Лёд и кровь +38

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Warcraft

Пэйринг или персонажи:
рыцарь крови, маг, охотник, чернокнижница из КФО; Кольтира и другие рыцари смерти; эпизодические Этас, Тассариан, экипаж "Молота Оргрима", Тирион Фордринг, Король-лич и прочие...
Рейтинг:
R
Жанры:
Ангст, Драма, Фэнтези, Экшн (action)
Предупреждения:
Насилие, ОМП, ОЖП, UST, Смерть второстепенного персонажа, Элементы гета
Размер:
планируется Макси, написано 283 страницы, 43 части
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
«Выжало слезу и вынуло душу! » от Shadowmourne
«С благодарностью за все =З» от С.Ель
Описание:
Идет Нордскольская кампания. Пути многих героев переплелись на северном континенте. Один из них предстоит пройти рыцарю крови из Кель'Таласа - совсем еще юной эльфийке, то ли ищущей возмездия, то ли бегущей от своего горя.

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию

Примечания автора:
Сейчас я пишу две работы параллельно. Главы выходят поочередно, возможно из-за этого время между выкладками увеличится. Но фик не заброшен, даже не думайте =Ъ
По-прежнему рада отзывам и любой критике.

Страница вк с картинками и не только https://vk.com/public137838084

30. Дочь портнихи

22 февраля 2017, 16:23
      В размеренном стуке кузнечных молотов было что-то успокаивающее. Странно говорить подобное о таком месте как Мрачный Свод, но Эллана будто вернулась в дом к хорошим друзьям, где ей всегда окажут поддержку. Даже несмотря на опасность стать упырем.
      — Как тебе? — спросила Сэльвана, затягивая на рыцаре крови ремни новой кирасы. — Эти доспехи прочнее твоих старых. Вес должен быть примерно тот же — я сделала пластины чуть тоньше, чем на наших. Короче, если где-то давит или жмет — говори сейчас, ковала по памяти. Ко всему остальному привыкнешь.
      — Да, вроде, ничего, — Лана поводила плечами, на которых седая эльфийка только что закрепила наплечники. Сделала пару шагов, резкий вымах, как если бы была с оружием. Попробовала кувырок с перекатом, испортив мелодию кузни громким лязганьем. — Спасибо, что не наклепала шипов.
      — Видела, как ты ведешь себя в бою. Скорость и гибкость. С таким стилем доспехи должны быть второй кожей, — сказала Крыло Ветра и подала ей шлем: обруч из темного металла с забралом и боковыми щитками, прикрывающими только виски и скулы. — По образу и подобию ваших. По-моему, непрактично, уж лучше вообще без него. Но тебе виднее. Возможно, обруч нужно ужать.
      — Как влитой.
      Сэльвана самодовольно хмыкнула.
      — Лучший бронник по нашу строну баррикад.
      — Нет, — фыркнул отрек, выбивающий гравировку на мече за ближайшим верстаком.
      — Иди в жопу, — огрызнулась эльфийка и посмотрела на Лану в саронитовой броне уже критически. — Как вас угораздило?
      Та пожала плечами. Ей не хотелось рассказывать в красках, как это было.
      — Костяные драконы очень быстрые… Передай от меня благодарность Дартаниору. Если бы я не знала про «средоточие» в грудной клетке, так и била бы по черепушке. И за вино с яблоками тоже спасибо передай.
      Сэльвана то ли фыркнула, то ли поперхнулась чем-то — эмоция для нее явно была непривычной. Прикрыв искривившиеся губы ладонью, она прочистила горло и кивнула с прежним отсутствующим выражением на лице.
      — Скорей бы этот индюк собрал свою Снежинку-два.
      — Его нового дракона зовут Крыло Вихря. Не в твою ли честь? — снова поддел Отрекшийся, откровенно скучая.
      — Да хоть Клинок Могрейна в честь Могрейна. Тебе делать нечего, Грегор? Я тебя на кости разберу и скормлю Гнилапу Имхадрии.
      — Тебя весело злить, — ответил кузнец и сипло захихикал.
      — Меня окружают идиоты, — констатировала Сэль. — Ладно, раз править ничего не надо, пошли.
