День великого разрушения.

Риддл. Слышу тяжелый скрипучий звук открывающейся железной двери. Разговоры, которые я, увы, не понимал, и перемещающиеся шаги, которые в скором время остановились недалеко от меня. Он не понимая происходящего, и подозрительной тишины нависшей в комнате, я постепенно медленно начал открывать глаза. Я чувствовал холод, а также твердую поверхность под собой. В глазах плыло, я ни чего не понимал. Последнее что я помнил это то, как встретил сестру. Она волновалась за меня. А после этого словно сознание обрывается. Мне было тяжело дышать, но в глазах постепенно все становилось четче, хоть и не настолько хорошо, мое зрение всегда желало ждать лучшего. Повернув голову влево, я увидел кровать. По окружающему меня хаосу я четко понимал что нахожусь в тюрьме. Но не только. Пусть я и лежал, я ощущал кандалы на своих руках и ногах. Но даже так, двинутся я не мог. Словно силы отняли. Я мог лишь наблюдать за этими людьми, которых ранее никогда в жизни не видел. Небольшая группа людей стояла возле соседней кровати. Среди тех находилась одна женщина и трое мужчин, один из которых стоял в стороне, и просто наблюдал. Двое других стояли возле кровати и записывали что-то. Женщина первое время просто стояла, словно рассматривая мальчишку, что лежал на кровати, со стороны. Сама женщины была обворожительно красива. Каштановые длинные волосы, малиновые глаза, худая, а одета была в откровенное кимоно, открывающие ее плечи, грудь и ноги. Сама она ходила босиком. В руках она держала длинную трубку. Наклонившись, женщина несколько секунд смотрела в глаза мальчишки. Тот дрожал, и старался уползти в угол, что немедля и сделал. Женщина поддалась вперед, опираясь коленом об кровать, и вытянув руку в которой держала трубку вперед, приложила ту к щеке мальчишки, нажав, тем самым повернув голову мальчишки. — Хм, — она ни чего не сказала, вот только потянула трубку к себе, положив ее в рот, а второй рукой коснулась шеи мальчишки, проведя пальцами рук по ней. Видимо что-то увидев, она отстранилась от мальчишки, встав ровно на ноги, и взглянув на своих подчиненных. Вытащив трубку из рта, она выпустила дым, и перевела взгляд на одно из своих подчиненных. — Поднимите футболку, — без лишних слов, один из подчиненных подошел к мальчишке, и поднял его футболку к голове. То что я видел меня шокировало. У него словно шипы из кожи росли. Они были маленькими еще, потому были из-под футболки еле заметны. Увидев это, женщина разочарованно выдохнула, и отошла в сторону. — Убить. Услышав эти слова, я от страха закрыл себе рот, и развернулся. Я не понимал, кто они такие? Почему так поступают? И что, черт возьми, это было на теле того мальчишки? А в голове появлялись те самые образы двух чудовищ. Демоны. Настоящие демоны. Но пошевелившись, я совсем забыл про цепи, что удерживали меня на кровати, и не давали слезть с нее. Как только я закрыл рот, цепи зазвенели, дав понять что я проснулся. Меня всего трясло, и я не мог унять свою дрожь. И в то же время слышал позади как кричит тот мальчишка, как его уносят из комнаты, оставляя меня наедине с двумя оставшимися демонами. Я слышал приближающиеся шаги. Такие тихие, но единственное что хотелось это уснуть и понять что это сон. Но нет. Этого не происходило. Я вжался в стену, закрывая уши, и дрожа. Было страшно, мне казалось у меня сердце остановится. И в этот момент я почувствовала как та самая женщина села на край моей кровати, от чего я стал вжиматься в стену только сильнее, но это, увы, ничего не меняло. Лишь мой страх усиливался. Женщина коснулась моих волос, и провела по ним рукой. А после начала опускать руку, проводя тонкими пальцами по моей шее и спине, от чего у меня шли мурашки по коже. Она остановила свою руку на моей спине, и держала так несколько секунд. Со временем я начал чувствовать некий импульс, который одновременно синхронизировался с ударами моего сердца. К тому времени я вновь услышал шаги, и мог отчетливо понять что двое слуг, что хвостом шли за женщиной вернулись. Я не видел их, и не хотел на них смотреть. Страх не отступал, и из-за этого сердце билось только чаще, а импульс вновь и вновь синхронизировался с моим сердцебиением. Я не понимал что происходит. Но долго так не продлилось. Женщина убрала руку с моей спины и встала с места. Она отошла в сторону, и я вновь услышал его голос. Я боялся что она объявит мне такой же приговор, как и тому мальчишке. Тот ведь наверняка уже мертв. — Интересно, — она обернулась, взглянув на своих слуг. — Приготовить все для заключения контракта, — тогда я не понимал о чем говорит эта женщина, но ее двое слуг послушно выполняли приказы женщины. Я не знал что происходит, лишь продолжал вжиматься в стену, с надеждой, что меня не тронут. Но при том адекватно понимал что это уж точно не произойдет. Что это за контракт и с чем его едят я не знал точно, но мысленно предполагал что исход может быть такой же, как и у того мальчиши. Когда неизвестные мне приготовления, кстати, в той же комнате, были завершены, меня начали отковывать от