Грешники

— Бурбон? — Лучше виски. Деймон безразлично пожимает плечами и идёт к столику с алкоголем. Спустя несколько секунд у меня в руках оказывается бутылка дорогого виски. Нужно было просить водку, она мне больше по душе. — У вас получится сделать это? — интересуется Сальваторе, становясь напротив нас с Каем. План мы ему уже изложили, но он, кажется, всё ещё считает, что выпустить их мать — единственное правильное решение. — Да, — делаю глоток алкогольной жидкости и снова смотрю на Деймона. — Только для этого кое-что нужно. Что именно — я не знаю, потому что само заклинание будет творить Кай, поэтому я киваю ему, дабы, наконец, открыл свой обычно болтливый рот и начал говорить хоть что-то. За всё время, что мы находимся в особняке Сальваторе, он ничего так и не сказал, что невероятно странно. Кай сидит возле меня на диване и хмурится ещё больше. Да что же ему так не нравится здесь?! — Фотография, — откашлявшись, выдаёт брат. Я даже удивлённо вскидываю брови, потому что уже и не надеялась на то, что он заговорит. — Нужно изображение этой женщины. Кивнув, Сальваторе вместе с Еленой удаляются вглубь дома на поиски фото, а мы с Каем остаёмся наедине. Снова. Поднимаюсь с дивана и иду бродить по особняку. Он действительно огромен, как и говорил мой брат, хотя когда и по каким причинам он сюда наведывался — непонятно. Кухня оказывается по размерам не меньше, чем я себе представляла. И мне здесь нравится, обстановка красивая и уютная. Ставлю бутылку с виски на стол и иду к раковине. Включив воду, хочу подставить под струю руки, но тут же оказываюсь прижатой поясницей к кухонной тумбе. Вода мочит кончики длинных волос, что замечаю краем глаза. — Ну и что это значит? — недовольно спрашиваю у Кая, который, собственно, и развернул меня к себе лицом. — Знаешь ли, так по-братски — трогать ни с того ни с сего своих сестёр. — Конечно. Тебе разве не нравится, когда я тебя касаюсь? Вздрагиваю, потому что он сжимает мою ладонь, которой до этого я упиралась в его грудь. Ловлю себя на мысли, что хочу, чтобы брат прикоснулся и к другим частям моего тела. Вырвав свою руку из его хватки, отклоняюсь назад, намочив ещё больше волос. Слышу смешок Кая. Придурок. — Что тебе нужно? — выключаю кран, чтобы не смотреть на Кая, уже явно догадавшегося о моих истинных эмоциях. — Ты ушла, и мне стало скучно. Тем более, с этим местом у меня не самые лучшие воспоминания. — В смысле? — удивляюсь, но на брата всё ещё не смотрю. — Ну, как тебе сказать… — начинает он, садясь на стол. Мне хочется согнать его, но я молчу, иначе Кай может мне вообще ничего не сказать. — Деймон непродолжительное время держал меня здесь в заложниках в девяносто четвёртом, потом Лив проткнула меня кочергой. Плюс ещё пару неприятных, но незначительных моментов с участием Джо. Судя по его рассказам, с нашими сёстрами он видится чаще, чем я. Несправедливо, потому что ему на них плевать, а мне нет. Решаюсь взглянуть, наконец, на брата. Он спокойно пьёт с горла виски, а ведь его дали мне. Ладно, всё равно напиваться не хочу. — А ты уверен, что сможешь сотворить заклинание? Откуда ты его вообще знаешь? — После объединения с Люком я решил, что нужно пролистать несколько ведьмовских книг, чтобы изучить хотя бы простенькие заклинания. И наткнулся на это. Оно мне приглянулось. Вот и всё. Недоверчиво гляжу на Кая. Вполне правдоподобно и обычно. Даже придраться не к чему. Пожимаю плечами, показывая, что мне абсолютно всё равно, хотя это не так. Мне совсем не всё равно. Мой брат псих, и кто знает, что может прийти в его больную голову во время «операции». Я об этом заклинании вообще слышу первый раз, так что даже толком не понимаю, как это всё работает. Но вот спросить