One life to live

      Утро начинается далеко не с кофе… — Боже мой, Клэри, ты такая красивая! Я сейчас расплачусь! — Изабель стояла позади Клариссы, прижимая свою маленькую ладошку ко рту. — Самая-самая привлекательная невеста!       Клэри мягко улыбнулась, зная, что Из говорит искренне, со всей душой, но странное чувство в груди не давало покоя, вызывая головную боль.       Она рассматривала отражение в зеркале и не узнавала себя. Платье было волшебным, каждая утонченная деталь была точно продумана и отделана вручную лучшими кутюрье. Белый корсет плотно обтянул тонкую талию Клариссы, удачно подчеркивая грудь. Скользкий атлас обвил бедра, спускаясь к ногам переливчатым в меру пышным подолом, вышитым золотыми нитями. — Будущему супругу такой роскошной барышни повезло. И фигурка, и личико — все при ней. Готова поспорить, как только он увидит тебя в этом платье, сразу же захочет взглянуть, какое сокровище таится под ним, — отпулила свой едкий комментарий владелица салона — пышногрудая дамочка средних лет, модельер высшего класса. Она подошла к слегка испуганной Клариссе, хохотнув: — О, я погляжу, здесь предсвадебным мандражом попахивает. Выдохни, девочка, завтра, после бокальчика хорошего шампанского, ты позабудешь обо всех своих волнениях. Клэри радушно улыбнулась. — Боюсь, тут одним бокальчиком не поможешь. Миссис Грей подмигнула ей: — А кто запрещает выпить второй? Изабель поспешила вмешаться, шуточно отпихнув модельера в сторону и возмущенно надув губы. — Так, вы чего мне тут невесту глупостям учите? А ты что, уши развесила, а? Вы посмотрите на нее! — Изабель, которая пару минут назад утирала слезы, расчувствовавшись, быстро исчезла. — Так, Софи! — помощница Миссис Грей тут же примчалась. — Софи, дорогая, помогите мисс Моргенштерн переодеться и проследите, чтобы платье доставили сегодня к восьми вечера по указанному в заказе адресу, — отчеканила Из, попутно набирая смс кому-то. Она практически не выпускала телефон из рук. — Да, мисс Лайтвуд! — спохватилась девушка, помогая Клэри со шлейфом. — Будь помягче, Изабель! — крикнула невеста из примерочной. — Заткнись и молча стягивай платье! Мы уже опаздываем! — отрезала брюнетка, затараторив миссис Грей о предстоящей церемонии.       Кларисса лишь вздохнула, решив, что сегодня лучше не спорить с Иззи, ведь та переживала из-за свадьбы подруги и брата, наверное, больше, чем сами виновники торжества. А вообще, организаторские способности — врожденный дар Изабель, ей все это только в радость, поэтому пусть наслаждается возможностью провести праздник.        Клэри уже с предвкушением ждала вечера - момента, когда она сможет расслабиться и немного забыться. Не каждый день ведь выходишь замуж…

***

      Утро в офисе выдалось на удивление скучным и обыкновенным. Работа никак не шла, ведь мысли Александра Лайтвуда были за пределами этих скудных четырех стен и панорамного окна,из которого открывался прекрасный вид на Нью-Йорк. Все они кружились вокруг одного человека — Клэри Моргенштерн, которая, судя по инстраграму сестры Алека, сейчас наслаждалась отдыхом в СПА. И как только он открыл диалог, чтобы написать смс своей невесте, его одинокую идиллию грубо нарушили, совершенно беспардонно ворвавшись в личное пространство переливом звонкого баритонного смеха. Алек закатил глаза и положил телефон на стол, расслабленно откинувшись на спинку своего кожаного кресла. Он оглядел вошедшего в кабинет и, сдержав улыбку, спросил: — Чем обязан видеть вас, уважаемый мистер Моргенштерн? Меня не оповестили о вашем визите.       