Breaking the Bonds

Стою посреди комнаты и беспомощно озираюсь. Замок входной двери не выломан, все вещи на своих местах, кроме одних джинс и старой майки, что вчера валялись в корзине для грязного белья. Джио в квартире нет. На столе под хозяйской вазочкой замечаю листок бумаги. И что это? Только бы не прощальная записка. "Извини, Стейтон. За мной приехали. Решил не проверять твою дверь на прочность. Выглядит слишком хлипкой. Возможно вернусь завтра. Кайт." Да, его стиль и почерк. И куда он опять потащился? Мог бы набрать... ах, нет, блять, не мог! Кинулся бы кто-то ему на помощь, двадцать раз! И что мне теперь делать? Ждать здесь это злополучное создание, пока оно, может быть, вернется? Или проехаться по самым неблагополучным местам в городе? Очень сомневаюсь, что мне удастся найти хоть какую-то информацию. А если? Хватаю в одну руку аптечку, в другую теплую куртку из шкафа и направляюсь к двери. Куртка, конечно, больше смахивает на пальто, но все же. Моя логическая цепочка кажется мне идиотской, но предполагать о цикличности не вижу смысла. Вообще когда-то в школе обожал эти лабиринты циклов и рекурсий. Так вот о чем я. Вчера Джио выкинули на трассе, где его должны были отвезти в морг. Зачем в морг? Предположим, чтобы похоронить. А так как он еще был жив, то там Кайта должны были убить. Этому помешал я. Если Кайт отработает, то он вернется. Хотя, погодите, зачем убивать человека, который должен денег? Может, по причине, что мертвый этот человек дороже, чем живой даже в перспективе? Сам Джио говорил, что связей у него практически нет, а значит его смерть, как молчание, бесполезна. И как же можно нажиться на мертвой проститутке? Врачи, морг, деньги... Да его на органы сдать собирались! Километрах в пятиста находится другой городок, считающийся основным местом прохождения эмигрантов, наркотиков и другой незаконной продукции! Отвезти кусок человеческого тела не проблема, это не то расстояние, которого можно было бы испугаться! Форд испуганно зафырчал на резком повороте, и уже через полчаса я притормозил возле здания больницы. Раз у них вчера все так обломалось, то сегодня эти ребята должны были взять все в свои руки. Теперь два варианта: или Джио сразу отвезли сюда, и мне надо начать бегать по операционным, моргам и холодильникам, или же привезут его позже. Самое паршивое, что взять и броситься в больницу я не могу, так как, если первая версия ошибочна, то я сразу уничтожу все шансы на правильность второй. Если только эти люди не настолько охамели, чтобы пронести человека по кускам мимо полицейского. И что-то мне подсказывает, что и настолько они тоже уже обнаглели. Ладно, была не была. Поднимаюсь и выхожу из машины. Широкие ступеньки, гладкие перила, удобный въезд для инвалидов. Этот въезд используется и санитарами для ввоза носилок в здание больницы. Стоит мне подойти к регистратуре, как на плечо ложится чья-то тяжелая рука: - Ищете Кайта? Я замер. О моих перемещениях уже так известно? Так все очевидно? Оборачиваюсь, киваю головой: - Он мне нужен в качестве свидетеля. Передо мной стоит мужчина, лет ему, наверное, сорок. Крупный, широкий, невысокого роста, плотного телосложения. Волосы каштановые, короткая стрижка, римский профиль. Одет не бедно, в пиджак и брюки, производства явно не американского. Национальность определить не могу, скорее всего метис. - Он на работе, - сухо ответил незнакомец. Сложно изображать равнодушие, но все же: - Когда он освободится? Ответа не последовало. Мужчина почему-то медлил, подбирая слова. Я повторил вопрос. - Видите ли, Кайт слишком много должен. - Сколько? - ого, как я начал разговаривать! У меня на счету хорошо если лежат двести долларов, а я уже пафосными цитатами миллионеров раскидываться начал. - Много. Вам очень нужен он? - Да, дело очень важное, он единственный свидетель, - на что я сейчас пытаюсь поставить? Ничего хорошего с этого не выйдет. - Я хочу предложить вам сделку, мистер Стейтон. Вы забираете этого свидетеля и гарантируете, что он никуда не денется из города. По ночам он выходит на работу. В ответ на мой удивленный взгляд мужчина пояснил: - У меня слишком много дел, чтобы следить за этой потаскухой. Но деньги я упускать не собираюсь. - Договорились, - уверенно киваю я головой и пожимаю ему руку. - А зачем вчера его пытались отвезти в морг? Незнакомец усмехнулся: - Если вам так интересно, то спросите об этом у самого Кайта. Он в курсе. Возвращайтесь в машину, мистер Стейтон. Джио я передам через полчаса. Делать нечего, я вернулся за руль старенького Форда. Сделка подозрительная, но вроде как Джио так получается выходит сухим из воды. Черт, каким сухим? В его ситуации вся разница в количестве дерьма, которого он на себя нахватает. При таком раскладе событий оно вроде бы минимально. Джио устало прислоняется головой к стеклу. - Не советую. Сейчас опять рытвины начнутся, - резонно замечаю я. Кайт безразлично пожимает плечами и морщится от боли. - Завтра в шесть вечера уеду, - коротко бросает он, привычно облизывая губы. - А отлежаться тебе не надо? - На хрен. Днем отлежусь. - Зачем тебя пытались отвезти в морг? Джио аж передернуло от этого вопроса: - Какая разница? - Интересно. - Стейтон, отвали, - нагло усмехается Джио, тем самым показывая, что тема закрыта. - Сказали, ты сбежать пытаешься? - Сбежал бы, - прикусывает губы Кайт. - Ты ж меня выкурил. - Долго тебе еще работать? - До конца жизни, - это сарказм в его голосе? Ладно: - Уехать хочешь? - А ты мне каретку с запряженными единорогами предоставишь? - желчно улыбается Кайт. - Или ковер-самолет из сказки? - Я задал вопрос, - серьезно произношу я, и, кажется, этот тон резко осаживает Джио. Он оборачивается ко мне, в глазах неизвестно откуда зажигается боязливый огонек надежды: - Хочу. Есть варианты? - Сиди тихо и не высовывайся, - беззаботно смеюсь я в ответ. Джио пару секунд смотрит на меня немигающим взглядом, явно не понимая происходящего. Он похож на путника в пустыне, что вдруг увидел воду, а коснувшись ее края никак не может понять, настоящая ли она или судьба преподнесла очередной губительный мираж. Мягко кладу руку ему на плечо: - Просто потерпи немного. Кайт недоверчиво кивает головой. Потом вдруг сбрасывает мою руку: - И трогать меня не надо.