Детские шалости и взрослые проблемы

Малахитовый Питон Сегодня я проснулась поздно. С кухни, как и всегда, тянуло Дусиным самогоном. Фу. Вот же поганая бабка. В общежитие столько этажей и крыльев, а она варит свою брагу именно на нашей кухне. Вот я сразу говорила ребятам — эта старушенция даст нам ещё просраться! Как в воду глядела, а?! Я с трудом нашарила тапки и, распахнув в комнате дверь, проползла по коридору, будто призрак отца Гамлета, шарканьем разметая пыль в разные стороны. Как я и думала, в общаге не было ни одной живой души. За исключением лишь вышеупомянутой Дуси, которая протирала полы. При виде меня она заверещала, аки пожарная сигнализация, мол, нечего тут топтаться, а быстро шуруй в школу. Ну да, сегодня ещё пока не выходной, а на часах уже час дня. Странно, что Дуся меня раньше своей шваброй не отметелила. Наверное, не знала, что здесь кто-то еще есть. Всё ещё не проснувшись, я тупо проигнорила её и продолжила свой путь на кухню. Вахтёрша что-то проворчала вслед, продолжая намывать одно и то же место, искоса поглядывая на меня. На кухне был полнейший хаос! Во всех пяти раковинах торчали самогонные аппараты, на полу валялась гора грязной посуды, а над помойным ведром уже кружил рой огромных волосатых мух. Зажав нос и обойдя чью-то блевотню у стола, я подобралась к холодильнику, но и там, кроме обглоданного бутерброда, дохлой мыши и записки «Элен, это тебе», ничего не было. Мдя, ну спасибо, любимые одноклассники. Схватив несчастный чёрствый кусок хлеба, смазанный маслом и с сыром сверху, я вновь «незаметно» прошмыгнула мимо Дуси в свою комнату, не забыв при этом разлить ведро с грязной водой и получить очередной удар по горбине. Жизнь-боль, однако… Дожевав кое-как противный миракло-гамбургер, я по-быстрому натянула одежду и с чистой душой побрела в школу. Вот только зачем — не знаю. Всё равно почти все уроки закончились. Неделя прошла, как кошмарный сон. Половина общежития то и дело сутками искала пропавших учениц. Мне, наверное, единственной не было до них дела. Ну, пропали, с кем не бывает? Вот Керрейнул на сорок три года пропала. Её даже уже похоронить успели. А тут всего неделя прошла. Да наверняка решили, как самые умные, где-нибудь отдохнуть от этой грёбаной школы. Молодцы, че сказать? Так и надо. Была бы моя воля, сама бы давно свалила из этого треклятого места. Эх, на последние два урока ещё успею. Вот только пройти бы ещё… Если мимо бабы Дуси пройти с грехом пополам незамеченным ещё можно было, то мимо дяди Стёпы — навряд ли. Этот шкаф, как и всегда, верно исполняя свою службу, торчал в дверях, стреляя взглядом в учеников, проходящих мимо него. — Пропуск, — монотонно потребовал он, делая вид, что меня не помнит. Я для вида покопалась в своем рюкзаке, заранее зная, что все равно ничего не найду. — Вы же знаете меня! — проскулила я, строя щенячьи глазки. Дело в том, что пропуск я давно где-то просрала. А в школу до этого времени ходила вместе с девчонками, поэтому трудностей ранее не было. — Пропуск, — вновь потребовал он. — Я его потеряла! Скоро восстановлю! — пролепетала я, пытаясь проникнуть внутрь. Дядя Стёпа не был бы дядей Стёпой, если бы просто так пропустил меня. — Пропуск. — Да заколебал уже! Пропуск-пропуск! Хер тебе, а не пропуск! — показывая фигу, воскликнула я. Дядя Стёпа с непринужденным видом пялился на меня, и мне казалось, что он сейчас не выдержит и треснет мне по башке. Но тут прозвенел звонок. Охранник на мгновенье отвлекся, и мне хватило времени, чтоб проскользнуть. — В гробу и белых тапочках я видала твой пропуск! — показывая язык опешившему Степану, прокричала я уже из-за угла и ринулась наутёк. Мало ли ему взбредёт в голову оставить свой пост и кинуться за мной. Что же у нас там должно быть по расписанию? Физкультура? Ох, ёпрст! К моему удивлению, школа была пустынна. Я типа не одна, что ли, прогуливаю? А, нет. Лишь из подвала доносились чьи-то голоса. Мужские и женские, они смешались в бурной, оживлённой беседе, и, вероятно, мало что могло их прервать. Хм, интересно, что они там делают? Я решила, что физкультура подождет, да и звонка на урок еще не было, и двинулась вниз по лестнице, ведущей к подвалу. Здесь… жутко воняло. Хотя это же подвал. Здесь возможно всё. — Что здесь происходит? — спросила я, остановившись позади столпившейся группы людей. Здесь был и наш класс, пфф, ну ясно. Все мигом на меня оглянулись. Твою ж, что с их лицами? — А это нам нужно у вас спросить, мисс Тира, — возникла внезапно кучерявая башка Шерлока. А этот тип чего тут опять забыл? — Меня? А я тут при