Изменить себя. Или нужно ли бете становиться омегой?

- 5 -

Изменить себя. Или нужно ли бете становиться омегой? Автор: Oshikko Бета: astaris

*** С трудом в мелком недоразумении узнал Сашку. Шапка сбилась набок, объемная куртка делает младше на несколько лет. Несмотря на открытую дверь, омежка продолжал нажимать на звонок. Из белого пакета с зеленым логотипом местного универсама торчало горлышко бутылки из-под шампанского. – Он не хочет ребенка, – всхлипнул парень, заваливаясь в квартиру. Сашка схватил меня за футболку, заглядывая в лицо покрасневшими глазами. Не знаю, сколько он ревел, но пушистые ресницы слиплись от влаги. И вообще, у него все лицо порозовело и стало каким-то распухшим. Я растерянно замер. Что он от меня-то хочет? Некстати вспомнил свои же слова, вот Сашка и пришел «если что». – Проходи, - Рыжик забрал из рук ревущего Саши пакет. Омега ткнулся сопливым носом мне в грудь. Я стащил с него шапку, не зная, как успокоить, и с надеждой посмотрел на Вальку. Все же он сам омега и должен знать, как успокоить другого омегу. Рыжик схватил парня за руку и потащил в кухню за собой, кивком велев мне следовать за ними. Взыграла досада на друга. Неужели нельзя без меня обойтись? Со спины и не скажешь, что Валька омега. Я задумался, а получится ли у него успокоить Сашу, ведь долгое время дружище вел себя как бета. Усадив парня за стол, Рыжик зашуршал пакетом. Я устало присел на краешек стула. Не нравится мне вся эта ситуация, ох, как не нравится, и опять это сосущее чувство под ложечкой. Кроме выпивки паренек притащил шоколад и мои штаны. А я уже забыть про них успел. Валька открыл бутылку и наполнил Сашин бокал. – Рассказывай. – Дима не хочет ребенка. Говорит, что мне надо сначала подрасти, закончить универ, а потом уже рожать, - всхлипнул Саша, опрокидывая в себя алкоголь одним большим глотком, и только потом снимая пуховик. Меня поразило, что он даже не закашлялся, как будто воду выпил. – А мне через месяц девятнадцать! И колледж я уже закончил! Я семью хочу с ним, а он не хочет! Парнишка спрятал лицо в ладонях и зарыдал больше прежнего. Мы с Вальком переглянулись. Оказывается, друг тоже не знал, что делать. Зря я надеялся на его проснувшуюся омежью сущность. Я нервно погладил Сашу по спине, пытаясь успокоить. Что еще я могу сделать? Диму я не знаю и понятия не имею, чем тот руководствуется и чем думает. Можно было бы, конечно, узнать у Тимура, но я его кинул. В дверь снова позвонили. Мы с другом синхронно вздрогнули и снова переглянулись. Тяжело вздохнув и сжав кулаки, Валька поднялся. В его взгляде читалась решимость убивать. Я бы усмехнулся, но не позволяли приличия. Уходя, Валька прихватил Сашкину куртку, негоже одежде валяться, на полу. Рыжик ругался, да так, что заслушаться можно. Мы синхронно вздрогнули. Саша даже рыдать перестал. Хоть какая-то польза. Через минуту к нам вошли двое. Валька недовольно плюхнулся на стул, сверля взглядом Пашку. – Твою ж! Ты чего забыл?! Только не говори, что пришел поделиться радостью! – Не сдержавшись, выкрикнул я. Пашка, как ни в чем не бывало, пожал плечами, уселся за стол и налил себе игристого в Сашкин бокал. А мне хоть сознание теряй. Мне все это снится? Я все еще в больнице? – Он хочет ребенка, а я еще не готов. – Блядь! Двенадцатый час ночи! Если припрутся еще и ваши альфы, всех в окно выброшу! Достали все! Рыжик успокаивающе положил руки мне на плечи, что разозлило меня еще больше. Саша зарыдал сильнее. Пашка уставился невидящим взглядом в стену. – К кому нам еще пойти? Почему бывший выражается и за паренька? Глядя на красивого Павла, сердце екнуло и перевернулось. Как всегда в выглаженной рубашке, брюках. Волосок к волоску. Он всегда выглядел аккуратно и как-то благородно, даже во время секса. Если он не готов рожать, тогда зачем бросил меня ради альфы? Не понимаю. От досады на него и