрослые мужики. Но вы, Джон, похоже, приличный парень, и я не хочу, чтобы вы на этом обожглись. Шерлок Холмс – великий теннисист, но не слишком хороший человек. Так что бога ради, забудьте о нем и просто сконцентрируйтесь на вашем теннисе, потому что, видит бог, если встанет выбор между теннисом и чем-то еще, я буквально имею в виду, вообще чем угодно, он всегда выберет теннис. Понятно? Он кивнул, не в силах даже ничего возразить. - Хорошо, - сказал Лестрейд. – И мне очень жаль, действительно очень жаль, но так будет лучше. Вот увидите. - Хорошо, - сказал он и сглотнул. Лестрейд кивнул, хлопнул его по плечу, и ушел, оставив Джона в одиночестве. Только одно он сегодня слышал он снова и снова – он должен был оставить Шерлока Холмса в покое окончательно и бесповоротно. Вот черт, было бы хорошо знать это до того, как у них все началось, потому что по тому тянущему чувству где-то в районе желудка, он понимал, что уже слишком поздно. Черт возьми! Когда он поднимался на лифте на свой этаж, его мозг буквально кипел от мыслей. Может быть, это был просто секс, думал он. Секс был хорош – нет, он был просто потрясающий, - конечно же, он хочет еще. Но даже думая так, он понимал, что это не совсем правда. Он действительно наслаждался общением с Шерлоком. Впервые за долгое время он мог смеяться, расслабляться и вообще отлично себя чувствовать. Господи, он совсем запутался. Добравшись до своей комнаты, он вытащил свой ключ-карту и открыл номер. В номере никого не было.

***

Он знал все о послематчевом эмоциональном коллапсе, немало испытав его в своей жизни, но это был первый случай, когда у него случилась такая серьезная ломка, после того как эйфория от победы схлынула. Вздохнув, он прошел в комнату и аккуратно убрал свои сумки. На телефоне в номере не было никаких сообщений, а мобильник продолжал упрямо молчать. Присев на кровать, он включил телек как раз вовремя, чтобы попасть на репортаж о теннисном турнире, но через несколько минут снова выключил. Что же теперь делать? Он лег на кровать и уставился в потолок. Он совсем не ожидал, что еще будет здесь на этом этапе. В третьем круге, кто бы мог подумать. Он играл в теннис лучше, чем когда-либо в последние годы. Диммок идет с ним наравне, и всегда существовала вероятность, что он обыграет его. А что потом? Четвертый раунд. Он не доходил до четвертого раунда турнира уже много лет. Это было бы здорово. Но нет, он не собирался прыгать через голову. Диммок будет непростой задачей. Не стоит относиться к этому беспечно. Вздохнув, он скатился с кровати и потянулся. Адреналин и эндорфины после матча окончательно испарились, заставив его, наконец, прочувствовать цену победы каждой его мышцей. Победа или поражение, все равно он полностью не восстановился, как это бывало раньше, когда он был моложе, но сейчас хотя бы не чувствовалось, что повредил себе что-нибудь. Потерей гибкости рисковать было нельзя. Может, горячий душ пойдет ему на пользу, тепло разогреет его мышцы, и он сможет отвлечься от всего остального. Вполне возможно, что его номер был меньше, чем большинство других комнат в этом отеле, но душ был божественный. Он потерял счет времени, которое там пробыл, но влажный конденсат был повсюду, когда он оттуда вышел. Подсушивая себя одним полотенцем, он обернул второе вокруг бедер и побрел обратно в прохладный воздух комнаты. Он замер от неожиданности. Ладно, это немного больше чем сюрприз. - Надеюсь, ты не возражаешь, что я решил занять себя, пока ты восстанавливал здоровье. Шерлок Холмс вновь растянулся на его кровати, примостив у себя на бедрах ноутбук Джона и шевеля пальцами одетых в черные носки ступней. И вообще, он выглядел очень расслабленно и очень по-домашнему. Джон постарался