Puzzle

Следующий день проходит всё в том же быстром темпе: купание, игры, новые знакомства и море позитивных эмоций. Юнги ведёт себя спокойно, неловких разговоров не начинает. Чимин же старается не париться, плывёт себе спокойно по течению, стремясь запечатлеть в памяти как можно больше приятных моментов. Но в предпоследний день пребывания на отдыхе, ко всеобщему разочарованию, погода резко портится: с раннего утра на улице зверствует холодный ветер, небо затянуто серыми тучами и сверху то и дело накрапывает неприятная морось. Через час после сытного завтрака школьников всё-таки выводят на море, а вот после обеда, из-за начавшегося сильного дождя, всем строго-настрого запрещают покидать стены отеля. Скучающие Тэгуки через общий санузел переползают в комнату к соседям, и после недолгих переговоров ребята решают скрасить незадавшийся день простой игрой в "жмурки". Встаёт ребром вопрос - глаза завязывать всем, чтобы уравнять шансы с Юнги, или достаточно только ведущему? Старший участия в обсуждениях не принимает, медленно накручивая проводок от наушников на палец. Когда споры замолкают и три пытливых взгляда впиваются в одно лицо, требуя вынесения окончательного вердикта, Юнги раздражённо заявляет, что он здесь вообще ни при чём и вообще, знать никаких жмурок не знает. На этой печальной ноте он делает многозначительную паузу, а после и вовсе уползает на свою постель, чтобы закутаться в тонкое одеяло по самый нос. По лёгкому кивку Тэхёна Чонгук поднимется, хрустя пальцами, и вскоре возвращается со слабо сопротивляющемся тельцем в руках на место. Юнги хмурит брови, дует щёки но, в конечном итоге, на игру соглашается, неловко отшучиваясь чем-то вроде "зато водить буду честно". Ему же, после разыгрывания на камень-ножницы-бумага, эта роль и выпадает. В результате обсуждений, глаза решают завязывать только ведущему ибо: "так не честно - я уже привык к слепому существованию, а вам некомфортно будет". Ещё не успевших разогреться ребят Юнги ловит быстро - по слуху и колебаниям воздуха с лёгкостью вычисляет местонахождение своих жертв и за пару ловких движений выводит их с поля боя. Чонгук был схвачен самым первым - залез под стол, в надежде просто отсидеться, и не смог выползти, когда в поле зрения показались ноги старшего. Ему и водить дальше. Чимин, ловко балансируя, взбирается на спинку собственной кровати и замирает, распластавшись по стене. Юнги сжимается в напряженный комок на полу посреди комнаты, готовый в любой момент рвануть в сторону, Тэхён же выбирает самое необычное место - просачивается между матрасом и основанием кровати старшего. Первым ловят Чимина, ловко перехватив за пятку, когда тот пытается незаметно перепрыгнуть через ведущего и смыться. Потом Чонгук обнаруживает всё же присутствие Тэхёна - запрыгнув всей своей массой на кровать улавливает жалобный писк и слабое трепыхание. Долго копошится в постельном белье, вслушиваясь в недовольное бурчание и чувствуя шевеление откуда-то снизу. Доходит не сразу. За Юнги приходится поползать по полу - комната изучена до мельчайших деталей, обострившийся из-за адреналина в крови слух и повышенное чутье дают значительное преимущество, помогая без проблем ускользать из-под цепких пальцев. Следующим водит Чимин. В темноте страшно, и разрастающийся за окном гром уверенности отнюдь не прибавляет. Парень слепо перемещается по комнате, тщательно ощупывая каждую деталь. Первым находит Тэхёна. Вернее, тот сам находится - сваливается чёрт знает откуда под ноги ведущему с жутким грохотом и сцеженным сквозь зубы матом. После чего громко ржёт. Далее Чимин натыкается на Юнги - эти острые плечи и низкий рост ни с чем не перепутать. Чонгука ведущий ищет непростительно долго. Кажется - вот оно, поймал, но младший ловко сменяет дислокации, с грациозностью кошки уходя от преследователя. Тэхён ржёт откуда-то из угла, громким шёпотом комментируя происходящее на ухо старшему. Сначала Чимин чувствует дуновение ветра с левой стороны, после - ускользающую из-под пальцев ткань футболки, в итоге - врезается в шкаф. Чонгук не выдерживает и присоединяется ко всеобщему веселью, в результате чего Чимин вцепляется в его вибрирующий от смеха бок, провозглашая жертву пойманной. Тэхён водит всё с той же неизменной улыбкой в 32, постоянно спотыкается на ровном