его поступок, на ситуацию в целом, появилось желание сделать ему больно. – Знаете что? Разговаривайте тут. Пейте. А я спать. Я устал! Только что из больницы и мне нужен отдых. Понимаешь? Отдых! Ты меня бросил, не я тебя, и не жди, что буду рад слышать твои проблемы! – Я хочу быть твоим другом. Чтобы было как раньше, только без секса. Павел поджал губы и опустил голову, пряча ладони меж бедер. Я поднялся. У меня сейчас голова взорвется. Мне действительно нужно отдохнуть не только от парней, но и от самого себя. Я ведь уже решил, что не сильно злюсь на Пашу, но когда он так рядом, так и хочется вцепиться в тонкую шею и сдавить ее покрепче! Резко отшатнулся от стола. Вот, опять начал злиться. Лучше мне не смотреть на бывшего, так и до убийства докатиться недолго. – Валь, можешь спать у меня в спальне, а вы, ребятки, в гостиной. Утром поговорим и решим ваши проблемы. Бля, мне уже надо не только клуб открывать, но и психологом там работать. Шаркая ногами, вышел из кухни. На всякий случай закрыл дверь на все замки и отключил звонок. Не хватало мне еще, чтобы все бывшие омеги заявились ко мне со своей беременной проблемой. Я этого не вынесу. Дурдом какой-то, а не жилая квартира. Ладно, Сашка, малой еще, может и друзей нет, с которыми мог бы поговорить. Но Павел? Павел-то чего приперся? У него куча друзей, в приятелях все сослуживцы. Я-то каким боком к нему отношусь? Почему он не дает спокойно вычеркнуть его из моей жизни? Почему упорно не желает быть забытым эпизодом? Устало завалился на кровать. Сил не было, чтобы подняться и раздеться, не говоря уже о том, чтобы почистить зубы и принять душ. Я обнял рыкнувшего медведя и укрылся одеялом. Голова будто чугунная, весит тонны две, не меньше. Слишком длинный и насыщенный выдался день, а вечер еще хуже. Еще и эти дурацкие таблетки мозги туманят. Широко зевнув, зарылся носом медведю куда-то в бок. Спать. Надо поспать, а утром, может, никого уже не будет. Зря надеялся. Проверка квартиры показала, что Павел спит на полу, Саша на диване. Готовя блинчики на завтрак, думал, будет ли сегодняшний день таким же придурошным, как вчерашний? И что сказать пока спящим Саше и Паше? На столе уже стояла горка блинчиков, а я пока не пришел ни к какому решению. Замешивая новую партию теста, краем глаза заметил, как сонный Рыжик уселся за стол, прислонился спиной к стене. Одежда на нем такая же помятая, как и он сам. Даже не знаю, во сколько они легли. Я взглянул на него, затем на стол. Надо бы побольше еды приготовить, наверняка и омежьи альфы захотят позавтракать. А я слышал, что они едят много. – Эти идиоты заберут меня минут через двадцать. И сказал это с нежной ласковой улыбкой. Все же изменился Валька, и очень сильно. Его альфы пошли ему на пользу. Теперь бы разобраться с теми двумя омегами и их отношениями. Но какого лешего я должен с этим разбираться? Почему именно я? Разобрался бы кто с моими проблемами. Выстроил бы кто для меня план жизни, все реплики и действия. Да чтоб таким образом, чтобы в конце сопливый роман со свадьбой и колоколами. Тьфу. Аж бесит. Поскорее бы таблетки выветрились, и я стал нормальным. Нормальным! Без всей этой розовой лабуды! Собственное нытье уже порядком самому поднадоело. Стоящая на столе горка золотистых блинчиков постепенно уменьшалась. Валька с удовольствием размазывал сметану по ним и сворачивал трубочки на своей тарелке. Как он и говорил, спустя двадцать минут за столом сидели трое. Чашки с горячим чаем дымились, распространяя по всей кухне приятный травяной аромат. Что поделать, не признаю гранулированного мусора и предпочитаю натуральное. Но дорогим чаем балуюсь редко, нашел выход: в аптеке продается тьма травок, надо только подобрать нужную комбинацию и пропорцию. Глядя на парней, не мог поверить, что и у меня когда-нибудь будет нормальная, спокойная жизнь. В кухню вползли