Джонатан ухмыльнулся и упал на синевато-серый диван у стены, всем своим видом демонстрируя крайнее безразличие к официальной лексике друга. Даже сейчас, одетого в самую обычную спортивную футболку, черные джинсы и мокасины, Джона легко можно было посадить в кресло великого начальника, такого как его отец — Валентин, и никто не заметил бы разницы. Жаль только, парень пошел другой дорогой, прямо заявив родителям, что не собирается до конца своих дней просиживать штаны в душном офисе. Его душа требовала приключений, и, пожалуй, он уже насытился ими сполна. — О, простите, это моя вина. Я сумел убедить красот… — Джонатан демонстративно закашлялся, — вашу секретаршу Мер, что вы будете рады меня видеть и без предупреждения. Ну-у-у… Так вот в чем дело… Как бы это поделикатнее сказать… — Парень задумчиво потер затылок ладонью, слегка растрепав и без того, хаотично лежащие светлые волосы. — Понимаете, мистер Лайтвуд, мой лучший друг завтра женится на моей маленькой беззащитной сестренке, и я намереваюсь разобраться с этим засранцем прямо сейчас, а потом отметить с ним весь образовавшийся кипиш в каком-нибудь тихом ресторанчике, ну, за чашечкой зеленого чая, разумеется. Разве не так принято проводить свой последний холостяцкий вечер?       Александр откинул голову назад и расхохотался. Назвать Клэри маленькой и беззащитной у него язык не поворачивался, а Джон, хоть его голос и сочился иронией, кажется, действительно считал сестру таковой. И Алек не мог его винить - ведь сам был старшим братом и понимал, каково это, видеть, как за твоей юной сестричкой ухлестывают разные подозрительные личности. Значит ли это, что сам парень был подозрительной личностью? Да, наверное. — Пожалуй, Вы ошиблись адресом, друг мой. Наш психотерапевт взял отгул сегодня, — хохотнул Алек. Джон громко хмыкнул, увлеченно шаря в своем телефоне. — А теперь начистоту, — парень посмотрел на друга. — Ты серьезно собираешься сидеть до ночи в офисе и разбирать эти скучные бумажки? — его голос звучал почти обиженно, он добавил: — В то время как твоя невеста вовсю отжигает в клубе?       Конечно, Алек был осведомлен о том, что у Клариссы сегодня девичник, но как выразилась Изабель, у них намечались "скучные девчачьи посиделки в пижамах, с пирожными и шампанским". О клубе речь не шла. И когда парень услышал, куда именно направятся эти двое, у него противно засосало под ложечкой. Алкоголь, громкая музыка, куча парней… и его Клэри среди них. Он старательно пытался подавить возникшее беспокойство. Твою мать, Алек, и когда ты стал таким правильным? — А есть предложения получше?       Джонатан подскочил со своего места и шуточно ударил кулаком по столу. Интересно, бесцеремонность — черта всех Моргенштернов? — Да ты шутишь?! Чтобы созвать всю нашу тусовку мне понадобится минут тридцать, не более! О, Алек, я устрою тебе такой мальчишник, на всю жизнь запомнишь! — парень активно начал клацать по экрану смартфона, при этом весело напевая мотив песни Imagine Dragons — Radioactive.       Алек улыбнулся, поглядывая на друга. В его возможностях он ни капли не сомневался, наоборот, был уверен, что этому парню хватит и половины от указанного времени, чтобы созвать всю компанию. Что его беспокоило больше, так это то, что ему придется провести целый вечер, а потом и длинную тревожную ночь, вдали от Клэри.        Пугало ли Алека, что он так сильно привязался к этой девушке за такое короткое время? Самую малость. А что завтра их соединят нерушимые узы брака? Нет.        Парень знал, что еще ни разу в жизни он не был столь откровенным в своих чувствах, ни разу его сердце не стучало так быстро из-за одной улыбки красивой девушки. До встречи с Клариссой Адель Моргенштерн.       Пока Джонатан рассылал всем приглашения и говорил по телефону, Алек не удержался и кратко написал Клэри: Не пей слишком много. Не хочу тащить полупьяную невесту к алтарю;) Приятного вам вечера, Рыжик: * Ответ от девушки пришел незамедлительно: Я буду хорошей девочкой, но ты тоже веди себя прилежно. Не ведись на все уловки моего братца и оттянись там. Целую тебя.       На лице парня расцвела глупая улыбка. Его не удивило то, что Клэри знала о затее Джона. Он сунул мобильник в карман брюк, и стал ждать друга, думая о своем. Спустя некоторое время, эти двое закончили со всеми делами. — Только давай обойдемся без чайных церемоний? Ненавижу зеленый чай. — Усмехнулся Александр, прикрыв за Джоном дверь кабинета и кивнув своей секретарше на прощание. — Заметано, — подмигнул парень, следуя за другом.       