Собаке - собачья жизнь? Не дождетесь!

Никогда раньше не был в императорском кабинете. Как по мне, это больше напоминало какую-то фантасмагорическую помесь библиотеки, класса географии и чиновничьей конторы. Помимо шкафов с какими-то бумагами, даже на первый взгляд выглядящими уныло и скучно, прямо с порога можно было наблюдать огроменный глобус прямо в центре комнаты и несколько столов, судя по виду принадлежащих совершенно разным эльфам. Разные эльфы тоже наблюдались, сидели, склонившись над бумагами. Один, встрепанный и похожий на воробья, даже что-то бормотал себе под нос, перегоняя бляшки счетов туда-сюда. - Его Величество, Император Шинлэй. – Запоздало объявил стражник у дверей и все головы в количестве четырех штук тут же повернулись к нам. Эти эльфы почему-то не подскакивали, кланяясь, а только пробормотали что-то вроде «Рады вашему возвращению, Император» и снова уткнулись в свои бумажки. Кроме одного. Он подскочил на месте, едва не перевернув свое писчее место, и рванул прямо к нам. Тяжелый дубовый стул с грохотом повалился на пол, да так и остался там лежать, покинутый нерадивым хозяином. - Дя… Ваше Величество, вы живы! Я искал вас по всей границе с Линарией, но никаких следов. Это все моя вина, если бы я не задержался с посольством, то… О! Вайс! Ты тоже живой! Мы с Сирином тебя уже похоронили… Простите, Ваше Величество. – Ами смущенно замолк и вытянулся по струнке, хотя я мог бы поклясться, что смирное стояние давалось ему с трудом. Слишком уж от него тянуло радостью, как от двухмесячного щенка, честное слово. Хотя, мне тут стоило бы задуматься, откуда мне вообще известно, как пахнут двухмесячные щенки. Не иначе, как генетическая память проснулась. - Аминадилэй, думаю, нам лучше переговорить наедине. У тебя ведь уже есть результаты расследования относительно текущего заговора? – Шин так и не смог сдержать легкую полуулыбку. Все-таки, Ами для него был не просто подчиненным. - Конечно, мой Император. У вас, как я посмотрю, тоже. Вы уже приказали посадить под арест зачинщика. Но у меня есть для вас более интересный расклад. - Даже так? - Вы будете довольны. Пройдемте поскорее в ваш личный закуток. – Зловещая улыбка Ами, когда тот раскрывал какую-нибудь пакость, всегда поднимала мне настроение и настраивала на оптимистичный лад. Уж очень он мне в такие моменты напоминал моих обожаемых харизматичных злодеев. Мориарти, скажем, или Локи. – К тому же, Вайс тоже сможет присоединиться к нашей беседе. Иногда у него на диво здравые идеи. Закуток, как выразился Аминадилэй, и правда был закутком. Стол Шина едва вмещался между огромным окном и не менее огромным книжным шкафом, а из-за какого-то пушистого растения в кадке его вообще не было видно из самого кабинета. Видимо, для принятия гостей и разного рода просителей у Шина было другое, более презентабельное помещение, но работать он, судя по всему, предпочитал здесь. - Я установил полог тишины, теперь можем начинать. Например с того, откуда вы двое знаете друг друга. – Шин удобно расположился на своем кресле и, сцепив руки в замок, выжидающе уставился на нас. Аминадилэй же, свесив ноги, устроился на подоконнике. Вероятно, он так докладывался уже не впервой, поскольку болтание ногами в воздухе получалось у него так же легко и просто, как дыхание. - Мы несколько месяцев назад путешествовали вместе, дядя. От Перепутья в Линарии до столицы. Там нам пришлось расстаться. – Ами задумчиво почесал нос и с некоторым сожалением уставился на меня, - Судя по твоему виду я могу заключить, что ничего не получилось, да? Соглядатаи в Ирро доложили о появлении говорящего пса в компании Императора. По