Исполнение мечты

      Медсестра уходит, а Винчестеры приходят только спустя минуты три. Меня уже начинает заметно клонить в сон, но я старательно не засыпаю. Сэм как обычно садится на стул около моей кровати, а Дин на саму кровать. Он выглядит каким-то задумчивым и обеспокоенным. Неужели что-то случилось? Может, они поэтому задержались. Или с медсестрой говорили. — Все в порядке? — Что? Да, конечно. Все хорошо, — Дин кладет руку на мою ногу.       В этот момент Сэм кидает на него непонимающий взгляд, но потом смотрит на меня. — Ты спать ляжешь, да? — Угу. Только я спросить хотела… Вам Кас не перезванивал? — Нет, — Дин вздыхает, — Я этой пернатой заднице настучу потом по голове. — Не надо, — улыбаюсь, — Я просто не хочу тут лежать. Ну, или, может, Кас хоть немного мог бы меня вылечить, чтобы я хотя бы вставать сама могла. — Я пойду еще попробую ему позвонить, — Сэм встает и опять выходит, глянув на брата. — Ну что? Ложимся спать? — Дин улыбается. — Ага. Ты тоже? — ухмыляюсь. — Я бы рад, да боюсь, что не усну. — Что так? А, ну да, в коридоре на лавочке спать не очень удобно. Ехали бы вы к Джоди, отдохнули бы. — Нет, я же сказал, мы тебя здесь не оставим, даже на короткое время.       Дин говорит это очень серьезно, отчего у меня сразу становится тепло на душе. Они никуда не уедут. Они не бросят меня. Дин не бросит. — Ложись тут, — я говорю это в шутку. Ок, ладно, часть меня надеется, что он полежит со мной. — А вот возьму и лягу, — Дин смеется и ложится слева от меня.       Винчестеру не хватает места, он кое-как убирается лежа на боку, но он все равно лежит. Эх, я бы с удовольствием подвинулась, но гипс, повязки, мне нельзя шевелиться. — Вот и мирись теперь с тем, что рядом с тобой лежит такой медведь, как я, и занимает твое место. — А я не против, — улыбаюсь во все 32, отражая улыбку Дина. — Ну и ладно, тогда тебе придется мириться с этим, — он закидывает на меня руку, обнимая.       Я морщусь, потому что рука у Дина тяжелая, а мои раны не успели зажить, кости в руках не срослись. Я стараюсь не показывать Дину, что мне неприятно и даже больно, потому что мне нравятся его объятия, но он сам все видит. — Блин, прости, тебе больно? — убирает руку и обеспокоено смотрит на меня. — Нет-нет, все нормально, не беспокойся. — Больно, да. Я не подумал, прости, — Дин снова садится на кровати. — Все в порядке, ложись. И ты даже можешь лечь на подушку рядом со мной, — подмигиваю Винчестеру. — Ох, какая честь, — Дин занимает указанное мной место.       Я поворачиваю к нему голову, его лицо находится рядом с моим. Черт, какой же он красивый. Так близко и такой красивый. Безумно красивый. Доводящий меня до безумия. Фу, боже, почему я так думаю? Какие розовые сопли, фу, кошмар. Докатилась. Как в фанфике какой-то мелкой девочки. Ужас. Дин ухмыляется и смеется. — Что? Ты чего смеешься? — Ничего. Просто ты так смотрела на меня, а потом на твоем лице появилось такое забавное отвращение. — Эй, не смейся. — Но ты смешная. — А ты дурашка, — показываю ему язык. — Я тебя за этот язык… — Дин делает лицо, словно ругается, но сквозь это явно пробивается улыбка. — Что? Ругать будешь? — Именно так. Все, спи уже. — Бебебе, папочка. — Скажешь так еще раз, и я не буду тебя кормить, — Дин закрывает глаза, аккуратно взяв меня за левую руку, не касаясь гипса. — Куда ты денешься, — улыбаюсь и тоже закрываю глаза. — Ладно, придумаю потом что-нибудь другое. Спи. — Да сплю, сплю.       Я двумя не сломанными пальцами держусь за руку Дина и стараюсь заснуть, слушая его дыхание. — Дин? — Ммм?.. — А расскажи что-нибудь, пожалуйста. — Ты просишь у меня сказку? — Необязательно, просто расскажи что-то. — Хорошее? — Угу. — Ладно.       Я не открываю глаза, но, судя по всему, Дин поднимает голову и, опираясь ею на руку, смотрит на меня. — Жил-был на свете человек. Он любил смотреть телевизор и есть бургеры. Он был очень храбрым. Однажды, когда ему было 17, он спас мир. Все думали, что это сделали какие-то спецслужбы, но все дело было в обычном подростке…       Я слушаю голос Дина, держу его за руку и незаметно даже для самой себя проваливаюсь в мягкие и пушистые объятия сна.       