сонные Сашка с Павлом. Лица обоих припухшие, с красными глазами. Или ревели полночи, или пили. Скорее всего, Саша ревел, а Павел пил. Никогда не замечал за ним способности ныть. Омеги застыли у порога. Еще бы им в столбики не превратиться – младший в одной футболке, старший в брюках. А за столом завтракают не последние красивые альфы города. Видя, как замерли омеги, Женя с Олегом усмехнулись. Торопливо допили свой чай и поднялись, уступая парням место за столом. Валька открыто усмехнулся, наслаждаясь реакцией потрясенных омег. Еще бы встретить такую неожиданную компанию рано утром за столом у чахлого беты. – Это же вы… – Сашка не смог произнести ни слова, в упор глядя на Женю. Бледные щеки заалели. Парнишка старательно опускал низ футболки. Павел притворился ничего не видящим и ничего не слышащим столбом и опять начал рассматривать стену. Во избежание разборок Олег вытянул Женю из кухни, бросив Вальке, чтобы тот поторапливался. Я уже думал, вздохну свободней. Но не тут-то было. Вчерашняя комедия продолжается. Когда омеги расселись за столом, в кухню ворвалось пятеро альф. Пятеро! Моя бедная кухня этого не выдержит. Это уже не квартира, а коммуналка какая-то! Ладно, мужья Рыжика, ладно – Дима и Пашин альфа... Но Тимур как оказался в этой компании?! Что он тут забыл? К счастью Женя с Олегом удерживали последнего. И, добивая меня, все разом начали кричать. Кухня уменьшилась до размера спичечного коробка. Мой мозг сейчас взорвется. С приятным завтраком в тишине покончено. От бешенства я хлопнул кулаком по столешнице, привлекая к себе внимание. Миска с тестом подпрыгнула, ложка упала на пол, оставив некрасивые жидкие разводы на шкафчике. Ткнул пальцем в Диму. Видя мой жест, Саша вжал голову в плечи, все еще стараясь прикрыть ноги. Его лицо стало настолько малиновым, что, казалось, сейчас сгорит от стыда. – Сначала ты. Излагай. В общем, выяснилось, что Дима хочет ребенка, но боится, что его мелкий с этим не справится. Поспорив немного, парни сошлись на том, что Саша поступит на заочное отделение. Они поженятся и года через два родят малыша. Омега сначала сопротивлялся, но к разговору подключились Валька с Пашей. Они-то и смогли уговорить паренька. С одной парочкой разобрались. Дима перетащил довольного омегу себе на колени и, забив на всех, начал скармливать тому блинчики. Теперь бывший. Его альфу, кстати, Константином зовут. И ему понравилось, как я готовлю. Мысль, что этот Константин пытается меня задобрить, даже не пришла мне в голову, поскольку это было видно по его лицу. Я слегка улыбнулся. Хоть кто-то оценил мою стряпню. Пришлось дать себе мысленного пинка и перестать лыбиться, не время проникаться симпатией к тому, кто отбил у меня омегу. Павел в принципе был не против детей, но отказывался рожать детей от нерешительного альфы. Пиздец подкрался незаметно. Проблемы, собственно говоря, не было. Они вдоволь поорали друг на друга. Впервые слышу, чтобы тихий Павел так кричал. Уши закладывало от их воплей. Соседи сверху чем-то стучали в пол, да так, что у меня люстра шаталась. В общем, выяснилось, что вечно спокойный, уравновешенный омега хотел свадьбы. Костя предложения ему не сделал, но заговорил о детях. Павел взбеленился. Оставаться одному на руках с ребенком ему не хотелось, и плевать, что они истинные, и что Костя даже в магазин одного его не отпускает. Я не понимаю этих омег. Они медленно разрушают мою логику и психику, рвут на клочки мозг. Неужели нельзя было дома обо всем спокойно поговорить? Так необходимо было бежать на ночь глядя непонятно куда? Сердечно поблагодарив меня за блинчики и выпросив рецепт, Костя взвалил на плечо довольного Пашку, и они покинули мою квартиру. В кухне стало значительно тише. Дима тоже извинился и вывел Сашку из кухни. Прифигевший Валька сидел на коленях у Олега и медленно дожевывал последний блин. – Я вот