Очень скоро мужчины вышли из офиса и сели в машину Алека. Тогда Джонатан взглянул на Лайтвуда и серьезно сказал: — Чуть не забыл! Слушай меня внимательно, — он дал понять, что настроен решительно, тем самым полностью завладев вниманием друга. — Парень, если ты обидишь мою Клэри, я клянусь, твой зад почувствует на себе гнев её старшего брата, ясно? Она не подарок, но и ты не леденец, обернутый разноцветным фантиком. Обещай, что будешь заботиться о ней. Я люблю этого рыжего чертенка и не позволю какому-то там ее мужу огорчать ее, даже если это будет мой лучший друг. Уловил? В эти секунды Алек действительно понял, как нешуточно велика братская любовь Джонатана к сестре. Он смотрел на Джона, а потом, улыбнувшись, кивнул и так же сказал: — Я не дам Клэри в обиду. Буду оберегать ее. Всегда, Джон. Наши отношения изменились в лучшую сторону, — перед глазами парня мелькнул эпизод минувшей ночи, и он незаметно покачал головой, отгоняя эти прекрасные воспоминания, которые могли легко одурманить его рассудок в пару мгновений. — Я обещаю заботиться о ней, — и чуть помедлив, Александр негромко, но твердо, добавил: — Я обещаю любить ее. Джон, казалось, не услышал ничего удивительного в его последних словах. Он только улыбнулся и уже более задорно произнес: — Просто решил, что лучше я скажу тебе это сейчас, чем когда накидаюсь и буду танцевать на барной стойке. Друзья в унисон рассмеялись и Алек завел автомобиль, выезжая из парковки. — Кстати, Джонни, мне стоит беспокоиться о вас с Изабель? Надо произносить пламенную речь о том, что я убью тебя, если ты ее расстроишь или разозлишь? Джонатан хохотнул и устремил взгляд в окно. — Что? Нет! Поверь, друг, твоя сестренка очень хороша во гневе. Алек резко нажал на тормоза и взглянул на Джона с едва сдерживаемой агрессией. — Видимо, мне все-таки придется тебя убить, дружок.

***

      Без объявления ночь накрыла Нью-Йорк. Проснулись заведения, сияющие неоновыми огнями. Вывески магазинов перевоплотились и стали блестеть разноцветными лампочками, привлекая к себе посетителей. Метаморфозы настигли и людей, которые успели соответственно преобразиться к темной поре. Торговцы с лотками подозрительного содержания, приветствовали туристов, расхваливая город и предлагая наивным заинтересованным туристам свою продукцию. А в одном из крутейших ночных клубов Нью-Йорка намечалась тусовка года.       Клэри давно следовало понять, что говоря «небольшая вечеринка», Изабель имеет в виду совсем другое… У подруги вообще нет чувства меры. И сегодня это радовало Моргенштерн.        Стоило девушке показаться в огромном помещении, битком набитом людьми, как все тут же подхватили громкий возглас Иззи, которая, взобравшись на мини-сцену, проговорила в микрофон: — А вот и она! Встречайте нашу любимую Клэри! Ура! Клэри не могла сдержать своего восторга и удивления. Она, широко улыбаясь, махала всем ладошкой, приветствуя, а когда Из спустилась и направилась к ней, резво кинулась обнимать любимую подругу, шепча ей на ухо слова благодарности за все то, что она делает для нее. В такие моменты понимаешь, как дороги тебе те или иные люди. — Тихо, моя детка, не благодари. Это твой праздник и я хочу, чтобы ты хорошенько оторвалась в последний раз. Клэри глянула Иззи в глаза, не в силах сдерживать сумасшедший хохот. — Ты сама-то веришь, что это последний раз, подружка? Иззи захихикала и потащила подругу к бару, заговорщицки переглянувшись с барменом. — Твой фирменный коктейль для нашей невесты, Фил. — Будет сделано, шеф! — отсалютировал парень, широко улыбнувшись Клэри.       Как и ожидалось, за первым напитком пошел второй, третий… и девушка очень быстро потеряла счет разноцветным жидкостям со странными названиями и умопомрачительными вкусами, которые Фил только и успевал ей подавать.       После последнего выпитого коктейля, Клэри потащило на танцпол. Алкоголь ударил в голову. Девушке хотелось только двигаться, смеяться и не думать ни о чем, кроме происходящего в этом клубе. Моргенштерн встретила множество знакомых лиц, и от этого окружения становилось еще легче и спокойнее. Она была обычной девушкой, которая жадно наслаждалась праздником в свою честь.       Громкая музыка, выпивка… Стоило признать, что это именно то, чего так сильно не хватало Клэри в последние недели её внезапно переменившейся жизни. Еще бы Алека сюда — и вообще идеально…