как-то не хватает духу. Мало ли, расскажет какой-нибудь дребедени, я передумаю, и тогда предъявить Деймону о «грандиозном плане» будет нечего. Отобрав у Кая бутылку, делаю глоток. Брат грозит мне пальцем и наигранно отчитывает за то, что я пью в таком юном возрасте. Ну, да, тридцать шесть лет — это как раз тот период, когда пить вредно для здоровья. Хотя, с моей-то внешностью… — Ты боишься, что у меня не получится, — говорит он, болтая ногами в воздухе. — Нет. — Это был не вопрос. Кай спрыгивает и подходит ко мне. Снова отобрав у меня бутылку, он ставит её на стол и смотрит на меня. Братец решил уделить немного внимания моей скромной персоне. И, как обычно, это закончится плохо. — Ладно, возможно, ты прав, — складываю руки на груди, стараясь не встречаться с ним взглядом. Вот только не хватало мне сорваться и поцеловать его. — Что это за заклинание и в чём его смысл? — А смысл в том, зайчонок, что я могу передать свои мысли другому. Резко поднимаю голову. Так и знала, что он причастен к моим воспоминаниям. — Нет-нет, — тут же, видимо, заметив моё замешательство, добавляет Кай. — То, что происходит в твоей голове — результат плохой работы папочки. Но ты потом обо всём узнаешь. — Что? О чём ты… Брат не позволяет мне договорить, схватив меня за голову. Ну, как «схватив»… он просто прикладывает пальцы к моим вискам и начинает что-то бубнить себе под нос. Я чувствую приятное тепло, расползающееся по телу. А после в голове начинают проскальзывать отрывки. Вот я сижу в кресле, а на полу сидит Кай, откинув голову мне на колени. Я улыбаюсь и перебираю пальцами его волосы, пока брат что-то говорит. Его рот не затыкается ни на секунду, а я продолжаю улыбаться, а иногда и посмеиваться. Вдруг всё прекращается, и я снова вижу перед глазами лицо брата, только уже настоящее, слегка преобразившееся и покрытое лёгкой щетиной. — Как ты заметила, этот момент отличается от тех, что у тебя в голове. Потому что его не было, — спокойно произносит Кай, отворачиваясь от меня. Я вообще ничего не понимаю. То есть, он просто заставил меня видеть то, что было в его голове? — Да не волнуйся, в случае со Стефаном будет немного иначе. Я должен буду представить на твоём месте его мать, и он так же будет видеть вместо тебя её. — Мы нашли фотографию, — в кухню заглядывает Елена, зовя нас в гостиную. Кай, выдохнув унылое «наконец-то», направляется к выходу вслед за вышедшей девушкой, но я останавливаю его, схватив за руку. — Постой, — осмеливаюсь взглянуть в глаза брата, — что ты имел в виду, когда говорил о моих воспоминаниях? Откуда ты знаешь? — Спроси Джозет. Уверен, она придумает достойную байку на эту тему. А сейчас пошли спасать мир от бесчеловечности вампиров. Он сказал это тоном Супермена из плохо озвученного мультфильма. Даже как-то обидно за этого инопланетянина. Он же благородный и всё такое. Значит, всё-таки придётся поговорить с Джо. И повод встретиться будет. К тому же, я давно хотела с ней пообщаться, она ведь беременна, и предложение ей недавно сделали. Я с ней с того дня больше не виделась, так что обсудить нужно многое. А сейчас меня ждёт встреча с двумя чокнутыми вампирами. И, кажется мне, она будет не самой радужной. Деймон открывает передо мной дверь бара, где, по иронии судьбы, всё ещё находятся «мои друзья». Кая мы туда отправили через чёрный выход, чтобы создать эффект неожиданности. — Что за ерунду ты вытворяешь? — безразличным тоном спрашивает Кэролайн, обращаясь к моему брату, но поворачивая голову в нашу сторону. Я щелкаю пальцами, ломая девушке шею. В тот момент, когда Стефан понимает, что что-то не так и собирается развернуться лицом ко входу, Кай шепчет заклинание, лопая в голове вампира сосуды. Как он сам