крайней мере, ты жив. Сирин до сих считает себя виноватым за то нападение разбойников. Мы не должны были оставлять тебя беззащитным на пути в Альсаар. - Ну, Ами, меня не так легко убить. В конце концов, я же здесь, верно? И рад, что с вами все в порядке. Ты не представляешь, как я волновался, когда узнал, что у вас тут творится. Знал бы, что ты занимаешься такой опасной работой, ни за что бы с тобой Сирина одного не оставил. Что за скрытная семейка… - Хотя я и ворчал, но хвост в два счета ломал всю игру, радостно елозя по паркету со скоростью электровеника. Я едва сдерживался, чтобы не начать вертеться на одном месте, но уж настолько потерять свое человеческое достоинство… - Я так понимаю, вы уже закончили с любезностями. Могу я получить-таки информацию? – Тон у Шинлэя был грозный, но вот ехидная усмешка портила все впечатление. Я еще чуял в нем отзвуки недавней грозы, но сейчас это уже был мой Шин. Шин, который пытался думать о чем угодно, только бы не о собственной обиде на брата. - Да, конечно. Мы вместе добрались до Линарии. Я посоветовал Вайсу навестить Наори, узнав о его проблеме. В конце концов, он не из Альсаара, так что риска почти не было. Сам же слишком торопился в Альсу, так что не мог ожидать его возвращения. Я уже тогда заподозрил, что что-то случилось, стоило мне отлучиться. Маэль, конечно, удивился, но пообещал выделить Вайсу сопровождение, если тот вернется. Когда кортеж не прибыл, мы подумали, что у него все получилось и теперь Вайс идет своей дорогой. А потом в рапортах по покушению на вас, дядя, оказалось упоминание о нападении разбойников неподалеку, на главном тракте, за десять дней до происшествия... Мы думаем, это были те же самые, что после напали на вас. - Не уверен, что это были те же самые. – Поделился я своим мнением. Те, с которыми сражался Шин, и правда не напоминали тот сброд, от которого я уносил свои лапы, - По крайней мере, я никого из них не узнал, когда выбрался на ту поляну. Впрочем, большинство нападавших были уже мертвы, а оставшиеся слишком рьяно пытались добить Его Величество. Ну, и меня заодно. Времени осмотреться, как следует, не было. Так что все может быть. - Так, значит, ты и был тем фактором, который поломал всю игру высших мира сего? Мы обнаружили следы портала, но не смогли отследить перемещение. Грайсин сказал, что это невозможно, поскольку он не был закончен. Впрочем, я мог бы и догадаться: у кого еще хватит дурости прыгать в незавершенный портал? Вечно ты оказываешься в самом эпицентре катастрофы. От острот Аминадилэя я привычно отмахнулся. Привычка говорить гадости за наше недолгое путешествие успела въесться ему под кожу. Да и мне, оказывается, их так не хватало, что теперь в груди разливалось приятное тепло. Он вообще выл как старое, немного колючее одеяло, однако незаменимое в холода. - Ты просил помочь Грайсина? Он же даже свечу зажечь не может, потом неделю с истощением отлеживается… - Шин наезд на мою персону тоже пропустил мимо ушей. Видимо подумал, что раз я сам ничего не имею против, то и он не будет. Правильно решил. К тому же, недоумение, отразившееся на его лице при одном упоминании незнакомого мне полукровки, было настолько явным, что захотелось тихонько фыркнуть в лапы. Это что же за фрукт там такой выдающийся? - Он неплох в отслеживании. К тому же, вы ведь знаете, что все маги его презирают, так что я относительно мог ему доверять. – Ами на претензию, как ни в чем не бывало, пожал плечами и особенно сильно дернул ногой, нарушая до этого размеренное покачивание, - Остальные были под подозрением. Особенно… Ози. Любой злоумышленник мог запросто направить нас в скалу