Кошачьи шалости

      «… самый замечательный сон», — эти слова не давали мужчине уснуть полночи. Не то, чтобы они его расстраивали. Нет, вовсе нет! Просто было странно слышать такое после секса. Хотя… тут перед Львом вставало два вопроса: а можно ли считать эту лёгкую прелюдию сексом, и как утром объяснить парню, что то, что им было принято за сновидение, по сути, таковым и не является? Рассуждая подобным образом, в подсознании появился и следующий требующий разрешения момент: а стоил ли вообще Евгению говорить, что между ними была какая бы то ни было близость?       Женя, конечно, приятный парень как минимум в интимном плане, как ученик — нерадив, как человек — … И снова появляются сплошные вопросы: если он раним или впечатлителен, то говорить о произошедшем точно не стоит; если гомофоб, то лучше убедить в том, что они вчера выпили пару рюмочек абсента и легли спать; если натурал, то действуем по аналогии со вторым вариантом.       У мужчины, безусловно, не раз бывали любовники на одну ночь, да только не из числа его студентов. Но что делает его особенным? То, что он ученик и может рассказать о нетрадиционных пристрастиях преподавателя? Пожалуй, это несёт некую угрозу. Однако в любой момент Лев может уехать домой, в Прагу, а там этим точно никого не удивишь. Держит ли его работа в этом городе? Не более, чем этот мальчонка, спящий в гостиной: утром его уже не будет, а через час воспоминания о ночном происшествии будут вытеснены новыми проблемами, встречами, звонками и сексом с другим мужчиной.       Таким образом Лев Андреевич пришёл к заключению, что ему наплевать на реакцию парня, но, для того чтобы не доставлять лишних проблем себе, он просто-напросто умолчит о случившемся. Сделав подобные выводы, мужчина наконец-то смог расслабиться и закрыть уставшие глаза, перед которыми то и дело возникали картинки обнаженного парня, который так соблазнительно извивался на столе, запачканном его собственным семенем.

***

      Я не знал, что делать. Как реагировать на слова, мелькающие в моей голове. Можно было бы списать всё на сон, но откуда эти пятна на столе, почему мужчина практически не одет, откуда в моём теле такая слабость, как же я оказался у него в квартире?! Неужели я переспал со своим преподавателем? Ужасно неловкая ситуация! Лучше бы меня сразу отправили на пересдачу, и я бы спокойно сидел дома с Габриэллой.        — Женя, с Вами всё в порядке? Вы выглядите несколько бледным, — между тем произнёс мужчина, проходя мимо меня и выкидывая осколки чашки в мусорное ведро.       — Да, Лев Андреевич. Извините ещё раз, — неуверенно сорвалось с моих губ, и я невольно проследил за движениями преподавателя, пытаясь уловить тень тех событий, которые произошли ночью.       «Почему тебя не пугает вероятность того, что ты провёл ночь с мужчиной?» — очнулось моё подсознание, отходя от всего произошедшего. Действительно, почему меня это не настораживает? Хм… Ещё толком не ясно: правда это или нет. К тому же Лев Андреевич ведёт себя вполне прилично, не делает никаких намёков.       «Но такие воспоминания не появляются из ниоткуда!» — настаивал на своём разум, похоже, он очень сильно хотел, убедить меня в реальности всего произошедшего. Значит, надо всё выяснить!       — Извините, а вчера… — бодро начал я, — был дождь? А то так голова болит, знаете ли.       Похоже, что подобным окончанием вопроса был удивлён не только я, но и сам адресат.       — Насколько я помню, то не было, Евгений, а если и был, то ночью, — ответил мужчина, удивлённо вглядываясь в мои глаза. — Хотите всё-таки выпить кофе?       — Ясно… — задумчиво ответил. Значит, ночью он спал, раз не знает, был ли дождь. А раз он спал, то и никакой близости между нами быть не могло! О, да! Я Шерлок, я мозг, я гений! Лев Андреевич несколько раз кашлянул, привлекая моё внимание к себе. — Да-да, буду кофе, спасибо большое! — весело произнёс я, улыбаясь в полный рот.       — Хорошо, одну минутку. — Похоже, что мужчину удивляет моё странное поведение. Ну и что? Вот представил бы он, что мне померещилось, я бы тогда посмотрел на его реакцию и посмеялся!       — Молоко разлили? — спросил я, указывая пальцем на мутные разводы на столешнице, усаживаясь на один из удобных стульев.       — В некотором смысле, — ответил преподаватель, отчего уголки его губ дрогнули в сдерживаемой улыбке.       — Что Вы имеете ввиду? — холодок прошёлся по моей спине.       — Не помню, что именно я добавлял в первую порцию: молоко или сливки. А Вы о чём подумали? — задорно спросил Лев Андреевич, улыбнувшись, и внимательно взглянул на меня.       — Так и подумал, — прозвучал смущённый ответ. — А как я оказался у Вас дома? — вновь спросил я, грея руки о предложенную чашку с кофе.       — Вчера Вы уснули в аудитории, пока ждали, когда я освобожусь. Так как разбудить мне Вас не удалось, а оставлять одного нельзя, решил, что будет разумно привезти Вас к себе.       — Да, разбудить меня просто нереально, вообще плохо соображаю, когда сплю, — произнёс я и рассмеялся, вспомнив, как однажды уснул на лавочке и меня, приняв за бездомного, отвезли в участок, так и не сумев разбудить.       — Это я уже и так понял, — не менее весело ответил мужчина, пытаясь сохранять невозмутимость на лице. — Кстати, вот. — Передо мной возникла многострадальная зачётка, развёрнутая на энной страничке, где стояла аккуратная подпись Льва Андреевича.       — Спасибо Вам огромное! — восторженно воскликнул я, подрываясь из-за стола и… снова разбивая чашку с ароматным кофе. — Во дела… — только и удалось мне вымолвить, наблюдая за тем, как на лице преподавателя возникает широкая открытая улыбка, и он, хохоча в голос, сгибается пополам от смеха.       — Да не за что, Женя. Забирайте свою зачётку и идите, домой сможете доехать на автобусе, он останавливается практически возле подъезда.       Быстро одевшись из-за душившего меня стыда, я покинул квартиру Льва Андреевича под его незатихающий звонкий смех и задорное дребезжание осколков разбитой посуды.