Невольница

      Семейная жизнь герцога и герцогини оставляла желать лучшего. Эмма сама не старалась наладить отношения, бывшие более чем прохладными с первой брачной ночи, а Нил, даже по прошествии двух месяцев, смотрел на супругу с глубоким презрением. Иногда разгорались нешуточные скандалы, чаще всего связанные с безнравственным поведением принцессы в прошлом. Супруг начинал лицемерно рассуждать, что оказал великую милость согласившись воспитывать бастарда, а не отличающаяся терпением и выдержкой Эмма в запале припоминала истинную причину его женитьбы. Она обещала превратить его жизнь в ад и делала это при малейшем удобном случае. Вспомнив недавний скандал, Эмма поморщилась от раздражения.        В то утро ничего не предвещало бури. За окном светило теплое солнце, а птичьи трели слышались очень отчетливо. Запах роз, растущих под окном столовой, был невыносимо пряным и острым. Эмма уже решила после завтрака выйти с ребёнком погулять в сад, но её одиночество нарушил герцог. Как всегда, безупречно одетый, если собирался идти по своим кредиторам. Только один взгляд на кислое выражение лица Нила заставил Эмму сердито вздохнуть — настроение начинало неумолимо портиться, если он делил с ней трапезу. Разговаривать им было не о чем. Они либо ели в такой тишине, что слышалось тиканье часов, висящих в простенке между окнами, либо все оканчивалось разговором на повышенных тонах. Поджав губы, принцесса хотела уже встать из-за стола, но супруг попросил составить ему компанию. Недоумевая, Эмма осталась сидеть на месте, подозрительно разглядывая слишком оживленное лицо Нила. Чем было вызвано такое внезапное дружелюбие долго гадать не пришлось… — Прекрасный день, миледи. Вы слышали последние новости? — герцог так и сиял, наливая себе вино. — Как бы я их услышала, милорд? Я все еще под замком и вследствие этого до меня доходит прискорбно мало вестей. Но судя по вашему виду новости и вправду добрые, — Эмма улыбнулась и глядя в глаза мужа спросила самых ласковым голосом, на который была способна. — Вы рассчитались со всеми долгами? — Эмма, — прищурился Нил, сжав в руке бокал и буравил ее тяжелым взглядом. — Вы забываетесь. Выслушайте меня, а затем уже давайте волю своему остроумию.       Она инстинктивно напряглась после этих слов, но вопреки ожиданиям герцога взгляда не отводила. Эмма только стискивала салфетку и гадала, что именно сейчас услышит. — Из тюрьмы сбежал преступник, приговоренный к казни, — он произнёс это таким тоном словно сам лично помогал готовить побег. — И какая же это хорошая новость? — испугалась принцесса. — А если он окажется поблизости от поместья? Вы подумали, что в доме маленький ребенок? — Эмма лихорадочно задавала вопросы, стараясь не думать, что у Джонса все получилось. — Прекратите, миледи, — поморщился мужчина и со стуком поставил уже пустой бокал на поднос. — Вы же прекрасно знаете о ком речь. Можете удивиться, но я знаю о вашей бурной жизни до замужества… Причем знаю достаточно много, — выделяя последние слова произнес он. — Тогда я не понимаю вашей радости, любезный муж. — Эмма вспыхнула. — И когда же свершился побег? — она хотела примерно прикинуть, когда ожидать Киллиана. В том, что он примчится в ближайшее время, она и не сомневалась. Ей была отведена не самая важная роль в грандиозном плане. Только лишь выкроить немного времени, чтобы все подготовить. — Больше месяца назад. Буквально через неделю или две после нашей свадьбы, — герцог с удовольствием смотрел как поникли плечи супруги после его слов. Налив еще вина, он продолжил: — Если вы все еще продолжаете питать иллюзорные надежды, то сейчас самое время их развеять. До конца дней своих вы останетесь моей женой. — Он неторопливо пил, смакуя каждый глоток и наслаждаясь отчаяньем Эммы, так явственно проступившем на лице. — Если это все, что вы хотели рассказать, то может я могу удалиться в свои комнаты? — она взяла себя в руки, не желая доставлять Нилу удовольствие долго любоваться эффектом, что произвели на нее новости. После свадьбы прошло около двух месяцев, неужели Джонс и правда забыл о ней? — Конечно, — милостиво разрешил супруг.       