      Они вышли из кузницы и направились по знакомому коридору во двор крепости, где подальше от всякой нежити Лана привязала дракондора. Теперь — практически ее личного. При приближении стало видно, что летун, несмотря на предосторожности, все же волнуется. Причина выяснилась тут же: рядом с ним ждала немертвая дренейка с оседланным костяным грифоном. Они с Элланой молча обменялись салютами, и рогатая женщина ушла, передав поводья рыцарю крови. Эта птица предназначалась Кольтире. Ни один живой зверь, даже вышколенный для войны с нежитью, не потерпел бы его на себе.
      — И как ты это до дирижабля потащишь? — осведомилась Сэльвана.
      — Полечу на грифоне. Дракондора поведу голосом.
      — С КельʼДанаса, что ли? А… — эльфийка вспомнила специфичную саблю Элланы и невольно скользнула взглядом по перевязи, на которой теперь крепились ножны с грубым орочьим мечом. — Так себе замена. Но оружие тебе в Мрачном Своде не скуют. Не для живых такое оружие. Да и броня, по-хорошему, тоже. Но Ткачу Смерти виднее, — она дернула плечами. — Передай ему, кстати, от меня, что попадать в плен — плохая привычка.
      — Обязательно… — пробормотала Лана, отчего-то смутившись. Ей чудилась непонятная насмешка во взгляде немертвой, хотя ни одного намека к тому в выражении ее лица и голосе не было.
      — Бывай, — Сэль махнула рукой. — Из Мрачного Свода мрачных вестей не поступит, как говорится.
      Обратный путь занял всю вторую половину дня. С тех пор, как Черный Клинок закрепился, небо в этой части ледника стало относительно безопасным для одинокого путника. Из вражеских укреплений — лишь Алдурʼтар, подвергающийся перекрестным нападениям из Мрачного Свода и с воздуха, со стороны «Укротителя Небес». Ледяные змеи, к счастью, не забирались так далеко на восток. Считалось, что после потери сразу трех тварей в долине Эха Король-лич берег их, не отпуская далеко от Цитадели.
      По прилету Лану встретила, как ни странно, компания орков из десантного отряда, среди которых была и Ажика.
      — На вылетах недостаточно носы морозили? — спросила эльфийка, передавая дракондора на попечение конюшего.
      — Нету вылетов, — откликнулась Яростная. — Командиры что-то мутят, говорят, скоро в бой двинем. Только Черный Клинок сперва что-то сделать должен.
      — То, что не удалось сделать нам вдвоем, вероятно, — предположила Эллана. — Тогда нас вскоре ждет штурм Мордʼретара.
      — А ты, я смотрю, про мертвяков знаешь много, — неприязненно заметила другая женщина. — Сама уже на них похожа. Что, обещали поднять, когда, наконец, шею себе свернешь?
      — Давно по зубам не получала, Дагра? Отвали от нее, — ощетинилась Ажика.
      Лана с показным равнодушием пожала плечами.
      — Пусть говорит, что хочет. Нам не в одном строю сражаться, — сказала эльфийка и потянула костяную птицу к спуску на нижние палубы. Яростная увязалась за ней.
      — Они недовольны, что тебе якобы поблажек больше, — проворчала она негромко. — Услышали, что капитан собирается тебя в увал отправить и выплатить жалование за два месяца.
      — Мне нужен новый щит, — просто сказала Эллана.
      — В общем, вы с твоим мертвяком завтра летите.
      — Ажика…
      — Ладно, с твоим рыцарем-некромантом, — усмехнулась орчиха. Лана покосилась через плечо на ее глумливую физиономию и решила, что требовать чего-то иного бесполезно. Только головой покачала.
      — Амулет, я смотрю, будь здоров у тебя жарит, — сменила тему воительница. — Даже просто рядом идти тепло. Мне перечаруешь?
      — Если ты мне доверяешь. Мне несложно.
      — Глупые разговоры после всего, что случилось, — широко улыбнулась Ажика. — На.