чём? — удивленно уставившись на него, спросила я. Тут явно пахло чем-то жареным. Вряд ли бы на меня в таком случае накинулась пылающая огнём Искорка. — Как ты могла?! — кричала она, пытаясь сдержать слёзы. — Как ты посмела?! Ух ты, ёпт… Я уж думала, у этой ко мне никогда не будет претензий. — Да что я могла? — всё еще ничего не понимая, уставилась я на остальных. — Эшли и Шерон убиты, — спокойно ответила, сложив руки на груди, стоящая рядом Керр. Эшли и Шерон? Потеряшки? Да ладно вам! День Дурака уже прошёл! Харе меня разыгрывать! — Что за нелепица? Кажись, они и впрямь не шутили… — Не притворяйся! — возникла, как гром среди ясного неба, Лучик. — Шерон была убита редким ядом, который встречается только на твоей планете! Опять эта… И почему, когда происходит какая-то жопа, она начинает совать всюду свой длинный солнечный нос? — Да ты совсем?! — покрутив пальцем у виска, начала я. — Нахера мне их убивать?! Я их толком и не знала! Если бы кого и захотела убить — так это тебя! Да не просто бы убила, а попытала перед этим. Ну, честное слово — бесит она меня! — Это правда. Элен не могла этого сделать, — вступилась Натали, а следом закивали и Селия с Петти. — Конечно, ты будешь защищать эту мерзавку! — вновь вякнула Луч и на всякий случай встала около Драма. Я заметила, что когда она чувствует опасность, то вечно прячется за эльфом. Пфф, неужели она думает, что он её защитит? Да он ещё дохлее преподобного Луча. — А если она и Аделинду убила? — продолжила она. — Как ты на это посмотришь? Натали на мгновение опешила, как будто что-то вспоминая. Поганый Лучик! Убью, мразь! Вечно всех рассоривает! — Она не убивала её. Я ей верю, — всё же проговорила Натали и как-то тяжело вздохнула. — Да! Я ей тоже верю! Если бы она кого и убила, так это меня! Я главная заноза в её заднице! — проорала на весь подвал Петти так, что штукатурка со стен посыпалась. — А ты вообще молчи, тупая блондинка! Может, это ты их убила, а? — стала наезжать на Петт Лучик. Вот зря она это сделала. Только самоубийца вот так прямо попрёт на Петти. — Что?! Я тупая блондинка?! Ах ты, овца поганая! Сейчас я тебе покажу, кто тут тупая блондинка! Я уже представила себе прекрасную картинку, где на стенах и потолке развешаны внутренности Лучика. Но, к сожалению, моим мечтам не удалось сбыться, ибо всё это время молчавшая Чина вдруг подала голос. — Хватит орать! Устроили тут… балаган, — заметив охреневшие взгляды со всех сторон, уже тише проговорила она и нервно сглотнула. Довели чело… дракона до такой степени, что даже она уже не выдержала. А всё Луч! Вот чего она вечно суется? — Ладно. Я спокойна, — ехидно проговорила раскрасневшаяся от злости Лучик. — А как насчет неё?! Разве её не следует взять под стражу? Все взгляды вновь устремились на меня, и в данный момент мне хотелось провалиться сквозь землю. — Для начала я вам советую позвать вашего директора, — произнес крутившийся вокруг мёртвых тел Шерлок. — Не оставлять же всю эту красоту просто так. — Я схожу, — вздохнула Натали и, сочувствующе на меня посмотрев, скрылась на лестнице. Как же мне тоже хочется наконец скрыться ото всех. Не видеть эти осуждающие и ненавидящие взгляды. Урок давно начался. Но всем было не до этого. Учителя, прознав о случившемся, отправили всех учеников, за исключением тех, кто был здесь, обратно в общежитие. Дядя Стёпа всё же начал разыскивать меня. И когда, спустившись в подвал, узрел неприятную картину, тут же плюхнулся в обморок. Здоровый, а слабонервный. Дора и Софи еле от него Киру оттащили. Юная маньячка уже успела придумать, как применить его тело в своих личных целях. Керрейнул, сидя поодаль, успокаивала разревевшуюся Искорку. Джон, Алессандро, Адель и Алтон что-то тихо обсуждали, изредка кидая на меня косые взгляды. Петти уже чуть ли на стену лезла от долгого ожидания. А я тупо сидела на полуразвалившемся стуле и думала, что же со мной теперь будет. — Может, пока допросим эту убийцу, Шерлок? — язвительно промурлыкала Лучик. Блейд её пихнул в бок, но она продолжила докапываться до сыщика. — Я могу вам помочь. — Да заткнешься ты когда-нибудь, мелкая потаскушка?! — в этот раз не удержалась Селия. — Не сомневаюсь, что ты тоже в этом замешана! А иначе зачем заступаешься? Как же она меня достала… — Ну, всё! Моё терпение лопнуло! Не знаю, что на меня нашло, но больше не в силах сдерживаться, я запустила в Лучика кулак. Потом второй. Потом третий. А потом уже никого нельзя было удержать, ибо кричали, дрались и чем-то кидались друг в друга все, кому не лень. Краем глаза я заметила, как Холмс ретировался