смотрю, у нас вроде с этим заморочек меньше было? – Задумчиво протянул омега. Его альфы рассмеялись, я тоже усмехнулся. Рыжик выносил своим мужьям мозг посильнее. Но оно того стоило. Даже самому тупому будет видно, как они ценят друг друга, и не побоюсь этого слова – любят. Альфы дорожат своим омегой и относятся к нему с трепетом и уважением. Иногда, глядя на них, хочется слопать кило лимонов. Нет, они не похожи на зеленых, только что влюбившихся мальчишек, но бывает, что эта сладость и нежность просто прет от них так, что тошно становится, причем они не сюсюкаются и не тискаются по углам. Просто так получается, но почему-то Тоха с Серегой этого не видят. Наверное, во мне говорила зависть. С моими омегами у меня ни разу подобного не было. Чтобы снова этого не видеть, повернулся к тесту. По судорожному вздоху Тимура понял, что наклонялся я за ложкой зря. Тело как будто онемело. С трудом разогнулся и бросил ложку в мойку. Такое чувство, что вместо спины деревяшка, будто меня поместили в другое тело, и я не понимаю, как им управлять. Пытаясь собраться с мыслями, пропустил момент, когда со спины кто-то подкрался. Альфа оперся о столешницу по обе стороны от меня, заключая в своеобразный плен. Я даже вздрогнуть не успел. Смог немного расслабиться и пошевелить руками, когда услышал тихий Женин шепот у самого уха - «подыграй мне». Он потянулся за чистой ложкой. Альфа стоял близко, но до меня не дотрагивался, правда, рыкнувшему Тимуру видно этого не было. Мои пальцы дрожали. Лишь бы Женя ничего не сказал по этому поводу. – Добавь больше сахара, – чувственно попросил альфа. У меня аж мурашки по телу побежали, я потянулся за сахарницей, но только для того, чтобы добавить пару крупинок. Женя возмутился. – Но ведь сейчас больше, чем раньше, – усмехнулся я в ответ. Мы оба повернулись на грохот. Тимур оказался прижатым за горло к стене. Олег оттаскивал злого Вальку от несостоявшейся жертвы. – Следи за своим мужем, - прохрипел Тимур, хватаясь за шею. В серых глазах плескался шторм. – Тебе-то какое дело? – зарычал в ответ Валька. Думаю, если бы не Олег, он бы снова вцепился в альфу. Рука Жени медленно поползла по моей руке и замерла на плече. А мне показалось, что по мне паук прополз, стало так же мерзко и противно, хотя ничего против этого блондинистого альфы я не имел. – Мы встречаемся, – гордо изрек Тимур, отряхивая пиджак, но красные пятна злости покидать его лицо не собирались. Выяснять отношения ни с ним, ни с другими желания не было. Но кое-какую точку пришлось поставить. – Тебе напомнить разговор, состоявшийся в больнице? Главное - не думать о том, что было. Сердито поджав губы, Тимур вышел из кухни. Женя с Олегом потянулись следом. – Валь, спасибо за помощь. Ты не ревнуешь, когда он так делает? Простое, лаконичное, уверенное «нет» выбило у меня почву из-под ног. Я не поверил: – Он ведь лапает омег. – Лён, ты забываешь, что он модель. Омеги на обложках оттеняют его мужественность. Чем красивее и желаннее выглядит Женя, тем больше ему платят. Если они просто стоят рядом, я не против. Я знаю, что он меня любит и все эти томные взгляды, жесты, касания - работа на камеру. И пока это так, его яйца целы. Мы одновременно расхохотались, увидев Женино выражение лица. Бедняга наверняка услышал последнюю фразу. Попрощавшись с Рыжиком и пообещав ему, что основательно поговорю с Тимуром, я, наконец, остался один. Такая желанная передышка мне только на руку. Пока жарились блинчики, я не переставал думать. Все же высокая степень доверия у Вали к своему альфе. К тому же, в случае чего, у него останется Олег. Такой бред в голову лезет. Что за глупости? Можно подумать, Валя позволит себя обмануть. Да он скорее хребет Жене сломает, чем позволит такому случиться. А с переломанными ногами по подиуму не побегаешь. Только я сел нормально позавтракать, как в кухню вошел