      В итоге вечер у Элланы был занят неспешной работой по распутыванию и плетению наново чар в кристалле армейского согревающего амулета. Соседки по кубрику на нее косились. Впрочем, они и без того косились, ведь ее возвращение из альянсовского плена стало самым громким событием последних дней. Яростная разбила нос кому-то, вздумавшему ляпнуть что-то про перевербовку. Хотя Лана считала эту версию донельзя глупой, стоило только вспомнить, в каком состоянии снял ее с рассыпавшегося грифона Кольтира. Как ей было стыдно потом, когда они с Ажикой в четыре руки ее растирали, и какое счастье, что из-за влитой в пустой желудок стопки орочьего самогона, помнилось это лишь обрывками. Скоро, Лана надеялась, сам факт их позорного плена забудется и другими, а те, что косятся сейчас на ее странные манипуляции с камнем, может быть, попросят оказать аналогичную услугу и им. Эльфийка была не против такого поворота. Работа ей нравилась, и найдись материал и инструменты, она бы с нуля огранила камней на амулеты всей команде, куда лучше, чем то, что они носили сейчас.

      А Даларан, куда она с командиром отправилась на утро, совсем не изменился. Те же трепещущие, будто флаги на ветру, дракондоры на Площадке Краса, озабоченные вербовщики и скучающие горожане, убеждающие себя, что война с нежитью их не коснется, но нет-нет — да поглядывающие на тающий в розовом небе зловещий силуэт Цитадели у самого горизонта.
      — Мне нужно к нашему броннику, — сказал Кольтира. — Это займет пару часов. После мы идем к кузнецу. Я сам подберу тебе меч.
      — Я думала только о щите… — девушка покосилась на новые ножны.
      — Это не оружие, — скривил губы Ткач Смерти. — Это заточенный кусок железа. Не перечь.
      Лана пожала плечами.
      — Я собиралась к чарователю и портному.
      — У тебя есть время до полудня. Где тебя искать?
      — В лавке Стефано на Ремесленной улице, — припомнила эльфийка. — Думаю, я буду еще там.
      — Хорошо.
      — Вообще, мне показалось, Сэльвана обиделась, что ты не обратился к ней.
      — Она никогда не ковала на меня, — равнодушно ответил рыцарь смерти. — Два часа, Птичка. Столько займет подгонка и гравировка. Не теряй времени.
      Эллана угрюмо глянула ему вслед. Кольтира снова вел себя как ледяной столб, каким увиделся при первой встрече. С тех пор этот образ успел изрядно порушиться его неожиданными фразами, поступками, скупыми выплесками эмоций в минуту слабости. За стеной равнодушия, за механическими движениями и почти неподвижным мертвым лицом Лана привыкала замечать редкие проявления живой души. Пусть и говорили, что у рыцарей смерти ее нет совсем. Лед трескался. И еще два дня назад ей показалось, что их отношения становятся немного теплее, немного доверительнее, чем просто командир и его девочка на побегушках. Но, похоже, лишь показалось.
      Стоило бы устыдиться подобных мыслей, недостойных рыцаря и солдата Орды. Но Лане стыдно не было, ей было обидно, гораздо более обидно, чем допускал это здравый смысл. С этой обидой эльфийка отправилась по собственным делам, поручив дракондора смотрителю стойл.
      Портняжная лавка Доминик Стефано некогда слыла местом очень элитарным и престижным. Но войны не щадили никого, и пусть горожане делали вид, что жизнь в Даларане не меняется, месяцы осады серьезно ударили по торговле и обывательским кошелькам. До сих пор прежние клиентки не спешили наперебой заказывать пошив вечерних туалетов, и хозяйке модного ателье пришлось брать в том числе работу для армии, чтобы не прогореть. Эллана выбрала ее именно потому, что Стефано заказами завалена не была, и тут был шанс управиться быстро, пусть и немного переплачивая. Свои новые доспехи эльфийка оставила у зачарователя на соседней улице. В ателье с девушки быстро сняла мерки сама хозяйка, обещав подогнать два комплекта повседневной одежды точно по фигуре и ушить ее стеганку, выданную на корабле, самое большее — за полдня. Подумав, Лана купила к этому еще плащ тонкой вязки, почти как ее прежний. Амулеты амулетами, но иногда просто нужно было спрятаться под темным капюшоном.
      Смешливая хозяйка скрылась в задней части дома, за прилавком остался сидеть ее немногословный муж, а эльфийка в обнимку с новым плащом застыла посреди зала, раздумывая, как ей скрасить часы ожидания и не разминуться с командиром.
      — Понравилось платье? — ворвался в ее мысли девичий голосок. Эллана обернулась. Из-за резных перил деревянной лесенки, ведущей на жилой этаж, на нее, присев на коленки, смотрела человеческая девушка. Нос и щеки ее украшала яркая россыпь веснушек, глаза теплого янтарного оттенка смотрели с любопытством. Лана плохо разбиралась в людской внешности, но сходство этой девицы с рыжей хозяйкой лавки угадывалось, а отсутствие морщин позволяло дать раза в два меньше лет. Дочка.