удержать на месте выпадающую челюсть, но потерпел сокрушительное фиаско. В какой-то момент он хотел поинтересоваться, что Шерлок тут делает, но отмел этот вопрос как бессмысленный. Он закрыл рот и провел рукой по своим влажным волосам. - Ты сменил пароль, - даже не потрудившись поднять глаза, прокомментировал Шерлок Холмс, коротко махнув в сторону экрана, и начал что-то быстро печатать. – ОтвалиШерлок, не самый оригинальный, но дополнительные баллы за стиль. Хотя, признаюсь, я начал с ОтъебисьШерлок, но по сути, это то же самое. Он посмотрел на Джона с легким неодобрением. - Хотя я и ценю твой вид в одном полотенце, но, возможно, ты захочешь одеться перед тем, как мы уйдем. Джон моргнул, и наконец, придя в себя, все-таки прошел в комнату. - Куда именно мы идем? – спросил он. - Есть фиш-энд-чипс, - просто ответил Шерлок. – Помнится, именно этим британским деликатесом ты собирался меня угостить. Вот я и подумал, что мы могли бы прогуляться, посмотреть некоторые из зеленых уголков Лондона, а потом вернуться сюда, где ты мог бы нагнуть меня над этой кроватью и хорошенько засадить. Как тебе такой план? - А, хорошо, - выдавил он, ощутив внезапное головокружение, скорее всего от того, что некоторое количество его крови сосредоточилось совсем в другом месте, а именно внизу, если можно так сказать. Черт, ему же не пятнадцать. Глубоко вдохнув и пытаясь что-нибудь придумать, он облизал губы и откашлялся. - Звучит многообещающе, - наконец-то промямлил он. – Э-э-э, ага. - Превосходно, - сказал Шерлок. – Тогда, может быть, ты начнешь шевелиться, и не нужно меня стесняться, я уже все это видел. Ну, Джон не мог не признать, что это было правдой. Взяв себя в руки, он подошел к комоду, чтобы достать пару трусов. Затем без малейшего смущения или замешательства он сбросил полотенце, чтобы натянуть трусы. Потом он вытащил достаточно приличную рубашку – одну из своих проверенных, - пару не белых и не теннисных носков, и наконец-то, джинсы. - Кто-нибудь тебе говорил, - сказал Шерлок, не сдвинувшись даже на миллиметр, - что у тебя самая великолепная задница? Он засмеялся, застегивая ремень. - Да, вообще-то говорили, - сказал он. – Но не в последнее время. - Преступление, - Шерлок захлопнул крышку ноутбука и поднялся с кровати, - потому что ей следует восхищаться как можно чаще, она этого достойна. И Шерлок без малейших колебаний и зазрения совести протянул руку и сжал его ягодицу. - Хммм, да, определенно, - сказал он, снова легонько сжимая, - но позже. Пошли. Рука хорошенько шлепнула его сзади, и Шерлок пошел обуваться. - И не забудь свой кошелек. В итоге недалеко от отеля они нашли ресторанчик с фиш-энд-чипс, который продавал еду на вынос. Нагруженные едой и парой бутылок минеральной воды, они побрели обратно в Гайд-Парк, где уселись на скамейку и весь вечер наблюдали за рисующими и проходящими мимо людьми. Еда была довольно хорошей, они ели и неторопливо болтали. Оказалось, что Шерлок очень мало знал о фильмах или телепрограммах, и совершенно не отреагировал, когда Джон упомянул Джеймса Бонда. Видимо, все, что не касалось тенниса, Шерлока не особо интересовало. Поев, они прогулялись по Гайд-Парку, и Шерлок заметил, что он мог бы подедуцировать прохожих. Все это было очень приятно, более чем приятно, и напрямую противоречило тому, чего он наслушался за сегодняшний день – от Салли, Сары, Лестрейда. - Я столкнулся с одним из твоих гавриков, - сказал Джон после нескольких минут молчания. – Лестрейдом. В вестибюле отеля. - Хмм, да, - мягко сказал Шерлок, - он что-то упоминал об этом. - Он рассказал тебе, что он мне поведал? – спросил он. - Да нет, не сказал, - ответил Шерлок, - но я смог сделать выводы. Не сомневаюсь, что ты задавал вопросы о моем