кровати. Я вцепился в прутья кровати, отказываясь отпускать. От страха, на глазах наворачивались слезы. Мне хотелось жить, хотелось встретить сестру и верить в то, что это лишь кошмар. Плохой сон и не более. Но я ощущал все физически, я осознавал что это происходит на самом деле. Этот холод и боль, не только в теле, но и в сердце. Я хотел жить, но совершенно не знал что делать. Я был бесполезен. Я кричал, просил что бы меня не трогали и оставили в покое, рвал глотку как мог, но тех это не особо волновало. Взяв меня за кандалы, двое стащили меня с кровати, ведя меня с помощью цепей, прикованных к рукам и ногам. Я только сейчас увидел посреди камеры высеченную на полу пентаграмму. Пятиконечная звезда, но выглядела она странно. Внизу звезды находилось солнце, а вот вверху луна. На концах пентаграммы, за его кругом, находились четыре небольшие столба. Меня кинули на пол, прямо в центр звезды, а цепями приковали к этим четырем столбам, что бы я лишний раз двинутся не мог. Я кричал, вот только, как и в прошлые разы толку с того не было. Двое демонов отошли в сторону, а женщина встала возле моих ног, прямо рядом с пентаграммой. Она закурила трубку, и в очередной раз выпустила дым. Та начала говорить. — Услышь меня, приди на мой зов, создание ада, прояви силу свою здесь и сейчас, взываю к тебе, великий огонь, — она с каждым словом повышала свой голос, словно вызывая кого-то. Но с каждой секундой когда я осознавал что это что-то появится, только сильнее дергал руками и ногами, надеясь на то, что у меня получится хоть как-то сбежать. Но ничего не появлялось, до определенной секунды. Круг, в котором я находился, внезапно начал светится, пока из него не появилось пламя. Синее пламя. Поднялся воздух, мне было тяжело дышать, я постепенно начинал задыхаться, от чего больше крутился, но неосознанно перестал кричать. Нет, не верно. Я кричал, но не слышал свой крик. И не потому что ни слышал, а потому что не мог больше кричать. Несколько секунд я еще хрипел, пока голос полностью не исчез. Женщина продолжала что-то болтать себе под нос, а я просто не желал слышать. Казалось, я утерял способность не только говорить, но и шевелится. Сил больше не было сопротивляется. Я просто успокоился, смирившись с тем, что совсем скоро отправлюсь к своей маме, в ее теплые объятья. От этого на душе становилось даже теплее. Я ощущал как меня начали бить током, как земля содрогалась, а внутри как будто кровь бурлила, но лишь надеялся уже на то, что моя смерть не будет такой мучительной. Единственное что осталось мне подвластно, это видеть и слышать. — Уроборос, — женщина обернулась, и взглянула на третьего мужчину, что все это время стоял позади и наблюдал за всем этим. Я не мог опустить голову, потом с такого расстояния видел лишь черную шевелюру на голове демона. — Не хочешь заключить контракт с ним? — женщина указала на меня. — Что вы, Леди Нега. Хотите убить бедного ребенка моими способностями, не дав ему шанс на жизнь? Он ведь не жертва, — я слышал каким голосом говорил это юноша. Больше звучало как насмешка над женщиной, но и та отступать не собиралась. На ее лице появилась улыбка, а сама она обернулась, взглянув на юношу. — А разве ты не хочешь свою личную зверюшку, не принадлежащую мне? — та мило улыбнулась. — Мы используем лишь слабых демонов, что бы слабые человеческие тела не сломались при заключении контракта. Но ведь сосуды для Герцога Самаэля должны быть сильные. Так какая нам выгода с того что наши зверьки заключают контракт со слабыми демонами? Разве что только забавы ради, — после этого она хитро посмотрела в мою сторону — Плюс, тебе ведь давно хотелось поучаствовать в сражениях. — Вы правы, это действительно так. Думаю, это не такая уж и плохая идея. В любом случаи мы ничего не потеряем, — только после этих слов черноволосый юноша впервые за все это время сошел со своего места, и шагнул вперед. Он прошел сквозь синее пламя, которое даже не тронуло его, и остановился возле меня, присев на одно колено, и наклонившись надо мной. Теперь впервые за все это время я мог видеть его. Черные волосы, не сильно короткие, кончались у основания шеи, и были слегка растрепанные, как и длинная челка, распределенная так, что можно было видеть серебряные глаза. Юноша был бледным, и с виду лет 17-18, не старше. Сам он был одет в белую рубашку, черную жилетку, брюки и накидку. Более преобладали темные цвета. Я смотрел на демона, но его появление не вызывало никакой реакции. У меня словно чувства все на прочь пропали. Просто пустая оболочка. Я его не боюсь, страх отступил, пусть сердце до сих пор стучало так, что отдавало в ушах. Сам демон мне ничего не сказал, он наклонил голову на бок, а на его лице появилась милая улыбка. Он поднес свою руку к своему рту, и укусил ее так, что из руки пошла кровь. Присев еще ближе ко мне, он поставил свою руку прям перед моими губами, на которые капала кровь. На его лице светилась улыбка, а вот серебряные металлические глаза словно говорили о том, что бы я открыл рот. Под страхом и ужасом от этого взгляда я