Ангел Аркхема

Джесс посмотрела на часы. Десять тридцать вечера. Это было смешно. Прошла неделя с того, как она приступила к работе в Аркхеме, и до сих пор девушка оставалась до поздней ночи, чтобы закончить отчёты и рассортировать предыдущие работы доктора Брайтсайд. Мужчина, возможно, был хорошим психологом, но его почерк оставлял желать лучшего. Откинувшись в своём кресле, она вытянула ноги под столом и опустила голову, запустив пальцы в волосы. Массируя затылок, она вздохнула и закрыла глаза.

***

— Простите, доктор Каннингем? — Да? — Джесс испуганно выпрямилась в кресле, потерев шею. — Что? — Простите, если разбудил вас, но вы нужны в пятой палате. Произошёл несчастный случай, — обеспокоенным тоном спросил санитар. Не думая, молодой доктор схватила свою куртку и покинула офис, спешно следуя за санитаром по широким коридорам. — Что произошло? — поинтересовалась Джесс, как только они подошли к двери. — Я думаю, будет лучше, если вы посмотрите сами, — почти прошептал мужчина, останавливаясь в нескольких метрах от двери. Джесс замедлила темп и уверенно вошла в открытую дверь. Она видела некоторые пугающие вещи, начиная с прибытия в Готэм, но сцена перед ней вызывала тошноту. Протиснувшись сквозь двух медсестёр и главного психиатра, она увидела то, что можно было бы охарактеризовать как результат резни. Прежде в камере находились два довольно спокойных пациента. Камера теперь была покрыта кровавыми останками одного из них. — Что, чёрт возьми, произошло? — прошептала она, задыхаясь. — Мы не знаем, — ответил из-за её спины психиатр. — Всё, что нам известно, что прошлой ночью здесь было много шума, а утром медсёстры нашли комнату такой. — Никто не проверял её на протяжении всей ночи? Разве они не должны были делать обход? — она кивнула медсёстрам. — Да, но это крыло вообще-то проверяется каждый час, а не каждые пятнадцать минут. Здесь нет никого, кто нуждается в частой проверке. Заключённые здесь обычно послушные и менее опасны для окружающих, чем те, которые в изоляции. — Я знаю это, но если шум был достаточно громким, вы могли попросить медсестру проверить… — Это не так просто, — сказала одна из медсестёр тоненьким голосом, — если бы мы реагировали на каждый шум в этом месте, то ничего бы не успевали сделать! — Это ВАША работа! — огрызнулась Катрина. — Мы знаем, кто это? — Знаем. Это Рикки Моффет. Его сокамерник, Карл Джеффрис, был найден съёжившимся в углу комнаты… ну… Рикки. — Можно я?.. — Джесс кивнула в сторону окровавленной плитки. — Конечно. Она пыталась не дышать, рассматривая куски плоти, разбросанные по всей комнате. Запах меди в воздухе был настолько резким, что она практически чувствовала кровь вокруг неё. — Так что произошло? — осторожно спросила она, не поворачиваясь лицом к коллегам. Он помолчал, прежде чем ответить: — Мы ещё не знаем, на данный момент. — Хорошо. — Джесс собиралась уйти. — Ох. И, доктор? Джесс остановилась в дверях: — Да? — Я предлагаю вам начать больше обращать внимание на нужды пациентов и поведение. Карл — один из ваших, не так ли? — Да. — Она была смущена. Вдруг это была её вина? Она добавила, перед тем как уйти: — Говоря о пациентах, я хочу поработать сегодня с Джокером. Я бы хотела увидеть, как ему удаётся справляться без лекарств. Просто решила сообщить вам. Предупредить вас, прежде чем подвергну Аркхем риску, заставив его покинуть камеру. — Мне не нравится ваш сарказм, доктор Каннингем! — Мне не нравится, что вы пытаетесь меня запугивать! — саркастично заметила Джесс, удивив саму себя. — Действия психически больного не зависят от их консультации. Возможно, вам следует принять его лекарства. Ведь мне запрещено выписывать или не выписывать их, не так ли? Возможно, вам нужно следить за своими коллегами, а не за мной!

