Sideways

– Нам нужно встречаться, – Блейн подождал ответа, но Курт даже не дрогнул. Он закатил глаза и осторожно потыкал локтем своего бойфренда. Курт с тихим стоном перекатился, но все равно не проснулся. – Кууууууурт, – протянул Блейн, наклоняясь ближе к уху своего парня. Блейн улыбнулся и прижал руку к внутренней стороне бедра Хаммела и затем медленно скользнул ею выше, пока Курт не проснулся и не приподнялся. – Что за…? – Пытаюсь тебя разбудить, – заулыбался Блейн. – У других людей для этого есть будильники, – сказал Курт, но на его губах играла улыбка. – А ко мне пристают во сне. Блейн сел, скрестив ноги, и посмотрел на Курта. – Так что ты хотел? – спросил Курт, когда Блейн переплел их пальцы. – Как голова? – Нормально, – сказал Блейн, хотя она все еще немного пульсировала. – Нооо, – сказал он, растягивая слово. – Я тебя разбудил, чтобы сказать, что мы должны встречаться. Курт пару раз моргнул. – Я думал, мы уже встречаемся? – он превратил утверждение в вопрос. – Нет, – Блейн покачал головой. – Я имел ввиду по-настоящему встречаться. Ходить на свидания. Мы никогда не ходили на свидания. Курт смотрел на него дольше, чем было нужно, затем тихонько улыбнулся, приподнимая брови. – Эм, ладно, – выдохнул он. – Что на тебя нашло? Блейн пожал плечами и лег, прижимаясь к Курту. – Я просто думал о том, как быстро у нас все закрутилось, – сказал он. – Сначала мы занимались сексом, а потом появились чувства, хотя должно было быть наоборот. Плюс между всем этим должны были быть свидания. Они оба одновременно заговорили: – Нам не обязательно. – Только если ты не хочешь. – О. – О. – Что "о"? – спросил Курт. – Ты не хочешь, – заключил Блейн. – Я такого не говорил, – заметил Курт, осторожно отстраняясь от Блейна так, чтобы они смотрели друг на друга. – Я просто имел ввиду, что ты не обязан водить меня на свидания. Мне более чем хватает секса и чувств. – Да, – улыбнулся Блейн. – Но представь секс, и чувства, и свидания. Или! Представь свидания, потом чувства и потом секс. Курт закатил свои небесно-голубые глаза и захихикал. – Думаю, тебе пора принимать таблетки, детка. Блейн снова лег, Курт обхватил его лицо ладонями, а затем начал снимать повязку с его головы. Блейн закрыл глаза, пока Курт осторожно убрал бинт с его раны. Она покалывала, но было уже не так больно, как прошлой ночью. – Фу, – услышал он голос Курта. – Думал, ты скажешь, что любишь меня, – Блейн притворно надул губки. – Полюблю тебя через минутку, – сказал Курт, вылезая из-под Блейна и вставая. – Сейчас вернусь. – "Полюбишь через минутку" означает минет? – крикнул Блейн вслед Курту, когда тот исчез в ванной. Он лег и улыбнулся, потому что хоть его жизнь в прямом смысле разваливалась на части и собрать ее не представлялось возможным, у него все еще были эти небольшие моменты с Куртом. "Ненадолго," – автоматически напомнил ему его разум, но он отмел эти мысли, не желая о них думать. Он лежал на кровати и просто думал, пока Курт не вернулся через несколько минут, держа влажное полотенце и свежий бинт в руках. Он посмотрел на Блейна и улыбнулся. – Додумался? – через мгновение спросил он. – Хмм? – спросил Блейн, приподнимаясь. – До чего додумался? – До смысла жизни или что ты там так усердно пытался понять. – А? – Блейн нахмурил свои темные брови. – Ничего, – сказал Курт, садясь. – Ты просто выглядишь так, словно думал о чем-то глубоком и значимом. – Курт прижал мокрое полотенце к голове Блейна, и тот вздрогнул, но потом успокоился. – Так что это? – спросил Курт. – Что? – О чем ты думал? – О, – сказал Блейн. – О тебе. – Обо мне? – спросил Курт. – Я всегда думаю о тебе. – Подлиза, – заулыбался Курт, распутывая новый бинт. – Я просто думал, – начал Блейн. – О том, что никто раньше не называл тебя красивым. – Он наклонил голову, чтобы можно было видеть Курта, который теперь покраснел. – Прекрати смущаться, – улыбнулся Блейн. – Я серьезно. Как так получилось? – Как, эм, что получилось? – спросил Курт, снова принимаясь за голову Блейна. Он начал перевязывать его рану. – Ты прожил восемнадцать лет, и никто не называл тебя красивым. Курт только пожал плечами. – Ты даже не осознаешь этого, да? – спросил Блейн, приподнимаясь, а затем ложась на живот перед Куртом. Он потянулся и взял его за руки. – Я серьезно. Ты такой идеальный. От этого в прямом смысле больно, когда я думаю, какое ты совершенство. Просто… правда, ты такой привлекательный. – Эм, – сказал Курт. – Ты мне льстишь, потому что тебе что-то нужно? – Ты меня обижаешь, малыш. – Чего ты хочешь, детка? Блейн широко улыбнулся. – Ничего, – сказал он ему. – Однако, я думаю, что ты должен позволить мне сводить тебя на свидание и показать тебя тем, у кого не такие привлекательные бойфренды, чтобы они безумно обзавидовались, а я бы в это время уже вез тебя сюда, чтобы раздеть тебя и зацеловать каждый сантиметр твоего тела. – О. – О? – О, – Курт кивнул, и Блейн посмотрел вниз, когда Курт скрестил ноги, пытаясь скрыть свой твердеющий член. – О, – ухмыльнулся Блейн и приподнялся, затем пополз и навис над покрасневшим Куртом. – Я тебя взволновал и возбудил? – Курт сглотнул, и пальцы Блейна двинулись к поясу пижамных штанов Курта. – Приляг. Курт послушался, Блейн скользнул в его штаны и погладил его наполовину вставший член через нижнее белье. – Так, эм, – удалось выдавить Курту. – На-насчет свидания. Эм, куда ты… мы пойдем? – Я думал про Брэдстикс, – проинформировал его Блейн, скользнув вниз и оставив поцелуй на бедре Курта, там, где он слегка спустил его штаны. – Бр-Брэдстикс? – спросил Курт. – Но все ходят туда. – Именно. – О, – произнес Курт. – О? – спросил Блейн, оборачивая пальцы вокруг члена Курта. – Оооо, – выдавил Курт. – Так и думал, – улыбнулся Блейн.