Тимур. Я поперхнулся чаем. Ну вот, теперь придется еще и стол вытирать. Не ожидал увидеть его в одном полотенце, думал, что он уже давно ушел. Да и шума воды я не слышал. Непроизвольно вздрогнул, вспомнив, как он прижал меня к стенке. Он альфа, причем не такой безобидный как Антон с Сергеем. – Извини, не успел дома принять душ. Как узнал, что ты из больницы вышел, сразу к тебе. Я недовольно поджал губы. Почему он ведет себя так обыденно? Такое ощущение, что он живет здесь. Стряхивая капли воды с волос, Тимур потянулся к моему чаю. Охренеть. Ни один омега не отнимал у меня чашку и не пил из нее. А этот… этот альфа отобрал и спокойно завтракает моими блинами! Еще и мед подвинул к себе и ложкой загребает. – Задница слипнется, – прокомментировал я третью ложку меда, размазанную по золотистому блинчику. Он не отреагировал на мои слова и положил второй блин поверх меда, намазал его сметаной и замер. – У тебя сыр есть? У меня волосы на затылке встали дыбом, но как-то умудрился сказать «нет». Тимур разочарованно протянул «жа-алко» и свернул два блина в трубочку, затем обернул ее еще в один намазанный сметаной блин. Примерившись к своему «бутерброду», он откусил сразу половину. Такое ощущение, что он неделю не ел. – Профчи, не ушпел пожафтракачь. С трудом разобрал, что он там пробормотал с набитым ртом. Постарался подавить свое раздражение. Помня про обидчивых, плаксивых омег и просьбу Вальки, принялся за готовку нормального сытного завтрака. И пусть только не съест мою кашу, удавлю. Увидев, что я стою у плиты, Тимур перестал давиться блинами и стал похож на нормального человека, а не потерпевшего крушения дикаря. Только вот оделся бы еще, а то уже его кожа побледнела и покрылась мурашками. Мысленно рассмеялся. Чего это с моей стороны такая забота? Совсем уже свихнулся? Старался не коситься на спокойно сидящего и пьющего чай альфу. Уж слишком он расслабился, сидя в моей кухне. То ли специально, то ли нет, но я сыпанул соли чуть больше положенного. Помешивая кашу, не понимал себя. Душило какое-то волнение. Готовить для альфы оказалось куда экстремальнее, чем думалось. Омега в любом случае притворится, что ему нравится еда. А как поступит альфа, я не знал. Еще и с солью переборщил. Поставил миску перед Тимуром и гордо удалился в гостиную. Нет у меня желания ни смотреть, как он ест, ни выслушивать его комментарии по поводу моих кулинарных талантов. Спустя какое-то время, которое мне показалось скоротечной секундой, Тимур лениво присел в кресло напротив меня, медленно застегивая рубашку. Был у меня один омежка, так он точно так же медленно раздевался, соблазняя меня еще больше. Никогда бы не подумал, что и альфа способен на такое. – Теперь ты готов поговорить? – спросил Тимур, застегивая маленькие пуговички на манжетах. Идиотское сердце дрогнуло, пальцы задрожали. Я перевел взгляд с темных влажных волос на полосатые подушки. Их пестрость и радужность немного отвлекла, приводя в чувства. Почему у меня ощущение, будто я на важном собеседовании или на экзамене? Еще и Тимур облокотился на колени, чуть подаваясь вперед, сокращая тем самым между нами расстояние. Я инстинктивно оперся на спинку дивана. Альфа криво усмехнулся и развалился в кресле, забросив ногу на ногу. – Я вижу, ты не понял, когда я тебе сказал… – Да, да, - Тимур махнул рукой, прерывая меня. – Теперь я понял, что ты не хотел выглядеть слабым в моих глазах и поэтому выгнал. Я задохнулся от недовольства и злости. Да что он возомнил о себе?! Я чуть подался вперед, чтобы развеять его заблуждение, но альфа не дал мне и слова вставить. – Понимаю, что ты обиделся за ресторан. Если подумать, то у меня была возможность позвонить и предупредить, что я не приду. Честно говоря, я не думал, что ты будешь меня ждать. В общем, я поступил нехорошо. Давай начнем сначала? – Тимур невесело усмехнулся. Между