Inside of me

Когда Аллен добрался до дома, на небе уже светила полная луна. Людей на улицах практически не было, и это не могло не радовать. Он брёл по тихим мрачным улочкам, с наслаждением вдыхая холодный ночной воздух. В его ситуации нужно было бы поторопиться, однако Аллен не мог объяснить охватившее его чувство спокойствия. Что-то подсказывало, что возвращаться в квартиру за вещами будет безопасно. Если бы Адам хотел силой вернуть его в Ковчег, он сделал бы это давным-давно, ещё когда Комуи только-только получил весточку о ценном пропавшем экземпляре от жителей одного неприметного старого многоквартирного дома. Пришло время прощаться. Он задержался здесь на целых полгода, выйдя из Ковчега на свободу, но снова добровольно заперев себя в каменных стенах. Если бы Аллен мог, он бы непременно извинился перед каждым жителем дома за то, что им пришлось пережить неудобства из-за него. Но Аллен не мог. Аллен мысленно извинился перед всеми, с тяжёлым сердцем переступая порог подъезда в последний раз. Он вернулся лишь затем, чтобы собрать сумку с вещами. И если Тики прав, то рано или поздно Адам вполне способен отправить за ним в погоню кого-либо. Впрочем, Аллен не был уверен в том, что проведённые в первом Ковчеге шесть лет были настолько результативными. Всё, к чему стремился сам Аллен — это подавление Четырнадцатого. Пусть он не был готов к такой ноше, но пришлось привыкать. Теперь он предоставлен сам себе. В подъезде снова было темно. Держась за перила, Аллен медленно поднимался выше и выше, пока не достиг своего этажа и остановился как вкопанный. На верхних ступеньках кто-то сидел. Человек уронил голову в скрещенные на расставленных коленях руки и, похоже, спал. Аллен насторожился: неужели он попался в ловушку? Нет, слишком уж удачное время — такое не угадаешь, а Тики не сдал бы его Адаму после того, как помог сам. Аллен решил, что если этот парень действительно спит, то у него получится проскользнуть около стены, не потревожив его. В конце концов, он мог быть обычным бродяжкой, напившимся до невменяемого состояния и просто укрывшимся здесь от холодной ночи. Преодолев ещё несколько ступенек, Аллен уже лучше рассмотрел человека, оказавшегося теперь на расстоянии вытянутой руки. Что-то в нём было болезненно знакомым. Чёрное пальто, телосложение, руки, волосы… Волосы? Конечно!.. Аллен вдруг понял, что от волнения у него перехватило дыхание. Он всё-таки пришёл за ним! Быстро проскользнув мимо, Аллен дрожащими руками достал ключ и открыл дверь, оставив её распахнутой. Дорожная сумка была припрятана в шкафу. Пришлось в скором темпе бросать в неё первые попавшиеся вещи. Несколько футболок и пара джинсов, нижнее бельё, зубная щётка, печенье на завтрак, давно разрядившийся плеер, коробочка с принадлежностями для грима… Остановившись, Аллен с досадой посмотрел на клоунский костюм Маны, оставшийся в шкафу. Костюм был объёмным, это совсем не то, что нужно брать с собой в экстренной ситуации. Но ведь Мана… Нельзя оставить столь важную часть Маны здесь! — Что ты делаешь? — раздалось сзади. Вздрогнув, Аллен похолодел. Растрёпанный Канда стоял около входа в комнату и придерживался рукой за дверной косяк. Вид у него был не самый лучший: слегка спутанные на концах волосы, бледное лицо, синяки под глазами. Бессонница? — Ты, — Аллен указал на него пальцем, — работаешь на Комуи Ли. Что