***

– Такое ощущение, что все смотрят, – сказал Курт Блейну, сидящему напротив за столиком в Брэдстиксе. – Я тебя умоляю, – сказал Блейн. – Может, мы просто друзья, которые решили поужинать вместе. Курт увидел, как Блейн потянулся и накрыл его руку своей. – Или нет, – произнес Курт. – Успокойся, – улыбнулся Блейн, его глаза светились и блестели в тусклом свете ламп, висевших над ними. – Я спокоен, – сказал Курт, поворачивая ладонь в руке Блейна. – Я просто констатирую факт. – Мне нравится, когда ты просто констатируешь факты. – В этом нет никакого смысла, – сказал ему Курт. – Я знал, что ты должен был подождать, прежде чем снова принять это обезболивающее. Блейн широко улыбнулся, словно ненормальный и начал играть со своей соломинкой. – Я его не принимал. – О, – сказал Курт. – Что ж, тогда это странно. Блейн захихикал и сжал руку Курта, игнорируя неодобрительный взгляд мужчины, который сидел за соседним столиком. – Мне жаль, что мы раньше не встречались. Курт улыбнулся и сжал его руку в ответ. – Ну, ты на тот момент уже кое с кем встречался, – указал Курт. – Все равно, – сказал Блейн. Затем его глаза потемнели, и он немного наклонился. – Ты не заслужил того, как я с самого начала с тобой обращался, Курт. – Ты уверен, что не принимал таблетки? – Уверен, – улыбнулся Блейн, кончики его губ слегка потянулись вверх. – Я серьезно. Я ужасно вел себя с тобой. Мне просто нужно было сдаться в ту же секунду, когда я понял, что ты мне нравишься. Я должен был уйти от Куинн. Я должен был сказать тебе, что чувствую. Я должен был с самого начала дать тебе все то, что ты заслуживаешь. Курт криво улыбнулся. – Все нормально. – Нет, – не согласился Блейн. – Обещаю тебе, что с этого момента я буду обращаться с тобой с той любовью и заботой, которую ты заслуживаешь. Я буду обращаться с тобой как… как с принцем! Курт рассмеялся. – Вообще-то, я был принцессой, помнишь? – Пффф, – усмехнулся Блейн. – Я буду принцессой. Я с легкостью могу представить, как ты верхом на белом коне скачешь к дворцовым воротам, размахивая в воздухе мечом, пока солнце будет отражаться в серебряном клинке, освещая лучистым светом твою идеальную, молочную кожу, а твои ослепительные голубые глаза будут сиять, словно океан летним днем. – Блейн, с каких пор ты поэт? – фыркнул Курт. – Полагаю, я должен представить тебя в невероятном розовом бальном платье? – Только если это зажжет твой огонь, – Блейн поиграл бровями. Курт чуть не задохнулся. Блейн только что сказал "зажжет твой огонь". Он покачал головой и, улыбаясь, облокотился на спинку стула. – Думаешь, ты когда-нибудь простишь меня? – спросил Блейн, тень улыбки все еще присутствовала на его бледных губах. – Я никогда ничего не имел против тебя, – сообщил ему Курт. Тогда в глазах Блейна снова появились эти искры. – Технически неправда. – Ешь свои хлебные палочки, Блейн, – Курт покачал головой. Блейн потянулся, взял хлебную палочку, поднес ко рту и начал облизывать ее языком. Курт покраснел, вспоминая, как Блейн делал это сегодня, когда стянул с него пижамные штаны и… Он делает это специально. Курт хмуро посмотрел на Блейна, чьи золотисто-карие глаза не отрывались от его голубых глаз. Уголки губ Блейна потянулись вверх, превращаясь в улыбку, когда он понял, что Курт увидел связь. Он начал посасывать палочку, а Курт мог только пялиться на него. – Обожаю, когда ты нервничаешь, – сказал ему Блейн, на секунду убрав палочку от своего рта. – Тут люди, – зашипел Курт, но он не мог оторвать глаз от глупого языка Блейна. – О, я знаю, – усмехнулся Блейн. – И я помню, как тебе понравилось в последний раз, когда я делал это с тобой, в то время как вокруг были люди. Курт быстро отвел взгляд, вспоминая их маленькое приключение в школьном туалете. – Ты за это заплатишь, – сказал он Блейну. – Оо, – ухмыльнулся Блейн. – Это обещание?

