You're Beautiful

Факт — самая упрямая в мире вещь. Булгаков

Душа требовала разговора. Объяснений. Вроде все понятно, как день. Но не уж то не прошло больше трех месяцев, как Сакура согласилась отдаться ему? Интересно, они успели пожениться или только планируют? И если со стороны Харуно все еще понятно, то что же о Саске? Он любит ее? Он хотел этого ребенка? Или все это череда случайностей? Много вопросов. И Наруто не был уверен, что хочет слышать ответы хотя бы на половину из них. Пару дней он провел дома, лежа в постели, уткнувшись то в подушку, то в потолок, занимаясь самобичеванием. Чем дольше он был в одиночестве — тем страшнее рисовались картины в голове. Рядом на тумбочке находилась фотография с командой номер семь. Какие же они там еще дети. Какие милые. Она и Какаши — единственные, кто улыбаются. Сакура выглядит очень счастливой. Кажется, она радовалась, что фотографируется с Саске… Точно также она радовалась, когда Ирука объявил состав команды номер семь. Ну, разумеется, только после того, как тот озвучил имя Учихи. Что тут скажешь — она всегда замечала только его. И с чего он вдруг решил, что у него могли быть какие-то шансы? Все равно, что стучаться в закрытую дверь. Воспоминания каким-то бешеным потоком крутились в голове, не давая покоя. Из головы не уходил ее образ. То маленькой крохи, что еще училась в академии, то девочки, что была самой сообразительной в их команде, то сильной девушки, преодолевающей препятствия в уже неполном составе команды номер семь, то по-настоящему прекрасной леди, успевшей немного отдохнуть после окончания войны. Последний день перед уходом. Ее грустные глаза, словно она и не хотела уходить в это дурацкое путешествие. Но тем менее — попросилась сама. Интересно, чего она вообще ждала от этой авантюры? Неужели именно этого?! В голове вновь крутились навязчивые образы друзей. Сидят вечерами у костра, весело болтают о чем-то при свете луны и звезд. Святая романтика, мать ее. При мысли о том, чем занимались Саске и Сакура, чтобы сделать ребенка, Наруто неприятно поморщился, вскочил с постели и прокашлялся. Бесполезно. Ком в горле не уходил. «Полегче с фантазиями, Наруто» — нахмурился Курама. — Я должен поговорить с ними, — прохрипел Узумаки. «Я бы не стал этого делать сейчас» — Я сойду с ума, если не узнаю правды. «А ты готов услышать эту правду?» Наруто не ответил. Нет, скорее всего, не готов. Но личные додумки медленно убивали его в четырех стенах. То, что никто из друзей не заходит к нему эти пару дней только подтверждает, что он все правильно понял. Наверное, хотят дать время успокоиться и побыть наедине. А оправдываться не видят смысла, ведь, как сказал Какаши: «факты говорят лучше любых слов». Покинув квартиру, словно медведь берлогу, Наруто медленно поплелся по улицам деревни, потупив взгляд в землю и засунув руки в карманы брюк. Люди, замечая кислую мину парня, невольно обходили того стороной, словно боясь быть задетыми этой негативной аурой, исходящей от него. Наруто остановился, услышав детский плач. Какая-то семейная пара стояла у прилавка с игрушками для самых маленьких. Папа держал дитя на руках, уговаривая маму купить игрушку для сына, а та, держа ладони на боках, отрицательно мотала головой. Засмотревшись на них, Наруто не почувствовал ни умиления, ни грусти, как прежде. Только пустоту. Невыносимую дыру в груди, что становилась все больше, разъедая его плоть. Ноги двинулись сами по себе, когда юноша сорвался с места. Они несли его прямо к дому Учихи, где, как предполагал Узумаки, он застанет Саске и разберется с ним по-мужски. Уж он то точно должен был знать, догадываться, что его чувства по-прежнему… — Сакура-чан! — неожиданно выкрикнул Наруто, когда на пороге дома Саске застал подругу. Та была в измазанном чем-то желтым фартуке с забранными в хвост волосами. — Наруто? — кажется, Харуно его совсем не ждала, удивленно хлопая ресницами и строя невинный взгляд. Послышался пронзительный детский рев. — Ой! — спохватилась она, убежав с порога, а затем вернулась с младенцем на руках. Маленькая девочка была одета в розовый, хлопковый костюмчик. — Сараду и на минуту нельзя оставить, — смеялась запыхавшаяся Сакура, укачивая на руках ребенка. — Девочка, значит… — вслух размышлял Наруто. — Да, девочка… — немного непонимающе ответила Харуно. — Я… Я должен радоваться? — Что? — Скажи мне. — Наруто, я не понимаю… — нахмурившись, прошептала