Исполнение мечты

Доброго времени суток :) Я наконец-то нашла время, чтобы озаглавить все части. Давно хотела заняться этим, но все никак руки не доходили. Но уже сейчас вы можете лицезреть в содержании названия всех частей. Также я исправила некоторые ошибки, однако подозреваю, что сама нашла не все промахи. По-прежнему прошу вас говорить обо всех моих ошибках (публичная бета у меня включена), недочетах или еще о каких-либо неточностях. Благодарю за помощь <3. Надеюсь услышать действительно конструктивную и аргументированную критику. Приятного прочтения :* Я натягиваю улыбку, пытаясь сделать ее максимально искренней. Это же пройдет, верно? Помучаюсь немного, перетерплю, и все пройдет. Это как своеобразная болезнь. Правда. Я уже осознала, что ничего не выйдет. Все. Это самое главное. Дин — мой брат. Вот и буду вести себя с ним как с братом. Как с Сэмом. Это же не отменяет обнимашки или то, что Дин будет заботится обо мне. И я о нем буду. Так ведь делают настоящие братья и сестры. Я всегда хотела себе старшего брата. Вот могу теперь жить и радоваться. Эх, говорю сама с собой. Это странно, определенно странно. Хотя какая разница? Лучше я буду слушать себя и свои мысли, чем каких-то левых людей. Тем более мне и слушать-то некого. Да, до шизофрении так всего лишь шаг. Ну, вот и не буду переступать эту черту. Слушать себя надо. Это однозначно полезно. Смотрю на Дина, который опять увлеченно что-то рассказывает, периодически размахивая руками. Какой же он все равно еще ребенок. В душе. Где-то глубоко в душе, но это иногда становится видно. Сколько бы он в себе это не прятал, строя из себя рыцаря и воина, он все тот же маленький мальчик, которого лишили детства. Это грустно. Но это не повод для грусти, так ведь? Это уже все равно не исправить. Это просто есть. Тем более, если бы не это, то все было бы по-другому. Не думаю, что стоит сожалеть о каких-либо вещах. Да, такие переживания терзают изнутри, но это просто надо пережить. Это делает нас другими. Лучше или хуже — не так важно. Это меняет нас. Делает нас такими, какие мы есть. Сильнее или слабее — вопрос другой. Это делает нас теми, кто мы есть на самом деле. Все события, происходящие с нами, ситуации, в которые мы попадаем, они открывают в нас что-то новое. Под воздействием сильнейших переживаний люди раскрываются, открывая себя (возможно даже для самих себя) с новой стороны. А это определенно хорошо. И вообще… Дин машет рукой у меня перед лицом, прерывая мой внезапный поток мыслей. — Эй, Лиза, ты со мной вообще? Я тебе последние три минуты рассказываю о том, как кролик захватил мир на осле, держа в руках слона и гранатомет. — Ой, прости, Дин, я задумалась просто, — слегка краснею. — Я уж понял. О чем думаешь хоть? — Дин поднимается со стула и протягивает мне руку. — Да так, о ерунде всякой, — берусь за руку Дина и встаю. — О ерунде. Ты, ерунда моя, есть не хочешь? Или можно купить кофе в автомате. Хотя ты его не пьешь. Но там, по-моему, есть горячий шоколад или чай. — Есть не хочу, но попить можно, — улыбаюсь. Я же могу радоваться таким милым моментам? Дин назвал меня его ерундой. Братья же так делают. Боже, размышляю о том, чему мне можно радоваться, а чему — нет. Совсем уже крыша едет. Не думала, что до такого когда-либо дойдёт. — Тогда пойдем, — Дин берет сумки, и мы выходим в коридор. Подойдя к кабинету Джоди, Дин смотрит на меня: — Я поставлю сумки, а ты иди пока к автомату, выбери что-нибудь, — улыбается. — Окей, — открываю перед Дином дверь, ведь руки у него заняты, и иду вперед по коридору. А где вообще этот автомат? Я выхожу в холл, где сидит молодой сотрудник. На стульях у кабинета сидят две девушки и общаются с еще одним сотрудником. Я слышу обрывки их фраз. Похоже, у одной из них украли телефон. Оглядываюсь и замечаю кофейный автомат. О, отлично. Я оплачиваю стаканчик молочного шоколада и, получив свой заказ, сажусь на стул. Где Дин? Давно уже должен был прийти.