***

Сжимая файлы Джокера в кулаке, Джесс отчаянно пыталась успокоить себя. От перепалки с главным психиатром её трясло. Это не было похоже на обычную реакцию, и у неё было отчётливое ощущение, что придётся иметь дело с последствиями. Она прижалась спиной к стене и пыталась выровнять своё дыхание, прежде чем войти в комнату, чтобы обследовать своего пациента. Возможно, это из-за изнеможения; она такая раздражительная этим утром. Или, возможно, это было ощущение, которое она испытывала каждый раз, когда была с мужчиной. У него была замечательная способность заставлять её чувствовать себя столь ничтожной, что она почти сомневалась в своих решениях, а это было плохо. Хотя он не был на самом деле её боссом, она чувствовала, будто он являлся её начальником, казалось, словно он имел право на своё мнение, в отличие от неё. Возможно, он был причиной, по которой она проводила время в своём офисе после окончания смены и перепечатывала файлы просто так, чтобы могла понять их. Почему она пыталась доказать себе, что она лучший доктор, чем он? — Я не знаю, — вздохнув, Джесс вошла в комнату. Охранник стоял спиной к стене, разделяющей её и Джокера. Пациент, связанный смирительной рубашкой и привязанный к стулу, выпрямился, как в их последнюю встречу. — Как вы себя чувствуете? Ограниченный в свободе мужчина поднял голову, вглядываясь ей в лицо, но ничего не произнёс. В его тёмных глазах играли небольшие искры эмоции, в отличие от последнего раза, когда она видела его, и Джесс сделала заметку. — Ну, по крайней мере, я знаю, что сейчас вы меня слышите. Джокер молча сидел, уставившись на неё. Когда она села за стол, делая заметки о его реакции и внешнем виде, он начал делать свои собственные заметки в голове. Отметил её цвет волос, светлый, и то, как она говорила. Он также отметил её движения, что-то было в ней не так. Даже сквозь слегка воспалённые глаза он понял, что она беспокоится о чём-то. В последний раз, когда он её видел, она казалась такой слабой, даже в его сумбурном мозгу, но теперь она казалась напряжённой. Было это потому, что она внезапно засомневалась в нём? Нет, это было что-то другое. Даже так Джокер понял, что он должен играть с ней в игру «мне не нужны лекарства», даже если это был единственный способ стать тем, кем он был раньше. Он должен завоевать её доверие… как-нибудь. Он должен вести себя хорошо. Теперь. — …нет никаких симптомов по тем или иным причинам? Рвота, головные боли… Пока он был в раздумье, она говорила. Задумавшись на мгновенье, прежде чем сказать, он решительно откашлялся: — Да. — Это было больше похоже на звук, чем на слова, но, тем не менее, врач написала что-то в деле. — И? — Она подняла бровь и слабо улыбнулась. — Э-э-эм, боль… в моих, эм, в моих глазах. — Что-нибудь ещё? Джокер снова прочистил горло и медленно облизал шрам на правой стороне рта: — Зуд… чешется. Везде! — прохрипел он. — Вот как? Ничего больше? Нет рвоты или кровотечений из любой части вашего тела? — Нет. — Он снова облизал свой шрам. — Я не знаю, истекаю ли я кровью… я не могу… эм… не могу видеть… — Он лениво кивнул в сторону своей смирительной рубашки. Джесс повернулась к охраннику: — Вы находились с ним весь день? — С самого утра. — Вы сопровождали его в туалет? — Да, когда пришёл на смену. Хотя, я с ним не ходил. — Значит, вы не заметили ничего в его… — Нет, — ответ был коротким и резким, и Джесс не решила продолжать эту тему. — Мне нужен ваш образец крови, чтобы определить концентрацию лекарств в вашем организме. Мне также нужно оценить ваш внешний вид: синяки и прочее. Некоторые прописанные вам препараты могли иметь серьезные побочные эффекты, и из-за того, что вы постоянно связаны, большинство эффектов могли остаться незамеченными. Всё хорошо? — Она подняла голову и посмотрела Джокеру прямо в глаза. Он не ответил сразу, вместо этого он пристально смотрел на неё и болезненно улыбнулся. Его умысел заключался в милой улыбке, несмотря на шрамы, из-за которых это сделать было сложнее, он надеялся, что она поняла правильно и назначит повторное лечение: — Да. — Хорошо, — Джесс улыбнулась сама себе, записывая что-то в дело, до того, как указала шариковой ручкой в сторону охранника. — Вы могли бы сопроводить его к одному из успокаивающих стульев, пожалуйста? Мне только нужно больше персонала… на всякий случай. — К которому? — Охранник уже начал двигаться с Джокером. — Какой свободен, я проверю, где он, когда приду туда. Даже не разрешайте ему пользоваться туалетом, мы возьмем анализ мочи, пока мы здесь. Я буду примерно через полчаса; мне нужно сначала проверить другого пациента.