местонахождении, и он взял на себя труд сообщить тебе, что мне плевать на всех и вся, кроме тенниса. Я прав? Джон подтвердил, что прав. - Но мы оба и так уже это знаем, - продолжал Шерлок. – Я трахаюсь, но в отношения не вступаю. В конце турнира наши пути разойдутся. Ты знаешь, что это значит. А до тех пор я буду наслаждаться твоей компанией – чего не могу сказать о большинстве людей, которых когда-либо встречал, - и физически я готов ко всему, что ты захочешь мне дать. Если тебя это не устраивает, тогда тебе стоит это прекратить, но я не буду притворяться, что это что-то большее. Это было… в значительной степени то, что он и ожидал - короткая интрижка, немного общения, чтобы скоротать одиночество и некоторое количество довольно запоминающегося секса. Да, Джон был на такое согласен. А если он заодно одержит больше побед, так оно еще и лучше. В любом случае, он же хотел уйти, громко хлопнув дверью. По меньшей мере, такое не забудется. - Это я смогу пережить, - заявил он без обиняков. - Хорошо, - сказал Шерлок. – Было что-то еще? - Да, - признался он. – Та теннисистка, Донован, она сказала, что ты от этого тащишься. Шерлок поднял брови. - Я только что сказал тебе все это, а ты все еще здесь. Джон ухмыльнулся. - Кофе? – спросил он. Шерлок улыбнулся. - Я уж думал, ты никогда не предложишь.

***

Ощущение задницы Шерлока, растягивающейся вокруг него, было таким же обалденным, как и в прошлый раз. Медленно войдя в тело Шерлока, Джон сделал паузу, дав Шерлоку время привыкнуть к его размеру, пока он любовался великолепным зрелищем, раскинувшимся под ним. Согнутая над кроватью, спина Шерлока прогибалась перед ним, демонстрируя полоски загара, оставшиеся от разной одежды. Его обнаженная задница, которую обычно от солнца защищали разнообразные шорты, была совсем бледной, а спина при этом была немного темнее, откуда можно было сделать вывод, что Шерлок практиковал тренировки топлес. Руки были совсем темные, хотя и не настолько загорелые, как можно было бы ожидать. Однако, в целом Шерлок был чертовски красив, и сейчас был предоставлен на милость Джона. - Надеюсь, ты не будешь дожидаться свистка судьи, чтобы начать? – проворчал под ним глубокий голос, нетерпеливо задвигавшись. - Тссс, - проговорил Джон, покрепче вцепившись в узкие бедра. – Кто-то явно торопится. Он нагнулся, чтобы прижаться губами к гладкой коже, сначала дыхнув на нее, прежде чем приникнуть нежным поцелуем. Его тело просто кричало, требуя вернуться к скольжению внутри тесного жара, так сильно сжимавшего его сейчас в себе, но он заставил себя подождать. Он собирался действовать медленно. Настолько медленно, чтобы Шерлок начал просить его, умолять двигаться быстрее, и дать ему кончить. Целующие губы изогнулись в ухмылке. Ага, они собирались действовать по его сценарию. Времени в их распоряжении было много, и кто знает, выпадет ли ему шанс проделать подобное с французом еще раз. В ответ на жалобное хныканье под собой, он сжал зубы под поцелуем, осторожно покусывая нежную теплую кожу. Вихляние под ним прекратилось с тяжелым выдохом, и Джон тихонько хихикнул, пробежав языком по выступающим позвонкам, вжимаясь дальше в этот восхитительный, растягивающийся под ним зад. - Двигайся, пожалуйста, - услышал он под собой, сказанное таким тоном, что эффект прилетел непосредственно в его член. Боже, этот голос. - Ладно, - подчинился он, потому что этот голос было чертовски трудно игнорировать, и медленно вышел из него, оставив внутри только головку. А потом толкнулся внутрь так же медленно. - Как тебе? Он повторил движение чуть-чуть быстрее, хмыкнув над тихим стоном, который он получил в ответ. Расставив ноги пошире, он снова толкнулся и поймал момент, когда нашел простату Шерлока. - О