***

– Где Блейн? – спросила Рейчел, садясь на софу. Она сняла свою шляпку и положила ее на колени. – Спит, – сказал ей Курт, садясь рядом с Мерседес. – Он отключился после того, как принял таблетки. Почти правда. Он принял таблетки и только после того, как проулыбался, как дурачок, целый час и завалил Курта намеками с сексуальным подтекстом, он наконец-то успокоился и уснул. – С ним все хорошо? – спросила Мерседес. – Да, – улыбнулся Курт. – Да, он в порядке. – Что Блейн собирается делать после школы? – заинтересованно спросила Рейчел. Улыбка Курта исчезла. – Ничего, – сказал Курт. – По крайней мере, он ничего не планировал. У Блейна немного кружилась голова после таблеток, поэтому он прижался спиной к стене и стал слушать. Он не хотел заходить в то время, когда они говорили про него, потому что от этого будет безумно неловко, поэтому он решил выждать. – Так что вы будете делать? – Блейн услышал вопрос Мерседес. – Понятия не имею, – вздохнул Курт. – Я просто… Я не был уверен в этом… в нас, когда я узнал, что он никуда не подал документы, но он уговорил меня попробовать, и я хотел этого, поэтому я сдался, сказал да, но сейчас… Сейчас я просто не знаю. Сейчас, когда он фактически на улице, без стабильности и любви в жизни. Это как будто… как будто я это все, что у него есть. Так все и было, но он не хотел, чтобы это держало здесь Курта. – Я просто… Я не знаю, что делать. Потому что я люблю его, по-настоящему люблю, но… Я не знаю. Что будет, когда мне придется уехать? И Рейчел, и Мерседес молчали. Курт продолжил, когда увидел, что им нечего посоветовать. – Иногда я… Иногда я думаю, что должен просто сказать, что не люблю его, что у нас ничего не получится, что я больше не могу делать этого, потому что я не знаю, как оставить его, но я никогда не поступлю так. Это будет самая эгоистичная вещь, которую я бы сделал. – Так бы поступила я, – добавила Рейчел. – Моя карьера на первом месте. – Я не могу поставить карьеру на первое место, Рейчел, – сказал Курт. – Я даже не уверен, что у меня получится построить карьеру, но Блейн… – Ты не можешь быть уверен, что у вас с Блейном это надолго, – Рейчел покачала головой. – Ты пожалеешь, если не поедешь, Курт, поверь мне. Курт устало вздохнул. – Я просто… Рейчел, у меня такое чувство, словно он мой единственный. Я просто… Я не знаю, что делать. У него ничего нет. Как я могу утверждать, что люблю, а потом оставить его? Блейн почувствовал, как его сердце сдавило в груди. Он сел, прижимая затылок к стене и просто слушая. – Я знаю, ты переживаешь за него, Курт, но это твоя жизнь, – указала Мерседес. – Но он огромная часть моей жизни. – Ты знаешь его всего пять месяцев, Курт, – невозмутимо заявила Рейчел. – Именно, – сказал Курт. – И за эти пять месяцев он так изменился, он открылся, он… он нашел себя. Что случится, если я уйду от него? Он снова сломается? Он снова будет прятаться, притворяться только потому, что так легче все вынести? Я не могу позволить, чтобы он так поступил. – Может, тебе стоит поговорить с ним, – предложила Мерседес. – Я не хочу сделать ему больно, Мерседес. – Если он тебя любит, то отпустит, Курт, – произнесла Рейчел. – Я не хочу, чтобы он меня отпускал. Блейн тоже не хотел его отпускать, но сейчас Рейчел была права.

