Ангел Аркхема

Два охранника немного грубо помогли уставшему Джокеру выпрямиться. Он позволил им привязать его к стулу и связать его лодыжки. — Держи его, пока я не сниму с него рубашку, — молодая медсестра нервно улыбнулась двум мужчинам в униформе. Бедная девушка явно не хотела делать это и тряслась от страха. Джокер облизал губы и лениво улыбнулся ей, это не помогло. Конечно, он этого и добивался: заставить её ещё больше нервничать от такой близости с ним. С сильной хваткой рук на его плечах, Джокер позволил себе сидеть неподвижно, пока молодая девушка расстёгивала его смирительную рубашку. В тот момент, когда плотный материал покинул его тело, охранники прижали его к спинке стула и поспешно закрепили руки кожаными ремнями по обе стороны от него. Он не боролся или пытался освободиться, он даже не говорил. Для того чтобы завоевать доверие своего лечащего врача, ему пришлось смириться с этим «быть спокойным и послушным» бредом. Но это было так трудно! Раньше это было легче, когда он был настолько напичкан лекарствами, что на самом деле был не в силах шевельнуться, не говоря уже о создании неприятностей. Боже, это требует усилий! Однако он знал, что ему придётся потерпеть. У него была прекрасная возможность выбраться из этого гиблого места, и он не собирался её испортить! Почувствовав булавочный укол боли во внутренней стороне левого локтя, Джокер повернул голову, чтобы увидеть, как шприц наполняется кровью. Улыбнувшись, он облизал шрамы и откашлялся, заставляя медсестру чувствовать себя тревожно. Она нервно оглядела его и продолжила заполнять различные небольшие пробирки образцами его крови. Очевидно, дискомфорт женщины заставил Джокера хихикнуть, и она быстро убрала иглы перед тем, как поставила стеклянные колбочки на поднос возле двери. — Останьтесь с ним, врач сделает всё остальное, — медсестра нервно улыбнулась, прежде чем покинула комнату.