неосознанно приоткрыл рот, а кровь начала стекать с губ и его руки прямо ко мне в рот. Я проглотил кровь, чувствуя металлический привкус. А на лице демона появилась улыбка. — Какой милый зверек, — на лице юноши появилась улыбка, добрая, тот был доволен. Но стоило пройти всего минуте, как меня изнутри начало словно разрывать. Я чувствовал как на теле появлялось множество царапин, раны, из которых сочилась кровь, на лице, на теле. Но царапины можно было терпеть, пока не начали появляться огромные раны. Я не мог кричать, но старался вырваться. У меня начали чесаться зубы, а под собой я чувствовал как появляются лужи крови, которой было так много, что они проникали в высеченную на полу пентаграмму, от чего помимо синего пламени появился и красный свет, окружающий меня. Я тянул на себя оковы, вырывался, а юноша сидел рядом, и лишь с ехидной улыбкой наблюдал за тем, как меня крутит из стороны в сторону. Горло стало сохнуть. Постепенно я осознавал то, что хотел ужасно пить. Но не только. Я ощущал под собой не только тряски земли, но и то как она начала на просто рушится подо мною, что вызвало некое любопытство у черноволосого на лице. Это продолжалось до той секунды пока я не разорвал цепь, какой-то невероятной и неведомой мне силой. Ухватив черноволосого за рубашку, я потянул его к себе, и укусил в шею. Из не глубокой раны начала сочится кровь, но этого было не достаточно. Я чувствовал до сих пор как зубы чесались, и одновременно странную тупую боль, которая внезапно стала острой. Стоило этому произойти, как я укусил юношу сильнее, ощущая куда более сильный поток крови, которую начал глотать, останавливаясь лишь для того что бы лишний раз вздохнуть, и вновь продолжать глотать кровь. От металлического привкуса мне было плохо, но организм словно требовал крови, восполняя все то, что я потерял. Меня волновала лишь мысль о том что я могу выжить. Остальное было уже не так важно. Так прошло несколько дней. Из старой холодной камеры меня перевезли в более комфортабельные условия. Я бы назвал это номером отеля. Кровать двухместная, небольшой холодильник, диван, кресла, журнальный столик, балкон, и прочие. По пробуждению я ощутил боль во всем теле, и мог лишь видеть как мои руки, ноги, да и все тело было перебинтовано. Но пусть тело болело, раны оставались, но серьезные практические затянулись, почему угрозы моей жизни не было. Я хотел уже попытаться подняться, как услышал звук поворачивающегося ключа. Дверь открылась, а в помещение кто-то зашел, после чего сразу закрыл дверь. Неизвестный прошел по не длинному коридору, и вскоре вышел к моей кровати. И как оказалось неизвестный оказался не таким уж неизвестным Это был тот самый черноволосый юноша, в шею которого я вцепился. Сейчас его шея была цела и невредима, словно я и не кусал ее вовсе. — Как вижу ты проснулся, зверек, — тогда юноша прошел к моей кровати, и остановился рядом с ней, присев на край. Без стеснения или угрызения совести за содеянное, он повернулся в мою сторону, и положил обе руки на мои щеки, взглядом осматривая меня некоторое время, пока его серебряные глаза не оказался направлены в мои глаза. — Знаешь, ты поразительный экземпляр. Выдержать подобное, это было тяжело, и достойно восхищение. Леди Нега сказала мне что ты очень ценный. Даже не все жертвы выдерживают такое. А ты был словно рожден для того что бы сдать сосудом для высоко рангового демона. А это действительно редкость, ибо таких, как ты не много. Помимо тебя только один. Но к сожалению он под покровительством Леди Астарот. Я не знал что сказать. Хотел сказать «отпустите меня», но как только открыл рот, не смог и слова промолвить. Я потерял голос и совершенно не вымолвить ни слова. — Значит ты все-таки потерял голос, — с моих щек юноша провел рукой на горло, но совершенно ничего не сделал. То ли не хотел, то ли не мог. Я не знал что творится в голове этого демона. Но на лице черноволосого внезапно появилась улыбка. — Ну раз ты не можешь говорить, и я не могу узнать твоего имени, так и буду звать тебя «зверек», — может так будет и лучше. Честно сказать я не особо сильно горел желанием говорить свое имя этому демону. На мгновение мне даже показалось что не плохо то, что я не мог говорить. — Зверек, а теперь слушай меня внимательно, — он выставил палец вперед, прям перед моим лицом. — Меня зовут Уроборос, я твой хозяин. Позволив выпить моей крови я дал тебе право на жизнь, и теперь мы связаны контрактом. С этих слов и началась моя дальнейшая жизнь среди демонов. То что произошло со мной после того как сестра вырубила меня оказалось не более чем похищением. Сестра спасла меня из того пепелища, посадила в вертолет, и отправила на восток, где было безопаснее всего. Вот только вертолет перехватили демоны, которым после закрытия врат нужны были сосуды для их тел. Сейчас я находился в месте под названием «Адреда». Это один из городов империи Хаос, принадлежащий демонам. Иначе этот город известен как «боевая арена». Здесь собираются демоны разных рангов и представляют своих «гладиаторов». Адреда помимо боевой