девушка. — Как мне реагировать? — посмотрев на шершавые ладони, растерянно спросил Узумаки. — Я… Я не знаю. Сакура, пожалуйста, скажи мне… Я должен радоваться? Вопросы были совершенно непонятными, глупыми, странными. И уж тем более от Наруто, который был на себя не похож. Он выглядел, как потерянный и брошенный котенок, не знающий, куда ему идти. — Ну, вообще, да… Радоваться, — тем же непонимающим тоном ответила Сакура. Выдержав несколько секунд молчания, Наруто ответил: — Тогда поздравляю, — сказал так, словно выплюнул, а затем резко развернулся и покинул порог дома. — Наруто… — попыталась остановить его девушка, на что тот также резко развернулся обратно. — Нет, не поздравляю! — уже громче отчеканил он. — Я не могу поверить, что вы это сделали! Тайком, никому не сказав! Саске мог бы и предупредить, зачем ему это путешествие, как настоящий мужчина, а не шкериться в разных уголках континента! А ты… ты… Ты тоже могла сказать все как есть, а не придумывать поводы свалить из деревни! Бросить меня! — Узумаки кричал, не останавливаясь, чуть не плюясь на шокированную девушку, что крепче прижала младенца в груди. — Предатели! Вы! Оба! То, чем вы занимались, можно было сделать и в деревне! Хоть у всех на глазах! Что бы все знали, какая у вас любовь! Я думал, ты выросла, а ты как была глупой, так и осталась! Живи со своим Саске, целуй песок под его ногами, с этого момента мне плевать на ваши жизни! С этими словами он оставил обескураженную Харуно переваривать всю информацию в одиночестве. «Это было грубо» — сделал замечание Курама. — Да пошел ты! — прохрипел Наруто, мчась куда-то в сторону леса с бешеной скоростью. Перескакивая с одной крыши на другую, Узумаки заметил Учиху, что шел по улице со стороны магазинчиков на окраине, где всегда продавали самые свежие фрукты и овощи. Он рьяно спустился вниз, приземлившись прямо перед лицом парня. Саске удивленно изогнул бровь и собирался что-то сказать, как Наруто рывком проехался кулаком по его лицу. Еда из пакетов рассыпалась по земле, а Учиха отлетел на несколько метров, оставив полосу на дороге. Несколько человек, находившихся рядом, в ужасе заохали, подбегая к темноволосому парню, чтобы помочь. Отмахнувшись от людей, Саске самостоятельно поднялся и вытер струйку крови, стекающую с губы. — Какого черта ты творишь, придурок?! — Это тебе за то, что не сказал мне правды сразу, как мужчина! — с этими словами Наруто создал пару теневых клонов, что окружили Учиху и схватили за обе стороны. В мгновении Узумаки оказался вновь перед его лицом и крепко заехал в живот, от чего Саске снова отлетел еще дальше, а клоны исчезли в воздухе. — А это за Сакуру и то, что ты с ней сделал, ублюдок! Учиха, как ни странно, не оказывал особого сопротивления, поддаваясь другу. То ли потому, что был через чур шокирован его поведением, то ли потому, что знал, что получает заслуженно. Еще одно доказательство в копилку Наруто, что он все правильно понял. Покинув место потасовки, Наруто, раздвигая толпу людей на своем пути, спешно шел прямо, как вдруг его окликнула Тен-Тен. — Наруто! — тот притворился, что не слышал, продолжая идти вперед и обогнув девушку, которая продолжила кричать ему вслед. — Мы собираемся скинуться на подарок молодоженам, ты в деле? — НЕТ! — прокричал на всю улицу тот, не уменьшая скорости размашистого шага. — Что, даже счастья им не пожелаешь?! — с неким раздражением крикнула Тен-Тен ему. — СЧАСТЬЯ! — рявкнул Наруто. Уединившись в лесу, юноша стал активно бить дерево кулаками, не применяя чакры, только разбивая руки в кровь. Даже эта жгучая боль в ладонях, растерзанная кожа и открытые раны, которые уже трудно было назвать просто царапинами, не могла позволить ему забыть о боли в груди хоть на секунду. Хоть на маленькую секундочку. Позволить дышать, чтобы не сойти с ума от недостатка кислорода. В глазах начинало мутнеть, а образы стали появляться, словно галлюцинации. Он увидел ее лицо. Новый удар о черствую кору дерева, так, чтобы образ развеялся. Увидел лицо друга. Еще удар. Левой. Бьет так, что, кажется, сейчас кости себе переломает. Видит их вместе с младенцем. Модель приторно-счастливой семьи. Ударят правой. Рука предательски дрогнула, соскочив с дерева и обессиленно опустившись вниз. Солнце уже садится. Вместе с ним рухнул на землю и он, потеряв сознание, но, наконец, забыв о боли в груди. Хотя бы до следующего утра.