объяснил, это нужно для того, чтобы ослабить парня, он ведь бессмертный и передавать мысли будет сложнее, если жертва будет сопротивляться. Деймон закрывает собой меня, чтобы его брат не увидел мой настоящий облик преждевременно. А я говорила, нужно было подождать, пока Кай сделает всё, что нужно, и только потом заходить. Но разве я способна переубедить вампира? Хотя, в прошлый раз у меня же вышло. Кивок Кая означает, что можно приступать. Он уже приложил пальцы к вискам Стефана, стоя у него за спиной, значит, на моём месте в их мыслях теперь Лилиен Сальваторе. Прекрасно. Теперь главное не напортачить и сказать всё то, о чём мне говорил Деймон. — Ты… — насторожившись, произносит младший Сальваторе. Такое чувство, что Кая он вообще не замечает. — Ты умерла. Не хило. Я надеялась, что мне совсем не придётся что-либо говорить. Но, видимо, без этого никак. — Нет, Стефан, — стараюсь говорить не своим голосом, но получается у меня, мягко говоря, не очень. — Я жива. И стала вампиром. Последний раз я была в Мистик-Фоллс в день… моих похорон. И когда ты видел меня, это действительно была я — твоя мать. Подхожу к нему и, взглянув на секунду на Кая, заглядываю в глаза Стефана. Он смотрит на меня несколько долгих и мучительных секунд. — Поверь мне… Парень выдыхает, прикрыв глаза. А когда открывает их, выглядит уже не таким, каким я его запомнила. Теперь он какой-то более живой, что ли. Раньше я с ним не пересекалась, поэтому не знаю, как должен выглядеть Стефан Сальваторе с человечностью, но, судя по всему, у нас получилось. — Что… — вампир протягивает руку в мою сторону, но тут же одёргивает её, смотря на меня с нескрываемым недоумением. Я тоже не понимаю, что произошло. — Алексия? То есть, Маргарита. — Да-да, она самая, — отвечает за меня мой брат, касаясь ладонью моей спины. Даже сквозь пальто чувствую его прикосновение. Точно, Кай же больше не передаёт Стефану свои мысли, а значит, всё вернулось на круги своя. — Стеф, — Деймон обходит нас и подходит к своему брату. — Всё нормально? — Нормально не бывает, — вставляет свою лепту Кай, за что тут же получает от меня подзатыльник. — Бывает, ещё как бывает! — шиплю я и, помахав Сальваторе ручкой, увожу отсюда брата. Нечего здесь больше ловить. Кажется, Деймон крикнул нам вслед слова благодарности, но я не уверена, потому что кое-кто довольно ощутимо шлёпнул меня по заднице. Слава всем ведьмам, что на улице никого не оказалось, потому что я бы умерла со стыда, если бы это увидели люди. Не то чтобы я стеснялась, но всё-таки. — Какого чёрта?! — вырывается у меня, но Кай всё так же спокоен и даже улыбается. — Не смей больше бить меня. — Что? Когда это… — развожу руки в стороны, но тут же понимаю, о чём речь. — Хочешь сказать, что ты обиделся из-за того жалкого подзатыльника? Ты его заслужил! Зачем ты вообще влез в их разговор? — Потому что это идиотизм. Господи, Марго, может ли всё быть нормально с тем, кто недавно потерял контроль? Закрываю рот, чтобы не выпалить чего-то лишнего. Кай понимает Стефана, очень даже понимает. И у меня напрашивается вопрос, до боли банальный, но я просто обязана узнать ответ. — Ты жалел когда-нибудь о том, что убил Алексию, Джоуи и… ну, и других? Улыбка тут же исчезает с лица брата, отчего мне хочется придушить себя. Может, я не корректно поставила вопрос? — Пару раз в девяносто четвёртом. Но потом жалел лишь о том, что не прикончил их всех. А, нет. Всё нормально. Кай всё тот же. Нет смысла держать на него обиду из-за того шлепка. Хотя мне очень хочется отдубасить брата чем-то тяжёлым. Было бы прикольно смотреть, как по его лицу течёт его кровь. Да, у меня точно крыша едет, при этом черепица аккуратно скатывается вниз, ускоряя процесс.