Shadowhunters

[Эллисон — сумеречная охотница] — Мы скорее враги, чем союзники, — мягко напоминает Рафаэль Сантьяго, и Эллисон улыбается ему в ответ так легко и так непринужденно, что это не только удивляет вампира, но и настораживает. — Я знаю, — говорит она. — Но нам не обязательно следовать давно заведенной схеме. — Имеешь ввиду, «заносчивый охотник — жалкий обитатель Нижнего Мира»? — уточняет Сантьяго не без иронии. — Я не Джейс Вэйланд, — снова улыбается Эллисон, ничуть не задетая за живое. — Мое эго не соперничает по величине с солнцем, да и жителей Нижнего Мира я никогда не считала отбросами. — Как тебя тогда вообще угораздило родиться сумеречным охотником? — фыркает вампир. — Может быть, это кара за грехи прошлых жизней, — неопределенно передергивает плечами охотница, и они, переглянувшись, смеются вместе. Это странно, и даже необычно — на памяти Рафаэля Арджент первая из сумеречных охотников, кто ведет себя с ним открыто и на равных. Более того, она пришла в Дюморт и находится в гнезде вампиров не обнажая оружия. Она не сделала даже ни малейшей попытки прикоснуться к рукояти клинка, который покоился в ножнах на ее бедре. Она не боялась сама и не стремилась внушать страх ему. Это внушало уважение. Ну, и вызывало некоторые опасения, конечно. В сумеречном мире доверие — слишком большая и порой непозволительная роскошь. — Зачем ты здесь, Арджент? — вглядываясь в ее лицо в надежде угадать верный ответ благодаря мимике, Рафаэль почти не надеялся на честный ответ. — Мне нужна помощь, — просто ответила охотница. — Но на равных условиях. Я ищу честную сделку, в которой выгода и для твоего народа, и для моего, будет важнее перетягивания одеяла на себя. — Клэри Фрэй и Меч Душ, — мгновенно понимает, о чем речь, Рафаэль. — Значит, слухи, ползущие о том, что она способна активировать оружие, правдивы. — Совсем не обязательно убивать Фрэй, чтобы предотвратить катастрофу, — торопливо произносит Арджент. — Уверен, так оно и есть, — медленно говорит Рафаэль, и прибавляет холодно: — Но убийство — надежнейший способ. И так тебе скажу не только я, охотница. — Я гарантирую тебе место в Конклаве и право голоса, — обещает Эллисон. — Ты будешь не только слушателем, но и будешь услышанным. — Ты говоришь это от имени Конклава? — с сомнением уточняет вампир. — Потому что если нет, охотница, то наш разговор окончен, и меня ждет долгая ночь под полной луной. — Я говорю от имени Конклава, как официальный посланник, — подтвердила Арджент, выдержав тяжелый взгляд вампира. — Времена меняются, Рафаэль. Мы можем быть не только союзниками, но и друзьями. — Что ж… Мы проверим это, — решает вампир после недолгих раздумий. — Скрепим договор кровью? — с невинным видом предлагает Арджент, и Рафаэль не может не улыбнуться. Она ему нравится, черт побери.