***

      Тем временем, на другом конце города, в клубе с громким названием «Порхание бабочки» мальчишник справлял Александр Лайтвуд — один из самых завидных женихов в нефтяных кругах, который завтра перестанет быть холостяком и станет примерным мужем. — Виски всем! — крикнул Джонатан, восседая рядом с виновником праздника.       Все было как положено — много алкоголя, крутой диджей, забитая людьми танцплощадка и самое главное — атмосфера настоящего мальчишника. Парни уже здорово выпили, поэтому настроение у них было соответствующее. — До сих пор в голове не укладывается, как тебе удалось отхватить такой лакомый кусочек, Лайтвуд, — усмехнулся один из друзей — Уильям, держа в руках стакан выпивки. — Клэри, она же… О-х, чувак, такая горячая. — Эй! — в один голос возмутились Джонатан и Алек. Второй прокашлялся. — Аккуратнее со словами, о моей невесте говоришь как-никак. — Да-да. И о моей сестре, — заметил Джонни, глянув на Уилла. — Осторожнее. Парень закатил глаза. — Ладно-ладно, парни, не кипишуйте. — Отмахнулся он. — Я просто констатирую факт. Тем более, — на его лице расцвела полуулыбка, когда он посмотрел куда-то вглубь танцпола, сразу же поднимаясь со своего места, — я вижу более доступную добычу.       Друзья как по команде оглянулись. Действительно, прямо к ним шла пятерка одетых в бикини девиц с ярким макияжем и крупно-завитыми локонами. — Мы же договаривались — никаких стриптизерш, — серьезно сказал Джонатану Алек. Да, хоть вечеринка делалась наспех, парень успел предупредить друга, что ему не надо этих "типичных атрибутов" любого мальчишника, на что Джон только кивнул, молча соглашаясь. — Верно, и это не моих рук дело, — в замешательстве произнес Моргенштерн, разглядывая девушек. — Это подарок от твоего друга, красавчик, — сладко пропела подошедшая блондинка, кивнув в сторону человека, стоящего у бара.       Алеку хватило лишь одного взгляда на этого подонка. Он крепко сжал кулаки и сцепил зубы так сильно, что лицо приобрело беловатый оттенок. Джейс Эрондейл бесстыдно смотрел ему прямо в глаза, весело подмигивая и усмехаясь. Лайтвуд уж было хотел подскочить на ноги, но Джон предупреждающе сжал плечо друга, покачав головой. — Я сам не понимаю, что он здесь забыл, но Алек… Не надо,слышишь? — пытаясь успокоить друга, проговорил он. — А по-моему все предельно ясно! — вспылил Александр, закипая от гнева. Выпитый алкоголь сделал свое дело - злость становилась почти неконтролируемой. Было ясно, если Джон отпустит его хоть на секунду.... Эрондейл не уйдет из клуба целым.       Но ситуация улеглась сама собой, когда Джонни миролюбиво отправил девчонок к танцующим друзьям - пусть развлекаются парни, а им с Алеком заказал еще бутылку виски для успокоения нервишек… Он по - немногу подливал другу, доводя его до нужной кондиции, и, когда переизбыток алкоголя в его организме уже был виден абсолютно любому, друзья пошли танцевать. Тогда и случилось то, что буквально через пару часов полностью стерло все, что было построено за прошедшую неделю… — О, Алек, привет! — мгновение спустя парня заключили в объятия нежные девичьи руки на удивление сильные и требовательные. Хотя, может быть, ему казалось так только потому, что он сам еле держался на ногах. Ему потребовалось еще мгновение, чтобы понять, кто это и что ей нужно. Кэтти…       Его бывшая девушка, с которой они провели целых шесть месяцев вместе. Огромное количество времени для парня, который каждый день засыпал с новой подружкой… — Кэт, что ты здесь делаешь? — слегла заплетающимся языком спросил Алек, пытаясь вырваться с цепочки рук шатенки. Он мало что понимал сейчас. Даже вспомнить, что именно он делает в этом клубе, было крайне сложно. — Ты серьезно, сладенький? — хихикнула Кэтрин, крепче прижимаясь к Лайтвуду своим, обтянутым лоскутком красной блестящей ткани, телом. — Мы давно расстались. Угомонись, — с пьяной улыбкой отшатнулся Алек, бредя к бару. Его почти не волновало то, что девушка, обняв его за талию, следует рядом. Скорее он почти не замечал этого…  — Брось, ты думал, что я упущу возможность поздравить тебя? — она остановила парня и приблизилась к его лицу, чтобы уже в губы шепнуть: — Покажи, как ты прощаешься со своими старыми-старыми… друзьями.       