***

— Могу я увидеть его? — Конечно, доктор. — Полная медсестра открыла дверь в изоляцию. Кто мог жить в этих комнатах? Если они не были сумасшедшими, то постепенно становились ими из-за грязной белой плитки и крошечных окон на высоте трёх метров. В комнате было темно, не было кровати. Джесс почти смогла разглядеть тело мужчины, свернувшееся калачиком в углу комнаты, раскачивающееся вперёд и назад. — Карл? Это доктор Каннингем, я пришла узнать ваше самочувствие. Ответа не последовало, просто непрекращающееся детское хныканье. Джесс обратила своё внимание к медсестре: — Его успокоили? — Да, с ним всё было хорошо, когда они привели его, просто немного дрожал. Но когда они начали ему объяснять, почему он нуждается в изоляции, он сошёл с ума… пытался напасть на одну из медсестёр, ей потребовался укол! С тех пор он такой. — Вы переставляли его кровать? — Для его безопасности, да, — медсестра кивнула, и две женщины вышли в коридор. — Он продолжал говорить что-то про монстров. — Она закрыла дверь позади них и повернулась к Джесс. — Монстры? — Он сказал, что это был не он, сказал, что это был клоун. Говорил, что этот мужчина пришёл в середине ночи и приказал ему не двигаться. — Клоун? — Я думаю, что это был клоун… он много о чём кричал, но определённо помню, что он упомянул клоуна. Злого клоуна. Вы знаете, за последние месяцы у меня ничего не было, кроме этого дерьма, все убивают друг друга, а затем они отправляют их сюда. Всё, что мы делаем — это успокаиваем их и отправляем под суицидальный надзор*. — Суицидальный надзор? Зачем? — Это формальность. Если пойдёт слух о количестве заключённых, совершающих убийства, то нас закроют, затем мы все потеряем работу! Если спросите меня, — она резко понизила голос, — я думаю, что произойдёт что-то ещё. — Что вы имеете в виду? — Джесс нахмурилась, не понимая, к чему ведёт женщина. — Здесь всегда было сложно, но они обычно отправляют сюда ради внимательного наблюдения. Вы знаете, суицидальные попытки и тому подобное. Вот почему они оставляют их под суицидальным надзором, чтобы создать видимость законности. Если полиция узнает, сколько убийств здесь произошло в последние шесть месяцев, они проведут расследование, а затем важные шишки будут под пристальным вниманием. Джесс до сих пор не понимала: — То есть вы лжёте о том, почему они находятся здесь, чтобы скрывать это от расследования? — Да, это наши указания. Вот почему я считаю, что ещё что-то произойдёт, понимаете? Здесь что-то не так, особенно когда они не сообщили о смерти доктора Брайтсайда. Они сказали, что это было самоубийство! — Разве ему не перерезали горло? — Я думаю так же. _______________________________ 1) «Suicide watch» — надзор с целью предотвращения самоубийства.