Глава 2.
29 мая 2016 г., 20:58
— Билл, привет, — бросил два слова на барную стойку Мэрилин. — Мне как обычно, не поджигать! — почти как командир приказал он, имея в виду абсент.
Бармен взял стакан в сто грамм, плеснул ровно половину болотно-зелёной жидкости и толкнул его в сторону своего постоянного посетителя. Аромат напитка пронесся перед носом спящего на барной стойке Сары Ли Лукаса тонкой струёй, будто божественный запах прекрасного цветка, дурманящего разум и сознание. Но Брайан ещё не знал, кто на самом деле этот человек. Пока ещё это был совершенно обычный парень, который провел в этом заведении не менее трёх суток. По крайней мере так казалось Уорнеру.
***
— Твою ж мать! Хули ты тут делаешь? Как-же ты меня заебал! — Рявкнул Мэнсон, увидев лицо этого «не знакомого парня», находясь немного в опьяненном состоянии. Ну как «немного»… в хлам. Ну, а что же сказал Лукас? Да ничего он не сказал, пьяный был. Ему уже всё равно, что над ним Брайан мечет молнии. Далее дверь распахнулась. Полный восторга Джинджер влетел в здание и, не успев дойти до того места где стоял его новый работодатель, он уже почувствовал ледяное прикосновение Брайана, который своими до жути холодными руками сжал чужое запястье. Мэнсон тащил его в туалет. Заломав Фишу руки за спину и прижав его головой к холодному кафелю на стене, Уорнер постарался закрыть ему рот. Он принял удобную для себя позу, стянул штаны сначала с Джинджера, потом с себя и стал обрабатывать член своей вязкой и липкой слюной. Вокалист взял ударника за бёдра и резко вошёл, не став разрабатывать анальное отверстие ударника. В Мэрилине уже играл мучитель в свои ужасные игры, а в душе были уже не просто черти, а демоны. Как правило, мучителю постоянно хочется кому-нибудь сделать также больно. Да что там «хочется»… Мечтается и грезится… Кеннет слегка постанывал в то время, как ему хотелось драть глотку. Уилсон не понимал чем он провинился и почему с ним так обошлись. А вернее сказать, обошёлся. Мэнсон же был как садист, он то замедлял темп и придавал нежность и отчётливость своим движениям, то ускоряясь, то грубея. Ему нравилось так играть с малюткой Кенни давая хотя бы небольшую надежду на возможный конец, следом забирая её… Всего пара движений и Уорнер окончил композицию действий и манипуляций. Оставшись довольным собой, Мэнсон отпустил своего мученика. Фиш съехал по стене вниз. Он был как кукла, а его стеклянные глаза смотрели в пустоту; ему не было ни больно, ни обидно. Ему было и хорошо, и страшно одновременно. В данный момент над этим парнем можно было снова надругаться…***
«Мы у тебя дома… Джорди» Такая записка ждала Мэрилина в студии. — Сука, — бросил вокалист сам себе. Он взял игрушечную обезьяну, сидящую на кресле, которую они часто использовали на концертах, после чего в его руках вместе с этой самой обезьяной оказалась и бутылка коньяка…***
— Господа-хорошие, почему перед начальником не в трезвом состоянии? — царственно бросил Мэрилин, зайдя к себе домой. — Ну, почему же не трезвые? — пробубнил Джорди. — Да потому, что когда я по бульвару шёл, чувствовал запах твоего перегара! — с ухмылкой сказал Мэнсон. — А я вам нового собутыльника привёл, — продолжил он после недолгой паузы и кинул Джорди в лицо маленькую плюшевую обезьяну, которую он взял в студии. — Оп, тебя-то мне и не хватало, — с радостью в голосе произнёс Твигги, усадив игрушку рядом с собой на столе, поставив перед ней рюмку с коньяком. — А где остальные… подобные сему чудному созданию? — спросил Брайан, указав на обезьянку. — Если ты зайдешь в соседнюю