      Эльфийка перевела взгляд на манекен, перед которым ее угораздило задуматься, и оценивающе посмотрела на платье. Оно было длинным, в пол, и, пожалуй, пришлось бы ей по росту. Глубокий синий цвет разбавляли мятные вставки, а узкие рукава, подол и удивительно скромное для нынешней моды декольте украшала вышитая золотой нитью филигрань.
      — Красивое, — согласилась Лана.
      — Хочешь примерить? — девушка в момент оказалась рядом и уже заглядывала эльфийке в глаза, улыбаясь во весь рот.
      Эллана замялась.
      — Боюсь, я для него недостаточно чистая…
      — А что, вы в армии не моетесь? — округлила глаза девчушка.
      Стоило бы обидеться, но такая непосредственность Лану рассмешила.
      — Полухолодной водой из ведра — так себе мытье.
      — Кошмар какой, — искренне ужаснулась рыженькая. — Пойдем скорей, я организую тебе нормальную ванну!
      Прежде чем эльфийка опомнилась, ее схватили за руку и потащили по той самой лестнице наверх. Девушка быстрым шагом пересекла коридор, распахнув дверь в нужную комнату, и впихнула гостью туда.
      — Подожди-подожди, — запротестовала Эллана. — Ты это серьезно? Мне неловко!
      — Ерунда, — отмахнулась рыжая. — Меня, кстати, Лин зовут, Линна Брудер.
      — Лана… Стой, ты не дочь госпожи Стефано?
      Девушка звонко рассмеялась, бегая вокруг эльфийки с охапкой цветных бутылочек и банных принадлежностей. Помещение с внушительных размеров латунной ванной оказалось совмещенным со спальней этой маленькой бестии с шилом в одном месте. Девушка небрежным движением руки раскрутила вентили обоих кранов и принялась составлять добытое из шкафчиков богатство на маленький столик рядом.
      — Неужели ты думаешь, что «Доминик Стефано» может быть чьим-то настоящим именем? Маме нужно было звучное название для лавки. У нас обшивались самые кичливые магички Кирин-Тора, знаешь ли. И, я уверена, они еще вернутся. Что стоишь? Раздевайся!
      Лана неуверенно глянула на свои пыльные сапоги и отодвинулась подальше от белоснежных ковриков на разноцветном плиточном полу.
      — Лин, ты как бы понимаешь, что я не куплю то платье? Мне вечером обратно на боевой дирижабль, в Ледяной Короне в нем выйти некуда.
      Девушка забавно сморщила носик. Комната наполнилась ароматом розового масла из опрокинутой в воду бутылочки.
      — А мне и не очень надо, чтобы ты его покупала, — Линна завинтила крышечку и подошла к Эллане, решительно взявшись за шнуровку на ее рубахе. — Мне просто интересно, как оно будет выглядеть на настоящей эльфийке. Дама, что заказала его маме, отказалась от готовой работы, даже не примерив. Заявила, что тенешелк вышел из моды, пока его шили. Хорошо хоть материалы были уже оплачены… Ух ты, кубики!
      Рыжая с детской непосредственностью ткнула пальчиком Лану в твердый пресс. Эльфийка фыркнула и сбросила с плеч рубашку, обнажив рельефную мускулатуру на руках.
      — У орчих больше, — сказала она, позволяя Лин пощупать бицепс.
      — Фу, орчихи, — поморщилась девушка и отвернулась к ванной, проверяя температуру воды и доливая туда еще что-то из своих склянок. Лана оглянулась на валяющуюся на полу рубашку и, пожав плечами, бросила туда же плащ, сняла перевязь с ножнами и принялась стаскивать сапоги. Раз уж ее наполовину раздели, смысл дальше ломаться?
      — Одна из этих «фу-орчих» мне жизнь спасла, между прочим.
      — Да ну?
      — Причем, дважды, — кивнула Эллана. — Сначала отвела удар одного ужасно злого врайкула, а потом еще заставила рыцарей смерти везти меня раненую на наш корабль. Один из них из меня упыря хотел сделать…
      — Рыцари смерти… — Лин передернула плечами.