да, - выдохнул он, чувствуя, как изогнулось под ним тело. – В яблочко. Он немного ускорился, уступая желаниям своего тела, но сохранял свои толчки медленными и размеренными, что, как он знал, с одной стороны, было чертовски приятным, а с другой - сводило с ума. Его – определенно, и он закрыл глаза, вздохнул и растворился в ощущениях. Господи, он уже и не помнил, когда трахался так долго и медленно. В последний раз, когда они были вместе, это было восхитительно, но определенно, что-то было в том, чтобы не торопиться и медленно приближаться к разрядке. - Ты знаешь, что оставил на мне отметины в прошлый раз? – небрежно сказал Джон, перемежая слова с более сильными толчками. - Я? – переспросил француз не столь спокойным голосом, как ему хотелось это показать. - Ухумс, - промычал Джон. – На моей спине. Майк, мой врач, откомментировал это дело, ему хотелось знать, кто была эта счастливица. - Ох!.. О да… так. Господи, Джон, сделай так снова. Понукаемый Шерлоком, Джон ускорился, толкаясь быстрее и интенсивнее и слыша удовлетворенные стоны француза. О да, он умеет так восхитительно стонать. Затем Джон снова замедлился, загоняя вглубь свой инстинкт двигаться все быстрее, превращая все это в быструю, поспешную скачку на кровати, такую классную, такую классную, но, к сожалению, не долгую... - Bâtard! [19]– услышал он бормотание Шерлока. Он не знал, что тот имел ввиду, но у него были определенные предположения на этот счет. Он снова ухмыльнулся, скользнув пальцами по соску француза. - Хмм, да, - согласился он. – На самом деле это были твои пальцы. Царапины на левой нижней части моей спины. - Длинные… хммм… тонкие пальцы. Да, так! Mon Dieu! Хороши для скрипки. - Ты играешь на скрипке? – Он куснул кожу под лопаткой и сжал сосок между пальцами. Шерлок дернулся, сжимаясь вокруг него от избытка ощущений. - Ммм… да, - удалось выдавить французу после нескольких глубоких вдохов и выдохов. – Скрипка. Да. - Человек многих талантов. - Человек… да… который больше не… putain!.. [20] о, да… так очень… дразнящее… Он чувствовал напряжение в теле под ним, почти обезумевшем в стремлении получить больше, в желании прикоснуться к собственному возбужденному члену, в чем сейчас ему было отказано. Переместив свой вес вперед, Джон наконец-то сдался и ускорился, вкладывая больше силы в каждый свой толчок, поднимаясь на цыпочки. Шерлок, задыхаясь, уронил голову на подушку, плечи опустились в изнеможении, когда он подмахнул бедрами, толкаясь назад, навстречу Джону. - Вот, пожалуйста, - сказал Джон, любуясь изгибом спины француза и видом его задницы. – О господи, это то, чего ты хотел, не так ли? - Oui… Mon Dieu, oui, [21]- осознание того, что он заставил Шерлока вновь перейти на французский, прострелило его тело насквозь, прямо в яйца. - Plus fort, Jean. S’il-te-plait! Tout cela…Baise moi! Baise moi, Jean! [22] - О, ты даже не представляешь, как потрясающе это звучит, также офигенно, как мои ощущения в тебе. Он снова прижался губами к вспотевшей спине, двигаясь короткими быстрыми толчками и неизменно попадая по простате Шерлока, восхищенно разглядывая, как дергается его тело. - Такой охрененно красивый, - выдохнул он. – Ты можешь кончить от этого? - Non, - последовал задыхающийся ответ с легким оттенком отчаяния. - Touche-moi. Je t’en prie, Jean… touche-moi! [23] - Ммм? – у него был четкий план дальнейших действий, но ему хотелось посмотреть, что Шерлок будет делать дальше. А сделал он следующее: он сдвинулся, одной рукой схватил за руку Джона, и с нетерпением потянул ее туда, где находился его обделенный вниманием член. Улыбнувшись, Джон послушно обхватил его пальцами, одним движением заставив Шерлока издать протяжный стон, в котором слышалась