арены является главным городом работорговли. Не трудно догадаться что рабами в данном случаи являются люди. Особенно ценны боевые рабы, «гладиаторы», сражающиеся друг с другом на забаву публике. Но сражаются они не просто, и все это знают. Демоны захватывают людей, заключают с ними контракты, после чего выставляют их на арены с целью победить. Победивший гладиатор становится сосудом Самаэля, а его хозяин получает титул, благодаря чему сможет управлять войсками демонов. Но для некоторых титул не так важен как символическая победа и интерес. В пример можно привести Леди Астарот, которую я так ни разу и не увидел, хоть ее гладиаторы были частыми моими противниками. Да, я был боевым рабом. Единственным боевым рабом от имени Уробороса. На моем счету были и победы и поражения, но я никогда не позволял себе закончить бой в ничью, ибо для меня это было самым позорным деянием. Я боялся демонов, реакция на них у меня была крайне паническая, пусть со временем я и научился контролировать свои эмоции, особенно убежденный в том что эти демоны мне не навредят. Но я так и продолжал жить среди них. Я был одним из сильнейших гладиаторов. Меня ни раз хотели купить, но на слова других работорговцев Уроборос отшучивался, а после шутил надо мной. Я не могу сказать что боялся Уробороса. Скорее он стал мне учителем, который использовал меня как свою куклу, а сам дергал за ниточки. Меня это не бесило и не выводило. Я просто осознавал то, что у меня не было выбора. Мне не было куда податься. И я совершенно не знал что происходит за пределами Хаос. Может быть человеческий род и вовсе весь вымер. Мне оставалось лишь свыкнуться и жить дальше. Так я прожил среди демонов 2 года. — Зверек, у тебя скоро состоится два новых боя. Победишь двоих, станешь первым по силе среди всех глади… — Уроборос так и не договорил, увидев меня. Стоило ему зайти, как перед его глазами открылась картина, которая редко удавалось увидеть. Я сидел на белом ковре, опустив голову, и кусал собственные руки, вновь и вновь впиваясь клыками. Но моя собственная кровь не давая мне чувство насыщения. Я ненавидел вкус крови. Меня тошнило от металлического вкуса. Я нахлебался за эти 2 года. Но тем ни менее подобные приступы, пусть и редко, но случались со мной. Рядом лежала куча склянок, которые были также в крови, но ранее из них была уже испита кровь. Прорезающая боль в зубах уже прошла, но клыки чесались, и хотелось еще и еще. — Дьявол ты мой, — стоило мне более четче чем зов крови услышать голос Уробороса, как я подскочил с места, и крепко удерживаясь за плечи того, впился в его шею клыками. Отреагировал Уроборос спокойно, и даже наоборот, я услышал тихий смешок, и почувствовал как он положил руку мне на голову, тем самым позволяя выпить больше дозволенного обычно. Я выпустил клыки, и отошел в сторону. Облизнувшись, я начал вытирать кровь со своего лица, и наблюдал за тем как раны на руке от моих собственных укусов уже затягиваются. Медленно, но верно. — Давно я не видел тебя таким, — Уроборос положил руку к себе на шею, и вытер кровь краем рубашки, и как только убрал руку, его раны на шее словно и не было. Он взглянул на меня, и подойдя, как обычно, это бывает, положил руки мне на щеки, осмотрел, и после удовлетворительно кивнул, поняв что со мной все хорошо. Тем ни менее его до сих пор волновал один факт. — Печально что к тебе так голос и не вернулся, — проболтал он себе под нос. Да, я так и не начал говорить. Уроборос предполагает что дело не в том что я сорвал голос, но и в том что я испытал шок, что и по сей день не позволяет мне говорить. Мы понимает друг друга лишь жестами, и то не всегда. У нас свой язык жестов, но не все всегда можно понять. И может он и знает наш человеческий язык, но вот только писать он на нем не умеет. В скором времени не особо долго простояв и наблюдая за мной, Уроборос проследовал к креслу рядом с окном, куда и устроился. — Я повторюсь еще раз, ибо из-за зова крови ты меня вряд ли услышал. Нам предстоит два новых боя, но в этот раз о гладиаторах известно не много. Оба они сражались на закрытых аренах, как и ты в начале, посему можно понять что их хозяева весьма высокопоставленные личности. Первый является одним из множества сосудов, другими словами беловолосый. Но то все что о нем известно. А вот со вторым придется повозится. Я уже рассказывал тебе о нем достаточно давно, — на этом моменте Уроборос перевел взгляд на меня и пристально смотрел. — Он ценный экземпляр, как и ты, созданный для того что бы стать сосудом. Он и по сей день находится под покровительством Астарот. Тогда я помахал рукой перед собой, смотря на реакцию Уробороса. Подобный жест означал у нас «все будет хорошо». А после я указал в сторону балкона, и на свою руку в области кисти. Не трудно было догадаться что это значило «через сколько начнется бой?» — У нас еще час, — на его слова я лишь кивнул, и показал движение «сиди здесь». Сам же я полез в шкаф, и взял обычную одежду. Меня не нравилась одежда в которой ходили гладиаторы, и с дозволения Уробороса мне разрешалось