или на дно моря. Кроме него. Он оказался слишком мягок для того, кто замышляет переворот. - Но он его все же замыслил. – Голос Шина звучал ровно, но даже это показное равнодушие не могло скрыть вязких ноток горечи. Ему, как и Аминадилэю, было ужасно больно и горько говорить о предательстве родного человека. Вот уж и врагу не пожелал бы такого. - Не совсем. Это и есть тот расклад, о котором я уже упоминал. Удивленно приподняв брови, Шинлэй выжидающе уставился на Ами. Пальцы его в нетерпении пробежались по подлокотнику, выстукивая какой-то незамысловатый ритм. Вероятно, в его воображении он складывался в фразу вроде: «Не заставляй ждать своего Императора». Или «Пожалуйста, быстрее». Отогнав не к месту возникшую перед внутренним взором картину какого-то странного БДСМ с азбукой Морзе и Шином в главной роли, я мысленно дал пинка разыгравшейся фантазии и обратился в слух. Если о первой части с братом-предателем я догадывался, то вторая свалилась как снег на голову. Оставалось только поражаться, как Ами смог нарыть тут еще что-то. - Вот как? – Шин, видимо, мои эмоции целиком и полностью разделял. - Да. Вам уже знакомо имя Летиции ван Эвох? Она была здесь с посольством Шайнаса несколько месяцев назад. Люди всегда берут с собой целую орду сопровождения, так что мы ничего не заподозрили. К тому же, при проверке репутация Летиции оказалась довольно чиста. Ровно настолько, чтобы ничего не заподозрить. Пара скандалов, пара отравленных соперниц, несколько любовников. Ничего, о чем нам стоило волноваться. Смех был бы неуместен, потому пришлось сдерживаться. Всего-то! Пара отравлений. Ничего предосудительного, верно? Я бы с такой женщиной и рядом стоять побоялся. Хотя бы из нежелания стать по какой-нибудь нелепости одним из этой «пары». Еще пару месяцев назад из меня вероятно бы полезли гуманистические идеалы, но к этому моменту я уже успел засунуть их куда поглубже, а потому весть о терпимости отравлений принял в целом равнодушно и даже со здоровой ноткой черного юмора, коим никогда ранее особо не страдал. - Припоминаю. Кажется, я видел ее пару раз с братом. Но он постоянно меняет женщин с тех пор, как ему исполнилось пятнадцать, так что это было совсем не удивительно. Тут уж я не удержался от тихого хмыканья: такое ощущение, что кобелизм до поры до времени был просто фамильной чертой этой семейки. - Удивляет другое. После отъезда прелестной Летиции их связь не прервалась. Они регулярно обменивались письмами и устраивали встречи. Тайком. Признаюсь, это моя вина в том, что я не придал этим встречам значения. Из Шайнаса приходили весточки, что их видели в ресторанах и гостиницах для уединения. Все выглядело, как обычный роман. Однако когда подозрение пало на Ози, я вскрыл всю его переписку, включая, как тогда думалось, романтические письма. Я все еще недоумевал, что же такого в этой ситуации оправдательного. Ну, право слово, даже если этому Озилэю мозги запудрила женщина, это ведь его не оправдывает, верно? Чай не маленький мальчик, свою голову на плечах имеет. Пока еще. - Дай угадаю, они не были романтическими? – Шин тяжело вздохнул, помассировал виски пальцами и тяжело уставился на Ами. Тот, как ни в чем ни бывало повел плечом и, усмехнувшись, продолжил. - Нет, это были как раз они самые. Ози рассказал ей о моем отце. О том, что, благодаря ней, у него впервые с того дня получилось вздохнуть спокойно. А она уверяла его в том, что он куда достойней трона, нежели жестокий убийца. Летиция почти три месяца исподволь убеждала его в правильности переворота, помогла разработать план вашего устранения. По блестящим глазам темного я догадался, что тот