темными бровями залегла морщинка, руки на подлокотниках кресла сжались в кулаки. – Естественно, договоренность в силе. Я усмехнулся. Сказал ведь это сквозь сжатые зубы. Не смирился? И еще: если я буду отказывать ему, он продолжит ходить ко мне и считать меня обидчивой омежкой, придумывая все новые и нелепые оправдания моему поведению? Я ведь не омега. Значит, истерить по этому поводу не должен. К тому же, можно сначала узнать его получше. А уже из того, как он будет поступать, решать, стоит ли общаться с ним дальше или попытаться прекратить все отношения. – Хорошо. Попробуем снова. Тимур заметно выдохнул. Интересно, он ожидал возражений и уже приготовился к обороне? – Мне бы таких сговорчивых партнеров, как ты. Я сжал зубы, чтобы не ляпнуть лишнего. Это во мне таблетки играют. Не иначе. – Ну что ж. Раз мы решили эту проблему, то, может, теперь тебе стоит уйти? – я с надеждой уставился в темно-серые глаза. Мне бы еще отдохнуть чуток в тишине и ни о чем не думать. Но у Тимура были свои планы. Он попросил подождать его минутку. Провожать я его не стал. Действительно через минутку он ворвался в квартиру с двумя дорожными сумками. Я чуть не обомлел. Альфа хитро усмехнулся и перетащил вещи в мою спальню, говоря, что раз уж мы решили встречаться, то и жить теперь он будет здесь, у меня, потому что я не захочу переезжать к нему. И он прав. Я бы ни за что не переехал. Не могу расстаться со своим видом на парк, слишком долго искал эту квартиру. Тимур переоделся в домашнюю одежду и протянул мне свою стопку дисков. Что оставалось делать? Раз уж он предлагает такое перемирие и я вроде как согласился, то надо идти до конца. Выбрал какую-то комедию. Альфа задернул шторы, откуда-то достал попкорн и мы сели на диван. Я постарался сесть подальше, но он приблизился вплотную. От его бедра шел жуткий жар, и я не мог сосредоточиться на фильме. Меня трясло. Тимур же тихо посмеивался, иногда хлопал себя ладонью по колену и толкал меня локтем, указывая на экран. В общем, вел себя как друг, а не как любовник, давая мне возможность немного прийти в себя. Пока нападать, как в больнице, он не собирался. Но это только пока. Решив, что расслабляться еще рано, уставился в телевизор. Впрочем, ничего смешного я там не видел, а вот альфа забавлялся вовсю, рассыпая попкорн не только по дивану. *** Спустя три месяца, я готов был сделать с собой что-нибудь существенное, ну или с альфой. Тимур, не ведая о моих мыслях, спокойненько наяривал борщ, расплескивая бульон по столу. Как же он меня бесит! – Может, уже хватит меня преследовать? – Я зло бросил вилку в мойку. День не задался с утра. Начальник позвонил мне и попросил не приходить на работу. Видите ли, его об этом кое-кто попросил. А мне с людьми общаться нужно – иначе «дичаю»! Да и праздники, прибыль, премии, зарплата больше. Еще и готовка не удавалась. Петарды за окном раздражали. Как же все бесит! Сослуживцы уже привыкли видеть Тимура рядом со мной, некоторые откровенно посмеивались. Клиенты тоже. У-у-у, ну как я могу рассказывать про товар, когда Тимур дышит в ухо и рассказывает анекдоты? Видите ли, я имею наглость не уделять ему все свое время! А как же те дурацкие сладкие кафешечки для влюбленных и сопливо-нежные фильмы на последнем ряду кинотеатра? Больше всего бесит, как он меня называет при всех. Какой я ему розовый плюшевый зайка?! Из меня зайка, как из него балерина! У меня уже глаз дергается, когда вижу его. Серьезно подумываю над тем, чтобы попросить Вальку о помощи. Чувствую, мне просто не обойтись без его приемчиков. До боли в костях хочется приложить Тимура к стенке и покричать на него вдоволь. И я не понимаю, когда он работает. А работает ли? За какие шиши приглашает в рестораны, театры? И вообще, это я должен его приглашать, разве нет? Так бесит, так бесит, что я рычать готов! – За-а-ай, ты злишься? Тимур