***

Блейн уставился в белый потолок, в пустоту над ним. Было такое ощущение, словно он не мог нормально дышать. Его голова кружилась, а сердце вырывалось из груди, и он чувствовал себя паршиво, но он знал, что должен сделать это. Он знал, что другого выхода просто нет. Где-то через полчаса Блейн услышал шаги Курта. Он сел, попытался успокоиться и вести себя нормально. – Привет, – сказал Блейн, когда Курт зашел в спальню. – Ты проснулся, – улыбнулся Курт и сел на кровать. – Как спалось? – Почему ты со мной не поговорил? – А? – спросил Курт. – Поговорил о чем? Блейн приподнялся так, что теперь смотрел прямо на Курта. – Я слышал, твой разговор с Мерседес и Рейчел, – объяснил он. – Ты должен был поговорить со мной. Пару секунд на лице Курта ничего не отразилось, затем он нахмурился. – Слишком рано, Блейн. Все случилось так быстро, и я… я не хотел делать из этого еще большую драму. Блейн изучал его. Его лицо было бледнее, чем обычно, а в глазах стояла печаль. Блейну захотелось обнять его, прижать к себе, заставить улыбку снова появиться на его лице, но он не сделал этого. – Я люблю тебя, Курт, – сказал ему Блейн. Курт нахмурил брови. – Я тоже тебя люблю. – Поэтому я тебя отпускаю, – сказал Блейн немного дрогнувшим голосом. – Я… Рейчел и Мерседес правы. Это твоя жизнь, твоя карьера. Если я буду держать тебя, то это превратит меня в эгоиста и ужасного человека, и будет означать, что я не люблю тебя, поэтому я не поступлю так. Я позволю тебе уехать. Я уйду, я придумаю, где остаться и после этого, я придумаю, что буду делать после окончания школы, но ты с самого начала был прав. Лучше было расстаться раньше, чем позже. От этого совсем не легче, но, по крайней мере, у нас не будет еще миллионов воспоминаний, от которых потом будет больнее. Это к лучшему. – Блейн, нет, – Курт покачал головой. – Останься. Не уходи, останься. Мы что-нибудь придумаем. Блейн крепко зажмурил глаза, затем снова открыл их. – Нет, – он непреклонно покачал головой. – Нет, мы должны сделать это. Если бы я поступил так, то это бы означало, что мне плевать на тебя, но это не так. Я люблю тебя, ты для меня все, поэтому я тебя отпускаю. Теперь глаза Курта блестели, и Блейн надеялся, что он не заплачет, потому что если его любимый заплачет, то это тоже выбьет его из колеи, и он может сдаться, если увидит слезы Курта. – Я не хочу, чтобы ты меня отпускал. – Я тоже не хочу тебя отпускать, но я должен, – объяснил Блейн. – Ты понимаешь, что я пытаюсь сказать? – Да, но я… Блейн, слушай, – Курт сел ближе и взял руки Блейна в свои. Кожа Блейна все еще покалывала каждый раз, когда он касался его. – Мы можем попытаться, чтобы что-нибудь получилось. Правда, мы что-нибудь придумаем. Мы пройдем через это. Я люблю тебя. Люблю. Я просто… Блейн, ты нужен мне. Я не могу представить ни дня без тебя в моей жизни. Не уходи. Блейну хотелось этого. Он хотел заплакать или уснуть, или чувственно поцеловать Курта, но он должен был поступить так. Ему не было места в светлом будущем Курта несмотря на то, как больно ему было признавать это. Это была правда, и так необходимо было поступить. – Прости, – сказал ему Блейн, и ему по-настоящему было жаль. – Ты пройдешь через это. Ты сделаешь это, Курт, и когда ты сделаешь это, ты даже не вспомнишь меня. Хотя я всегда буду помнить тебя. Когда ты будешь там, на Бродвее или где-нибудь еще, я смогу улыбнуться и сказать себе: "Однажды он любил тебя. Курт Хаммел однажды любил тебя". И этого будет достаточно, знать, что я отпустил тебя не просто так, что ты делаешь замечательные вещи. Курт всхлипнул и горько улыбнулся. – Я каждую ночь буду искать Блейна Андерсона среди публики. – Я буду там, – пообещал Блейн, хотя если он будет жить под мостом, он не был уверен, что сможет сдержать обещание. – Слушай, я могу хоть как-нибудь изменить твое решение? Как угодно? Пожалуйста, Блейн? – Нет, – сказал ему Блейн. – Я хочу этого, хорошо? Курт вздохнул, хотя дыхание перехватывало. – Хотя бы останься у меня дома, – попросил он. – Я не могу позволить тебе бродить по улицам, Блейн. – Я что-нибудь придумаю, – сказал он, наклонившись и нежно поцеловав губы Курта. – Все будет хорошо. – Я люблю тебя, детка, – сказал ему Курт, и тихий всхлип сорвался с его губ. Блейн хмыкнул. – Тоже люблю тебя, малыш.