благодарность. - Господи, ты так возбужден, - прошептал Джон, скользя рукой по члену Шерлока взад-вперед. – Долго не продержишься? Черт, он и сам уже не продержится дольше, не с этой панорамой вихляющих бедер и потоком прерывающейся от страсти французской речи. Его руки соскальзывали, одна с покрытого потом бедра, другая - с влажного от предсеменной жидкости, болезненно твердого члена, и ему приходилось изо всех сил вцепляться в тело Шерлока. - Господи, уже почти... - простонал он, уткнувшись лбом Шерлоку между лопаток, когда почувствовал жар, растекающийся в своем паху. Боже, как же было хорошо. Джон двинулся жестче и глубже, отбросив все попытки изобразить жесткий контроль над собой. Он хотел этого, господи, как он сильно этого хотел. Горячее тело под ним, плотно сжимающееся вокруг его члена; эрекция, скользящая в его пальцах взад-вперед, твердая и влажная. О боже, он хотел попробовать ее на вкус. - Oui! – он услышал, как француз задыхается под ним, его слова сливались вместе в неразборчивый лепет, бедра толкались навстречу движениям Джона с почти отчаянной спешкой. - J’vais… j’vais… И оно случилось, спина Шерлока выгнулась, задний проход сжался, когда Джон почувствовал, как член в его руке на мгновение стал еще тверже, хотя это было почти невозможно, и Шерлок кончил с коротким порнографическим стоном, полностью лишая Джона каких-либо остатков самоконтроля. Еще быстрее дергая бедрами, он зажмурился и полностью отдался во власть ощущений, выдыхая из последних сил стоны, прежде чем до конца погрузиться в тело Шерлока и позволить оргазму накатить на него неудержимым приливом. Это было так хорошо, так охренительно, восхитительно хорошо, такая прекрасная кульминация замечательного дня. Его тело дрожало, он хватал воздух широко раскрытым ртом, уронив голову на влажную спину и потираясь щекой о гладкую кожу. Когда он пришел в себя, то обнаружил, что просто висит на Шерлоке, а руки француза дрожат от напряжения, удерживая их от резкого падения лицом в постель. - Жан, - услышал он, а затем более резкое, - Джон, - что вернуло его обратно и заставило извиняться, после того, как он осторожно выскользнул из Шерлока, не забыв о презервативе. Шерлок так и не пошевелился, безвольно уткнувшись лицом в подушку, он дышал глубоко и часто, а его уже опавший член был весь в следах спермы. Он выглядел выжатым как лимон, даже каким-то сломленным, без этой своей маски, под которой люди привыкли его видеть. А потом Джон встал, выпрямился, расправил плечи и внезапно полностью взял себя в руки, несмотря на беспорядок на своем животе и в промежности. - Подожди, эм, позволь мне сделать кое-что, - Джон внезапно обнаружил настоятельную необходимость в некоторой дистанции между ними. Он метнулся в ванную, быстро схватил там запасное полотенце, смочил его и вернулся в комнату, молча протянув полотенце Шерлоку. Шерлок быстро и небрежно протер себя, а потом бросил полотенце назад в сторону ванной. Теперь, когда это точно закончилось, Джон так и не знал, что сделать или сказать. Это - не отношения, как ему четко объяснили. Никто не собирался валяться в посткоитальных объятиях, шепча друг другу эмоциональные нежности. Они уже поели и единственными развлечениями в номере были телевизор и ноутбук. Они все еще были без одежды, хотя, будучи спортсменами, привыкли к зрелищу обнаженной натуры, разве что не в такой ситуации. Должен ли он что-то сказать? Или сделать? - О, бога ради, прекрати страдать смущением, - огрызнулся Шерлок, полулежа на кровати. – Я практически слышу твои мысли прямо отсюда. Надень штаны, если это заставит тебя почувствовать себя лучше, и если хочешь, чтобы я ушел, так и скажи. Я в любом случае не останусь надолго, но если выбирать между тобой и