Вспомнив весь тот разговор, Эмма едва не выругалась. И как её могли выдать за такого низкого человека? Она с беспокойством отсчитывала дни. Третий месяц был на исходе и по нескольким признакам, о которых узнала в гареме, она поняла, что вновь ждет ребенка. Это без сомнений станет прекрасным сюрпризом для Джонса, если он приедет. Эмма усмехнулась, представив его лицо после сногсшибательной новости. Но это были лишь мечты. Он задержался почти на три недели и надежда встретиться с каждым днем становилась все меньше. А злорадствующий герцог вызывал стойкое желание плюнуть ему в лицо. Но она сдерживала свое раздражение, стараясь совсем избегать встреч и разговоров. Каким-то чудом это удавалось. А сейчас и вовсе был рай. Хозяин и повелитель отбыл на охоту в соседнее имение на несколько дней, оставив жену дома под неусыпным надзором.       Эмма была рада этой передышке. Она позволила себе уделять сыну больше внимания, почти освободив старую нянюшку от работы. Дэвиду было уже почти полгода, и он с удовольствием пытался изучить свою комнату. Правда, дальше расстеленного поверх ковра одеяла Эмма его не пускала. Но самое счастливое время для них наступало вечером, когда Эмма купала сына. Он хлопал от радости в ладошки и разбрызгивал воду во все стороны, а она, напевая, тихонько мыла его.       Вот и сегодня, она укладывала Дэйва спать после обеда, покачиваясь в кресле-качалке. В детской царила тишина, изредка нарушаемая причмокиванием да скрипом половиц. Эмма и сама начала задремывать, но негромкий стук в дверь быстро её разбудил. Аккуратно уложив малыша в колыбель, Эмма дала разрешение войти. На пороге стояла горничная. Девушка, как могла избегала взгляда принцессы и хриплым шепотом сказала, что миледи ждут внизу. Очень срочно.       Она была готова ко всему, но увидев искалеченное тело мужа, лежащее на носилках, едва не потеряла сознание. Собрав все свое самообладание, она повернулась к мнущемуся у окна груму. Парень тискал в руках свою шапку и не осмеливался поднять взгляд на Эмму. — Миледи… — начал он и замолчал, не зная, как рассказать о трагедии женщине, которая смотрела в его лицо стеклянными глазами. — Продолжай, Питер, — Эмма не узнавала свой голос звучащий так спокойно.       Парень сглотнул и продолжил: — Его Светлость взял с собой на охоту нового коня. Того самого, что подарил ему Его Величество по случаю свадьбы. Я пытался его отговорить, ведь неизвестно какой норов у этой животины. — Питер зарделся и прикусил язык. — Простите, миледи — само вырвалось. Мы уже подъезжали к дому, когда лошадь ни с того, ни с сего понесла. Герцог пытался остановиться, но тщетно. А затем он пропал из вида. Мы как сумасшедшие кинулись за ним и обнаружили в двух часах езды от поместья. Уж не знаю, как Его Светлость оказался под тушей, но уверившись, что он еще живой, соорудили носилки из подручных средств и повезли его сюда. Уж старались как можно аккуратней и тише ехать, чтоб милорду хуже не стало. — Парень замолчал и тер шапкой выступивший на лбу пот. Он понимал, что косвенно являлся причиной трагедии и боялся потерять свое место. А еще ему страшно было смотреть на герцогиню. Питеру мнилось, что женщина, увидевшая своего мужа при смерти, должна рыдать или рвать на себе волосы, но не молчаливо глядеть в одну точку, сжимая кулаки. — Спасибо, Питер. Ты свободен. — Эмма отпустила парнишку кивком. Он не стал долго ждать и со всех ног кинулся в конюшни. — Руби, будь добра, приведи лекаря и священника, уж не знаю, кто понадобится милорду в первую очередь.       Служанка не заставила просить себя дважды и тут же убежала из комнаты.       