Кэтти накрыла его губы своими и поцеловала Алека. Его руки автоматически опустились на ее талию, и они прижались друг к другу. Казалось, девушка была в восторге от происходящего. Она отпрянула и, лукаво улыбаясь, потащила парня в мужской туалет, а Алек, словно кукла на ниточках, послушно повиновался ей. Никто из присутствующих не обращал на них внимания или был слишком пьян, чтобы заметить хоть что-нибудь…        И когда эти двое, обнимаясь и целуясь, укрылись в одной из кабинок уборной, поленившись даже дверь запереть, мысли парня стали медленно проясняться. Ловкие наманикюренные пальцы Кэт уже расстегивали пуговицы на его рубашке, а губы целовали шею. Буквально в эти минуты кто-то, чей голос показался Алеку до жути знакомым, пробурчал что-то нечленораздельное и, странно засмеявшись, громко хлопнул дверью.       Лайтвуда будто током ударило. Он отскочил от разгоряченной девушки и пулей вылетел из кабинки. Парень пытался отдышаться, а когда понял, что натворил, с размаху зарядил кулаком о стену, уже не контролируя себя. За спиной он услышал смешок. Обернувшись, он посмотрел на Кэтрин, поправляющую свою блузку. — Какого черта? — только и выдохнул он, тогда как девушка сверкала улыбкой. — Знаешь, — усмехнулась Кэт, подходя к Лайтвуду, — о твоей помолвке с этой сучкой Моргенштерн гудят все. Я не верила, честное слово, не верила, что ты можешь измениться, что создашь семью. А когда услышала, что у тебя мальчишник в этом клубе, не смогла удержаться от соблазна самостоятельно удостовериться в этом. А поняла я только одно — ты такой же бабник, каким был всегда, Алек. Ни капли не изменился. Стоило тебе выпить, как ты кинулся на первую же девицу, которая просто пальцем тебя поманила! Хоть малышка Клэри мне никогда не нравилась, мне искренне жаль, что она выходит замуж за такое ничтожество, как ты. Хотя, сдается мне, недолго продлится её счастье.       Алек потерял дар речи. Он не мог оспорить слова, сказанные Кэтрин, ведь частично все это было правдой. Такой горькой и гадкой правдой о нем… Но последняя фраза Кэт будто несколько раз прозвучала в его голове. — Что? Что ты имеешь в виду? Она снова усмехнулась. — Парень, который вышел отсюда пару минут назад, сделал фото. Сомневаюсь в его хороших намерениях. Представь себе, какова цена такого горячего материала. Ему стоит показать эту фотку нужным людям, как газетчики его озолотят за слитую информацию, да еще и с такими доказательствами.       Алек понял, почему они с Кэтрин встречались так долго. Она не была глупа, это он был идиотом, считая ее глупышкой… — Уверена, завтра утром во всех заголовках будет душераздирающая новость о том, что красавчик Александр Лайтвуд трахнул в туалете свою бывшую подружку Кэтрин Льюис. — У нас не было секса, — гаркнул Алек, не способный ни на что больше. — А разве это кого-нибудь волнует? Ты как маленький. — Девушка подкрасила свои губы алой помадой. — Ты… Ты видела лицо этого парня? Сможешь узнать его? Кэтти подошла к двери, и прежде чем выйти, промурлыкала: — Да, но зачем это мне? Черный пиар — это тоже пиар, сладенький.        И она оставила его одного в мужском туалете с разбитыми костяшками пальцев и мыслями, взрывающими сознание. Алеку было плевать на то, что скажут люди, что напишут в газетах. Ему было все равно, как отреагируют родители, единственное, что волновало его - что скажет ему Клэри. Если вообще захочет говорить и видеть его… Ты влип, Алек Лайтвуд, конкретно влип.       Он умылся холодной водой и посмотрел в зеркало, фальшиво улыбнувшись. — Какой же ты придурок… Какой придурок…       Оставалась надежда на то, что если Алек сам расскажет о случившемся Клэри, она простит его, поймет… Да, он был уверен, что она поймет. А, может, эта уверенность исходила от алкоголя, все еще циркулирующего в крови?       