***

— Где медсестра? — спросила Джесс у двух охранников, замечая образцы крови на подносе. — Она ушла, сказала, что вы можете сделать всё остальное. — Оу? — Джесс заметила выражение лица Джокера, слабый проблеск удовольствия прошёлся по его телу. — Она взяла мочу на анализ? — Джесс подняла каждый образец крови и изучила этикетки. — Нет, думаю, ей было немного… неловко. — Из-за чего? Охранник указал на Джокера кивком: «Из-за него». Джесс подошла к стулу и покачала головой: «Прежде чем я смогу осмотреть вас, мне придётся расстегнуть ремни. Вы понимаете, что это значит?» Джокер приподнял левую бровь и закатил глаза. Облизывая шрам на правой стороне рта, он улыбнулся и кивнул. — Я предупреждаю вас, если вы будете делать резкие движения, на вас оденут рубашку прежде, чем вы сможете улыбнуться. Понятно? Он явно жевал внутреннюю щёку, прежде чем улыбнуться: «Конечно, доктор». Джесс подождала минуту, изучая его лицо, прежде чем начать развязывать его руки. Когда она двигалась вокруг стула, Джесс одним глазом следила за Джокером. Это, возможно, была её идея, но она не была совершенно глупой. Она отлично знала, почему он был здесь, и, чтобы быть по-настоящему честной, она была не совсем уверена, почему была готова отправить себя на такой риск только для оценки его физического здоровья. — Сядьте. Мне нужно, чтобы вы сняли футболку. Джокер сделал то, что приказала она, и неуверенно потянул белую стандартную футболку вверх. Когда он бросил футболку за спину, глаза Джесс пали на синие и фиолетовые отметины, украшавшие его торс. Она надела латексные перчатки на руки и начала осматривать синяки ближе, подсчитывая их. Десять. Каждый, казалось, был чувствителен к прикосновению, и когда она нажимала на них, её пациент немного вздрагивал. — Кто это сделал? — Молодой врач не получила ответа, так как все трое мужчин в комнате молчали. — С вами это сделали охранники? Джокер? Джокер глубоко вдохнул, прежде чем облизать губы и вздохнуть: — Я, эм, я не… я не помню. — Джесс заметила, как охранники переглянулись, когда он ответил. Он закатил глаза и снова вздохнул, прежде чем посмотреть Джесс в глаза. — Знаешь, э-э, эти все… эти все осмотры, анализирующая ерунда… — Он взмахнул руками перед собой до того, как быстро вернуть их по бокам, когда охранник шагнул вперёд, чтобы связать его. Немного сжавшись, он продолжил. — Да, эм, этот осмотр? Что, э-э, ты пытаешься во мне разглядеть? Джесс наклонилась к нему и послушала его сердцебиение, затем лёгкие через стетоскоп: — Я хочу точно знать, здоровы ли вы и оказали ли лекарства, которые вам давали, неблагоприятные воздействия на ваш организм. Я уже говорила вам об этом, — она вздохнула, когда отметила его частоту пульса и чистое дыхание в его файлах. — Вы в последнее время выходили из своей камеры? — Когда ты сказала «в последнее время»?.. — Кроме наших небольших сессий. — Она повернулась к нему. — Э-э… дай подумать, не-е-е-е-т, — промурлыкал Джокер. — А что, я что-то пропустил? Джесс покачала головой и обратила своё внимание на охранников: — Вы могли бы оставить меня с моим пациентом ненадолго, пожалуйста? — Двое мужчин нахмурились и в недоумении посмотрели друг на друга. — Что ужасного он может сделать? Правда? До сих пор он был тихим, как ягнёнок, и не предпринимал никаких попыток причинить мне вред. Вы можете подождать за дверью. — Мы не можем оставить вас наедине с ним, мэм, он… Джокер покачал головой из стороны в сторону и произнёс одними губами слово «безумный». Джесс не могла помочь, но слабо улыбнулась, когда он поймал её взгляд и болезненно улыбнулся. — Ах, думаю, вы правы. Может быть, я тороплюсь ради собственного блага. Думаю, я сделала всё, что мне нужно на данный момент. Вы можете надеть футболку, Джо… Как я должна звать вас? Джокер нахмурился, посмотрел в другую сторону и пожал плечами, закусив губы: «Как ты хочешь меня называть?» Джесс вздохнула и уставилась на мужчину. Он просто приподнял брови и улыбнулся ей. — Ну, для начала я не думаю, что обращаться к вам, как к игральной карте, хорошо повлияет на ваше психическое здоровье. Поскольку мы не знаем ваше настоящее имя, я буду звать вас "Джо". — Хм-м, — Джокер задумался на мгновенье, прежде чем поднять руки и вздохнуть. — Думаю, это хорошо. — Он надул губы и медленно провёл языком по нижней губе, прежде чем улыбнуться ей и нахмуриться. — Что? Никакой смирительной рубашки? — Нет, думаю, что её отсутствие на некоторое время пойдёт вам на пользу. Отведите его обратно в камеру и следите за тем, чтобы он больше не получал синяков. Если получит, будет проведено расследование. Предполагаю, что вы можете передать это сообщение остальной службе безопасности? — Мэм, как мы должны его отвести? — Тем же путём, что вы привели его сюда. Что-то не так? Двое охранников сначала посмотрели на неё, потом на Джокера. — Думаю, нет. Вы уверены, что он неопасен без смирительной рубашки? — Да. Думаю, это будет лучше для его собственной безопасности. Меня беспокоят синяки на его рёбрах, и я готова взять вину на себя, если он вызовет какие-то проблемы. Когда трое мужчин вышли из комнаты, Джесс наблюдала, как Джокер обернулся, чтобы взглянуть на неё. Коварная ухмылка появилась на его лице буквально от уха до уха, когда его вытолкали в коридор. Она надеялась на Бога, что она была права. Синяки на его рёбрах появились совсем недавно и могли быть от того, что его сильно пинали. Вряд ли медсестра или санитар рискнёт так близко подойти к мужчине, чтобы напасть на него, поэтому она сделала вывод, что это были охранники. Может, не те двое, которые только что оставили её, но они, казалось, немного нервничали, когда она спросила Джокера о его травмах. Прошла неделя с тех пор, как его лечение медикаментами было прервано, но Джесс уже заметила перемены в его личности. Даже сегодня он изменился в настроении и поведении. Этим утром он всё ещё казался немного странным и не интересующимся чем-либо. Но последние сорок пять минут показали его совершенно с другой стороны. — Дерьмо! — Джесс вдруг вспомнила про анализ мочи, который она у него просила. Синяки отвлекли её, и она забыла попросить его об этом. Может быть, это её возможность поговорить с ним лично. Она хотела спросить его об инциденте с Рикки Моффеттом и Карлом Джеффрисом, но передумала, когда охранники отказались уйти. После её разговора со старшей надзирательницей в камере изоляции, Джесс едва могла думать о чем-либо другом весь день. Карл что-то сказал про клоуна, который явно был связан с Джокером, но как он выбрался из своей камеры? Не только это, но как тогда он проник в другую камеру и не был пойман, просто расчленив другого пациента? Конечно, его бы заметили? — Клоун, — спокойно сказала она себе, собирая образцы крови. — Но это подразумевает то, что человек выглядит как клоун… откуда он возьмёт макияж? Что-то было действительно не так в этом месте, и казалось, что всегда винят Джокера. Он был лёгкой добычей, не в состоянии защитить себя физически и словесно. У Джесс появилось ощущение, что она это разрешила. Она не была уверена, что всё так и было, но ощущение, что всё не совсем так, как казалось, становилось всё более сильным. Ей придётся говорить с ним один на один. Недостающий анализ мочи окажется идеальным поводом. Ей просто нужно выбрать время. Это важно. — Может быть, он и сумасшедший, но я не собираюсь сидеть сложа руки, когда мой пациент берёт на себя вину за чужие ошибки! — сказав это, она закрыла дверь и направилась в лабораторию, чтобы отнести кровь.