Лестрейдом, ты раздражаешь меня гораздо меньше. Да, и подай мне мой телефон, пока ты тут размышляешь. Телефон был где-то в куче одежды, которую Шерлок разбросал, пока искал смазку и презервативы. - Похоже, у тебя есть несколько сообщений, - он протянул Шерлоку телефон и уселся рядом на кровать. Шерлок фыркнул и сразу же полез просматривать сообщения. - В основном от Лестрейда, - сообщил он. - О, - сказал Джон. – Знаешь, ты так и не сказал мне, чем он занимается, когда не бомбардирует тебя сообщениями. Шерлок отбросил телефон. - Преданная нянька, главным образом, - усмехнулся он. – Оказывается, мне нужен присмотр. Он организует все – отели, одежду, интервью, что я делаю, куда хожу, кого я вижу и не вижу. - О, точно, - хмыкнул Джон. - Ненавижу это, - сказал Шерлок. – Но могло быть и хуже. - Хуже? Каким образом? - Его могло бы быть сложнее обвести вокруг пальца. - Значит, это из-за него я не мог выяснить, в каком номере ты остановился? – спросил Джон. – Ну, если предполагать, что ты действительно остановился здесь, в этом отеле. - Люкс номер 212, - отчеканил Шерлок, - но тебе туда точно не надо. Здесь мне больше нравится. Лучше… вид. Шерлок окинул оценивающим взглядом тело Джона, заставив его еще покраснеть и покашлять. - Итак, - все-таки выдавил Джон, - завтра потренируемся еще? - Я дам тебе знать, - сказал Шерлок, и его губы изогнулись в странной полуулыбке. – Хотя, после сегодняшнего выступления, я могу засвидетельствовать, у тебя никаких проблем с ударами нет.

***

1 - Стой! Кто это? – фр. 2 - Он со мной. – фр. 3 - Но откуда ты знаешь, что он не… - фр. 4 - Потому что я знаю. Добрый день. 5 - До свидания. – фр. 6 - Да, да. – фр. 7 - The Sun — британский таблоид, широко известный благодаря историям о жизни звёзд, в том числе скандальным и провокационным, а также об индустрии развлечений (истории и слухи о поп-музыке, телевизионных сериалах и т. п.). 8 - Микст (англ. mixed — смешанный) — вид игры в теннис (лаун- или настольный), в бадминтон, когда пара, состоящая из мужчины и женщины, играет против другой пары, тоже состоящей из мужчины и женщины. 9 - Напротив – фр. 10 - Рыба и картофель фри (англ. Fish and Chips; в русском языке также используется транслитерация фиш-энд-чипс) — блюдо, состоящее из рыбы, обжаренной во фритюре, и нарезанного крупными ломтиками картофеля фри. Это блюдо считается неофициальным национальным английским блюдом и является неотъемлемой составляющей английской кухни. Обычно продается в уличных кафе на вынос. В прошлые времена рыбу с картошкой продавали завернутыми во вчерашний номер бульварной газеты и ели руками. Сейчас эти традиции исчезли. 11 - Глубокий мяч – удар, когда мяч посылается под заднюю линию. 12 - Удар по линии - направление удара происходит параллельно боковым линиям корта. 13 - Удар по диагонали (кросс) - направление удара происходит параллельно диагоналям, соединяющим противоположные углы корта. 14 - Эйс (или подача навылет) — термин, обозначающий в теннисе ситуацию, когда подающий выигрывает очко в розыгрыше за счет подачи, которая попала в квадрат, и при этом принимающий игрок не коснулся мяча. 15 - Удар с лета - удар, произведенный до отскока мяча. 16 - Приём на вылет - приём подачи соперника, при условии, что он не успевает дотронуться до мяча, который перелетел на его сторону. 17 - Укороченный — удар, при котором мяч летит по низкой (в некоторых случаях высокой) и крутой траектории и за сеткой резко снижается; 18 - Простите, сэр, но я не говорю по-английски. – фр. 19 - Ублюдок! – фр. 20 - Блядь! – фр. 21 - Да, боже мой, да. – фр. 22 - Жестче, Джон! Пожалуйста! Все… Трахни меня! Трахни меня, Джон! – фр. 23 - Нет. Прикоснись ко мне. Умоляю тебя, Джон… прикоснись ко мне! – фр.