носить то что я хочу, пусть гардероб мой был не разнообразен, и состоял всего из нескольких пар брюк и кофт с футболками. Я не стал никуда идти, а переодевался прям перед Уроборосом. На мне была черная кофта с длинными рукавами и небольшим вырезом, что открывали ключицы, и такие же черные джинсы. Перед тем как подойти к Уроборосу, я достал резинку для волос. За то время волосы у меня отрасли и сейчас касались ключиц. Ножницы в моем номере не водились, потому приходилось завязывать волосы. Тем ни менее боевым рабам было запрещено ходить по городу без дозволения своих хозяев. Причин было много, но основная заключается в том что работорговцев в Адреде было как говна. Потому, как правило, боевых рабов клеймили, так еще и водили на привязи. У меня тоже было клеймо, которое находится на спине. Представляет оно из себя змею, кусающую свой хвост. Проще говоря сам Уроборос, и его истинный облик. Стоило мне подойти к Уроборосу, он надел мне на шею ошейник, от которого шла прочная цепь. Но цепь была на самом деле не для того что бы сдержать своего раба, а для того что бы показать что Уроборос мой хозяин, и что бы меня не трогали работорговцы. Фактически для вида, ибо на деле цепь ни разу не использовалась по назначению. Мы вышли из гостиницы. Впервые за несколько лет я шел не на открытую арену, где на меня мог полюбоваться любой желающий, а на закрытую, только для настоящей элиты. Не сказать что я прям хотел сразиться. По мне лучше бы меня никто не трогал. Но как говорил мне папа «хочешь жить, умей вертеться». Мы прибыли на закрытую арену без происшествий. Оно было понятно, ибо до закрытой арены топать и топать, потому для нас заказали машину. Закрытая арена представляла собой просто закрытое помещение, меньших размеров чем открытая, с тремя ярусами для зрителей, где на третьих этажах возвышались хозяева. Мы же, слуги, не наблюдали за боями, а лишь ожидали в отведенных помещениях, которых здесь была не одна штука, и для каждого раба было одно отдельное такое помещение, полностью белого цвета, от чего напоминало небольшую комнату в психиатрической больнице. В скором времени меня вызвал один из организаторов. Я понимал что это демон нижнего ранга по рогам, и покрову как у зверя на руках, хоть его лицо все ровно было спрятано за маской, для безопасности организаторов и судей. Также эти маски означали их неприкосновенность. — Дамы и господа, представляем Вам нашего следующего участника гладиаторских боев, возвышающийся на второй строчке по силе среди остальных, боевой раб Уробороса, — послышались аплодисменты, после чего я вышел из своего «угла» на арену. На мне уже не было этой цепи, хоть ошейник до сих пор светился на моей шее. Я лишь ожидал своего соперника. — Его противник, до некоторого времени был никому не известен, обычная жертва. Но недавно он вошел в десятку сильнейших бойцов. Встречаете, боевой раб Самаэля, — с другого, противоположного мне угла вышел совсем еще мальчишка, беловолосый. В руках он держал шпагу. Но стоило ему поднять голову, как меня пробило в дрожь. Передо мною стоял сын господина Николаса, которого до некоторого времени я считал мертвы. Господин Марри. Мальчишка смотрел на меня с таким же шокированным лицом как я на него. Его руки дрожали, да так, что казалось что он сейчас выронит шпагу. За эти пару секунд у меня и вовсе вылетело из головы то, что мне придется с ним сражаться. — Братик Рид? — поинтересовался не громко юный господин. Мне внезапно захотелось ответить ему. Я открыл рот, хотел назвать его юным господином, но не произнес ни звука. Я опустил голову, прикоснувшись рукой к горлу, в очередной раз убедившись что говорить я не могу. Но это меня не так сильно волновало как-то, что юный господин был жив. Я действительно был счастлив. Но в то же время четко понимал что клятва, связывающая меня с семьей Беррингтон еще существовала. Пока существуют Беррингтоны, Лейтерсы всегда будут прислуживать им. Я испытывал смешенные чувства, за долгое время такая тревога меня не досягала, даже во время битв мой разум был спокоен. Но сейчас, как мне поступить? — Начали, — раздался голос слева от меня. Я не успел ничего сказать, как удивленный взгляд юного господина быстро сменился на серьезный. Он внезапно сорвался с места, и направив шпагу на меня. Я в последнюю секунду машинально успел отойти в сторону, как беловолосый, развернулся, не малой силой ударив меня в бок, тем самым откинув в сторону. Я еле устоял на ногах. Беловолосый продолжал наносить удары, а я лишь уворачивался от них. Я не смел вредить юному господину. Я дал обещание защищать его, чего бы мне это не стоило. Однажды я уже нарушил его, в тот день, когда потерял маму. Я не мог больше позволить повторится одним и тем же событиям. В любом случаи, какая разница? Все мужчины семьи Лейтрс умирали рано, защищая своих хозяев. Видимо меня ждала такая же участь. В любом случаи я умру. Выиграю или проиграю, не важно. Уж лучше умереть от руки юного господина, защищая тем самым его, чем становится сосудом Самаэля. Я не особо этого хотел, и не