Из графини в счастливую служанку.

Сбежала я из твоего театра, Я жизни цель во тьме смогла найти. И я одной теперь уж никогда не буду. В ночи покину я твой жалкий мир…

      Было несколько вещей, которые не давали мне покоя. Гораздо удобнее для Гретты было бы встретить гостя незаметно для меня. Так почему же?.. Может, у неё ещё есть запасной план? Нет, вряд ли. Я знаю Гретту уже давно. Крикливая, ворчливая, глуповатая пожилая женщина, которая в первую очередь ненавидит меня, но пытается не показать виду. А кто такой этот Генри? Что это за «дело, которое касается Фантомхайвов»? О чём они будут говорить? Вдруг, у меня не получится подслушать их? А вдруг, что ещё ужаснее, это я всё поняла не так, и ничего интересного тут не произошло?.. Я вздохнула. Тревога и жажда перемен съедали меня заживо.       Время словно замедлило шаг. Перед ужином я поднялась в свою комнату чтобы переодеть платье. Их у меня было целых два. Одно, платье из маминого детства, я нашла, когда разбирала её старые вещи. Теперь это моя повседневная одежда. Это платье было тёмно-фиолетового цвета и я безмерно его любила, не смотря на давность. Второе платье, нарядное, украшенное малиновыми камнями и карминовым атласом, мне подарил отец. Однажды вернувшись домой, он рассказал мне историю о том, как увиденное в одной из лавок прекрасное платье очаровало его настолько, что он не мог его не купить. Тогда мне было не больше восьми лет, родители сказали, что платье останется на вырост. Такое нарядное, что до этого дня я прятала его в шкафу, боясь запачкать. Да и после смерти семьи не было настроения и возможности носить подобное… Но сейчас я была уверена, что мне стоит надеть его.       Генри оказался огромным мужчиной лет сорока. Войдя, он сел за стол и долго шептался с Греттой, пока я не появилась на лестнице. Сев на место подальше от мужчины, я опустила голову и принялась резать мясо. Но я не могла не заметить вопросительных взглядов, что Генри кидал на меня и тётку.  — Это Виктория — моя племянница, — наконец сказала Гретта.       Племянница? Какого дьявола? Я готова поклясться, что этот подозрительный тип в курсе, кто я такая. Это спектакль лично для меня?..       Немного поев, я поблагодарила Гретту и поднялась на второй этаж, делая вид, что иду в комнату. К сожалению, Генри вывел тётку на улицу. Сообразил, что тут я могу подслушать.       Не раздумывая, прокралась на улицу. Я увидела их недалеко от окраинного леса. Вот ведь!.. Если пробраться к лесу, то можно подслушать за любым деревом, но как? Ещё и камни на платье светятся, отражая луну…       Я огляделась. Недалеко от них стоял сарай. Со стороны дома можно, пожалуй, пробраться к нему. Я стремительно побежала в сторону постройки, хотя в таком платье это было довольно неудобно. Встав за сараем я всё-равно не слышала их. Я видела Гретту и Генри перед собой, но нужно было подойти ближе, что бы разобрать слова. Дьявол! Почему тут такая пустая тропа?.. Даже спрятаться негде!        Признав своё поражение, я собралась идти в дом, как вдруг мне пришла идея залезть на крышу сарая. Терять всё равно нечего. Сарай был невысоким — метра два — два с половиной. Для того, что бы залезть наверх, мне потребовалось встать на одно бревно, ухватившись за другое. Не так уж это и легко — ноги соскальзывают, руки не держатся. Упав на землю я посмотрела на крышу. Не так уж высоко. Я смогу. Я обязана.        Встав перед сараем я достала из-под платья свой складной нож. Его мне четыре года назад по совету тёти подарил отец. Мама долго на него ругалась, а он смеялся и говорил, что леди тоже должна уметь за себя постоять. Я научусь, родители. Обещаю. Этот нож мне нестерпимо нравился — рукоятка была тёмно-фиолетово цвета с выгравированным «Victoria» на ней. За всё время, что я сидела взаперти, я научилась отлично с ним управляться — думаю, смогу попасть им в синицу в пятнадцати метрах от меня.        Вонзив нож между верхними поленьями я схватилась за него. Так, вот я поднялась. Я вонзила нож ещё выше, и опять ухватившись, наступила ногами на другие поленья. Вот я уже в метре над землёй. Продолжалось это до тех пор, пока я не залезла на крышу старого сарая. Что теперь?       Я подошла к самому краю крыши и посмотрела вниз на Гретту и Генри. Они до сих пор разговаривают. Вдруг я увидела, как тётка показала мужчине лист. Даже в такой темноте я разглядела, что это та самая вырванная страница. Значит, я не ошиблась? В газете точно что-то написано о моём роде, о Фантомхайв. Если это так, то я обязана узнать что именно. Но как? Сомневаюсь, что Гретта оставит этот лист целым.       Внезапно они развернулись и направились к дому. Вот ведь дьявол… Я ничего не узнала. Это поражение…        Перебежав на другую строну крыши я спрыгнула с сарая рядом с главным входом и вбежала в дом. Я влетела в свою комнату род аккомпанемент моего взволнованногол сердца. А что, если она сегодня сожжёт этот лист, и я больше никогда ничего не узнаю?..       Шаги. Притворившись спящей, я накрылась одеялом, что бы не было видно, что я в платье.       Дверь открыла Гретта.  — …Да спит она, — услышала я её бормотание, — …Ничего она не знает…        Верно, я ничего не знаю. Но это только пока.        Глаза открыты. Прислонившись к щели в моей двери, я увидела, как она вышла из своей комнаты и спешно побежала на второй этаж.  — …Спрятала, не бойся… — услышала я из гостиной. Да что же такое? Что в этом листе такого важного?!       Сейчас или никогда. Глубоко вздохнув, я молниеносно забежала в её комнату. Шкафы, полки, тумбочки. Где?! Где лист?! Я перетряхивала каждую книгу, осматривала каждую полку. Мне уже всё равно. Пусть я поступаю неправильно, но дело связано с моим родом. Моим.        Наконец. Я наткнулась на книгу, в которой лежал сложенный вчетверо газетный лист. Я развернула его и первая же фраза отозвалась громом —