месте, нелепо размахивает руками, чем вызывает тихие несдержанные смешки у остальных игроков. Почувствовав приближающуюся опасность, Юнги, который по обыкновению не прячется, предпочитая открытое пространство тесным углам, начинает пятиться в правую сторону, к стене. Засмотревшийся на дождь за окном Чимин стоит настолько неподвижно, что старший не определяет в нём живого объекта, с очередным шагом спотыкаясь о мешающуюся стопу. На миг потеряв равновесие, заваливается на чужую грудь, рукой задевает чувствительный пах. Тут же с тихим "ой, блять, сорри" отстраняется и, обогнув помеху, по стеночке удаляется в противоположную часть комнаты. Замешкавшись, моментально покрасневший Чимин еле успевает ускользнуть от среагировавшего на возню мальчишек Тэхёна и, плохо вникая в происходящее, тут же врезается в Чонгука, что внезапно решил перебежать на другое место. Из образовавшейся кучи тел на полу Тэхён вначале вытаскивает Чимина, а после опознает и младшего. С довольной миной провозглашает следующего ведущего и отправляется на поиски последней жертвы, что уже преспокойно стоит возле собственной кровати. Поднявшийся на ноги Кук долго и выразительно смотрит на натянувшуюся ткань красных шорт старшего, после чего лёгким кивком головы указывает в сторону ванной комнаты. Чимин отвечает не менее красноречивым взглядом и поспешно скрывается за дверью. Неловкость ситуации просто зашкаливает, но чем быстрее парень вернется назад, тем лучше же будет для него. В тишине, разбавляемой лишь громкими возгласами Тэхёна, сбившееся дыхание кажется слишком заметным, звук от скольжения руки по стволу чересчур однозначным. Чимин включает воду в раковине и позволяет возбужденному воображению взять над собой верх. Раз за разом прокручивает в голове недавнее прикосновение, тот самый поцелуй. Вспоминает стройное тело, покрытое блестящими морскими каплями, на которое он залипает в те редкие моменты, когда хён меняет промокшую футболку, острые ключицы, тёмные ореолы сосков, длинную шею. Представляет, как звучат его стоны, как выгибается тело от наслаждения. Картинка настолько яркая и реалистичная, что парень кончает уже через пару минут, впиваясь зубами в висящее рядом полотенце. Быстро ополоснув руку, Чимин удаляет туалетной бумагой капли спермы с пола и, смыв последние следы своего преступления в унитаз, возвращается в комнату. Тэхён всё ещё водит, Юнги на корточках перемещается в противоположную от опасности сторону, а Чонгук ехидно улыбается, кинув быстрый взгляд на вернувшегося игрока. Чимин поспешно отворачивается, прикладывая холодные ладони к горящим от стыда щекам. Нет, все они парни, все дрочат, и младший наверняка не исключение. Но всё равно как-то неловко. Да и тот факт, что Чимину нравятся парни, накладывает свой отпечаток, заставляя краснеть с удвоенной силой. Устав от слишком затяжного раунда, Юнги заваливается на чиминову кровать, позволяя Тэхёну схватить себя. Через несколько конов окончательно запыхавшиеся мальчишки решают сменить игру. Старший заявляет, что он очень устал и открещивается от любых предлагаемых вариантов, медленно уползая на свою кровать. Оставшись без главного критерия для выбора занятия, ребята хватаются за первую попавшуюся идею и уползают на кровать Чимина играть в карты, которые притаскивает Чонгук. Спустя полчаса, правда, и эта деятельность им надоедает. Чтобы внести какое-то разнообразие в наскучившую игру, Тэхён предлагает добавить наказания для проигравших. И, получив утвердительные кивки, уносится на поиски бумаги и карандашей - писать задания предварительно, чтобы было честно. Воспользовавшись паузой, Чимин переползает на постель Юнги и, потрепав старшего по плечу, справляется о его самочувствии. Шуга в ответ лишь плечами пожимает - мол, что со мной случиться-то может. Играть с наказаниями становится намного веселее. Вплоть до того момента, как за раз исчезает бо́льшая часть стикеров. Тэхён так и зависает с протянутой к бумажкам рукой, удивленно хлопает глазами, а после переводит взволнованный взгляд на Чонгука. - Кукки? - зовёт он, и младший медленно поворачивает голову на звук. - Кукки, открой ротик. Всё также медленно Чонгук приоткрывает рот, и Тэхён аккуратно извлекает оттуда уже порядком пожеваные желтый и несколько зелёных стикеров. - Второй раз за неделю, - непривычно