***

Дин заходит в кабинет, довольно улыбаясь. — Хэй, вам надо кофе или чай? — ставит сумки на пол. Джоди и Сэм смотрят на него, прерывая свою беседу о воспитании детей. — Нет, мы уже купили. А где Лиза? — Сэмми оглядывает брата. — Она у автомата с кофе. — Вот и хорошо, потому что надо поговорить, Дин, — шериф отставляет свой напиток в сторону и кидает взгляд на младшего Винчестера. — Слишком серьезно, Джоди. Что случилось? — старший Винчестер скрещивает руки на груди. — Ничего, и это печально. Ты знаешь, я юлить не умею, буду говорить прямо. А ты отвечай честно и не уходи от ответа. — Воу, ребятки, что произошло? — Дин смотрит то на своего брата, то на шерифа. Его взгляд становится серьезнее, улыбка исчезает с лица. — Что произошло? Дин, ты правда не понимаешь? Лиза живет с нами, ты столько всего делаешь для нее и с ней, чего никогда раньше не делал. И при этом ничего не происходит. — Боже, Сэмми, ты опять об этом. Я уже сказал, что не собираюсь это обсуждать. Ты несешь бред, полную фигню, веришь в то, что у меня какие-то чувства к Лизе, постоянно напоминаешь, что ей 16. Я знаю это. Прекрати говорить об этом все. Нет никаких чувств. — Дин, честно. — Джоди делает упор на свои слова. — Слушайте, она для меня сестра. С-е-с-т-р-а, — Дин выделяет каждую букву этого слова. — Джоди, он придумал какую-то ерунду, и ты поверила в это. Перестаньте. И мне пора, Лиза ждет. — Дин просто выходит из кабинета. — Вот и как с ним разговаривать? Он даже не пытается слушать. Как же это меня раздражает в нем, — Сэм тяжело вздыхает. — Успокойся, Сэм. Все будет в порядке. Ему самому надо свыкнуться с этой мыслью, — Джоди отпивает свой кофе. — Да, главное только то, чтобы он не вбил себе в голову, что так нельзя. Если он упустит этот шанс, он же разобьет свое сердце. Опять. Снова и снова. Он любит ее. Это не просто влюбленность, я знаю. — Какой же ты хороший брат. — Хах, надеюсь, — неловкая ухмылка и щенячий взгляд в стиле Сэма Винчестера. — Он столько раз помогал и спасал меня. Видимо, настала моя очередь. И кто бы знал, что он не сможет разобраться в своих чувствах… — Не драматизируй.

***

Я сижу и жду Дина. Что он там делает так долго? Наконец улыбающийся Винчестер подходит ко мне. Какой-то он слишком улыбчивый… Странно. Дин садится рядом. — Хэй, что пьешь? — Молочный шоколад. — Хм, а я, пожалуй, возьму глясе, — Дин подходит к автомату и выбирает напиток. — Ты чего так долго? — делают глоток шоколада. Как же вкусненько. — Сэм плакал и говорил, что не выживет, если я уйду от него, — наигранно и с ухмылкой говорит Дин. — Ну все яяяясноооо с вами, — хихикаю и растягиваю слова, — Мои папочки. — Эй, — Винчестер садится рядом, — Какой еще папочка? — Такой, — легонько толкаю его в бок, — Ты папочка один, Сэм — папочка два. Все просто, — и улыбаюсь во все 32, отпивая кофе. Может это и правда, что они мои папочки, а не братья? Еще раз улыбаюсь своим мыслям и смотрю на Дина. — Нет, нет, нет. Никаких папочек. — Да, да, да. Именно папочки. — Тогда ты — мелкая козявка, — смеется. — Ах ты ж, — толкаю Дина, и выходит довольно сильно, поэтому он проливает на себя содержимое своего стакана. — Ай, блин, — кидает уже пустой стакан на пол. — Оу, черт, прости, Дин, — в шоке смотрю на него, — Горячо? Убери или отодвинь футболку, чтоб не жгло. Дин быстро снимает с себя рубашку и, о мой Бог, футболку. Я не это имела ввиду. Не надо тут стриптиз устраивать. Я же залипну. Фак, не смотри на его торс, смотри в глаза или в сторону. Чееееерт. Я ничего не могу поделать с собой и тупо пялюсь на тело Дина. Ну, вот почему он такой красивый? Нельзя так. Я же с ума сойду. Кто-нибудь запретите ему быть настолько красивым, пожалуйста. Винчестер кладет футболку рядом и надевает рубашку, застегивая ее на себе. Я наконец-таки смотрю на его лицо. И чувствую, что краснею. Вот же ж гадство. — Кхм, нормально все? Ты… ээм, не обжегся, нет? — надо же что-то сказать, верно? Только я вот, блять, слова все будто бы забыла. — Нормально, — хлопает меня по плечу, отчего я вздрагиваю, — Не переживай так. И я не обижаюсь, — подмигивает. — А то ты покраснела вся. — Ну, я же виновата, — пытаюсь непринужденно улыбнуться. Хотя выходит, наверное, довольно плохо. — Пойдем, виноватая ты моя, — Дин поднимает стакан с пола и выкидывает его, берет свою футболку, потом протягивает мне руку. Беру его за руку и встаю, выкидываю свой стакан. Он опять назвал меня его. Ох, ну вот как так жить? То он стриптиз посреди полицейского участка устраивает, то называет меня его. Мда, у меня совсем крыша так поедет. И виновником моего сумасшествия будет Дин Винчестер.