Он достал телефон, взглянул на экран. Половина четвертого утра. Парень вздохнул и быстро, чтобы не передумать, набрал номер девушки. Она ответила не сразу, но через некоторое время приняла вызов и весело сказала: — Алек! Я так рада, что ты позвонил, — парень услышал музыку на фоне и стало понятно, что она еще не дома. Голос невесты заставил его нервничать еще больше. — Клэри, я тоже рад слышать тебя, послушай, пожалуйста, я должен кое-что сказать… И конечно же, она его перебила, заговорщицки прошептав: — Да, и я хочу сказать тебе что-то. —  Похоже девушка была пьяна, но это меньше всего волновало парня в сложившейся ситуации. — Я хотела сказать это завтра на церемонии, но, боже, — она захихикала, как маленькая девчонка, задумавшая шалость, и парень невольно улыбнулся, — в общем, Алек, я выпила так много алкогольных коктейлей, так что, наверное, твоей сестричке придется тащить меня до такси на руках, потому что я на четверть состою из текилы, но послушай, Лайтвуд, я влюбляюсь в тебя. Да, это так глупо звучит, но черт подери, я хочу стать твоей женой и быть твоей во всех смыслах. Слышишь? Твоей одной, Алек.       Парень сполз по стенке вниз, прижимая к уху мобильник. От лица отлила кровь и ему стало холодно. Она… Она только что призналась ему в любви… Он закрыл глаза и, вцепившись одной рукой в свои волосы, панически выдохнул: — И я люблю тебя, Клэри. Господи, я просто недостоин тебя. Черт, Клэри… Недостоин… — повторил Алек, стукнув головой по стене. Его сердце разрывалось от чувств. — Не говори чепухи, — мягко произнесла Кларисса успокаивающим тоном. — Ты самый… — она резко умолкла. На другой стороне линии повисло гробовое молчание, будто девушка даже не дышала. Парень испугался. — Клэри? Тишина… Он снова повторил. — Клэри, эй?       И когда она ответила, воздух вышибло из легких, будто кто-то с ноги ударил под дых. — Ты… — на срыве сказала она. — Ты… Как ты мог, Лайтвуд?! — он услышал слезы в ее дрожащем голосе. — Я думала… думала… Какая же я дура! Нет человека глупее меня! Я думала, что ты изменился, Алек Лайтвуд! Я всей душой и сердцем поверила тем словам, что ты говорил мне… Я… Я… Ты заставил меня почувствовать… почувствовать… — она заикнулась, — я считала, что и ты чувствуешь ко мне тоже самое, — всхлип, — а ты просто взял и растоптал меня. — Алек молчал и Клэри тоже сохраняла тишину, пока не произнесла уже более спокойно. — И если до твоей тупой головы еще не дошло, я знаю о вас с Кэтрин. И… И я хочу сказать тебе, что ты не лучше Эрондейла. Все вы — лживые ублюдки! Мне хочется соврать, что я ненавижу тебя, но нет, Алек, это не так... Потому что, пусть я и выпила, я говорила правду! Знаешь, у меня так пусто в груди… Будто мне вынули сердце, — она истерично засмеялась, — будто Злая Королева решила заморозить его. Но когда оно оттает, я почувствую все трещины и раны, которые будут болеть, ежесекундно напоминая мне о тебе, — ее голос посуровел, — мы встретимся завтра у алтаря, и я выйду за тебя, Алек Лайтвуд. Стану твоей женой и твоим наказанием. Я буду самым большим наказанием твоей жизни, Александр. — Клэри, пожалуйста, послушай, все не так, как ты думаешь. Я понимаю, что это звучит так банально и глупо, но все правда не так. Пожалуйста, милая… Клэри, дай мне все объяснить. — Абонент, приславший мне интригующее фото, добавил, что тебе не стоит беспокоиться о репутации. Снимок не попадет на страницы желтых хроник и… — Да мне плевать на все это. Плевать на все, кроме тебя, Клэри! Я люблю тебя! Слышишь меня? Я напился, я виноват, но это был всего лишь поцелуй. Мне нужна ты одна! Ты! — орал Алек, расхаживая со стороны в сторону, якобы это могло помочь. Клэри молчала. Молчала так долго, что парень подумал, будто она сбросила звонок. — Счастливо оставаться, Алек Лайтвуд. У меня свадьба завтра, и я планирую выспаться, — громко и спокойно произнесла Кларисса. Девушки, которая еще пять минут назад билась в истерике, не было. Она исчезла, и все, сказанное ею какое-то мгновение назад, казалось дурным сном. — Клэри, пожалуйста…       Но Алек услышал лишь краткие гудки. Звуки, которые неспешно убивали любого и намеревались покончить с ним. Она никогда меня не простит...