стремился к этому. Когда я понял это, и принял свое решение, я почувствовал сильный толчок ногой в живот. Беловолосый впечатал меня в стену. Спина болела, и я ударился головой. В глазах темнело, хотелось спать, а в ушах помимо звона я слышал также разочарованный вой зрителей, что меня всегда мало волновало. Я лишь откинул голову назад, взглянув на верх. А прямо надо мной, находился балкон, где сидел Уроборос, как мой хозяин. Он не был разочарован, а скорее более заинтересован. Уроборос был странным демоном. В отличии от многих других, он никогда не издевался надо мной, а наоборот учил меня и помогал мне, хоть делал он это безжалостно, и я все же огребал во время тренировок. Сейчас, облокотившись об собственную руку, он смотрел мне прямо в глаза сверху. Мне казалось, что он словно ждал чего-то. Я это особенно осознал в ту секунду, когда на его лице появилась улыбка, и он свесил руку с подоконника. Именно тогда я заметил что тело его сосуда разрушается. Спустя 2 года впервые я видел малую часть его истинного облика, а именно чешую змеи. И тогда на секунду, всего на секунду я подумал о том, что был бы не против если бы мое тело занял именно он, раз уж мне все ровно суждено умереть, почему и нет? И тогда эта мысль меня захватила, оставив прочие мысли позади. Руки не поднимались. Они были слишком повреждены, потому заживали слишком медленно. Я не мог общаться жестами. Я мог лишь наблюдать за тем как приближается юный господин, и за взглядом Уробороса, заинтересованного, и в то же время веселого. — Е.есл.если я… выиграю… — я начал говорить. Впервые за два года, взяв всю волю в кулак я заговорил, тихо и хрепя, но говорил. — Тогда…я... — Станешь моим новым сосудом, зверек? — поинтересовался у меня Уроборос. Он словно прочел мои мысли. Но я был не против этого. Может быть так было даже лучше. И я определенно был рад тому, что моя смерть не станет напрасной. И на его слова лишь счастливо кивнул, с улыбкой на лице. Молодой господин уже собирался нанести завершающий удар. Он направил шпагу в мою сторону, и размахнувшись ей, собирался нанести завершающий удар, но в одну секунду я, собрав волю в кулак, выставил руку вперед, возведя поле перед собой. Как только шпага коснулась этого поля, та стала разрушаться на глазах, и в конце концов кроме рукояти от нее осталась лишь пыль. Беловолосый, поняв что времена когда Лейтерсы подчинялись Беррингтонов прошли, отпрыгнул в сторону, а в его руке появилась друга такая же шпага. Я встал с места, отряхивая одежду. Наклонившись перед сломанной шпагой, которая превратилась в пыль, я взялся за рукоять, и направляя силу прямо в нее. Стояло мне это сделать, как шпага, которую я разрушил минуту назад начала вновь формироваться. Арена, поняв что я перестал халтурить и начал сражение серьезно, взревел. Тем ни менее то что у меня появилась шпага в руке, не значит что все пойдет как по маслу. Я совершенно не умел орудовать холодным оружием. Особенно, таким как мечи, катаны, и тем более шпаги. — Решил предать меня, Риддл? — поинтересовался тот. Ответить мне ему было не чего, ведь и он покушался на мою жизнь. Да, может я поступаю неправильно, но ведь мы живем уже не в том мире что раньше, и старые правила в нем не распространяться. Может быть я просто хотел сбежать от своей смерти, может поступал неверно, мне было даже плевать что скажет мне отец, если он остался жив. Я просто хотел жить так, как хочу. Даже если я ошибаюсь, это мой выбор. И наконец-то, я действительно могу его сделать. Даже несмотря на то что я не выживу, я был счастлив. На моем лице появилась улыбка. Я это четко осознавал. Может быть я рехнулся, и даже уже давно, но проведя время с демонами, оно, наверное, и не удивительно. Я не понимал как такое случилось, ведь мог видеть на лице Уробороса все его выражения, но он не был ко мне жесток. Однако он вырастил меня как ребенка. Ребенка, способного пойти на убийство, ради того что бы поступить так, как мне хочется. Я бессмысленно размахивал шпагой, направляя ее на своего господина, и с быстрой скоростью надвигался на того. Он отступал, но, тем ни менее, при моей атаке, раны получал я, от его точных ударов. И когда я осознал что вся затея со шпагой бессмысленна, откинул ее в сторону как бессмысленную фигню. Марри не понимал что происходит, а я направил всю силу в свои ноги. Шаг, и пол под моей ногой начал трескаться, и распространяться на длинную дистанцию. Я использовал свои силы на полную катушку, из-за чего у Марри начала уходить земля из-под ног, и он свалился. Я бы тоже свалился, вот только одна нога моя отвечала за разрушения, а вот вторая за восстановление, посему я оставался цел и невредим. Я сделал еще несколько шагов вперед, и ударил того в бок, отправив в полет туда, куда он ранее впечатал меня. Но он так и не долетел «до пункта назначения». Взрыв. Я четко его ощутил и услышал. Крышу арены подорвали, и камни огромными обломками начали падать вниз. Я не понимал что происходит, и лишь наблюдал за тем, как камни падают прямо на арену. Когда они досягали меня, они разрушались, и