невинно похлопал ресницами, выводя меня из себя еще сильнее. Потом он начал заламывать руки и верещать что-то типа того, что я его не уважаю и не хочу с ним общаться. Плохая пародия на течного омегу. Альфа прижался ко мне со спины и крепко обнял, вызывая этим самый настоящий столбняк. Ничего с собой поделать не могу. К счастью, такие моменты длятся недолго. – Зай, ты такой хорошенький, когда бесишься, – шепнул он мне в ухо и если бы не убежал, то точно схлопотал бы по роже. От злости я согнул ложку. Бросил и ее в мойку, сорвал фартук и повернулся к альфе. Он уже сидел на стуле, забросив ногу на ногу и сцепив ладони в замок на колене. Его неожиданная просьба поцеловать его заставила меня оскалиться. – Поцеловать? – Ну, мы уже столько времени встречаемся, а ты меня ни разу не целовал. Тимур смотрел на меня, а я вспоминал, что он выдавливает пасту из середины тубы, бреется так, что пена всегда заляпывает зеркало, никогда не застилает за собой постель, разбрасывает тапки по дому и выковыривает изюм из всех булок. Я медленно подкрался к нему и остановился в паре сантиметров от пухлых губ. Серые глаза Тимура заблестели ярче, зрачок увеличился. – Скажи, как я могу тебя целовать, если от тебя вот уже два месяца несет течным омегой? М? Альфа побледнел, а я выпрямился и подошел к окну. – Ты чувствуешь запахи? Я ехидно усмехнулся. Не ожидал, да? Сюрприз, дорогой. И что ты будешь делать? – Есть немного. – С чего ты взял, что я с ними сплю? – Давай ты не будешь вешать мне лапшу на уши? Альфа постоял рядом с течной омегой так, что пропитался его запахом? Тимур подошел ко мне вплотную. Я отодвинул воротник его рубашки и погладил небольшой засос в основании его шеи. Кожа альфы покрылась мурашками. – К тому же, это не ожог от плойки. – Ты знал и позволял мне жить с тобой? Удивлению Тимура не было предела. Он отошел от меня, поправляя воротник. На бледное лицо вернулись краски. – Почему бы и нет? Все нормально, пока мы просто приятели. Я притворился, что тебе негде жить, и ты временно обитаешь у меня. – А свидания? – Дружеские встречи. – Подарки? – Глаз Тимура начал дергаться. Бедняга. Привык, что беты не ощущают запахов и их можно обманывать. Но со мной такой номер не пройдет. Уж даже не знаю, радоваться мне этому или нет. – Тебе некуда девать деньги. Кстати, можешь забрать их, они в коробке под кроватью. И к сведению, я не люблю украшения. – Мне легко находить оправдания его вопросам, ведь это действительность. – Ты никогда не считал меня человеком, с которым можно построить отношения. – Сюрприз! – я широко усмехнулся, видя, как Тимур хмурится. – Ты забавлялся, да? – его серые глаза сощурились, губы поджались. – По-моему, ты что-то путаешь. Забавлялся именно ты. Заметь, не я бегал налево. – А что мне еще оставалось делать, если ты каждый раз шарахаешься от меня? Я, между прочим, здоровый, и мне нужен секс! – Рука тебе в помощь, – я пожал плечами. А ведь у меня давно никого не было и я не ощущаю в этом необходимости. Странно. Очень странно. – И давай ты не будешь меня обвинять. Мы с тобой просто жили под одной крышей. Не надо устраивать скандалов. Если бы ты считал наши отношения серьезными, то не побежал бы к омеге, а поговорил бы со мной. Так что давай не будем шуметь? Лады? Сойдемся на том, что мы хорошие приятели. – Ладно, – Тимур сжал зубы. По лицу вижу, что о чем-то усиленно соображает. – Новый Год можно с тобой встретить? Ничего другого все равно не планировал. – Можно. Только купи мандаринов. - Черт. Говорил тебе, надо было раньше это сделать! - Я и сделал. Только кто-то сильно обжорливый все слопал, а корки под диван засунул! Тимур усмехнулся, поднимая руки вверх. Я свободно выдохнул, когда он ушел. Сразу, как почувствовал, что от него исходит слабый сладкий запах, думал закатить скандал, но передумал. По сути, кто такой мне Тимур? Мы всего месяц