Последняя роза лета: Последнее Воспоминание

Из древних книг я почерпнул О таинстве любви блаженной, Но, выйдя в свет, так обманул Меня совет, ведь он не верный. Не существует той любви, Любви, описанной в книжонке, Не верю я, нет, не проси, Не посмотрю на скромниц в амазонке, На благородных дам в шелках, На дев в хлопковых одеяньях, На куртизаночек в цветах… В любовь не верю – то страданья. В одежде воина стоит она, Готовая сразиться, демоница, И ангельски чиста душа, Да и лицом Богиня, не царица…

      Сондрес и его команда прибыла очень вовремя. С ними приехал и мистер Картер. Один только взгляд на Розу предвещал дочери гибель. Она приготовилась выслушать всё, что он думает о ней и её поступке. Путь ему преградила миссис Паркен, встретившая его по дороге домой.       — Рич, не стоит, она очень устала… — вступилась мамина подруга.       Картер одним взглядом велел женщине раствориться, что та сделала с большой неохотой, а Роза приготовилась. Даже знак дала Эрику и остальным не вмешиваться.       Мистер Картер обнял дочь, чем привёл её в шок. Он мог пошутить или сделать замечание, но никогда не показывал эмоции. Даже не орал на неё и не читал нотации в Австралии, что целоваться на балконе ночью, сидя на перилах, не подобает леди или на худой конец его наследнице.       — Я боялся тебя потерять, как потерял Клео… — шептал мистер Кар-тер, крепче обнимая Розу.       — Прости, папа, — прошептала Роза в ответ, обнимая родителя.       Она очень редко обращалась к нему так. Обычно просто называла его «отец», но почти никогда «папа». Аристократам не позволительно такое.       Когда все наконец-то сели по машинам, то у Эрика обнаружилась кровоточащая рана, оставленная Хранителем. Удивительно, что он вообще держался на ногах. Дома Габриэлла взяла его в оборот.       Роза спустилась на первый этаж. Ей было нужно на кухню, чтобы лично дать распоряжение насчёт ужина, и, в случае чего, помочь повару Карлу. В столовой она услышала голоса, прислушалась. Эрик и Тим! Они спокойно разговаривали, чем будили в Розе жуткое любопытство. Она уловила одну важную деталь.       — Береги её, иначе за друзей я мщу не хуже неё… — этот голос явно принадлежал Тиму.       — Спасибо, Тимоти Паркен! Спасибо за все, дорогой друг! — ответил Эрик, заставив Розу улыбнуться и распахнуть разделяющую их дверь.       Со стороны выглядело, будто бы Роза открыла её на полном ходу, а не стоя рядом, и прошла до входа на кухню, но пустила в ход свой актёрский талант и притормозила.       — Вы здесь? — Роза постаралась придать голосу больше удивления.       Мужчины переглянулись. Эрик усмехнулся. Тим покачал головой. Роза же расценила это, как тайный знак.       — Если есть какие-то пожелания насчёт ужина, то скажите: я как раз собираюсь помочь Карлу с приготовлением, — важно ответила она.       — Ты себе место не находишь, после случившегося, — заметил Тим. — Тебе стоит отдохнуть.       — Шутишь? — нахмурилась Роза и оперлась руками о спинку стоящего рядом стула. — Я стараюсь не думать об этом. И я отдыхаю.       — Ты бегаешь по всему поместью и помогаешь персоналу наводить порядок после праздников, — сказал Эрик.       От того входа, через который вошла Роза, он стоял от неё по левую руку. С Тимом его разделял обеденный стол.       — К тому же ты немного бледная, — заметил Тим. — Хорошо себя чувствуешь?       — Поверь, в этой столовой освещение такое, — огрызнулась Роза, обводя взглядом новенькую столовую, от которой её начинало тошнить. И кто додумался сделать её в зелёных тонах? Бежевый уже не в моде? Он, по крайней мере, не создавал впечатление, что присутствующие бледны, как молоко.       В столовую вошёл Грейс. Розе было немного непривычно видеть его в строгом костюме и без водительской фуражки.       — Вот вы где, мисс Розалитта, — начал он с улыбкой. — Вас желают видеть акционеры. Говорят, что это касается некого договора, который вы подписали весной, а так же смерти вашего кузена. Они прибыли из Лондона.       — Очень невежливо будет с моей стороны, если я откажу им, — произнесла Роза. — Проводи их в малую гостиную. Я подойду к ним чуть позже.       — Распорядиться, чтобы подали чай? — спросил Грейс.       — Нет, благодарю, — мягко ответила Роза к удивлению мужчин. — Я сама приготовлю.       — Скажу Лесли, чтобы помогла вам с тележкой, — и, кивнув, новый дворецкий удалился.       Роза расстроилась. Карл обязательно сделает главное блюдо вечера с грибами, от которых молодую хозяйку воротит с детства, а значит, придётся ковыряться в тарелке весь ужин. Так что, готовя закуски для «низкого чая», она размышляла, как бы увильнуть. Придётся пропустить трапезу.       Отсутствие мистера Картера и недавние события заставили Розу взглянуть на всё с другой стороны. Если ты победил в войне, это не значит, что ты герой. Если проклятье пало, это не значит, что любимый останется с тобой навсегда и будет всегда любить. Если тебя считают занозой, пора стать шилом – то есть показать этим невоспитанным тварям, что ты – хозяин этого дома. Господин.       Чай подали в отреставрированную на днях маленькую гостиную, сохранив её первозданный вид. Особенно реставраторы постарались полностью восстановить интерьер после пожара. Красно-белые стены, декоративные люстры-канделябры, картины в позолоченных рамах, кресла и диванчики с бледно-лиловой обивкой, подставки для ваз в виде античных колонн. Для встречи Роза переоделась в белую блузку, узкий чёрный сарафан и чёрные лодочки на невысоком каблуке. Она так одевалась на работу, так почему же не показать, что ты готова?       Господа-акционеры видно приготовились увидеть мегеру, ворвавшуюся в зал совещаний весной, но Роза разочаровала их, явившись в облике самой что ни на есть благовоспитанной леди и гостеприимной хозяйки поместья.       К её сожалению, некоторые из них приготовились и стали наступать с вопросами, о которых девушка не имела ни малейшего понятия. Экономика, финансы и управление ещё не до конца проданной корпорацией – это не её.       — Тринадцатого июля двенадцатого года корпорация перешла в руки Мейдонов, но она не до конца преобразована, а из-за ареста Ричарда, «регентства» вашего покойного кузена Андриана, и вашей подписи в наследовании, все вопросы обращены именно к вам, — говорил один из акционеров.       Голова у Розы разболелась. В первую очередь девушка винила себя за подпись в документах о наследовании и за то, что не продумала все пути отхода на такой случай. Потом винила отца за то, что он прохлаждался, а не восстанавливался в должности. Мог бы повременить с ремонтом поместья. Потом начинала винить монстров за то, что как по команде разбежались по углам и теперь не на ком сорваться. И снова винила себя за то, что когда-то дала слово стать леди.       Слушая весь этот бред, хоть и прекрасно понимала, о чем идёт речь, Роза отвернулась от гостей и прислонилась к камину из белого мрамора. Девушка прекрасно осознавала, что ей предстоит дать им ответ, но только что сказать? Станут ли её – несовершеннолетнюю – слушать те, кто мечтает нажиться на данной ситуации. Поэтому Роза отвернулась от них, чтобы никто не увидел на её лице смятение. Отец всегда скрывал свои чувства за маской, как и бабушка. Ей же это удавалось с трудом.       — Вы, мисс Картер, главный держатель пакета акций, у вас кресло директора и место главы семьи, — продолжали говорить акционеры. — Ваш отец не имеет права вмешиваться, пока не восстановится на этих должностях, а это займёт уйму времени. Ко всему прочему вы ещё несовершеннолетняя. Мы в праве сами переизбрать директора, если вы не предпримете хоть какие-то меры. Вам сейчас не найти крепкого плеча…       — Почему же? — Роза вздрогнула, когда на плечо легла тёплая ладонь, а голос развеял все сомнения. — Господа, вы глубоко заблуждаетесь. Корпорации слились, и это вы не имеете права претендовать на права мисс Картер и давить на неё в подобной обстановке. Если вы рассчитывали забрать её долю и оставить ни с чем, то вынужден вас огорчить.       