Из графини в счастливую служанку.

Тёплый чай и печенье оказались совсем кстати. Напиток не был похож на идеальный чай Себастьяна, в нём было что-то особенное, а печенья такого я однозначно никогда не ела.  — Ешь, ешь. Ты жуть холодная. — заметил владелец похоронного бюро. Я сделала очередной глоток чая и подняла глаза на мужчину.  — Ну, что? Как мне тебя называть, Винс?  — Винсент Фантомхайв погиб зимой 1885 года… Осколок его души попал в тело Виктории Фантомхайв. — тихо ответила я, чуть кивнув в знак знакомства. Гробовщик негромко хихикнул.  — Мм, Виктория? Я всё это знаю. Я знал, что она придёт. Ты рассказывал о ней, хи-хи. Я широко распахнула глаза. Диалог складывался довольно интересно — Легендарный называл меня Винсентом, при этом обращаясь к Виктории на «она».  — Знали? — я вопросительно его осматривала серебристую челку, скрывающую глаза, — Совершенно ничего не помню, Легендарный. Гробовщик присел на один из гробов и, видимо, задумчиво осматривал меня. Голова была положена на ладонь с цепкими чёрными ногтями, а улыбка выглядела дружелюбно, но не смотря на это, пугающе.  — …Ни разу не встречал ничего подобного. Ты совсем меня не помнишь? — за голосом скрывалась непонятная печаль. Я молча отпила ещё чая.  — Почему же, Легендарный? — я задумчиво прикрыла глаза, — Помнишь, как ты приходил в поместье и мог несколько раз спрашивать Винсента об имени его будущего ребенка? Я помню. Я помню… Некоторое время мы молчим. Представить, что я вот так, холодной зимой буду сидеть в похоронном бюро и говорить с местным гробовщиком, как со старым другом, я не могла.  — Эта девочка… Твоя племянница? — вдруг спросил он, — Как тебе в этом сосуде? Я усмехнулась.  — Мне не с кем сравнивать. Ты же знаешь. Я не помню, как Винсенту было до этого. Иногда мне казалось, что я просто не понимаю, как говорить с этим человеком. И имею ли я право говорить от имени Винсента? И говорю ли я от его имени? Едва я потянулась за печеньем, как горшок упал прямо на пол с ужасным грохотом. Подняв голову я увидела, как передо мной стал Легендарный, с интересом смотрящий на рассыпанное печенье.  — Уронил, хи-хи. — он медленно повернулся на меня и наклонился, оказавшись буквально перед моим лицом. Я испуганно отстранилась.  — Я слишком долго тебя ждал. Почему же теперь ты молчишь? У тебя мало времени, слишком мало времени… Я должен узнать всё, слышишь?  — …не знаю, что тебе рассказать. — ошарашенно пробормотала я. Седовласый хмыкнул и пронзительно посмотрел на меня, словно пытаясь проникнуть в мысли и понять что-то, чего не знаю я.  — Тогда, говорить буду я. Гробовщик вздохнул и положил голову на ладонь.  — …Сначала я долго не мог поверить в смерть Винсента. Не смотря на все его предупреждения. Не смотря на то, что он сам это знал. Я поверил в это, лишь когда собственными глазами увидел его плёнку жизни… Я старалась не перебивать, но глаза сами собой распахнулись в немом вопросе.  — …Плёнку жизни?  — Да, её. — он задумчиво посмотрел куда-то в даль, — Воспоминания Винсента с самого рождения до его смерти, украшенные печатью безысходности, означающей конец такой интересной истории, такой прекрасной жизни…  — …Вы ведь не человек? — прошептала я. В бюро раздалось негромкое хихиканье.  — Нет, конечно! Что-что, а это ты должен был помнить. Не стыдно? — безумный смешок, — Хотя ладно, прощу…  — …Воспоминания… Винсента… Я с трудом проговорила каждое слово. От осознания этого по телу медленно пробежалась дрожь.  — Где они? Где эта плёнка?! Я должна её увидеть!  — Тише-тише. — он взмахнул широким рукавом чёрного балахона, — Её нельзя увидеть.  — Почему?!  — Потому, что хоть его тело мертво, история его души ещё не закончена. Я быстро поднимаю глаза на него. Чашка трясется в моих слегка дрожащих руках.  — Душа Винсента… — я повторяю сказанные ранее слова, — Осколок его души попал в тело Виктории Фантомхайв…  — Точно. Странно, правда? Об этом я и желаю узнать.  — Но я не понимаю… Я хочу лишь узнать, кто убил его. Кто сжёг поместье. Кто сломал Сиэлю жизнь…  — …Ах, так Виктория для этого ребёнка старается. — протянул Легендарный, словно догадавшись о чём-то, — Значит, вы уже встретились? Интересно. Живёшь, как принцесса в особняке?  — Нет… Всё совсем не так. Сиэль не знает, что я — его сестра… В этот миг бюро пронзил взрыв хохота. Казалось, волосы встали дыбом от настолько громкого звука, а фарфоровая чашка треснула, разлив остатки чая на гроб.  — …Я много ожидал, но этого… — наконец проговорил он, — И каков был твой мотив? Испугалась? Растерялась?! Забыла, что на самом деле, являешься графиней?! О, грехи твои, Виктория… Ты столько упустила, ты понимаешь? Как вы теперь жить будете?  — Я признаюсь. — виновато проговорила я, — А сейчас… Что?.. Мне нормально. Мужчина устало вздохнул и задумчиво ответил.  — Как ты не понимаешь? Дело не в тебе. Но ты не представляешь, каково графу в этом одиночестве. Рядом с ним живёт его последняя родственница, а он вынужден нести тяжесть всего рода на себе одном, пока ты прячешься в тени. Мм… Не очень справедливо, согласна?.. Я молчала. Просто не знала, что сказать. В комнате воцарилась тишина и я различала лишь бешеное биение собственного сердца.  — Согласна. Гробовщик вновь обернулся на меня.  — Пойду, принесу тебе ещё чаю. — выпалил он, уходя куда-то вглубь помещения.  — …Но, что мне тогда делать? — протянула я. Из-за многочисленных гробов вышел Легендарный с небольшим чайником в руках.  — Откуда я знаю? — он пожал плечами и подлил чай в мою чашку. Сейчас я действительно задумалась, чего я хочу и как я буду этого добиваться. Мне казалось, что нельзя прожить всю жизнь просто наслаждаясь одним лишь существованием рядом с Сиэлем.  — …В любом случае, времени у тебя очень мало. — в очередной раз повторил Гробовщик.  — Что ты имеешь в виду?  — То, что он всё от тебя скрывает. Ох уж этот дьявол… По коже пробежала дрожь.  — Себастьян?  — Конечно! — подтвердил седовласый, по-обыкновению безумно улыбнувшись, — Эх, твоей душе скоро придёт конец, а я уверен, что Михаэлис ни слова тебе не сказал об этом… Конец… Далёкий крик ангела отражался в воспоминания. Если ты думаешь, что раз в тебе есть часть души какого-то грешника, то ты сможешь жить дальше, то ты ошибаешься. Я предупреждаю — тебе осталось жить не долго…  — Когда-то мне уже об этом говорили… — заметила я, — Но ты прав. Это был не Себастьян. На его лице отразилось видимое удивление и я быстро сменила тему.  — Мы приехали на ярмарку все вместе… Жаль, я потратила все деньги. Хотелось синей краски купить, хотя…  — …Мм, краски? — переспросил седовласый, задумчиво оглядываясь, — Минуточку… Он вновь встал и подошёл к одному из стеллажей, доставая небольшую пыльную коробку. Через минуту она приземлилась на гроб передо мной.  — Гляди. Краски. — Легендарный мгновенно открыл крышку и моему взору предстали несколько цветных баночек.  — И среди них есть синий. — заметила я, завороженно глядя на скрытую за стеклом краску. Краску, цвета индиго.  — Наверно, хочешь спросить, откуда это у меня? Принесли, кстати, родственники одного неудачливого. Попал паренек под карету, а родители заказали у меня гробик и просили положить в него краски…  — …Постой, Легендарный. — я молниеносно подняла глаза на него, — Ты что, просто забрал себе чужую коробку?  — Хи-хи, ну что за глупости. Я помог бедняжке. Он никогда не любил рисовать… Гробовщик прищурившись заглянул прямо мне в лицо.  — Он хотел играть на скрипке. Я вложил ему в могилу один из своих лучших смычков. Пока я растерянно хлопала глазами, седовласый присел на гроб. Достав из балахона мерную колбу он неторопливо налил в неё чай.  — Так о чем мы? — поинтересовался он, сделав глоток, — Ах, да! Будь внимательнее. На большинство вопросов тебе придётся искать ответы самой.  — Да, я знаю. Я очень тебе благодарна.  — Не за что, хи-хи. — седовласый склонил голову на плече, — Я благодарен тебе куда больше. Я ждал не только Винсента. Я ждал и Викторию… Фраза прозвучала довольно странно. Винсент погиб. Или нет? Эта крохотная частица его души настолько имеет значение, что бы так долго ждать её?  — …Зачем… ты ждал меня? Ждал Викторию?  — Он меня просил. Знаешь, я часто встречаю графа, но я не мог быть спокойным до конца до встречи со второй наследницей рода Фантомхайв. Теперь я хоть знаю, что ты жива. После этих слов я действительно начала жалеть, что не сбежала в Лондон раньше. Все эти несколько лет я могла бы быть тут. Я лишь прикрывалась мыслями о гибели Сиэля. Даже если бы он действительно был бы мёртв. И пусть! Меня ждали тут, ждали! Я могла бы сама изменить свою жизнь, если бы была чуть сильнее характером.  — Прости, что не пришла раньше…  — В этой жизни нет смысла сожалеть о чём-то, что мы могли бы сделать. — улыбнулся Легендарный, — Куда полезнее будет принять прошлое таким, какое оно есть и научиться упорно жить настоящим. Что бы в будущем не о чём было грустить. Я кивнула. Мне требовалось спросить Гробовщика о многом, но я понимала, что не смогу. Не сейчас.  — Думаю, мне пора. — нехотя заметила я.  — Полагаю, графику ты привет не передашь… Вздохнув, я подошла к выходу из похоронного бюро, захватив краски.  — Так, напомни, пожалуйста, как мне тебя звать. Седовласый прищурился и безумно улыбнулся.  — Что за вопрос? Ты звал меня Легендарным, Винсент. И сейчас зови. Ничего же не изменилось…