падали пылью рядом, но меня так и не касались. Я смотрел на крышу, и наблюдал как какие-то человеческие силуэты в белом одеянии, похожую на форму, проникали во внутрь, круша все на своем пути, и убивая демонов. Я опустил голову, и перевел взгляд на высокий балкон, где до сих пор находился Уроборос. Он так же как и я изначально смотрел на крышу, а после перевел взгляд на меня. На его лице я вновь мог видеть улыбку, а после то, как он рукой, которая обращалась в демоническое обличие, указал на крышку. Я вновь обратил внимание на крышу, и увидел, как среди множества людей в белом, оказалась красноволосая девушка, с длинными кудрявыми волосами. Она спускалась с крыши на каких-то нитях, и остановилась на втором этаже, где убила одного из демонов. Она осматривалась по сторонам, искала, а после ее взор упал на меня. Она не могла поверить своим глазам, забыла обо всем на свете, и спрыгнула прям со второго этажа не используя нити. Свалилась, упала, возможно даже чем-то ударилась сильно, но встала и спотыкаясь обо всем подряд, подбежала ко мне, крепко обняв. — РИДДЛ! Рид, Рид, Рид… — она вновь и вновь повторяла мое имя. Это была сестра, а я был настолько шокирован, что еще несколько секунд не понимал что происходит. А после понял, я покусился на жизнь своего господина, я нарушил клятву…, но в тот же момент поднял голову наверх, на третий этаж, балкон, на котором должен был находится Уроборос. И как ожидалось, его там не оказалось. Наше время. — Я так и не нашел после юного господина. Отряд сестры нашел еще несколько похищенных, таких же, как и я, и мы, наконец-то оказались в Эдеме. После этого Мина не долго прослужила в армии и ушла в отставку, попросив у правителя небольшой домик, где после мы и зарабатывали кузнечным делом, — на этом мой рассказ закончился. Я заметил к тому времени что Оллисия давно спала в небольшом кресле, а вот тетя Крис так и продолжала меня слушать, пусть прошло уже несколько часов. — А что с контрактом? Что это вообще за контракт был между тобой и Уроборосом? Еще одна разновидность вампиризма? — Да и в то же время нет. Если вампиризм результат полноценного контракта, и каждый полноценный ему подвержен, то контракт который я заключил с Уроборосом является неполноценным. — Чего? — тогда Крис перевела взгляд с окна, на которое до того смотрела, на меня. — Но неполноценный контракт заключается в том что человек получает оружие демона, и уже через него использует силу демона. — Да, это так. Но зачастую случается так что у демонов нет оружия. И если полноценным что бы использовать способность нужно сердце демона, то неполноценным достаточно крови демона. Этот контракт среди демонов называется «связуемые». После его заключения, человек сильно зависит от крови демона. Все потому что его тело не выдерживает силы, которую он получил от демона, и для восстановления им нужна кровь демона, с которым он заключил контракт. — Получается связуемые в отличии от вампиров не кусают кого попало. — Ага. Но в отличии от всех существующих контрактов, контракт связуемых можно разорвать лишь при условии что-либо демон либо человек умрет. — Получается Уроборос умер, раз тебе за все эти 3 года не понадобилась его кровь? — Нет, он жив. Просто за два года проведенных с ним я выпил предостаточно крови, и его кровь мне нужна была лишь для того что бы активировать способности. Не спорю, несмотря на то, что необходимости у меня с начало не было в крови, я хотел ее. Но потом просто как-то перетерпел, и все. Если не использовать способности, то и пить не хочется. — Тогда понятно, — после этих слов тетя Крис зевнула, и откинулась вновь обратно на диван. — Предлагаю лечь спать. Нам вставать с рассветом, а времени осталось не так много, — стоило ей это сказать, и закрыть глаза, как она моментально вырубилась. Молодец, хоть здесь не сплоховала. Но вот я еще некоторое время уснуть не мог. Вспоминались некоторые моменты из истории, которую я поведал тете. Были моменты о которых я сожалел, но понимал что исправить уже вряд ли что-то смогу. Можно было бы задаться вопросом почему Уроборос так просто отпустил меня, но ответ напрашивался сам собой — это Уроборос. Определенно, это было в его характере. Мысля примерно в том же русле, и вспоминая те времена когда я не мог говорить, наш язык жестов, я так и уснул на коленях тети. На следующий день, как и планировалось, встали мы рано, солнце только вставало, а все люди имеющие контракт с демонами были на ногах. Обычные рядовые солдаты охраняли окрестности временной базы, неся ночную службу и сменяя друг друга. Мы собрались, закинули себе в рот по маленькой булочке, и отправились в путь. От театра до входа в подземелье было недалеко, другое дело оказалось настоящей проблемой найти этот вход. И это было вполне нормально, учитывая что карту в руках держал Орландо, который не ориентировался в пространстве, что мы успели заметить. Ступили в подземные ходы мы только после того как Крис используя положение сестра врезала в нос Орландо, взяла карту, и передала ее мне. Так мы нашли