комнату, мой юный друг, то ты увидишь…, а ладно иди уже, смотри, — с некой интригой ответил Рамирес. — В добрый путь, — опрокинув одну рюмку, сказал Уорнер. Зайдя в комнату и слегка прикрыв за собой дверь, Мэрилин усмехнулся: — О-о-о, посмотрите, блять, картина маслом. В этой комнате на диванчике Мэнсон увидел лежащего Пого с удовлетворенным видом. Скинхенд стонал, а перед ним на коленях стоял полуголый Дэйзи с членом Стефена во рту, двигая головой вверх-вниз. Естественно, вокалисту сразу было понятно, чем они тут занимаются. Не заглядываясь на данный процесс, дабы не стеснять двух приматов, фронтмен кинул ключи на стол и вышел из комнаты. — Ну как? — такими словами встретил Твигги выходящего из комнаты Мэрилина. — Отвратительно, — заключил Уорнер. — Не думал, что Пого может трахаться ещё с чем-то кроме… мебели. — Разве Дэйзи не мебель? Молчит, сидит, вообще не двигается, — пожал плечами басист. Мэнсон тоже пожал плечами. — Мне тоже налей… Таким образом и закончился день у основного состава группы.***
Кеннет собрался с силами, поняв, что с ним произошло за один день. А точнее: 1. Новая работа. 2. Новые друзья. 3. Новый имидж. 4. Новая ориентация. 5. Сжигающая боль в районе пятой точки. Он встал, вышел всё из того же туалета и поплёлся к барной стойке. Выпив три рюмки текилы, ударник вышел из бара. На улице царили сумерки. Он заказал такси, поняв, что с трудом может передвигать ноги, и поехал по единственному знакомому адресу в этом штате. То есть, к Тренту Резнору. Барабанщик сидел в автомобиле и следил за тем, как быстро меняются картинки за окном. Он думал, что кто угодно и что угодно может причинить ему вред, если человек, с которым он был знаком всего пару часов, смог изменить его ориентацию, сделать больно, приятно и страшно за двадцать минут. Уилсон гипнотизировал водителя своими огромными зелёными глазами даже не смотря на то, что тот не обращает на него внимания. Он внимательно следил за дорогой. По крайней мере, он делал вид, что внимательно следит за дорогой, чтобы человек, находящийся с ним в одной машине за рулём не смог ему навредить. Кеннет понимал, что что-то от него уползает, и замечал, как стремительно он теряет хватку. Парень засыпал.***
— Подъём, подъём, хватит дрыхнуть, — закричал Мэрилин. — Не вопи, — в один голос крикнули трое мужиков, — Брайан, будь человеком, дай поспать! — Сука, я же просил меня так не называть, — он сделал паузу. — Кстати, господа, я не понял, где радостные детские вопли: «Папа-Стив, смотри, мама-Берковиц протрезвел!» — Уорнер, мудак, я же тоже просил не называть меня Стивом, — сонно вымолвил Пого. — Я не думаю, что мои дети будут называть меня мамой, тем более по псевдониму, — недовольно сказал Дэйзи. — Я вообще не думаю, что у тебя дети будут, — пошутил Мэрилин. — Ублю… — Всё, заткнись! — прервал Мэрилин. — Господа, а кто ответит мне на вопрос? — после долгой паузы произнес Пого. — Где наш барабанщик? — А что? — спросил Твигги. — Тебе уже кроме наших мозгов ещё чьи-то трахать надо? — Нет! — драматично сказал Стефен. — Новый город, новые улицы, он мог и заблудится. В этот момент у Мэрилина по спине прошел холодный пот, ему стало страшно от понимания того, что произошло. А вдруг Джинджер реально потерялся, или сделал что-нибудь с собой? Пока в голове у Уорнера крутились эти мысли, Кеннет спокойно спал дома у Трента, а шайка-лейка, находящаяся когда-то рядом с ним, отправилась искать барабанщика.***
— Заметили как Мэнсон заволновался? — спросил Дэйзи, когда Мэрилин побежал в тот самый бар, где оставил ни в чём неповинного ударника.