тебе от меня нужно? Проваливай. Однако в тот момент Аллен не был уверен, что Канда пришёл сюда именно за ним. Последний разговор с Тики безоговорочно очернил Канду, заочно сделав его союзником Адама. И сейчас Аллена беспокоила лишь одна мысль: как отсюда сбежать, если единственный выход только что перекрыли? — Что мне от тебя нужно? Тебе за эту неделю мозги промыли, что ли? — голос Канды звенел от напряжения. — Не подходи ко мне! — резко выкрикнул Аллен. — Я просто хочу уйти. Отпусти меня, скажи им, что меня здесь уже не было! — Хватит нести хрень… Канда оттеснял Аллен до тех пор, пока тот не упёрся спиной в стену. Вытянувшись по струнке, он не смог пошевелить и пальцем, когда Канда положил руку на стену в опасной близости от его лица и угрожающе нагнулся. Теперь Аллен со всей ясностью рассмотрел тёмные круги, залёгшие под глазами, белки которых немного покраснели от лопнувших капилляров. — Канда, пожалуйста, — едва ли не взмолился Аллен. — Я не хочу делать тебе больно. — Ты уже сделал, твою мать! — крикнул он ему в лицо, из-за чего Аллену пришлось зажмуриться. Нервы окончательно сдали. Обычно этот процесс не напрягал Аллена. Воображение делало всё за него, тем более если вещи были неживыми. Когда он поднимал правую руку, в ней ничего не было, а когда она достигла вершины, то к горлу Канды прижалось острое лезвие ножа. Тот замер, явно не понимая, когда Аллен успел прихватить с собой нож. По телу сразу прошлась волна дрожи и усталости — Аллен не использовал свои способности слишком давно, чтобы не позволить им развиваться дальше. Колени предательски задрожали — тело сразу отреагировало на столь мощный выброс энергии. Удержать на месте руку тоже оказалось сложно. Канда почувствовал, что лезвие около его горла дрожит, и с сомнением взглянул в глаза Аллена. — Ты меня вынудил, — почти извиняясь, сказал он. — Что с твоими глазами? — Они золотые, да? — догадался Аллен, хотя совершенно забыл об этой особенности. — Это Четырнадцатый… он всегда напоминает о себе, когда использую этот дурацкий дар. Аллен закрыл глаза, простояв так несколько секунд, сделал глубокий вдох и снова открыл их. Выражение лица Канды сразу смягчилось, и Аллен понял, что золотой блеск пропал, вернув его радужкам привычную серость. Тело охватила слабость настолько внезапно, что Аллену только и хватило сил, чтобы отбросить нож в сторону. Спустя мгновение он сполз по стене на пол, придерживая кружащуюся голову рукой. Как ни странно, Канда опустился следом за ним. Его обеспокоенный вид слегка смутил Аллена — раньше он лучше контролировал себя, да и до подобных предобморочных состояний почти никогда не доходило. — Что ты здесь делаешь? — пробормотал Аллен, совершенно запутавшись. — Если тебя послал Комуи, то… — Да что ты заладил со своим Комуи? — раздражённо откликнулся Канда. — Я ушёл с работы. — Тогда почему?.. Ответ нашёлся сам собой. Оценив внешнее состояние Канды, Аллен медленно вернулся к первоначальному восприятию событий. — Давно ты нормально спал? Отвечать Канда не спешил. — Полноценные восемь часов — около недели назад. Именно тогда они виделись в последний раз. Вернее, виделись во сне. — Тебе нужно нормально поспать. Твой недосып пойдёт на пользу лишь Четырнадцатому, — Аллен на коленях подполз к собранной на скорую руку сумке, застегнул её и взвалил на плечо. — Только не здесь. Нужно сначала уйти.