проход, и, наконец, оказались в подземных ходах. Я шел впереди, причина тому была проста, у меня была карта. Рядом со мной шла Крис, в качестве наблюдателя, пусть она и так знала о всех моих контрактах, за исключением одержимости. Позади шла Оллисия, а вот Инферно топал далеко в конце, не особо парясь над происходящем. Подземные ходы действительно оказались опасными, и если бы мы шли огромной армией нас бы элементарно завалило. Но шли мы аккуратно, не спеша, что бы не вызвать обвал. Мы уже приближались к выходу, даже прослеживался свет впереди, как я почувствовал странную, но знакомую ауру. Поставив руку перед тетей, тем самым остановив ее, я поднял голову наверх. Стоило мне это сделать, как произошел взрыв, в результате которого в метре от нас над головой появилась огромная дыра, а камни обвалились вниз, едва ли касаясь нас. Было слишком ярко из-за утреннего солнца, но даже так, я мог наблюдать до боли знакомые белые крылья. Именно благодаря им он мог держаться над землей. — Вот ты и пришел ко мне вновь, — на его лице можно было заметить ухмылку. Он явно поджидал меня. Я не успел ничего сказать, как в руке брата Робина загорелось белое пламя. Я вспомнил моментально раны на теле Робина. Скорее всего он получил их именно из-за этого пламени. Осознав это, я достал револьвер, и начал стрелять по тому. Но если изначально я стрелял обычными пулями, то, после трех выстрелов пошел чистый лед. Я целенаправленно выстрелил не в Каллена, а в его крыло. Пол крыла было заморожено, благодаря чему Каллен сошел с небес на землю. — Надеюсь ты не забыл какой урон приносит мой лед твоим крыльям, — я сделал шаг назад, и оттолкнувшись, взобрался на груду камней, взбираясь по ним на поверхность. Но стоило мне выйти, как я увидел целую армию вампиров, не осознающих своих действий, и повинующихся лишь одному высшему здесь. — Оллис! — Знаю, — стоило мне позвать ее, как Оллисия сразу же появилась по правое плечо от меня, и сразу рванула вперед в битву, вырубая вампира одного за другим за секунду. Она не только вырубала их, но и поражала своим оружием. Вслед за ней выбрались и остальные контракторы, коих было не много, но они определенно были хорошими воинами. За исключением Орландо. Он бесил меня. Я перевел взгляд на Каллена, который уже не мог убрать крылья, и явно был обозлен на меня. Крылья их слабые места, этому меня научил Танатос, и это я запомнил, когда позволил ему захватить свое тело. Но из-за его злобы мне наоборот стало хуже. Белое пламя разгорелось вокруг Каллена, а после целенаправленно пошло на меня. Поняв что мне не увернуться от этого, я начал непрерывно воссоздавать новую и новую стену перед собой, но с каждым разом белое пламя все быстрее пожирало стену, а языки пламени уже доставали и меня. Я не знал как поступить, своими способностями мне не одолеть Каллена. — Не хочешь поменяться? — тут же раздался голос в моей голове. Танатос. У меня словно перед глазами была его ехидная улыбочка. Но я не знал как мне иначе поступить. И все ровно я не хотел. С появлением еще и Агния в моем теле я начал ощущать сильную слабость. Три контракта в одном теле для меня было тяжко, несмотря на то, что я являюсь чистым сосудом для демонов, даже для меня было тяжко держать двух демонов в себе, и жить на вечном контракте с демоном, которого я уже не видел больше 3 лет. Я думал согласится, как внезапно рядом со мной появилась тетя. Она направила руки в сторону моего льда, и в ту же секунду начали появляться новые стены льда, закрывая нас от атаки Каллена. Я не понимал что происходит. У тети тоже был контракт с Танатосом? Или был какой-то другой демоном, у которого была такая же способность как и у Танатоса? Но что более настораживало, Танатос который обычно вновь и вновь предлагал поменяться, затих, не подавая и звука. — А ты так и собираешься стоять в стороне? Как похоже на тебя, — я услышал голос позади Каллена. Внезапно, Каллен перестал атаковать, и отошел назад, а позади него появилась черная фигура. Он появился из неоткуда, и спускался на своих крыльях. Черные одеяния, черные волосы и синие глаза. Сам Михаэль собственной персоной. Стоило ему спустится на землю, как все контракторы мгновенно нацелили на него оружия, но самого Михаэля, почему-то интересовал лишь Инферно. Инферно действительно все то время стоял в стороне и ничего, совершенно ничего не предпринимал. Ему было это не нужно. Но почему-то я ощущал что было не так. Словно Инферно был и не Инферно вовсе. Аура его словно сменялась, и было такое ощущение словно Инферно вот-вот должен был исчезнуть. Стоило мне подумать об этом, как передо мною появился Танатос, в реальном времени и не материальном теле. Нет, я перепутал, это был не он. Волосы Танатоса были на половину красными, а глаза янтарными, но у этого демона была все иначе. Демон передо мной, как и Танатос, внешне не отличался от человека. И даже скорее наоборот. Белые волосы и красные глаза. Он был больше похож на жертву, которых в прошлом сбрасывали в ад. В то время я еще не понимал как был важен для всех этот переломный момент.