***

Блейн не разговаривал с ним с тех пор, как они расстались. Курт слышал от Майка, что тот остался у него дома на некоторое время, и Курт был рад, что он в безопасности и тепле. У него разрывалось сердце оттого, что Блейн отказался от единственного, что у него было, чтобы у Курта был шанс на настоящее и будущее вдали от Лаймы. Курт был бы счастлив что-нибудь придумать. Он не был уверен, что именно, но он хотел, чтобы тот дал ему шанс. Он любил Блейна слишком сильно, чтобы просто отпустить его, но у него просто не было другого выбора. Блейн улыбнулся Курту после того, как Новые Горизонты выиграли региональные. Курт улыбнулся в ответ, и Блейну пришлось отвернуться, вот так и проходило их общение. Курт вздохнул, потому что он скучал по своему парню. Он скучал по его безумию, по его жалобам, по его приставаниям, по его шуткам, по его уму и по его глупостям, и просто по его Блейну. Он по-настоящему скучал по своему парню.

***

Кому: Курт, 18:32 Курт, ты не видел Блейна? Он ушел часов в восемь утра и до сих пор не вернулся. Майк.

***

– Хаммел. – Зачем ты явился ко мне домой, Пакерман? – потребовал Курт. – Откуда ты вообще знаешь, где я живу? – Мне сказал Джейкоб Бен Израиль, – объяснил он. На нем была его спортивная форма, и в руке он держал свой шлем. – Сделай мне одолжение. – Я не делаю одолжение людям, которые мне не нравятся. Пак застонал, было такое ощущение, что он хотел что-нибудь пнуть. Курт со скучающим видом наблюдал за ним. – Слушай, – терпеливо сказал Пак. – Мне надо знать, где Андерсон, ясно? Все зависит от этой игры. Он нам нужен, где он? – Я понятия не имею, – сказал Курт. – Его никто не видел с восьми утра, поэтому если ты не возражаешь, я вроде как пытаюсь… – Хаммел, сейчас всего 18:45, игра начнется в восемь вечера, – сказал Пак. – Он нам нужен. – Он вас ненавидит, – взорвался Курт. – Едва ли он сделает вам одолжение после того, как вы с ним поступали! А теперь проваливай к черту из моего дома! Курт не дал Паку шанс заговорить, он просто захлопнул дверь и пошел на кухню, чтобы перечитать сообщение Майка. Он не мог ничего поделать с тем, как быстро колотилось его сердце. Он волновался, что что-нибудь могло случиться с ним. У Блейна не было того, ради чего стоило держаться. Курт покачал головой. Он не хотел думать ни о чем таком. Он набрал номер Блейна и стал ждать. Без ответа.