Через полчаса гостиная опустила. Роза упёрлась лбом в широкую грудь, чувствуя облегчение. Тёплая ладонь гладила её по плечу.       — Ты ещё не устал меня спасать? — тихо спросила Роза.       — Будет намного проще, если ты сама будешь предупреждать, что собираешься выкинуть нечто неординарное, — ответил Эрик. — Так почему ты носишься по поместью?       — Это своего рода терапия, — устало ответила Роза. — Не могу смириться с тем, что Милла погибла. Она ведь так любила тебя, что пожертвовала собой. Она подарила мне свои силы и попросила взамен лишь мгновение. Им был тот миг, когда ты просто улыбнулся ей. И я придумала, как избавиться от Хранителя навсегда. Я убила Корнелия Паркена руками Тима.       — Он уже был мёртв для нас.       В дверях стоял Тим. Он подошёл ближе.       — Но… — Роза растерялась.       — Заткнись, Роз! — закатил глаза Тим. — Он пробудился в теле папы два года назад. И он же сожрал его душу в тот же момент. Если честно, родители как раз собирались развестись, и я думаю, что эта инициатива принадлежала Хранителю. Возможно, он манипулировал папой, когда тот был уверен в обратном, но… В этом есть и хорошее: мой род может вздохнуть спокойно – проклятие снято. Да, Роза, не ты одна можешь находить нечто приятное в таком хаосе.       Роза улыбнулась другу. Эрик отпустил её.       — Это ты намекаешь на тот случай, когда я бегала за продуктами для всего пансиона, стоило парням занять дежурный пост на кухне «Ноболнеста»? — спросила девушка лукаво.       — Это было славное время, — театрально вздохнул Тим. — Кстати, о семье! Мы сегодня возвращаемся домой – зашёл проститься, загостились…       — Ну, что ты! — отмахнулась Роза. — Друзей я всегда встречаю тепло и радостно.       — Конечно! — фыркнул Тим. — Это было очень заметно, когда ты шарахнула меня ночью своим чугунным лбом.       — Это когда ты ввалился в нашу с Ким спальню и сел именно на мою кровать? — уточнила Роза. — Стоило бы запомнить, что посторонних в своей кровати я не терплю. Эрик прекрасно знает, — она обернулась к нему. — Его пожелания доброго утра способствовали уменьшению количества ваз.       — Значит, пара задуматься о минимализме, — рассмеялся Тим.       Сдерживать чувства стало неимоверно тяжело, и Роза крепко обняла друга. Ей было страшно подумать, что теперь их пути разошлись. Когда они отстранились, Роза понизила голос и сказала немного устрашающе:       — В твоём распоряжении могла бы быть вечность.       — Знаю, — хитро улыбнулся Тим. — Мне очень повезло. До свиданья. Такое неприятное слово, правда?       — Я предпочитаю оревуар*, — всё таким же хриплым и низком голосом ответила ему Роза.       Друзья рассмеялись, а Эрик с улыбкой наблюдал за их чудачествами и не мешал. Забавно было наблюдать за двумя вроде бы взрослыми людьми, которые цитируют фентезийные романы и рассказы. Когда Тим покинул малую гостиную, Эрик обнял Розу за плечи и нахмурился.       — Что это только что было? — спросил он, а девушка подняла голову, взглянула в лицо Эрика.       — Это? Так, прощание друзей. Знаешь, что обычно говорит Смерть? «Кошки – это хорошо». Только не прости меня прогонять из подвала чудищ с помощью кочерги**.       Однако подобная идиллия не продержалась и сутки. Эрик пригласил Розу в его комнату в правом крыле поместья, которое почти не пострадало из-за пожара. Та самая синяя комната с приёмной, увешенной оружием, и спальней с синим бархатом.       Роза чувствовала себя ужасно стыдно. Отец пока ничего не узнал о её связи с Эриком, и девушка пребывала не в своей тарелке, раскладывая на столе то, что может пригодиться для перевязи. Она уже в седьмой раз перечитывала рецепт Габриэллы, но так и не поняла, в какой последовательности мазать приготовленными ею мазями. Эрик сидел на оббитой тёмно-синим сукном с серебряными узорами банкетке перед изножьем кровати в одних джинсах с перебинтованной грудной клеткой.       