как раз закончил со вступлением и готовился перейти к кульминационной части. Вообще, ему бы подошло быть бардом или сказителем. Он любил и умел рассказывать истории и получал от этого удовольствие едва ли не большее, нежели его слушатели. Мне всегда нравилось, с каким азартом Ами рассказывал нам сказки у костра. - Ты пытаешься меня убедить, что во всем виновата эта женщина? Но ответственность лежит и на Озилэе. Даже если кто-то нашептывал ему на ухо крамольные мысли. – Раздраженная реплика слетела с губ неожиданно, кажется, даже для него самого. Он замер, сетуя на собственную несдержанность, но Ами довольно оскалился. Ему такая реакция определенно польстила. - Конечно. После вскрытия их переписки я подключил к делу Сарита. Новенького шайнасца. Мы завербовали его всего пару недель назад, и не зря. – Заметив молчаливый вопрос в глазах Шинлэя, пояснил он, – Пусть он лишь секретарь в тайной канцелярии Шайнаса, однако наша Летиция оказалась ему прекрасно знакома, как начальство. Не самое высокое, но все-таки… В ее кабинете он обнаружил весьма интересные протоколы. Мы получили копии, так что можете ознакомиться на досуге. Ненадолго покинув подоконник, Ами положил на стол Императора довольно пухлый конверт с бумагами. Глаза его засияли еще ярче, как могут сиять они только у человека с блеском выполнившего свою работу, когда он продолжил: - Мы еще не знаем, зачем все это Шайнасу, но переворот во главе с Ози был ими запланирован еще около полугода назад. А также в расчетных листах были накладные на довольно большое количество цветов сар-дамарской розы. Количество достаточное, чтобы очаровать сильного мага. И встречи Летиции с Ози совпадали с циклом. Облегчение, повисшее в закутке, можно было потрогать на ощупь. Это не снимало с Озилэя всей вины, но позволяло оставить ему жизнь. Он все еще оставался опасен: все-таки, Летиция просто раздула его собственные желания. Ни Шин, ни Ами не заблуждались на этот счет: попробовав мятеж на вкус один раз, уже невозможно остановиться. Но об этом можно было подумать чуть позже, когда все немного уляжется и не надо будет с содроганием смотреть на чистый лист бумаги, который вскоре придется испачкать распоряжением о казни дорогого человека. Люди ведь не перестают внезапно быть дороги, даже если желают зла. - Полагаешь, он был под воздействием приворотного? Это не снимает с него вины, но, безусловно, облегчает ее. – Подтвердил мои мысли Шин. - Три дня назад я передал его кровь в алхимическую лабораторию, скоро уже должны быть результаты. Если он принимал приворотное, все будет куда проще. И сложнее одновременно. Все, что мы можем официально предъявить Шайнасу – приворот. Они, конечно, выдадут нам Летицию и свешают на нее всех собак, прости, Вайс. Мы ничего не можем без объявления войны. Я задумался. Сначала было совершенно непонятно, почему они не могут предъявить обвинения, имея полный конверт доказательств. И только через несколько секунд усиленных размышлений до меня дошло: а откуда бы у них официальным путем взялись эти доказательства? Получить их Альсаар мог только от предателя. Проведут чистку кадров и совершенно точно выйдут и на Сарита, и на других агентов. А подставлять своих людей в аппарате управления Шайнаса было совершенно невыгодно. Кто согласится потом работать с организацией, способной слить своих осведомителей? Со своей же стороны они могли выявить только факт приворота, банально проверив кровь «жертвы». Но что может быть проще, чем представить Летицию очередной жадной до власти дамочкой, мечтающей о муже-императоре. Личные мотивы, да? А потом заставить ванн Эвох замолчать навсегда и никто