      — Они были из Черного Клинка, наши союзники.
      — Тогда почему упыря?
      — Ранение было скверным. Удар топора смял нагрудник, переломал ребра… Я чуть кровью не захлебнулась. Они едва успели.
      — А где шрам? — девушка снова повернулась, с любопытством разглядывая раздевшуюся эльфийку.
      — Вот здесь был бы, — Лана провела пальцем по груди. — Меня очень хороший жрец лечил.
      — Прям рубаху снял и лечил? — тут же загорелись глаза у рыжей. — Мужчина? А он красивый хоть?
      — Лин, на войне об этом не думают! — вспыхнула Эллана.
      — Ну, вообще думать там особо и не о чем, — хихикнула девушка. — Не в обиду.
      Обижаться на Линну было сложно, и эльфийка просто махнула рукой, невольно покосившись на свое отражение в узком ростовом зеркале.
      — Лезь, — разрешила Лин, взбив переливающую радугой пену. — Вода, вроде, нормальная.
      Лана подошла к ванной, попробовала рукой и, ухватившись за оба бортика, одним движением ушла в горячий ароматный омут. В этот момент человеческой девчонке были прощены любые насмешки, корыстные намерения и вообще все. Эльфийка зажала пальцами нос, зажмурилась и опустилась в воду с головой, наслаждаясь обнявшим ее со всех сторон теплом. Жар проникал под кожу, расслаблял мышцы и впитывался, казалось, в самые кости. Эллана лежала на гладком, облитом нежной розовой эмалью дне, пока хватало воздуха, затем вынырнула, стирая с лица потеки пены.
      — Проклятье, я только что по-настоящему живой себя почувствовала, — выдохнула она.
      Лин рассмеялась.
      — Давай я тебе волосы помою? Расскажи еще что-нибудь.
      И Лана поняла, зачем ее на самом деле притащили в эту чудесную комнату, отобрали одежду и сунули в благоухающую ванну. Лин смотрела на мир почти теми же глазами, какими она сама когда-то. Лет пять назад. В грубом пересчете они были почти ровесницами с этой короткоживущей девчонкой, только Лана пять лет назад хлопнула дверью родного дома, а Линна — нет. И не хлопнет. У нее будет счастливая мирная жизнь в волшебном городе, дело, которое ей передадут родители, муж — один из нынешних мальчишек, что живут по соседству. Если, конечно, они — такие, как Лана, — победят в этой войне, заплатив кровью, железом и собственным судьбами. И это будет правильным. Но сейчас Лин хотела узнать, что там, за розовым куполом, за горной грядой, над которой возвышается черный клык Цитадели Ледяной Короны. Хотела узнать про героев, сражающихся с нежитью. Услышать захватывающую сказку про ту реальность, которая никогда не будет ее.
      Только реальные сказки редко заканчиваются хорошо. Эльфийка довольно долго раздумывала, какую историю рассказать, чтобы не превратить веселое воодушевление девушки в траурное молчание. И, в конце концов, вернулась в самое начало своего путешествия — там были врайкулы, от которых удавалось с задорным гиканьем укатить на катафалке; тауренка, которую успевали спасти; и доблестные рыцари, которые приходили на помощь в самый нужный момент.
      — Выбирались из Утгарда мы уже вместе с Серебряным Авангардом. Они вылечили Броколу, и она поехала с ними разбираться с аптекарями.
      — А дальше? — спросила Лин.
      — А дальше мы с троллем и магом отправились в Молот Агмара. И с этим самым Агмаром мы так и не нашли общего языка…
      Эллана поведала о том, как в Молот явился магистр Этас собственной проекцией, чтобы нанять их в деле о синих драконах. О том, как распугивали призраков и выкапывали тролля из сугробов. О том, как потом этот тролль вылавливал ее из ледяной воды озера Индуʼле. Это все теперь казалось таким далеким и таким… невинным. Может быть, когда-нибудь и злоключения в Ледяной Короне будут видеться ей не более, чем захватывающей историей, но сейчас Лана поразилась сама, какие простые вещи казались ей тогда игрой на выживание.
      — Ну надо же, — протянула Линна. — Так много всего и, считай, за какой-то месяц. У нас по полгода на улице может ничего интересного не происходить. Вот разве что Осада. Но это не интересно, это очень муторно было, еда подорожала, и у мамы дела совсем не шли.