***

– Господи, Блейн, – переведя дыхание, сказал Курт. – Ты не мог взять трубку? Курт подошел и сел на траву рядом с ним. Он поехал на поляну после того, как раз шестьдесят позвонил Блейну. У него было такое чувство, что тот будет здесь, но он все равно боялся. – Что ты здесь делаешь? – спросил Блейн. – Тебя ищу. – Со мной все нормально. – Ты мог бы взять трубку и сказать мне об этом, – сказал Курт, восстанавливая дыхание. – Я безумно волновался. Блейн вздохнул и спрятал лицо в ладонях. На его голове был беспорядок, и он выглядел уставшим, изнеможенным, словно не спал месяцами. – Ноа Пакерман явился ко мне домой, – сказал Курт. Блейн мгновенно поднял голову с широко раскрытыми глазами. – Он что-нибудь сде… – Вообще-то, он тебя искал, – Курт покачал головой. – Я так понимаю, у тебя нет никакого желания идти на игру? – Да пошли они вместе со своей игрой. – Что ж, – сказал Курт. – Думаю, ты должен дать им знать, что не придешь. – Что? Зачем? – Потому что так правильно. – Так правильно, – немного рассмеялся Блейн. – Все правильное всегда отстой. Курт кивнул. Ему бы хотелось исправить все, хотелось помочь Блейну пройти через это, хотелось помочь самому себе, но он не знал как. Блейн бросил телефон Курту. – Ты сделай это. Курт написал Паку и вернул телефон Блейну. – Возвращайся ко мне домой, – сказал Курт. – Я просто хочу, чтобы ты был в безопасности. – Слушай, я выживаю, ясно? Я больше не знаю, что еще делать! Курт потянулся и взял Блейна за руку, хоть тот и пытался отстраниться. – Несмотря на то, что случилось, – сказал Курт. – Я все еще люблю тебя, и я все еще хочу, чтобы ты был жив и… пожалуйста. Я прошу тебя, пожалуйста, просто вернись ко мне домой. – Я не могу, – подчеркнул Блейн. – Мне и здесь неплохо, правда. – Ладно, – сказал Курт и лег. – Я остаюсь с тобой. – Нет, – выдохнул Блейн. – Нет, иди домой, Курт. Не делай так из-за меня, здесь холодно. Курт был непреклонен. Он не собирался оставлять Блейна в опасности. Ему было нужно, чтобы он был в безопасности. Он любил его и хотел, чтобы с ним все было хорошо, даже хоть Блейну совсем не было хорошо. – Я остаюсь здесь. – Почему? – Потому что я люблю тебя. Блейн посмотрел на него и улыбнулся, и Курт тоже улыбнулся, потому что улыбка Блейна всегда была заразительна. – Ты дурак. – Может быть, – сказал Курт и немного приподнялся. – Но я до сих пор люблю тебя и хочу, чтобы ты был в безопасности, поэтому я остаюсь с тобой, несмотря ни на что. – Я тоже тебя люблю, – сказал ему Блейн. Они долгое время смотрели друг на друга, золотистые и голубые глаза просто смотрели друг на друга, и Курт не смог остановить себя. Он медленно придвинулся ближе и сократил расстояние между ними, ловя губы Блейна своими. Он почувствовал, как Блейн выдохнул в поцелуе и начал шептать в его губы. – Это ничего не значит, – выдавил он. – Я… Я отпускаю тебя. Это п-просто поцелуй. Это ничего н-не значит. Курт немного отстранился и посмотрел Блейну в глаза, его губы все еще покалывали от поцелуя. – Поцелуй между нами всегда будет что-то значить. Он снова накрыл его губы своими, и они упали на траву, их тени соединились, и они сплелись в одно под слабым мерцанием всходящей луны.