***

Голова трещала по швам. Первые дни Канде удавалось держать себя в руках, однако теперь непонятный шёпот периодически смешивался со звоном в ушах, из-за чего страшно кружилась голова и напрочь отключалось мышление. Канде хотелось только одного: чтобы его оставили в покое. Ощущение постоянного присутствия кого-то рядом попросту сводило с ума. Как ему далось решение вновь приехать к Аллену, он помнил смутно. Информация о приёмном отце Уолкера настолько сильно засела в голове, что постоянно крутилась в мыслях. После очередного резкого пробуждения Канда обнаружил, что ему удалось задремать всего на десять минут, но его будто бы выбросило из сна какой-то неведанной силой. После стука в дверь ему никто не открыл. Канда не придумал ничего лучшего, как остаться здесь на ступеньках и дождаться внезапно исчезнувшего жителя квартирки. И Аллен появился. Скользнул мимо него почти бесшумно, однако всё равно разбудил, когда начал копаться с ключами. Он выглядел напряжённым, словно боялся и куда-то торопился. А теперь, после небольшой стычки Канда добровольно пошёл за ним следом. В какой-то момент промелькнула мысль, что во всём виновата вынужденная бессонница. Канда затолкал Аллена в свою машину и увёз, следуя коротким указаниям. Спустя минут двадцать они приехали в ещё более запущенное место, чем до этого. Небольшое трёхэтажное здание в лучшем случае полувекового возраста располагалось где-то на окраине города. Старая деревянная вывеска гласила: «Отель». Припарковав автомобиль в обозначенном месте, Канда молча взглянул на тусклый фонарь около входа. — Пойдём, — Аллен потянул его за руку. В тот момент у Канды даже не возникло мысли сопротивляться. В конце концов, ему действительно нужно было поспать, вот только как это сделать, чтобы не пробуждаться в холодном поту каждые десять минут? Если кто и был в курсе, что с ним происходит, то это Уолкер. В холле их встретил мужчина средних лет в форменном костюме, приятно улыбнувшийся им. — Я бронировал номер вчера по телефону, — сказал Аллен, поудобнее перехватив сумку. — На имя Тики Микка. Мужчина опустил глаза в журнал в чёрной обложке. Надо же, это место действительно весьма старое — здесь даже не было электронной системы регистрации. — Да, всё верно, — он на мгновение замолчал и осторожно переспросил: — Одноместный номер? — Да. Удивлённый взгляд метнулся к Канде. — Всё в порядке, нам только на одну ночь, — заверил его Аллен, хотя это мало утешило мужчину. — Распишитесь здесь, — кашлянул он, положив на стойку журнал и ручку. — Анонимность гарантирована. Канда вздёрнул бровь — здесь явно бывали случаи и поинтереснее. Помимо не самого лучшего состояния он успел удивиться, что Уолкер весьма спокойно разговаривал с работником отеля, хоть и не смотрел ему в глаза, из-за чего порой создавалось впечатление, что он слеп. Однако стоило ему забрать ключ, как Аллен с волнением взглянул Канде в глаза и быстро утянул за собой на второй этаж. Чувствовать, что его руку крепко сжимает другая рука, было странно. Канда уже давно не держал никого за руку. В последний раз такое было с Алмой. Ладонь у Аллена — прохладная и слегка вспотевшая, он явно переживал. Однако это прикосновение успокаивало. И Канда полностью отдался ему, не думая ни о чём до тех пор, пока за спиной мягко не закрылась дверь, а в комнате не загорелся яркий свет. Комнатка была маленькой и простой, но чистой. Одноместная кровать занимала основную часть пространства. В углу притаился столик с бутылкой воды и стаканом, а также вазочкой с конфетами. Аллен бросил сумку прямо на пол, устало проводя руками по лицу. — Что? — спросил он, заметив на себе пристальный взгляд. — Твой паразит-Четырнадцатый… — Канда выглядел напряжённым. — Ты знаешь, кто он?

***

Временами, когда Аллену приходилось оставаться в пустой квартире одному, он начинал бояться сам себя. После того, как Мана столь неоднозначно отреагировал на трюк с голубем, они будто бы отдалились друг от друга. Мана стал казаться совершенно другим: чаще задерживался где-то, а когда возвращался, уже не так тепло общался с Алленом. Аллен чувствовал себя одиноким и брошенным. Поворот ключа всегда поднимал настроение. Он сразу кидался к двери и радостно приветствовал Ману, даже несмотря на его внезапную холодность к себе. Но в тот день Мана не пришёл. Вместо поворота ключа Аллен услышал звонок и, посмотрев в глазок, на миг обознался, приняв стоявшего за порогом человека за Ману. Однако стоило ему распахнуть дверь, как он понял, что совершил ошибку. Они были похожи телосложением, цветом волос, стрижкой. Вот только у того, кого увидел Аллен, волосы были короткими, а Мана предпочитал связывать вьющиеся локоны в низкий хвост. Вместо привычной добродушной улыбки Аллен наткнулся на ледяную усмешку, а в следующее мгновение оказался пойманным горящими от возбуждения золотистыми глазами. — Так это ты — Аллен? — почти шёпотом произнёс тот. Мальчик невольно попятился, тем самым впуская гостя. — Где Мана? — дрожащим голосом спросил Аллен. — Мана занят. Сегодня с тобой поиграю я, — он мягко закрыл дверь практически без единого щелчка. — Ты ведь любишь играть, Аллен? Любишь показывать фокусы? А я люблю их смотреть. Покажешь мне, что ты умеешь, Аллен?