серьёзный Тэхён задумчиво крутит в руках обслюнявленные бумажки. - Всё-таки, близость моря на тебя плохо влияет, Чонгук. Поднявшись с пола, бросает Чимину: "проследи, что б тебя или Шугу не сожрал" и скрывается за дверью ванной. Обратно выходит с привычной всем улыбкой в 32 и радостным голосом объявляет о продолжении игры, ибо он успел придумать кучу новых вариантов издевательства над друзьями. Когда наступает время отбоя, за окном творится настоящий хаос: стена воды барабанит тугими каплями по крыше, окнам, деревянным помостам, оставляет множественные ямки на песке, деревья устрашающе гнутся и жалобно скрипят под напором сильного ветра, периодически раздаются раскаты грома, а небо пронзают яркие вспышки молний. Чимин кутается в одеяло с головой и старается успокоиться. Это всего лишь дождь, всего лишь гроза, ничего страшного. Но очередной раскат грома заставляет парня подпрыгнуть на кровати, издав жалобный писк. Он переворачивается на другой бок и закусывает нижнюю губу, повторяя про себя бесконечную мантру: "Всё в порядке". Высунувшись через пару минут наружу, чтобы подышать, Чимин натыкается уставшим взглядом на очерченный во тьме силуэт старшего. Парень ещё не спит, сидит на кровати, привалившись к подушке спиной и, судя по тонким проводкам, что тянутся вниз по шее, футболке и теряются в складках одеяла - слушает музыку, невесомо покачивая головой в такт. Чимин садится на кровати и, свесив ноги на холодный пол, устало трёт виски. Мысли мечутся между "за" и "против", ни один из вариантов не приносит успокоения. С очередным раскатом грома за окном и вспышкой молнии, что освещает на мгновение зловещими красками всю комнату, "за" перевешивает. Чимин, запахнувшись в одеяло, поднимается с постели и босыми ступнями шлёпает в сторону соседа. Почувствовав чужое приближение, Юнги поднимает голову, попутно вытаскивая из уха одну капельку-наушник. Чимин смущенно мнется, кусает губы, сомневаясь в правильности своих порывов и действий. - Минни? - разрывая затянувшуюся напряженную тишину окликает старший. - Я могу присесть? - чуть хриплым голосом спрашивает Чимин и тут же получает уверенный кивок в ответ. Юнги поджимает ноги, освобождая половину кровати, и хлопает рукой по освободившемуся месту - садись. Младший поспешно принимает приглашение, бесформенным комком одеяла забираясь на постель так, что наружу торчит лишь рыжеволосая макушка, два глаза да кончик носа. - Хэй, ну ты чего? Минни? - Чимин вздрагивает от неожиданного лёгкого прикосновения к боку. Юнги неуверенно придвигается ближе, проводит рукой по куче складок и, наткнувшись на голову Чимина, запускает пальцы в мягкие волосы. - Что случилось? Ты боишься грозы? - правильно истолковав неловкое молчание, попадает почти в самую точку. Юнги осторожно перебирает отросшие волосы, не требуя от младшего ответа, слегка массирует кожу шершавыми подушечками, цепляется короткими ногтями за спутанные пряди. Чимин ластится, наклоном головы напрашивается на прикосновения, вжимается щекой в заботливую ладонь. Становится спокойнее. - Не то, чтобы боюсь. Скорее, подобная погода навевает плохие воспоминания, - спустя несколько минут подаёт голос младший. Атмосфера располагает к откровениям. Чимину хочется выговориться, а Юнги не против послушать. - Моя мама погибла совсем недавно.. в ту ночь была такая же гроза. Дождь лил сплошной стеной, на улице чернота, ничего не видно. Водитель не справился с управлением на крутом повороте - автобус, в котором мама возвращалась с работы домой, разбился. Никто не выжил в той аварии, - Чимин замолкает и непроизвольно прижимается к Юнги всем телом. - Но они с отцом уже давно ссорились, так что он достаточно быстро нашёл себе новую женщину. А может, она у него уже была к тому времени.. ну, на стороне, ты понял. Только вот она меня отчего-то невзлюбила. Были постоянные ссоры, скандалы, крики. Вскоре меня отправили в интернат - посчитали, что так будет лучше для всех. Может, и правда так. Но я очень скучаю по маме, по старой жизни. Понимаю, конечно, что ничего уже не вернуть. Что нельзя зацикливаться на проблемах, надо двигаться дальше. Но вот в такую погоду.. не знаю. Становится страшно, чувствуется какая-то безысходность. Обратно хочу. Юнги не пытается утешать, не ищет слов поддержки. Но прижимает