Эмма, оставшись в одиночестве, вглядывалась в искаженное болью лицо Нила. В глубине души она очень хотела, чтобы ему действительно понадобился священник. Дышал он хрипло, поверхностно, сражаясь за каждый глоток воздуха. Нет ничего проще, чем прекратить его мучения. Она тут же одернула себя, с ужасом поняв, что на какое-то мгновение задумалась о том, как лишить супруга жизни. Момент был упущен и она приготовилась ждать вердикта.       Лекарь, осмотрев герцога вынес не утешающий прогноз. Если он выживет, то никогда не поднимется с постели. Но вероятнее всего, он умрет. При всем своем мастерстве, лекарь волшебником не был. Он вообще не мог взять в толк, почему Нил еще отчаянно цепляется за жизнь.       Эмма выслушала все это с каменным лицом. Доверив мужчину прислуге и разрешив действовать по своему усмотрению, она покинула комнату. Ей предстояло начать вникать во все дела поместья, а это, зная размеры долгов супруга, было нелегкой задачей. ***

      Принцесса с наслаждением расслабилась в ванне. День был откровенно тяжелым. Несколько кредиторов, узнав, что Нил при смерти явились немедленно требовать уплаты долгов, потрясая расписками и закладными. Она сама разговаривала с ними, заверив, что как только возьмёт все в свои руки, так сразу начнет выплаты. Ей не особо поверили, но пререкаться с принцессой было себе дороже. Буркнув на прощание, что, дескать, пойдут жаловаться королю, мужчины покинули дом. Затем она направилась к мужу, чтоб справиться о его состоянии и полчаса ему почитать. От работы сиделки она отказалась. В конце концов у нее есть маленький ребенок, которому можно уделять свободные минуты. Лекарь не настаивал, но провожал её недобрыми взглядами, когда она уходила, не проронив ни одной слезинки.       Свои горести она выплакивала ночью, уткнувшись в подушку и оплакивая крушение надежд. Герцог был прав. Киллиан так и не явился к назначенному сроку и ей оставалось только молиться о скорой смерти мужа. Тогда её второй ребенок унаследует титул, а она проживет тихую, спокойную жизнь. При этой мысли ей послышался похоронный звон. Спокойная жизнь… Разве она сможет жить в этом поместье, растя детей и разводя лошадей, после всех испытанных приключений? Но к утру слезы высыхали, и Эмма списывала перепады настроения на скорое материнство.       Не так давно, она отправила родителям письмо о постигшем герцога несчастье, ответ почему-то задерживался, хотя Эмма ожидала его с нетерпением. Может, отец разрешит навестить их с матерью? Так, занятая тяжелыми мыслями она принялась мыть голову, прогнав всех служанок. Все же, пока она скиталась по кораблям научилась обслуживать себя сама. Закончив мытье, она завернулась в теплую простыню и села у камина суша волосы. Вновь вспомнив Джонса, она зажмурилась и помотала головой прогоняя картинку перед глазами. — Миледи, можно? — служанка застыла за дверью. — Случилось что-то срочное? — сердце Эммы пропустило удар. — Да, миледи. Прибыл гонец от вашего отца. Сказал какое-то срочное послание и его нужно обязательно передать лично вам в руки. — И куда же его проводили? — Эмма со вздохом поднялась и направилась к гардеробной. — В Ваш кабинет. — Служанка подняла сброшенную на пол простынь и присела в реверансе. — Вам помочь, миледи? — Да, конечно, — Эмма доверила себя ловким рукам девушки.       Прошло не менее получаса, когда она в простом темно-синем бархатном платье спустилась в кабинет. Приняв самый величественный вид, она едва не вскрикнула, увидев знакомые голубые глаза с привычной наглостью оглядывающие ее с головы до ног. — Срочное послание от короля. Велено передать вам лично, Ваше Высочество. — Спасибо, — пролепетала Эмма и взмахом руки отослала служанку. Как только закрылась дверь, она оказалась в объятиях Джонса. — Знаю, что опоздал, милая, но чуть позже расскажу все, — сказал он, прежде чем припасть с поцелуем к её губам.