      — Когда смотришь на приключения изнутри, они тоже не кажутся интересными. Иногда думаешь даже, лучше бы ты жил на такой улице, где что-то случается раз в полгода, пек хлеб каждый день, вся твоя жизнь была бы расписана по часам, и никакого потрясения страшнее подгоревшей булочки произойти не могло бы.
      — Да? Ты думала так когда-нибудь?
      Лана помолчала.
      — Не знаю…
      — А что случилось с теми магом и троллем?
      — Мы расстались.
      Лин не стала уточнять. То ли поняла все по скрытой горечи в словах эльфийки, то ли приняла за чистую монету. Она зачерпнула деревянным ковшом воды и опрокинула его на голову Эллане, смывая остро и свежо пахнущий травами бальзам с ее волос. Затем бросила гостье мягкую губку, а сама взяла банную щетку на длинной ручке.
      — Всегда мечтала иметь сестренку, которая бы потерла спинку, — весело сообщила рыжая. Лана рассмеялась. Несмотря на щемящее чувство в груди, вызванное разговорами и воспоминаниями еще более далекими, в компании этой человеческой девчонки было легко и приятно. Она заставила рыцаря крови вспомнить о простых радостях, оставленных давным-давно в светлых лесах Вечной Песни, и словно бы действительно почувствовать себя живой.
      Когда Эллана, наконец, была оттерта со всех сторон, а от пены в розовой ванне остались одни тоненькие островки, Лин выдала ей огромное полотенце и выскользнула из комнаты. Лана обтерлась сама и отжала в мягкой ткани волосы, просушив их после несложным фокусом, известным любой эльфийской женщине без всяких «курсов базовой магии», которые любил поминать Алантир. Чем в очередной раз поразила Линну, вернувшуюся с тем самым платьем.
      — Иди сюда, — с улыбкой поманила рыжая в свою спальню, где стояло еще одно ростовое зеркало и трехстворчатое трюмо.
      Эллана несколько секунд разглядывала темную матовую ткань у себя в руках, прежде чем выдохнуть и решительно накинуть платье через голову. Плотный и гладкий тенешелк соскользнул по коже, отвыкшей от настолько нежных прикосновений. Лин, оказавшись сзади, ловко застегнула хитро спрятанные крючочки, привычным жестом поправила рукава и складки юбки, обошла кругом.
      — Все эльфийки плоские, — констатировала она, остановив взгляд на лифе, без провисаний обтянувшем небольшую грудь. Лана нервно усмехнулась, поводя плечами. Платье плотно их обхватило и сошлось на спине, вероятно, лишь благодаря тянущейся ткани.
      — В плечах расшить… — продолжила бубнить себе под нос портновская дочка, разглаживая складки на боках и крутя Эллану так и эдак. — Рукава бы лучше смотрелись широкие — не так бросалась бы в глаза мускулатура…
      Эльфийке видеть себя в платье было странно. Оно напомнило про женственность фигуры, выделив округлость бедер и груди. Но в то же время Лана выглядела в зеркале совсем ребенком, взлохмаченным, тонким, полупрозрачным. Синий подчеркнул ее выбеленные волосы и слизанный севером загар. Свечение глаз оттеняло бледную кожу нездоровой зеленью.
      — Я в нем на привидение похожа, — расстроенно изрекла Лана.
      Лин подняла глаза, только сейчас, очевидно, обратив внимание на ее лицо. И расплылась в коварной улыбке.
      — Так это же поправимо! — воскликнула она и усадила эльфийку на пуф перед трюмо. Эллана сообразить ничего не успела, как ей на плечи легла первая попавшаяся Линне простыня, заткнутая под вырез платья, а волосы были стянуты в хвост на затылке. Рыжая уже выдвигала ящички, вооружаясь всеми инструментами создания женской красоты. В лицо эльфийки ткнулась пуховка. Человеческая девушка быстро и умело накладывала тон и расставляла акценты. Дальше в ход пошли другие краски, подводки, тушь, румяна… Лана боялась шевельнуться или моргнуть лишний раз, беспрекословно подчиняясь рукам портновской дочки, двигающей ее голову, как хочется. Спустя, наверное, с полчаса та отошла на пару шагов, оглядывая результат и удовлетворенно кивнула: — Немного косметики и никакой магии!
      Эльфийка опасливо повернула лицо к зеркалу.