завернутое в одеяло тельце к себе, гладит по голове и спине, заряжая спокойствием. Спустя несколько минут умиротворяющей тишины, старший начинает копошиться - вытаскивает собственное одеяло из-под Чимина, заворачивается в него и укладывается на подушку, утягивая следом и младшего. Тот мгновенно смущается, теряется из-за неожиданных действий. Пытается чуть отстраниться - насколько позволяет узкая кровать, но с очередным раскатом грома прижимается обратно, пряча лицо в чуть жестковатой ткани. Юнги улыбается в пушистую макушку и вновь опускает руку на младшего, приобнимая за плечи. - Шуга, - зовёт Чимин, желая разрядить атмосферу, - расскажи мне что-нибудь. - Например? - спустя секундное раздумье раздается сверху. - Ну не знаю, - моментально тушуется Чимин, - про себя, про детство. Ты всегда такие клёвые штуки делаешь, но никогда ничего не рассказываешь. - Клёвые штуки? - усмехается Юнги. Младший отчего-то напоминает ему обиженного ребенка, которому злые взрослые не разрешают съесть вкусную конфету перед обедом. - Ну да, разные всякие, - бубнит тот сквозь толщу одеяла. - Да самые обычные штуки. И детство самое обычное. Окончил музыкальную школу, занимался брейк-дансом года три, профессионально играл в баскетбол. Вот тебе и все клёвые штуки. - Ещё что-нибудь расскажи, - просит Чимин, - и почему тебя все Шугой называют? - тут же добавляет внезапно возникший вопрос. Юнги поначалу замирает, а потом ржет в голос. - Вот это долгая история. Но если коротко - друг у меня идиот. - А если не коротко? - Чимин пытается вывернуться, чтобы взглянуть на лицо старшего - прочитать мимику, эмоции, но получается очень неудобная поза, так что поспешно возвращается в исходное положение. - А если не коротко.. ну, любовь к музыке у меня была с самого детства. Еще не окончив музыкальную школу, я начал сочинять сам - придумывать мелодии, тексты. Получалось неплохо. Голос сломался рано, лет в тринадцать, с тех пор с пением не заладилось. Зато неплохо так пошёл реп. Сначала читал для друзей, потом начал мыслить масштабнее - участвовал в тематических сходках, выступал в различных клубах - куда пускали в силу возраста. Спустя год, в одном подобном месте познакомился с ещё одним юным репером, Намджуном звали. Впрочем, и сейчас зовут. Начали работать в паре. Вместе писали, вместе читали, вместе выступали. Как-то раз я опаздывал на выступление - родители не разделяли моих стремлений, так что за каждый поход на такие мероприятия стоило побороться. А там, как оказалось, было необходимо регистрироваться не по имени, а по псевдониму. Ну, тогда и выяснилось, что Намджун - идиот. Ибо себя он, не долго думая, прозвал Rap Monster, а меня - Suga. Объяснялся потом, мол, бледный как сахар и улыбка сладкая. И как-то прилипло. Ну, Шуга так Шуга. Привык, смирился. Когда в интернат попал - Намджун меня часто навещал. И так уж получилось, что называл он меня и тут этим дурацким прозвищем. Вот все и запомнили - Шуга. - Так тебе не нравится, когда тебя так называют? - переварив информацию, Чимин снова подаёт голос. - Ну, я привык. Но родное имя мне нравится больше, так скажем, - вновь усмехается в рыжеволосую макушку Юнги. - А где сейчас твой друг? - почему-то от мысли об этом субъекте становится неприятно. Нет, Чимин прекрасно понимает, что у старшего своя жизнь, и он в полном праве дружить и общаться с кем ему нравится. Но мысль о том, что он пишет с кем-то вместе песни, вместе выступает, вместе, вместе, всё вместе - не даёт покоя. - В Новой Зеландии. Родители отправили его туда учиться. - Ааа, понятно, - тянет Чимин чуть успокоившись, - расскажешь ещё чего-нибудь? - Может, хватит на сегодня историй? - спрашивает Юнги, дуя на непослушные рыжие волосы, что лезут в нос. - Спать пора уже. - Ну Юнги-оппа! - тянет Чимин, не очень удачно копируя девчачью капризную интонацию. За что получает лёгкий щелчок по затылку и грозное: - Выгоню за такое. Если бы не раздавшийся следом сдавленный смех, Чимин бы испугался. А так.. он и не рассчитывал остаться на ночь в постели у старшего. Поэтому, мгновенно утихомирившись, он пережидает минутку и, убедившись в том, что и правда не выгоняют, начинает аккуратно шевелиться, укладываясь поудобнее. В наступившей тишине, разбавляемой лишь тихим сопением сверху, случайно замечает - а дождь-то кончился.