Как и в первый раз, когда Роза накладывала ему повязку, её руки дрожали. Она очень осторожно убрала старые бинты, обработала глубокую рану, оставленную зачарованным ледяным копьём Хранителя, приклеила пластырь и закрепила его хорошей перевязкой. Все прошло в полнейшей тишине.       Она уже собиралась уйти, но Эрик поймал её за запястье. Роза почувствовала, как он старался игнорировать боль, но все равно схватил её за руку.       — Прости меня, я заставил тебя волноваться, — тихо произнёс он.       Девушка не выдержала. Она подошла к нему и обняла. Тогда это был Эрик. Он спустился на колени, обхватил её за талию и стал посыпать обвинениями, что она виновата в его безрассудстве. В этот раз это сделала она. Пришёл её черёд злиться.       — Ты заставил меня поверить, что умрёшь и в это раз, — проговорила Роза, глотая горький ком в горле. — А это ещё хуже!       Она сильнее прижала его к груди, боялась отпустить. Он обнял её за талию. В такой позе они простояли довольно долго, пока Роза не начала перебирать его волосы. Потом переместила руки на обнажённые шею и плечи.       — Ты помнишь, чем закончилась прошлая перевязка? — спросил Эрик.       — Пришла Стелла и объявила о смерти Сандры, — ответила Роза.       — До того, как она нам помешала, — поправил Эрик.       — Ты обвинял меня во всех грехах, — задумалась девушка.       — Нет, я просил не гладить меня – это жутко заводит.       — Тогда мне лучше уйти.       — Неееет, — на губах Эрика заиграла хитрая улыбка. — Теперь не уйдешь.       — Не забывай, кто из нас ранен, — улыбнулась Роза в ответ. — К тому же рана только-только затянулась. Хочешь, чтобы все осложнилось?       Внезапно Эрик поднялся с банкетки. Теперь он возвышался над Розой, от чего ей стало не по себе. Она снова почувствовала себя слабой и беспомощной. Особенно когда его большие ладони с длинными тонкими пальцами легли ей на щёки, особенно когда Эрик наклонился к её лицу и завораживающие произнёс:       — Я люблю тебя…       Розу прошиб озноб, а ноги едва не подкосились. Его руки вовремя оказались у неё на плечах. Эрик стал подталкивать её к кровати.       — Ты ранен, — заявила Роза, набравшись смелости.       — И что? Ты нужна мне.       — Швы разойдутся… А Элла… так старалась…       — Не смертельно…       Его губы уже касались её шеи, а горячее дыхание обжигало кожу.       — Она тебя прибьёт!..       Роза подавилась собственным протестом, когда руки Эрика стали расстёгивать пуговицы на блузке. Он на полном серьёзе сказал:       — Если так переживаешь, можешь все контролировать.       Роза второй раз подавилась своим протестом.       — Тогда есть условия: первое, ты сидишь и не делаешь резких движений, второе, руки не распускаешь. Согласен?       — Только если тебе будет удобно.       Роза закатила глаза. Эрик послушно сел на кровать в изголовье и похлопал по покрывалу рядом с собой. Красная от стыда Роза забралась на кровать. Устроившись на коленях Мейдона, Картер крепко вцепилась в мужские плечи из-за страшного головокружения. Скрыть это не получилось.       — Что такое? — обеспокоенно спросил Эрик.       — Чувствую себя неважно в последнее время, — призналась Роза.       Подобное она испытывала последний год, но не придавала этому значения. Однако в последний месяц приступы участились.       — Странно, — произнёс Эрик, проверив лоб Розы на наличие температуры, — это не простуда, и ты ещё не беременна…       Роза нахмурилась.       — Что значит «ещё»?!       — У тебя нет провалов в памяти? — не отставал Эрик.       — Нет, здесь несколько другое, — ответила Роза. — Проблема в другом. И это не связано с тем, что Богини молодыми умирают. Когда я смогу убедиться, что именно со мной происходит, я всё тебе расскажу, хорошо?       — Как пожелаешь, — прошептал Эрик.       Счастье и уединение было недолгим, поскольку домой вернулся мистер Картер, который по прибытию в поместье решил узнать, куда запропастилась дочь, разгорелся скандал. Роза накричала на всех, захватила сумку и Мунлайт и вернулась в Кембридж.       Для первокурсников после изнуряющей сессии устроили недельный отдых в небольшом доме отдыха возле леса. Так что за неимением других вариантов Роза согласилась поехать туда с Клариссой.       Мунлайт долго бурчала, но все-таки простила хозяйку за её «представление» с ядом. Однако не уставала напоминать об этом.       — Ты могла погибнуть в тот раз! — причитала она, наблюдая за тем, как Розалитта в одной длинной белой ночной сорочке босиком стоит на деревянном парапете и медленно двигается в сторону преподавательского балкона.       — Мунли! — не выдержала Роза и едва не оступилась. — Сколько раз тебе повторять?! Я же сказала, что знала, на что иду. И если бы погибла, то ради всего человечества, а не ради мужчины!       — Конечно! — бурчала кошка. — Ради человечества твой отец и застукал вас в одной постели!       — А какого чёрта без стука в комнату ворвался?! — не унималась Роза.       Она окоченела от лютого холода, но месть есть месть. Её группа давно размышляла, как «отблагодарить» профессора Денса за заниженные баллы. А по жеребьевке роль «Призрака пришлого рождества» выпала Розе, поэтому из примерной студентки её превратили в приведение. Теперь Роза была абсолютно уверена, что напудрили её зря, поскольку она и так на морозе стала синей без помощи косметики и грима. Мунлайт следовала за ней.       Кое-как взобравшись на ветку возле окна профессора Денса, Роза дала сигнал Мунлайт, чтобы та начинала будить преподавателя. Кошка выпустила когти и начала царапать стекло. Профессор выскочил на балкон и ошарашено уставился на «приведение». «Приведение» тянуло руки, но заговорить с ним не решалась из-за клацающих от холода зубов. Денс попятился назад, Роза шагнула вперёд. Денс сгрёб с перил балкона снег, скатал в снежок и швырнул в «приведение». Роза едва увернулась и едва не выругалась, оступилась и полетела вниз с ветки. Благо это был второй этаж.       Профессор орал, кричал, поднял на ноги всё крыло, а Роза бежала по снегу босиком, давясь от смеха. Следом мчалась Мунлайт. В крыле на первом этаже все проводили взглядом «приведение» с растрёпанными волосами, а затем сделали вид, будто бы ничего не видели и совершенно не имеют понятия, о чём балаболит сбредивший преподаватель.       Розу же втянули чьи-то руки в тёмную спальню. Мунлайт успела проскочить следом и жалась к ледяным ногам хозяйки.       — Мисс Картер, опять не спиться? — поинтересовался знакомый голос.       Роза закатила глаза. Стердфорд сам напросился на эту поездку и всячески донимал ей: знаки внимания, подкаты, приглашения сыграть в карты. День назад он с приятелем просидел в спальне Розы и Клариссы до двух. Картер едва сдерживалась от убийства.       — Чем вы занимаетесь? — поинтересовался парень, прижимаясь ближе.       — Прихожу к плохим преподам и студентам, да мозг им выношу, — начинала злиться Роза, чувствуя, как Лунное кольцо начинает возмущаться из-за постороннего в личном пространстве хозяйки, да и Мунлайт готова вцепиться в ноги парня.       — Значит, ты пришла ко мне на огонёк? — продолжал подкат парень.       — Ха! — воскликнула Роза. — Вообще-то ты сам меня втянул в свою комнату, да и огня тут что-то я не вижу.       — Значит, мы можем его разжечь, — и полез целоваться, но кто-то постучал в дверь, и Роза жестом показала, что открыть стоит, а сама отошла ближе к окну.       Пока парень выяснял с профессором, что никого не видел, девушка с кошкой вылезли из окна и поспешили через летнюю лестницу на второй этаж. Роза радовалась, что стащила у Стредфорда тапки. Ворвавшись в спальню и перепугав соседку, Картер скинула парик «а-ля девочка из «Звонка», скинула ночнушку, под которой была пижама и запрыгнула в кровать.       — Как прошло? — прошептала Кларисса.       — Плохо, — призналась Роза. — Он в меня снежком зарядил, а я равновесие потеряла и грохнулась. Слышишь? Он по первому этажу бегает, парней на ноги поднимает. К тому же Стредфорд снова приставал.       — Что на этот раз? — спросила соседка.       — Затащил к себе в комнату и откровенно пытался соблазнить.       Мунлайт хотела добавить что-то от себя, но Роза пнула её под одеялом, давая понять, что никто не должен знать о говорящей кошке.       — А как там твой «опекун»? — хихикнула Кларисса.       — Узнает – убьёт, — призналась Роза.       — Отношения ваши перешли на новый уровень?       — Ну, переспали мы с ним пару раз. Теперь гадаю, когда сбежит от меня. К тому же нас недавно застукал мой отец, а вспоминать об этом ему ближайшие лет сто не захочется, поэтому я и отправилась в эту поездку, потому что дома противно.       В коридоре слышалась возня, кто-то топал и орал. Роза подавляла желание открыть дверь и уложить всех спать… навечно. Профессор Денс кричал, звал и пытался пересчитать всех студентов, а так же узнать, куда ушла ночная ведьма. Роза зачем-то успокоила себя тем, что сказала самой себе, что чувства Эрика настоящие, и уснула.       Проснулась посреди ночи от странного шуршания и шепотка. Девчонки собирались разрисовать ей лицо, но одного злобного взгляда хватило, чтобы те отменили эту затею. С кинжалом она не расставалась, рефлексы работали отлично, к тому же спала она в общежитиях чутко.       Проснулась Роза из-за рёва мобильника. Слайдер пел о плохишах, а стоило выключить будильник, то стали приходить СМС-ки. На телефонные звонки отца Роза не отвечала принципиально, а на звонки Эрика – из вредности. В сообщении значилось: «Прости, что всё так вышло. Я поговорил с твоим отцом. Тебе решать, когда будет свадьба».       Картер хохотнула. Перечитала и отправила ответ: «А кто сказал, что я собираюсь замуж!? Считай, что отношения у нас без обязательств». После швырнула телефон на подушки и отправилась в душ. Стоя под горячими упругими струями, она задумалась, что смайлик в конце был явно лишним. Потом высушила волосы, вернулась в комнату. Кларисса как-то странно покосилась на звонящий мобильник соседки.       — Он полчаса наяривает, — пояснила она. — Ответь или выруби.       Эрик прибывал в бешенстве. Роза просто выключила телефон. Спустя полчаса включила, просмотрела входящие сообщения. В первых высказывалось всё, что он думает о ней, о её решении и что он сделает, когда увидит её. Потом нечто отдалённо напоминающее извинения.       После насыщенного дня, полного игнорирования мобильного, отравление местной овсянкой, прогулки с группой и валяния в грязи парней, Роза собралась с духом и позвонила Эрику.       — И что это было? — начала она.       — Роз, от тебя это звучит нелепо, — признались на том конце.       — То есть я не могу иметь с тобой подобные отношения? — усмехнулась Роза. — Даже если обручена и по древним законам уже твоя жена?       — Ты слишком грубо подшутила сегодня надо мной, — ответил Эрик.       — Когда я как-то с тобой разговаривала, ты тоже грубо пошутил, сказав, что хочешь увидеть меня раздетой, так что считай, что я отомстила тебе за тот раз, — ответила девушка, кутаясь в плед.       — Тогда тебе стоит прогуляться перед сном, — вдруг предложил Эрик. — И освежить голову.       Роза вышла из домика и направилась в сторону леса, следуя указаниям Эрика, который продолжал говорить с ней по мобильнику. Когда связь внезапно прервалась, то откуда-то на голову Розе свалился Стредфорд, притом почти в буквальном смысле. То, как он закинул руку на плечи, едва не уронило девушку.       — Куда путь держишь? — спросил он.       — В чащу леса, скучно мне сидеть в комнате, вот, вышла на охоту, — злилась Роза, пытаясь сбросить конечность с плеч и попутно делая зарубки на ней на всякий случай.       — У меня будет веселей, — стал зазывать и откровенно лезть Стредфорд, приводя Розу в бешенство.       — Слушай, Нил, — остановилась Роза, скинув руку с плеч, — я не собираюсь с тобой встречаться. И одно-единственное свидание ещё не значит, что мы пара. И не надо меня донимать.       — Разве ты не хочешь со мной переспать?       Роза хохотнула от неожиданной откровенности.       — Совсем нет. И если ты не заметил, то я обручена, — произнесла девушка и показала левую руку с Лунным кольцом. — Мне не нужны подобные отношения.       — Тогда почему ты здесь, а не со своим женихом? Думаешь, он такой верный, как ты? Не думаешь, что он сейчас тебе изменяет?       Роза открыла рот, чтобы сказать всё, что она думает, но вдруг Стредфорд чуть отшатнулся назад, а чья-то рука сомкнулась на плече Картер и потянула назад.       — Когда я спрашивал свою невесту о доверии и получил желанный ответ, то поклялся, что никогда не предам и не разочарую, — твёрдо произнёс Эрик, оттащив Розу назад, а затем смерил ледяным взглядом незадачливого ухажера и взглянул в лицо невесте. — История с Генри повторяется? Мне с ним поговорить, чтобы больше не вздумал приставать?       — Благодарю тебя за такую заботу, но не стоит, — ответила Роза. — Тем более что вчера он меня спас от гнева профессора Денса. Так что услуга за услугу.       Когда с громкими ругательствами Стредфорд скрылся из вида, Картер обернулась к Мейдону. Тот загадочно ухмылялся.       — Что? — нахмурилась Роза.       — Я тронут. Не знал, что ты настолько мне доверяешь… — ответил Эрик, взяв девушку за руку и направившись в чащу.       — Значит, мне стоит взять слова назад? И с кем же ты коротаешь время, когда меня рядом нет? — распалялась Роза.       — Ни с кем, — просто ответил Эрик. — В такие моменты я выживаю и жду с нетерпением новой встречи с тобой. Я утешил твоё самолюбие?       — Немного, — ответила Роза с неким пренебрежением. — Возможно, я больше потешала ваше самолюбие и необъятный эгоизм, сказав своему кавалеру, что не собираюсь спать с кем попало. Я права?       Эрик остановился, задумался. Роза встала перед ним и стала вглядываться в хитрое лицо. Тёмно-синие глаза заговорщически смотрели куда-то в сторону, и время будто бы сделало крюк, вернув их ровно на год назад, когда они прогуливались по ночному парку после бала.       — Да, — с улыбкой ответил Эрик. — Ты, главное, чаще говори такое.       — Какой же ты засранец! — вспыхнула Роза, закатив глаза.       — Продолжай, — кивнул Эрик.       — Двуличный, несносный, заносчивый, паршивый, бессовестный… — но продолжить гневную тираду дальше Розе не позволили.       Эрик прижал её к себе и впился в её губы страстным поцелуем. В руках Мейдона Роза медленно расслаблялась, теряла такие понятия, как время и место. И полностью отдавалась чувствам. Но Эрик внезапно отстранился.       — Напомни мне, кто тот умный человек, который сказал, что это единственный способ остановить всю прелесть женского красноречия, — и Мейдон снова легко коснулся её губ.       — Мартти Ларни, — мечтательно прошептала Роза с улыбкой, но тут же опомнилась, хотя убирать свои обнимающие руки не собиралась. — Отвратительный, подлый, лживый, негодный, нарцистичный, пошлый, тщеславный, самовлюблённый…       — Может, хватит меня оскорблять? — нахмурился Эрик.       — Чеширский кот, которого я полюбила, который всегда приходит на помощь, который не останавливается не перед чем, который сделал мою жизнь ярче и веселее, который украл моё сердце, — на одном дыхании произнесла Роза.       — А почему отрицательных качеств больше положительных? — и Эрик легонько ударился лбом о лоб Розы.       — Остальное заслужить нужно. И погоди! Как ты узнал, где я?       — Я всегда найду тебя, где бы ты ни спряталась, отыщу. Тебе от меня не скрыться. Привыкай, любовь моя. Ты от меня никогда не избавишься.       Но Роза вырвалась из объятий. Она оттолкнула Эрика и отошла на расстояние.       — Я узнала причину приступов, — ответила она, не поднимая глаз. — Понимаешь, мне всё труднее сдерживать себя. В смысле я перестала быть Богиней, утратила способность к перерождению, но я не утратила облик чаровницы и свой настоящий. Ты не должен отвечать, не должен быть со мной, если тебе это в тягость…       — О чём ты? — возмутился Эрик.       — Приступы случаются, потому что я… — Роза тяжело вздохнула. — Дело в том, что проклятье пало. Мы любили друг друга в прошлых жизнях, но были счастливы совсем недолго, были вместе недолго. Сейчас всё иначе. Ты можешь разлюбить меня, и в этом нет ничего плохого. Так бывает…       — Роза…       — Просто чтобы прекратились приступы, ты должен сказать, какая же я, — произнесла Роза. — Тогда всё закончится.       Эрик долго смотрел на неё. Вглядывался в лицо, в каждую чёрточку. Роза замерзала. Ей не было холодно от мороза, ей просто было страшно. Ноги онемели, руки не слушались, пальцы не гнулись. Она уже перестала чувствовать губы.       — Тот облик, который ты показываешь, не твой настоящий, — сказал Эрик, от чего Роза встрепенулась. — Этот облик Воительницы, Воровки Баст, Богини, но не твой настоящий. У твоей мамы, у Клео Маклейн, облик Богини не слишком отличается от повседневного, а у тебя все преображается. Твой настоящий облик унаследован от обоих родителей.       Роза не знала, что и ответить. Она сама недавно узнала, что то, какая она теперь, она ненастоящая. Наружу рвалась Роза-смуглянка. То, что было на острове – её обличье Богини, не более.       — Просто прими свой настоящий облик.       Вьющиеся каштановые волосы подхватил холодный ветер. Роза опустила взгляд и машинально поправила чёлку рукой. Кожа не была такой тёмной, как раньше, посветлела на несколько тонов, но в целом Роза осталась Розой.       Горячие руки обожгли замёрзшие пальцы. Роза вздрогнула. В испуге она уставилась на Эрика. Он улыбался.       — Думала, не замечу? — ласково спросил Эрик, притягивая к себе замёрзшую Розу в объятья. — К тому же мы уже об этом говорили. Говорили о том, что я тебя не разлюблю. Разве можно забыть чувства к человеку, с которым ты столько раз оказывался на краю гибели? — он продолжал говорить, пока нежно гладил Розу по волосам. — Наша прошлая жизнь теперь нас не потревожит. Сейчас главное – наша теперешняя жизнь, то, что ждёт впереди. И это мой выбор. Что скажешь?       — Тогда и мой тоже, — улыбнулась Роза, прижимаясь к теплу.       — Отлично, — ответил Эрик и взял замёрзшие руки Розы в свои ладони, — а теперь поспешим, иначе ты совсем окоченеешь. С какой радости ты так легко оделась?       — Я вышла подышать, — Роза отвернулась. — Откуда я знала, что ты сюда заявишься?       — Могла бы догадаться. У вас полный первый этаж парней. Знаешь, как я ревную?       — Перестань. Не такая уж я симпатичная, как ты считаешь.       — Так не только я один считаю, — говорил Эрик, подталкивая девушку к гостевым домикам.       — Откуда тебе знать? — продолжала возмущаться Роза.       — Я мысли читать умею. Забыла?       Они смеялись по дороге к коттеджу, а с тёмных небес падал пушистый белый снег.

Распахни ставни настежь! Я хочу искупать тебя в свете дня И наблюдать смотреть, Как лучи касаются твоего лица и тела. Я мог бы часами искать новые способы, Чтобы боготворить каждую минуту. И кажется, дневной свет жаждет тебя, Так же как я.*

*Роза и Тим цитируют диалоги из книги Терри Пратчетта «Мор, ученик Смерти». Тим за Мора, а Роза за Смерть. **Роза продолжает цитировать фразы из книг Пратчетта серии «Плоский мир». По сюжету избавление от монстров кочергой принадлежит внучке Смерти и дочери Мора – гувернантке Сьюзен. *«Crack The Shutters» («Распахни ставни») ирландско-шотландской рок-группы Snow Patrol.