«Earl Ciel Phantomhive a visité Paris*»

       Сиэль Фантомхайв… жив?..       Я сжалась от болезненного спазма в груди. Перед глазами всё поплыло из-за внезапно накативших капель.       Значит, вы солгали им, родители?.. В голове его последние слова — «Сиэль… Виктория… Погибли…»        Я вглядывалась в фотографию. Какое знакомое лицо. Ты так похож на Винсента, а эти глаза — ангельские глаза Рейчел. Мы так давно не виделись, Сиэль. Ты, наверно, не вспомнишь меня.       Слёзы солёным дождём хлынули по щекам. Я чувствовала, как схожу с ума от одного осознания этой мысли.       <Не может быть. Неужели, у меня есть возможность распрощаться с одиночеством? Я больше не одна. Фантомхайвы не погибли!       Я взглянула прямо в лицо Сиэлю:  — Так значит, ты жив?..       Мне хотелось кричать об этом. Выбежать на ночную прохладу и кричать, кричать, кричать до хрипоты!.. Кричать в лица соседских детей, кричать бродячим собакам, кричать небу, луне, каждому камню на тропе в город. Кричать «Ты слышишь, мир?! Сиэль Фантомхайв жив! Жив!»…       Вернувшись в свою комнату я стала спешно собирать сумку. Старые вещи я собиралась не брать совсем, ведь я отчаянно грезила начать новую жизнь, стать другим человеком. Я взяла лишь кольцо, нож и большую старую книгу.       Эта книга — наследие Фантомхайвов, вот уже двести лет передающееся из поколения в поколение. Это настоящая мистическая энциклопедия, в которую на протяжении вот уже лет Фантомхайвы записывают загадочные легенды и непонятные явления. Я бы всё отдала, что бы почесть её, но книга закрывается на серебряный замок. По словам отца, ключ от находится у Винсента Фантомхайва. Наверняка, сейчас он у Сиэля.        Я тихо спустилась на первый этаж. Гретта повела Генри в гостевую и теперь я могу беспрепятственно выйти из дома. Я словила себя на мысли, что это далеко не первый раз, когда я пытаясь бы совершить побег, но до сегодняшнего дня тётка всегда закрывала дверь на ключ. Я предвидела, что Гретта забудет закрыть её, вернувшись с ночной прогулки с Генри, но и подумать не могла, что на этот раз всё пройдёт так гладко.       Глубокий вдох. Этот аромат ночи. Серебряная луна словно указывала мне дорогу. Словно ласково улыбалась, шепча мне единственную верную истину: «Прочь из этого дома! В нём погибли все, кто был тебе дорог. Скорее в Лондон. Там живёт твой единственный Фантомхайв…»       Отперев сарай, я лицезрела нашу верховную лошадку Джульетт. На ней можно будет добраться до порта, а оттуда переправиться в Лондон. Не так уж далеко.  — Джули, — я погладила лошадь по голове и обрезала ножом верёвки. Джульетт была очень рада меня видеть. Да, уж и не вспомню, когда мы синей виделись в последний раз…  — Но! — лошадь выбежала из сарая и по знакомому ей маршруту направилась в центр Парижа.        Ветер развевал мои волосы и чёрную гриву Джули.       Я думала о том, что я уже много лет не была так взволнована, как сейчас. Чувства переполняли, грозясь совсем скоро вырваться из меня вместе со слезами и криком. Ночь придавала сил и уверенности. Я знала, что всё будет хорошо. Пути назад просто нет и я действительно была рада этому…       …В тот день на моём столе остался лежать клок бумаги с текстом: «Теперь это твой дом. Делай с ним что хочешь. Можешь даже сжечь его. Меня не ищи, постарайся забыть обо мне, как о мимолётном сне. Я словила надежду на новую жизнь и на этот раз я не упущу её. Виктория Фантомхайв.»       …В тот день я впервые за четыре года подписалась, как Фантомхайв. Кто знает, может это к чему-нибудь и приведёт…