Где-то в будущем

В течение следующих двух недель Лисбон хотелось ущипнуть себя минимум дважды в день, чтобы убедиться, что она не забрела в какой-то очень реалистичный сон. Когда-то она думала, что привыкла к жизни с Патриком Джейном — с его причудами, склонностью быть болью-в-заднице, к его неожиданным и милым жестам. Все стало совсем по-другому, когда они оказались в отношениях… Джейн купил кофеварку в свой трейлер, одну из самых модных, оправдывая издержки тем, что он не желает больше брести босиком в Старбакс. Она закатила глаза, но ей нравилось думать о том, что Джейн заботится о ней и хочет, чтобы она чувствовала себя как дома. В качестве взаимной любезности Лисбон купила неприлично большое количество любимого чая Джейна, чтобы хранить запасы в своих шкафах. Кассирша вопросительно подняла бровь. Лисбон намеревалась сказать, что это был подарок, но так сильно запнулась на слове парень, что толком не смогла ничего объяснить. Это то, кем он был? Ее парень? Они не провели ни одной ночи порознь с тех пор, как впервые оказались вместе в постели. Секс был неописуемым, но для нее самой важной была та ночь, когда измученный после долгого дня на стыковочных рейсах, Джейн просто заснул, держа ее в своих объятиях. Это была та его сторона, которую раньше Лисбон никогда не видела и потому дорожила каждым таким моментом. Спустя двенадцать лет она, наконец-то, увидела его в чем-то, кроме костюма. Иногда совместная жизнь заставала ее врасплох. Первый раз, когда Тереза увидела, как он бродит по ее дому в пижаме, с зубной щеткой, застрявшей во рту, то была не в состоянии перестать пялиться. Это было странно и замечательно. Джейн сделал так, что вести себя на работе как обычно было легко, в основном потому, что в первые же дни провернул несколько довольно возмутительных трюков — она была недовольна без всякого притворства. Тереза была уверена, что никто из сотрудников ФБР не догадывается об их отношениях. Чо, естественно, понял всё в первую же неделю. Они сидели на диване Джейна и как обычно разговаривали. Лисбон убедилась в том, что находится к нему не слишком близко, не ближе, чем просто друг, и их разговор действительно был о деле. Чо постоял перед ними мгновение, лицо его было непроницаемо. Затем он сказал: «Давно пора», — и ушел. Лисбон повернулась к Джейну с широко раскрытыми глазами. Он улыбался.  — Откуда он знает? — прошипела она. Ухмылка Джейна даже не дрогнула.  — Очевидно, потому что это Чо. *** Вечером Джейн развалился на диване в ее гостиной, положив голову ей на колени; ее пальцы рассеянно играли с его кудрями, пока она слушала, как он играет вместе с участниками шоу «Jeopardy!»*. Естественно, он выигрывал. Если у них когда-нибудь возникнут проблемы с деньгами, он может просто пойти на игровое шоу и уйти с миллионами. Джейн неожиданно обернулся и посмотрел на нее снизу вверх.  — Жизнь на чемоданах уже не актуальна, — сказал он. Лисбон ухмыльнулась.  — И это говорит человек, который жил в мотеле в течение десяти лет. Джейн не обратил внимания на её колкость.  — Я хочу сказать что, на мой взгляд, будет больше смысла, если я просто оставлю свои вещи здесь. Повисло молчание.  — Ты, конечно, можешь сделать то же самое.  — Ты в самом деле просишь разрешения? — удивилась она. — Честно говоря, я предполагала, что проснусь однажды и обнаружу, что ты занял половину моего шкафа. Джейн пожал плечами, ему явно было весело.  — Вопрос вежливости. Что означало: он в любом случае сделает, как хочет. На следующее утро, после того, как она выпуталась из-под него, то обнаружила, что он уже нашел место для своих вещей в ванной комнате. У неё замерло сердце. Но чем Лисбон действительно наслаждалась, так это тем, что сама оставляла свои вещи в его трейлере. Учитывая, каким скрытным человеком был Джейн, это был важный шаг. На протяжении десяти лет она была единственной, кто шел на уступки. Он все время сидел в её кабинете, он вторгался в её личное пространство. А её оставлял по ту сторону закрытой двери чердака. Так что, с чувством тихой гордости и торжества, она повесила свою одежду в шкаф, положила свой шампунь в душе, купила зарядное устройство для сотового телефона на свою сторону кровати. Патрик Джейн сейчас принадлежал ей, и было приятно показывать хотя бы дома, что это она была той, кто спала рядом с ним, дразнила его за завтраком и неожиданно нападала на него в душе. Впервые жизнь была такой, как Лисбон хотела. Она успешно работала в ФБР. Джейн был свободным человеком (во многих смыслах), и они проводили вместе почти весь день. Она не видела его обручального кольца с их первой ночи вместе. От него осталась лишь незагорелая линия на пальце. *** На четвертой неделе их отношений они полетели в Калифорнию, чтобы расследовать новое дело. Первый раз Лисбон возвращалась туда с тех пор, как уехала в Вашингтон. Странно, Сакраменто был ее домом так долго, и она скучала по нему месяцами, но теперь поняла, что скучала по Джейну, скучала по той жизни, что была там с ним. Он взял ее за руку во время посадки, и она поняла, что для него это тоже что-то значило.  — Мы прошли долгий путь, — прошептал он.  — Ты мне это рассказываешь? — пробормотала она в ответ. Джейн задумался. Неизвестно, перебирал ли он сейчас в мыслях эти десять лет, которые они провели здесь — годы, наполненные сомнением, горечью и поиском возмездия. Удивительно, что они остались невредимы. Но это не совсем так, ни в физическом, ни в эмоциональном смысле. Джейн всегда будет в шрамах. Несмотря на исцеление, рваные края его ран останутся навсегда. Его мир рухнул в одно мгновение, он чуть было не сошел с ума, застрелил трех человек и задушил четвертого. Лисбон вспомнила, как похолодело всё у неё внутри, когда Эбботт сказал ей, как был убит Макаллистер. Она не думала, что ее Джейн способен на это. Глупо — ведь он не принадлежал ей. Однако она, несомненно, всегда была его. Из-за него она получила пулю, чтобы защитить его, убивала людей, нарушала практически каждый из своих личных и профессиональных принципов, врала, скрывала улики, и так долго ходила по грани между правильным и неправильным, что та стала размытой. И Тереза знала, что сделала бы это снова.  — Интересно, а мой диван все еще здесь, — размышлял Джейн. — Думаешь, ФБР позволит мне вернуть его? Лисбон улыбнулась.  — Сомнительно. Куда бы ты его поставил? Джейн пожал плечами.  — В твоей гостиной, наверное.  — Или нет, — ответила она, приподняв брови. Он сделал вид, что уязвлен ее ответом.  — Почему нет, Лисбон? Я люблю этот диван. Они приземлились с небольшим ударом, и Тереза покачала головой.  — Во-первых, — сказала она, — он не подходит к остальному моему декору. Во-вторых, ты, наверное, будешь спать там, а мне нравится, когда ты спишь рядом со мной. Он вздохнул, показывая, что она явно не понимает серьезности ситуации, и ей пришлось хмыкнуть. Лисбон выглянула в окно, когда они подъезжали к остановке. Неожиданно голос Джейна, шепчущий ей на ухо, заставил ее вздрогнуть:  — Просто подумай над тем, как мы могли бы не спать на этом диване, — выдохнул он. — И не пытайся сказать мне, что ты никогда не думала об этом. Ее лицо покраснело, так как он был абсолютно прав. У нее было несчетное количество фантазий с участием Джейна и его дивана. Возможно, им придется поискать его, в конце концов. *** Позже Лисбон стояла на месте преступления с агентом Фишер, а Джейн копался в вещах жертвы, пытаясь собрать вместе кусочки головоломки.  — От него просто взгляд не оторвать, правда? — оценивающе сказала Ким. Лисбон сжала губы, игнорируя внезапное чувство собственничества.  — Да, — согласилась она. Ведь это правда. — Особенно, когда он не доставляет неприятностей.  — Я вижу, он снова снял свое обручальное кольцо, — отметила Фишер ровным голосом. Лисбон моргнула.  — Снова? — спросила она, поворачиваясь.  — Да, — Ким посмотрела на заметки в своей руке, видимо, дважды проверяя что-то. — Оно было на нем, когда мы познакомились, но он снял его, прежде чем мы пошли тем вечером на ужин. Расстроенная, Тереза прошла через комнату, чтобы переговорить с Чо. Здесь стало жарко, появилось болезненное чувство в животе. Будет ли она когда-нибудь первой с ним? Не она была с ним на первом свидании, не с ней был его первый поцелуй, его первый раз, не она первый человек, ради которого он снял свое обручальное кольцо. Может Джейн был с ней просто потому, что она была удобной и хорошо знакомой? На секунду она подумала, что ее сейчас стошнит. Да, она была ему дорога, она знала это, но вдруг он решился на отношения с ней просто потому, что так было легче, чем открыться кому-то еще? Тяжесть на сердце была подобна свинцу. Джейн подошёл к ней так, что она и не заметила, как он оказался рядом.  — Ты в порядке? — спросил Джейн, явно обеспокоенный. — Ты выглядишь, ну… не очень, — закончил он. Лисбон была уверена, что это ещё слабо сказано. Из этой ситуации не было простого выхода.  — Э, нет, — сказала она, наконец. — Я действительно чувствую себя нехорошо. — Если быть точной, она чувствовала себя ужасно. Удивительно, как жизнь может измениться от нескольких простых слов. Лисбон была очень благодарна агенту Фишер, которая при виде ее бледности отправила ее в отель. Джейн обеспокоено смотрел ей вслед. Остаток дня Лисбон лежала на кровати лицом вниз и удивлялась — какого черта она делает. Около восьми вечера раздался стук в дверь. Тереза нехотя встала — Джейн не уйдет, пока она не впустит его. Он был без пиджака, в рубашке с засученными рукавами. Лисбон рассеяно поймала себя на мысли, что скучает по его жилетам. Она ничего не сказала, просто повернулась и пошла обратно к кровати. Джейн лёг рядом с ней и стал гладить ее волосы.  — Расскажи, что тебя беспокоит, — пробормотал он, наклоняясь над ней. Ее первым побуждением было соврать ему, но он раскусил бы ее, как всегда. С глубоким вздохом она повернулась. Посмотрев на её лицо, Джейн нахмурился.  — Тереза, — сказал он, — расскажи мне. Она стукнула его по пальцу, на котором раньше было кольцо.  — Ты снимал эту штуку для каждой красивой женщины, которую встречал на острове, или агент Фишер была единственной? Он понял, о чем она говорила, и улыбнулся. Что только разозлило ее. Как он смеет забавляться её чувствами?  — Хоть один раз, — прошипела она, — я хотела быть первой в твоей жизни.  — Какого черта ты несешь? — поинтересовался он.  — Все эти другие женщины, которые приходили и уходили, — сказала она с упреком, — те, которые, как ты утверждал, ничего не значат… почему они были теми, ради кого ты переходил черту? К своему стыду, она поняла, что была близка к тому, чтобы заплакать. Но она придала такую важность тому, что он снял кольцо, и когда узнала, что была не первой женщиной, вдохновившей его сделать это, то… Стало больно.  — Я смогла пережить Кристину Фрай, — продолжала она, — я даже смирилась с Лорелеей, как бы не ненавидела все произошедшее. Но это… — она замолчала, со злостью в глазах.  — Ты думаешь, я снял обручальное кольцо, потому что пошёл на свидание с Ким, — сказал он спокойно. — Ты ошибаешься. Она моргнула.  — Но ты же сделал это. Я имею в виду, снял его. Он вздохнул, вытягивая ноги перед собой.  — Да.  — Я не понимаю. Джейн выглядел немного раздраженно.  — Анжела умерла двенадцать лет назад, Тереза. Я носил свое кольцо все это время. Ты действительно думаешь, что я снял его для женщины, которую знал меньше суток? Ее брови нахмурились.  — Тогда почему?  — Я сделал это для себя, — сказал он, наконец. — Чтобы посмотреть, смогу ли я, готов ли я. — Он оглядел комнату, как будто собираясь с мыслями. — Я потратил почти два года на этом острове, пытаясь наладить свою жизнь и жить дальше, и думал, что наладил. Затем Ким упомянула моё кольцо, и я осознал, что все еще держусь за прошлое.  — Но ты надел его обратно, — возразила она. Он задумчиво кивнул:  — Да, временно. На самом деле ничего не изменилось, наверное потому, что рядом со мной не было той, с кем я хотел бы двигаться дальше. Пока я не вернулся. — Он выразительно посмотрел на нее, и его намёк был кристально ясен. Пока мы не стали встречаться. Джейн наклонился к ней.  — Я люблю тебя, и я хочу тебя, ты должна понимать это. В течение двенадцати лет в моей жизни не было никого более значимого. Слеза скатилась вниз по ее щеке.  — Возможно, не с тобой было первое свидание или первый поцелуй, но с тобой будет всё остальное. Разве это не лучше? Джейн нежно прижался губами к уголку ее рта. Смягчившись, Лисбон потянулась к нему и обняла его за талию. Радостно вздохнув, он притянул ее в свои объятия и зарылся носом в ее волосы.  — Это была наша первая ссора? — спросил он, улыбаясь. Она закрыла глаза и прижалась ближе:  — Может быть. Он прошептал прямо у ее уха:  — Ты знаешь, что это значит, да? Первый примирительный секс. Это был тот «первый» раз, частью которого она была очень рада быть. Позже, развалившись в куче простыней, ощущая, как лицо Джейна лежит между ее лопаток, а его вес до сих пор почти весь на ней, Лисбон чувствовала себя совершенно спокойной и умиротворенной. Действительно умиротворенной.  — Патрик? — пробормотала она. Требовалось большое усилие, чтобы просто говорить.  — Мм? — он уже почти спал.  — Я тоже тебя люблю. Джейн нежно сжал ее, и она почувствовала, как его губы касаются ее затылка. Ее последней, рассеянной мыслью перед тем, как заснуть, было то, что их возвращение в Калифорнию прошло замечательно. Несмотря на отсутствие коричневого кожаного дивана. ________________________________________________________ *«Jeopardy!» — телевизионная игра-викторина, популярная во многих странах мира. Русская «Своя игра» в первых сезонах проводилась по аналогичным правилам.