к двери. Селия стала впаривать Драму что-то про мозги и сопли. Кира, всё же подобравшись к бессознательному охраннику, начала отрезать от него куски кожи. Петти размахивала кулаками во все стороны, даже не задумываясь о том, в кого попадёт, в итоге и мне от неё пару раз досталось по челюсти. Чина, обернувшись в дракона, стала бегать по кругу за Кариной, а Слизняк верхом на ней, кричать «Мы все умрём!». Ворона, встав на колени и закрыв глаза, читала какую-то молитву и даже не обращала на весь переполох никакого внимания. А я продолжала дубасить визжавшую, как свинья, Лучика. Спустя десять минут… В подвале от пола до потолка густым туманом клубилась пыль. Старые книжные стеллажи, покореженные и разваленные, были расшвыряны по всему помещению, будто здесь прошелся торнадо. Помимо того, что здесь всё еще продолжали лежать два разлагающихся трупа в лужах застывшей крови, пол был усеян также чьей-то порванной одеждой, человеческой кожей и другими внутренностями. На одной из балок под потолком, болтая ногами, сидела Мариша и орала что-то вроде «Не троньте Кроули!». В углу, придавив своей тушкой с десяток человек, в истерике ржала Слизняк. Где-то под ней в одно горло с Кариной визжал Драм. В вентиляционном люке застряла чья-то задница и, судя по ее форме и размеру, она принадлежала Селии. Эту самую задницу с матом и руганью пытались вытащить Алессандро, Алтон и Джон. Ворона всё ещё читала молитву. У двери, глубоко вздыхая, со сковородой наготове стояла злая Натали. Рядом с ней — не менее злой мистер Антонио и прочая делегация. А посреди всего этого хаоса стояла я, придавив ногой трепыхающуюся Лучика, и делала вид, что ничего не произошло. Отчего-то вся эта «картина маслом» вызывала вовсе не возмущение, а смех. Стараясь не расхохотаться, я откинула ногой блондинку и пожала плечами. — А мы тут… плюшками балуемся. Как и стоило ожидать, после всего этого цирка меня тут же взяли под стражу. Замечательно! Я даже не стала сопротивляться, знала, что бессмысленно. Мне скрутили за спиной руки так, словно я была опаснейшая преступница. Впрочем, меня же теперь обвиняли в тройном убийстве, а также в покушении на убийство Лученарии Камиллы Солнечной. Сама охерела, когда услышала её полное имя. Обычно мы её просто Лучик звали, ну или Луч. Но тут меня чисто прорвало на ржач, да и не только меня. Маришу, кажется, вообще было не успокоить. Уж не знаю, как её привели в чувство, я этого не видела. Меня провели через всю школу в наручниках, благо не в цепях, и вывели на улицу, где яркие лучи солнца ослепили мне глаза. Потом — через весь город… За стенами школы уже вовсю кипела работа. Торговцы вставали за прилавок с первым лучом солнца, чтобы не пропустить ни одного клиента. Все куда-то спешили. Заприметив стражников, ведущих «особо опасную преступницу» по городу, все тут же уставились в нашу сторону. — Это же спикер Академий! — выкрикнул кто-то. — Что же она такое натворила? — Она убила своих соратников! — послышался до боли знакомый писклявый голос Луча. Видать мало я ей накостыляла. — Боги, как же жить-то теперь будем?! И так на протяжении всего моего шествия городу. Как было неприятно ощущать на себе все эти презрительные осуждающие взгляды и слышать оскорбительные выкрики горожан. Возле главных ворот Анесии нас остановила городская стража. Я не слышала, о чем там говорил один из стражников, что меня вёл. Я пыталась прислушаться, но грёбаный орк, второй стражник, всё время кашлял, чтоб его. Потом первый, не говоря ни слова, кивнул своему товарищу, и мы направились в сторону причала. Что они удумали? Тюрьма Монте-Милиса в другой стороне находится. Или меня ведут не в нее? Куда же тогда? Вскоре пост стражи на воротах Анесии остался далеко позади, а стены города растворились в утреннем тумане. Солнце медленно и величаво поднималось ввысь над черными кронами елей. Вскоре мы вышли на Ласточкин пляж. На пристани стояла лодчонка. Неужели Вертлен-Аркан? Нет, только не это… Это же тюрьма для смертников. Они это серьёзно? — Господа, объясн… — Молчи, заключённая! Тебе не давали слова! — толкнув меня, словно мешок говна, в лодку, прорычал стражник. Ну всё, гавнюк, выйду из тюрьмы — отомщу тебе второму. Первой, на твоё же счастье, достанется Лучу. — Попрошу не обращаться так с Хранителем, жалкий червь! — гордо вздёрнув подбородок, воскликнула я. — Скоро мы посмотрим, кто из нас жалкий червь, — ехидно оскалившись, произнёс он. — Луи, заводи мотор. Второй стражник завёл мотор. Впереди меня ожидала долгая дорога через Тёмную Границу до самой башни Вертлен-Аркан.