Невольница

— Доченька, милая, как же я по тебе соскучилась!  — Да матушка, я тоже очень скучала. — Девушка стойко терпела материнские объятия. — О чем же ты хотела поговорить, моя дорогая? — королева выпустила дочь из своих объятий и утерев глаза, присела на низенький пуфик возле камина. — Мой сын. Почему отец не разрешает мне его видеть? Он обещал! — Эмма теребила пояс платья, присаживаясь на подушку у ног матери. — Я не знаю, что он тебе обещал, но ты сама должна понимать, что никто знать не должен о твоем ребенке. — Белоснежка перебирала тонкими пальцами длинные светлые локоны дочери, которая положила голову на её колени, как часто делала в детстве. — Мама, да все равно репутация моя рухнула, замуж опозоренную и обесчещенную никто не возьмет. Я хочу сама растить своего ребенка. Отошлите нас в самый дальний замок, и клянусь, я вас больше не потревожу и не стану причиной очередного скандала, — ком вставал в горле, говорить было трудно, но пережить еще один день в тревоге за ребенка Эмма уже просто не находила сил. Вроде разум и подсказывал, что о Дэйве хорошо заботятся, но беспокойство нет-нет, да давало о себе знать. — Эмма, прошу тебя, успокойся! Ты принцесса и прекрасно знаешь — что прилично, а что нет, — несмотря на жалость, буквально раздирающую душу женщины, когда она слышала тихие просьбы дочери, голос не дрогнул. — Мам, — девушка подняла голову с колен и уставилась на Снежку. — А какая мне радость от того, что я принцесса? Я вроде могу абсолютно все, но это же не так. На самом деле я не могу абсолютно ничего. Почему простая крестьянка может спокойно растить своего ребенка, а мне отказано в этом? Неужели тебе совсем меня не жаль?       Королева просто не находила слов, чтобы ответить дочери. Она не могла не признать, что Эмма действительно в чем-то права. Сейчас решение мужа запереть их девочку в монастырь, а внука отдать в другую семью, чтобы забыть о том, что именно случилось, уже не казалось таким блестящим решением.

***

      Сидя на балконе, королева не обращала внимания на потрясающий вид, который открывался взгляду. Она даже иглой работала чисто машинально, стараясь привести мысли в порядок. Чем больше она думала, что делать в такой щекотливой ситуации, тем больше понимала, что и сама не хочет разлучаться с недавно обретённой дочерью. Если она будет молчать, то муж вне сомнений сошлет девочку в самый далекий монастырь, и отнюдь не на время, а с перспективой, чтобы она навсегда осталась там в качестве монашки.       Только от одного такого предположения Белоснежку пробивала дрожь. Эмма слишком молода и жизнерадостна для мрачной, скучной жизни в четырех стенах с компанией благочестивых монахинь. Безусловно, какое-то время принцесса сможет сдерживать свой характер и прикидываться, что глубоко раскаивается в своих поступках, но вот когда поймет то, что застряла там навсегда, неизвестно какое сумасбродство учудит.       Поджав губы и покачав головой, женщина отложила шитье и поднялась с кушетки. Расправив складки на платье, она решительно направилась в покои супруга, намереваясь серьезно поговорить с ним по поводу будущего их обожаемой дочери. Кажется, она надумала не самый плохой выход из ситуации. В конце концов, Эмма не первая высокородная девица, оказавшаяся в таком положении, да и, как склонна была думать королева, не последняя.

***

— Моя дорогая! — Дэвид оторвался от бумаг, которые внимательно читал до появления супруги. Поцеловав протянутую руку, он вопросительно глянул на Белоснежку, ожидая, пока она начнет разговор. — Я не отвлекаю от дел? — Снежка даже не стала присаживаться, быстро обдумывая, с чего именно начать. — Что вы, миледи, всегда рад вашей очаровательной компании. Я думаю, что даже знаю причину, которая привела вас сюда. — Дэвид улыбнулся. — Наша дочь. — Вы, как всегда, правы, дорогой муж. На девочку без слез смотреть невозможно. Она чахнет от тоски. Сегодня я была у нее и такой печальной не видела её ни разу в жизни. — Королева промокнула кружевным платком уголки глаз, утирая несуществующие слезы. — Я ни в коей мере не хочу осуждать ваше решение касательно её и нашего внука, — Белоснежка проигнорировала то, как супруг нахмурил брови при упоминании ребенка. — Но все же, может можно предпринять еще что-нибудь? Ссылка — это слишком жестоко для нее. — Женщина положила ладонь на плечо короля и простодушно улыбнулась, благодаря небеса, что у нее хватило выдержки все обдумать для начала, а лишь потом идти претворять планы в жизнь. — А есть еще какая-то альтернатива святой обители? Во дворце её оставить невозможно, отправить в отдаленное поместье вместе с ребенком тоже. — Дэвид глубоко вздохнул и взглянул в глаза жены. — Я сдаюсь, миледи. Рассказывайте, что вы придумали. За двадцать лет я прекрасно изучил ваши уловки. — Её нужно выдать замуж. Подыскать подходящего кандидата и сыграть свадьбу. Правда, поставить жениху кое-какие условия, но это уже по вашей части, и все мы окажемся в выигрыше.       Король, барабаня пальцами по столешнице, задумался над предложением супруги. Действительно, выход получался неплохой. Взвесив "за" и "против", Дэвид решил, что жена высказала вполне хорошую идею. Но, зная норов дочери, он сомневался, что она безропотно примет такое предложение и расцелует родителей от счастья. — Я тщательно обдумаю ваше предложение. А сейчас не будете ли вы так любезны оставить меня в одиночестве? Дела ждут моего внимания, миледи.       Белоснежка сделала реверанс и вышла из кабинета. Она была уверена, что муж согласится на замужество. Все же он до беспамятства любил Эмму, и разлука с ней тоже тяжким грузом лежала на его плечах.

***

      Принцесса лежала на кровати, разглядывая позолоченную лепнину на потолке. Ей до омерзения надоели собственные покои. Вот о чем она никогда не думала, так это о том, что будет скучать по своей маленькой каюте на Роджере. Как и по некоторым личностям из команды. Это оказалось откровением. Девушка печально улыбнулась, вспоминая все путешествие. Все же тогда жилось не в пример проще. От печальных мыслей и воспоминаний её отвлек шум открываемой двери. Не желая видеть посетителя, девушка повернулась на живот и уткнулась лицом в подушку, понимая, что выглядит это слишком по-детски.       Почувствовав руку на своем плече, Эмма раздраженно стряхнула её, не имея ни малейшего желания разговаривать. Но кряхтение рядом с ухом заставило её быстро передумать. Повернув голову в бок, она увидела мать, сидящую рядом и покачивающую маленького Дэйва. — Ты говорила с отцом! Он разрешил? — принцесса уселась на покрывале, поджав под себя ноги и протянула руки чтобы взять мальчика к себе. Но Белоснежка, к безграничному удивлению девушки, не спешила передавать ей малыша. — Погоди, милая. Для начала ты выслушаешь, что я тебе скажу, и только от твоего решения будет зависеть ваша судьба. Ты готова?       Эмма кивнула, догадываясь, какой разговор должен состоятся. И как бы не было тяжело, ей придется соглашаться на все условия, которые выдвинут родители. Они же хотят как лучше для нее. Наверное.