      — Это не я, — сказала она.
      — А синий платиновым блондинкам очень идет, между прочим, — усмехнулась Линна и взяла с трюмо щетку для волос.
      За тем, как девушка распускает ей хвост, осторожно расчесывает тонкие волосы и снова стягивает их, укладывая в затейливый пучок, Лана наблюдала уже с отрешенностью сновидца. Из зеркала на нее смотрела не она. Не бледная тень, явившаяся из непроглядного мрака Ледяной Короны. Леди, собравшаяся на прием. Немного осунувшаяся, растерянная, но — Леди. С робким румянцем на щеках и нежными розовыми губами. Без вечной синевы под глазами, зато с подкрашенными ресницами, которые внезапно оказались длинными и пушистыми.
      — Нууу, — протянула Лин, финальным штрихом аккуратно завивая нагретыми щипцами пряди у висков. — Я собой вполне довольна. А ты?..
      — Линна! — позвали из коридора. — Куда ты дела нашу гостью? О ней спрашивает рыцарь смерти.
      У разглядывающей себя Ланы все внезапно смерзлось изнутри.
      — Проклятье… Я совсем забыла о времени!.. — шепотом воскликнула она, подскакивая с пуфа и срывая на ходу покрывало.
      — Она сейчас спустится! — крикнула Лин, ненамного опередив распахнувшуюся дверь. Чуть не столкнувшись в коридоре с мужем хозяйки, эльфийка бросилась к лестнице. Левая рука доведенным до автоматизма движением прихватила длинную юбку повыше колена. Эллана на носочках сбежала по деревянным ступенькам и, как на каменную стену, налетела на взгляд Кольтиры.
      — Я закончил, — ровно сказал Ткач Смерти. Новые доспехи на нем будто стягивали в себя солнечный свет, делая комнату темнее, а его волосы и кожу — еще белее.
      — Я сейчас переоденусь… — выдохнула Лана, поджимая невольно пальцы на босых ногах. Позади раздался топот Линны и — вскоре — ее дыхание на шее.
      — Так и иди, — прошептала человеческая девчонка Эллане в ухо.
      — Жду на улице, — сказал Кольтира, отворачиваясь.
      Эльфийка обернулась на Лин.
      — Смотри, даже мертвого проняло, — самодовольно заметила рыжая чертовка. К счастью, входная дверь уже закрылась за рыцарем смерти.
      — Это мой командир, — прошипела Лана.
      — Ну и что? Сейчас я подберу тебе туфли.
      — Лииин!..
      Они снова пробежали мимо недоумевающего отца семейства, возвращающегося на свой пост за прилавком. Рыжая немедленно распахнула шкаф и принялась разбирать картонки с обувью.
      — Лин, ты серьезно считаешь, что я пойду в этом?
      — Если бы на меня так смотрели, я б пошла.
      — Как — так? Как на дурочку?
      — Как на очень красивую женщину, — хмыкнула девчушка.
      — Он мертвый! Ему все равно, как я выгляжу, если только речь не идет о качестве доспехов перед боем… — Лана некстати зацепилась взглядом за свое отражение в зеркале и сделала к нему неуверенный шаг. — Что, правда красивая?..
      — Если ему все равно, то что ты паришься? — поддела Линна. — Вы все равно до вечера в городе. О, вот эти должны подойти.
      Аккуратные сафьяновые туфельки пришлись почти в размер, легкий дискомфорт в городе можно было и потерпеть. Лин достала из своих шкатулок серебряный гребень с мелкими топазами и заколола его Лане в волосы.
      — Мы собирались за мечом к кузнецу, — предприняла эльфийка последнюю попытку к отступлению.
      — Значит, держись подальше от горна. Если прожжешь, мать мне голову оторвет, — девушка провела рукой над рядом скляночек с духами и решительно отмахнулась, посчитав лишними — от Элланы и так пахло маслом и травами. — И помни, твоя одежда будет готова только к вечеру, развлекайся!
      — Но твоя мама сказала...
      — Соври!
      Лин выпихнула замявшуюся на пороге эльфийку и встала наверху лестницы, наблюдая, как та спускается — сначала дерганными движениями оправляя платье, потом все увереннее расправляя плечи и гордо поднимая голову. Рыжая хмыкнула. Эллана толкнула наружную дверь и вышла в ясный полдень.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.