Феромоны - вещь такая...

      POV Тсуны       Сегодня ровно месяц как мы встречаемся с Хибари-саном. Поначалу было сложно, Хибари-сан оказался жутким собственником и злился, когда видел меня даже с друзьями. Но сейчас он сдерживается, и я рад, что у нас все хорошо. Хотя иногда мне кажется, что я ему не интересен, ведь после нашего первого раза мы не заходили дальше поцелуев. Я стесняюсь спросить Хибари-сана об этом, а он не поднимает эту тему. Но сегодня особенный день. Пусть прошел всего месяц, но это тоже небольшая годовщина, поэтому я сам намерен сделать приятное Хибари-сану.       К месту встречи я пришел пораньше, чтобы не опаздывать, ведь Хибари-сан ненавидит опоздания. Сегодня в честь нашей небольшой годовщины мы идем в кино, где я сделаю то, что задумал. Хибари-сан редко приглашает меня куда-то, ведь он не любит сборищ, поэтому обычно мы проводим время в кабинете или у него дома. И сейчас, видя идущую по дороге любимую фигуру, сердце замирает в предвкушении замечательного вечера. Надеюсь, Хибари-сану понравится мой подарок, ведь я так долго готовился к этому.       Конец POV Тсуны       Темноволосый юноша подошел к стоящему недалеко от входа в кинотеатр Тсуне. Глаза парня радостно вспыхнули, когда Кёя нежно провел рукой по его растрепанным каштановым волосам, убирая со лба мешающие пряди. Такое ласковое, домашнее прикосновение, со стороны казавшееся скорее братским, для них двоих оно имело свое собственное значение, которое не поймут другие люди. Обменявшись ласковыми улыбками, парни зашли в здание кинотеатра, держась друг к другу несколько ближе, чем могут позволить себе друзья, изредка соприкасаясь пальцами рук, но при этом не привлекая внимания и не вызывая подозрений. Лишь только внимательный взгляд мог бы разглядеть в них пару.       Отстояв небольшую очередь за билетами, парни сразу отправились в кинозал, решив не тратить время на покупку таких мелочей как попкорн или газировку. Зайдя в большой полутемный зал с рядами красных кресел, они пошли к самой крайней паре кресел на последнем ряду. Обзор на экран открывался не самый удобный, но Хибари сам выбрал эти места, отказавшись сидеть близко к толпе глупых травоядных, которые тоже пришли посмотреть фильм. Удобно устроившись в кресле, Хибари по-хозяйски обнял Цуну за плечи, притягивая ближе к себе. Савада заметно нервничал, напрягшись в руках юноши, но как только свет в зале погас, а на экране замелькали анонсы других фильмов, парень немного расслабился и сосредоточил свое внимание на Кёе, кусая губы и не решаясь совершить задуманное. Тсуна долго рассматривал уже давно изученное лицо Хибари, пока не поймал на себе вопрошающий взгляд серых глаз. Решив больше не раздумывать, парень подался вперед, накрывая тонкие губы Кёи своими, сминая их в немного неловком поцелуе и сплетая языки и стараясь удержать инициативу в своих руках. Не задерживаясь надолго на губах, Тсуна опустился на шею, начиная ласкать молочную кожу, чередуя слабые покусывания с быстрыми, едва ощутимыми поцелуями.       Хибари был удивлен таким проявлением инициативы со стороны обычно скромного, стеснительного парня, но решил посмотреть, как далеко сможет зайти Цуна. Даже сейчас, в темноте кинозала, благодаря отсветам с экрана было видно, что парень сильно покраснел от стыда, но при этом не прерывался, продолжая ласкать губами и язычком шею Кёи, изредка спускаясь к проглядывающим из-за расстегнутого во́рота рубашки ключицам, оставляя влажные дорожки на коже, руками в это время стараясь расстегнуть брюки юноши, непроизвольно задевая пальцами полувозбужденный член и срывая с губ главы ДК тихие вздохи.       Почувствовав прикосновение холодных пальцев к лицу, Тсунаеши оторвался от изучения чужой шеи и сразу же оказался втянут в несдержанный властный поцелуй. Хибари забрал всю инициативу в свои руки, покусывая губы Савады, сплетая языки в страстном, мокром поцелуе. Дыхание парней участилось, стало более рваным и хриплым, воздух между ними начал накаляться от нарастающего возбуждения.       Стараясь сдержать свое возбуждение, Кёя оторвался от покусанных опухших губ Цуны, собираясь напомнить о том, где они находятся. Но Тсунаеши нарушил планы Хибари, перебравшись к нему на колени и начав ерзать, стараясь устроиться поудобнее. Развязное поведение Савады и движение на собственных коленях прервало поток адекватных мыслей Хибари. Он сильно хотел этого обычно стеснительного, но сейчас такого наглого мальчишку. Кёя из последних сил старался сдержать свою похоть, ведь он пообещал себе, что не сделает зверьку больно.       Легонько поцеловав Тсуну в уголок губ, Хибари принялся ласкать парня, все больше распаляя его желание. Проведя горячим языком по раковине аккуратного ушка Савады, Хибари несильно прикусил мочку и взял ее в рот, принявшись посасывать. В это же время руками он забрался под рубашку млеющего от его прикосновений парня, нежно провел по бокам, ласково прикоснулся к лопаткам, повел пальцами вниз по позвоночнику, несильно надавливая на выступающие косточки, щекочущим прикосновением дотронулся до копчика, еле заметно проведя по маленьким ямочкам на нем. Тсунаеши тихо постанывал от прикосновений Хибари, терся своим пахом о его, изгибался в его руках, тянясь навстречу прикосновениям юноши.       — Хибари-сан, пожалуйста… — Цуна сам не понимал, о чем просит, но желание уже было готово выплеснуться через край. Возбужденный член больно упирался в ширинку, просясь наружу и изнывая от желания получить разрядку.       Хибари не пришлось просить дважды. Расстегнув джинсы Савады и приспустив их вместе с бельем, Кёя освободил от оков одежды требующий внимания член парня. Тягуче медленно обведя выступающие венки, Хибари дотронулся до чувствительной головки, вызвав у Тсуны пошлый стон. Размазав капельки выступившей смазки по головке, чуть надавливая на уретру, Кёя взял член парня в кольцо пальцев и начал неспешно двигать рукой по возбужденному органу, немного сжимая у основания.       Закусив костяшки пальцев, Тсуна приглушенно постанывал, подаваясь навстречу ласкающей его руке. Где-то на периферии сознания мелькнула мысль, что так быть не должно. Савада хотел доставить удовольствие Хибари, а в итоге он единственный, кому сейчас хорошо. Накрыв свободной рукой руку Кёи, парень остановил постепенно ускоряющиеся движения. Сильно краснея, он взглянул в темные, почти черные из-за сильно расширенных зрачков глаза Хибари и, запинаясь, прошептал:       — Х-хибари-сан, я… я хочу как тогда, в кабинете. — И не дав юноше опомниться, Савада взял руку Кёи и начал облизывать тонкие пальцы, нежно проводя по ним языком и изредка покусывая подушечки.       Хибари был удивлен такому повороту событий, но сидящий на нем и развратно облизывающий его пальцы Тсуна не давал нормально сосредоточиться на какой-либо мысли. Отказать такому Саваде было невозможно.       — Будет больно, — скорее для галочки, чем для того, чтобы реально удержать от поспешных действий, сказал Кёя.       — А потом будет приятно, — ответил Савада, выпустив изо рта влажные пальцы. На этом разговоры закончились.       Притянув парня к себе для поцелуя, Хибари приспустил пониже брюки Савады и провел рукой по сжимающемуся колечку мышц, несильно надавив на него и аккуратно введя один палец, стараясь причинить как можно меньше боли. Одной рукой лаская член Тсуны и отвлекая его от неприятных ощущений, Кёя добавил второй палец. Двигая ими внутри парня, сгибая и разгибая, немного разводя в стороны, Хибари постепенно подготавливал Саваду. Когда пальцев уже было три, Цуна сам начал насаживаться на них, постанывая в закушенную ладонь и всем своим видом требуя большего.       Вытащив пальцы, Кёя развернул парня к себе спиной, чуть наклонив его вперед. Вжикнула молния на брюках, и во вход Савады уперся горячий, пульсирующий от возбуждения член. Надавив на непроизвольно сжавшуюся дырочку, Хибари начал медленно проникать в податливое тело, непрестанно лаская плоть парня, тем самым отвлекая его от болезненного проникновения. Но, желая скорее получить удовольствие, Цуна до конца насадился на член Кёи. От резкой, саднящей боли в уголках глаз Тсуны заблестели прозрачные капельки слез, а Хибари тихо зашипел сквозь сцепленные зубы. Стараясь не обращать внимания на боль, Савада привстал и насадился еще раз, глубже впуская в себя возбужденный орган.       Поняв, что теряет инициативу, Хибари начал двигаться, придерживая парня за бедра и ища нужный угол. При очередном толчке услышав особенно громкое постанывание, которое не смог до конца сдержать Цуна, Кёя удовлетворенно хмыкнул и ускорил движения. Тсуна стонал и всхлипывал, кусая ладонь и стараясь подавить непрошенные звуки, изгибался в руках Хибари, насаживаясь сильнее, когда он в очередной раз задевал простату. Стоящий же колом член буквально молил о разрядке. Тсуна кончил практически сразу, как рука Кёи прикоснулась к его органу, на мгновение отрубаясь от мира. Через пару толчков его догнал Хибари, в последний момент выйдя и с тихим рыком выплеснувшись на оголенную из-за задравшейся рубашки спину.       Несколько минут понадобилось парням, чтобы отдышаться и привести себя в порядок. Сидеть до конца фильма у них не было уже никакого желания. Парни вышли на покрытую поздними вечерними сумерками улицу. Было уже довольно темно, приближалась ночь, но домой им идти не хотелось. Решив это озвучить, Цуна повернулся к Хибари и тут же оказался втянут в напористый, распаляющий поцелуй. И плевать, что они оба парни, что стоят на улице перед освещенным входом в кинотеатр. Какое им дело до чужого мнения, всех недовольных травоядных Хибари лично забьет до смерти. Такой жестокий и холодный с другими, сейчас со всей возможной страстью он целует прижимающегося к нему парня. С трудом оторвавшись от припухлых и покрасневших губ, Хибари произнес с чуть заметной хрипотцой в голосе:       — Зверек, сегодня ты ночуешь у меня.       Не видя необходимости что-либо отвечать, Цуна лишь ласково улыбнулся, полностью соглашаясь с решением Хибари.