жили вместе, как и было обещано, мы попытались начать все сначала. Мне было интересно, как он поведет себя дальше. И ведь если бы не чувствовал запаха, никогда бы не заподозрил его в измене. Но раз он захотел перейти на другой уровень, я не сдержался. Не могу я быть с тем, кто пару часов назад был с кем-то другим. И ведь совершенно не знаю, когда он успевает! Вроде бы всегда у меня на глазах. Тряхнув головой, снова принялся за готовку. Черт. Надо было принять Валькино приглашение, сейчас бы не жарился у плиты. К вечеру так устал, что уснул мертвым сном. Тимур разбудил перед самым боем курантов. Так что я уже сел за накрытый стол. Глупо было бросать в бокал кусочек шоколада и загадывать желание, но я подчинился – не хотелось с ним спорить. Загадал мир во всем мире. Как же все глупо. Альфа подарил мне очередную побрякушку, на этот раз браслет. Я ему – будильник в виде плюшевого медведя с циферблатом в брюхе. Тимур недовольно поджал губы. Не люблю я всю эту чепуху. Да и не было у меня намеренья дарить ему нормальный подарок. Все равно он с омегами встречается. – Это намек на то, что я поздно встаю? – Это намек на то, что тебя не разбудить, а потом ты носишься, как ненормальный по квартире. А вообще подарил ради забавы. – То есть ты пошутил? – Можно и так сказать. Я допил шампанское. Все, Новый Год встретил и можно спать. Альфа только удивленно посмотрел мне вслед. Но когда я улегся и почти уснул, он присел на кровать и положил свою руку мне на плечо. – А как же веселье? Ты даже не поешь? – Не хочу. Тимур чуть встряхнул меня, заставляя раскрыть глаза и посмотреть ему в лицо. Даже через шторы взрывающиеся фейерверки за окном освещали его фигуру разными красками. – Эй, это же праздник! – Не люблю его. Я чуть подбил подушку, чтобы он понял, что лучше меня не трогать. Но этот идиот не понял и снова тряхнул меня, еще и одеяло стащил до бедер. Хорошо, что я пижамами запасся, иначе сейчас бы сверкал голым торсом, чего мне, собственно говоря, совершенно не хотелось. – Почему? Вот же муха назойливая! – Моего папу забрали накануне этого праздника в больницу, а через некоторое время он умер. Поэтому и не люблю Новый Год. – Извини. – Забей, давно было. Мы некоторое время помолчали и я, удобней устроившись, закрыл глаза. – Ладно. Тогда можно я пойду, погуляю? Вопрошающие нотки в голосе альфы немного меня позабавили. Неужели боится, что не отпущу его? – Иди. – Омегу сниму. Почему он продолжает делиться планами? Я равнодушно протянул: – Снимай. – Сюда приведу… От подобного заявления меня подбросило на матрасе. Я вскочил, и наши носы почти соприкоснулись. – Не смей из моей квартиры делать дом свиданий! – Ну вот, а то я уж думал ты подох от равнодушия, – Тимур широко улыбнулся, показывая ряд ровных белых зубов. – Можно тебя поцеловать? – Нет. – Обломщик. Какого лешего он так нежно со мной разговаривает? – А как ты встречал Новый Год с бывшими? Ну что за банный лист! Чего прицепился? Неужели не видит, что спать хочу? Я упал на кровать и укрылся одеялом. Все же решил ответить, иначе точно не отстанет: – Никак. В это время я предпочитаю быть один. – Дурачок. Альфа склонился, схватил край одеяла, придавливая к матрасу. Зашибись! Теперь я гусеница! Но страха как такового не было, он не касался обнаженных участков кожи. Моя попытка сопротивления ни к чему не привела и я сдался. Не хватало мне удавиться или еще хуже – вызывать у него мысли иного рода. И вообще нечестно! По сравнению со мной худой, но сильный. Как только я перестал барахтаться как муха в меде, он ослабил давление и низко склонился. Чуть холодные губы осторожно коснулись моих. Пока я размышлял, стоит ли его укусить, он уже смело завладел моим ртом. Поцелуй длился от силы несколько секунд, мне хватило и их, чтобы понять насколько хорошо он целуется. – С Новым Годом. Вот теперь точно пойду и повеселюсь.