ничего не докажет. - А на еще одну войну нам не хватит ресурсов. Что же, придется довольствоваться Летицией. Было бы выгоднее ее оставить в покое и установить слежку, но тогда не будет веской причины для помилования Озилэя. Я не хочу казнить его, если вина на самом деле не так тяжела, как выглядит на первый взгляд. К тому же, его казнь поднимет против меня мою же страну. Не зря целых шесть Домов… Они были готовы посадить его на трон в обход Миа. Кстати, что с ним? Я уверен, что Ози бы не причинил вреда никому из своей семьи, кроме меня, но это мог сделать кто-нибудь из его сторонников. – Было видно, что последний вопрос волновал Шина все время с тех самых пор, как он узнал о плане Озилэя. Но долг вынуждал его сначала узнать детали покушения. Хотя, честно сказать, я его не понимал: как государство может быть важнее сына? - Миа в порядке, дядя. Он сейчас в Сарсе, у Владетеля Гвиллэя. Официально – для лечения простуды на источниках. – Ами ласково улыбнулся. И одной этой улыбки хватило, чтобы Шин немного успокоился. - Я доверяю Гвилу, но ты оставил моего сына одного в такое время? Кто знает, откуда придет беда. - С ним Сирин и мои личные бойцы. Я доверяю им как себе. – Если бы Ами так же уверенно заявил о чем-то мне, я бы тоже окончательно успокоился. К тому же, в Сирине я был уверен. Хотя не сомневаюсь, что Ами отослал его с сыном Шинлэя скорее для того, чтобы неугомонный рыжик тоже побыл вдали от опасности. В любом случае, эльфенок отнюдь не был беззащитной фиалкой, и действительно мог постоять и за себя, и за Миалэя. Да еще, к тому же, хорошо ладил с детьми. - Тогда, думаю, ему лучше побыть там до самого Собрания Домов. Оно состоится в любом случае, раз уже было созвано. До этого момента меня, вероятно, опять постараются убрать, не хочу подвергать Миа лишней опасности. Ему всего девять. – С такой неприкрытой нежностью Шинлэй на моей памяти, говорил только о сыне. А ведь хотелось бы, чтобы он и мое имя когда-нибудь сказал так же трепетно. Хотя, о чем это я. Самое последнее дело мечтать о несбыточном. - Верно. К тому же, мы все будем слишком заняты чисткой наших рядов от предателей. А теперь, думаю, вам бы отдохнуть, показаться Двору. Чтобы не болтали лишнего и не мутили воду. – Почти пропел Ами. Шин был доволен, а значит и он мог гордиться проделанной работой. Впрочем, подозреваю, сама эта работа уже была для Аминадилэя наградой. Слишком уж он ее любил, несмотря на то, что порой приходилось делать не самые приятные вещи и обвинять приятных сердцу людей. - Под отдыхом ты, как я вижу, подразумеваешь изматывающие светские разговоры. Никогда не пойму, что ты в них такого находишь. - Что тут сказать, я был рожден для своей работы. А сейчас прошу меня простить, вынужден откланяться, дабы вплотную ею заняться. – Он уже почти вышел, когда в закутке вдруг повеяло чем-то опасным. Я невольно напрягся, еще до того, как Шин окликнул Ами странным ледяным голосом. Только что они тепло переговаривались, как вдруг такое. - Постой, Аминадилэй. Ты кое о чем мне не рассказал. Кто такой Сирин, и почему у тебя метка Валлы? Тот так и застыл на пороге. Прошло всего пару секунд. Но в этой мрачной атмосфере, пахнущей аммиаком, мне показалось, что по меньшей мере несколько часов. А потом тишина надрывно хрустнула, как раздавленный каблуком фужер. - Сирин – мой благословенный Валлой супруг. – Жестко отрезал Ами. Никогда бы не подумал, что он может так зло перечить Императору, которым восхищался. Но он это делал. И Шин смотрел на него волком. «Да что за хрень тут происходит!?» - Но наружу почему-то вырвалось возмущенное «Гав!», на которое никто не обратил внимания.