Я просыпаюсь и кое-как разлепляю глаза. Дин сидит у меня в ногах, облокотившись на спинку кровати. Его глаза закрыты, а в руке он держит телефон. Я смотрю на него, думая спит ли он и не желая будить, если что. На стуле сидит Сэмми, спиной откинувшись на стену. Он явно дремлет, тихонько посапывая во сне. В палате идеальная тишина, не считая какой-то медицинской техники и Сэма. Я вслушиваюсь в эту тишину, мне очень комфортно: я люблю после сна побыть в тишине, чтобы никто не дергал и ничем не напрягал. Именно поэтому по выходным я лежу в кровати, проснувшись, и залипаю в телефон. Ну, раньше залипала. Сейчас я сплю непонято как и то в машине, то в мотеле, то у Джоди, то в бункере. Или вообще в больнице. Эх, где моя спокойная жизнь? Я ухмыляюсь от собственных мыслей, рассматривая потолок. — О, Лиз, ты проснулась? — Дин одаривает меня улыбкой. — Угу. А сколько времени? И какое число вообще? — говорю шепотом, боясь разбудить Сэма.       Дин смотрит на телефон. — 20 июня, 10 часов 32 минуты, — он тоже говорит тихо.       Внезапно я слышу какой-то шорох, будто перья… Смотрю в сторону окна и вижу там Каса. Дин резко оборачивается, уже выхватив пистолет и направив его на нежданного гостя. — Кас, сукин ты сын. Звонить надо, — старший Винчестер убирает пистолет, — Ты вообще знаешь что такое телефон? Нам была нужна помощь, у нас творится непонятная херня, а ты шляешься где-то.       Я внимательно смотрю то на ангела, то на Дина, который выглядит сердитым и злым. Слышу рядом с собой зевок и покашливание, оборачиваюсь — Сэмми проснулся. — Воу, что за дела? Кас? — младший Винчестер потягивается после сна, разлепляя глаза. — Привет, Сэм. Здравствуй, Дин. Я был занят там, где не ловит сотовая связь. — Ах, занят. Послушайте, — Дин оборачивается ко мне и Сэму, натягивая липовую улыбку, — Он был занят, — опять поворачивает к Кастиэлю, смотря совершенно серьезно. — А мы тут в игрушки играем, блять!       Воу, воу, воу, Дин матерится. Хотя, думаю, в сериале этого просто не было из-за цензуры. А так да, Дин Винчестер ругается матом. — Дин твое выражение агрессии вполне уместно…       Дин перебивает Каса. — Конечно уместно! Нам бы очень не помешала твоя помощь! А если ты так занят, что не можешь позвонить тем, кто переживает за тебя, то тебе стоит подумать об этом, — Дин тыкает пальцем ангелу в грудь, разворачивается и, не посмотрев ни на меня, ни на Сэмми, выходит из палаты.       Я вздыхаю и устало смотрю на Кастиэля. Я устала лежать, находиться в одном положении. Я не то, чтобы заебалась, но меня изрядно это напрягает и бесит. Какая же я беспомощная. Жалкая и беспомощная. Блять, я ни черта не могу сама, а еще рассчитываю на какое-то счастье. Вся моя семья, все мои друзья мертвы. Я в параллельном мире. Сука, заебись расклад. Все мертвы, кому я могла быть хоть немного нужной. Все, кто хоть чуточку могли меня любить по-настоящему, мертвы. А я даже не страдала. Умерли-то ведь, кстати, из-за меня. Я всего лишь поплакала несколько раз. Голос был прав. Это из-за меня. И то, что голос сделал со мной — лишь малая часть, чего я достойна. Я достойна страдать, как и хотели уебки, уничтожившие всех, кто дорог мне. Но они были правы в одном — я должна страдать. Я закрываю глаза, словно выстраивая стену между собой и внешним миром. В палате вроде тишина. А может, Винчестер и ангел общаются. Я не слышу. Да и не хочу слышать. У меня еще и были надежды на какое-то счастье с Дином. Боже, я такая тупая. Как я не понимала этого раньше? Всю жизнь жила и думала, что я такая же как все, нормальная. Но нет. Это не так. Теперь я знаю это, теперь я знаю правду. Благодаря Голосу. Он открыл мне глаза на мою собственную убогость. Стоп. Блять. Что за хуйня? Что за приступы самобичевания? Внезапно где-то в глубине моего сознания зарождается голос. Такой противный и знакомый голос…       Ты же не думала, что я уйду бесследно? Смотри, как ты думаешь о себе. И это правильно. Так и есть. Тупая, жирная блядь. Вот кто ты. Подставила всех своих близких своим существованием. А тебя ведь даже не любили никогда. Думаешь, ты нравишься этому красавчику? О, даже не думай, тварь. Он ненавидит тебя. Он хороший, добрый, герой. Он просто не может позволить себе бросить тебя, но он так ненавидит помогать тебе. Как только ты будешь в норме — хотя ты никогда в ней не будешь по-настоящему, ты же ненормальная, неадекват, псих — он бросит тебя и уедет вместе с братом. Как думаешь, зачем здесь ангел? Он вылечит тебе физически, и все они спокойно свалят, бросив тебя, дуру ебанутую. Голос продолжает говорить, а я просто слушаю, понимая, что он прав. Конечно, по-другому быть не может, он прав. Голос говорит мне правду, несет истину. Теперь я знаю. Я отрицала его слова, но сейчас я вдруг стала осознавать, что все так и есть. Боль помогла мне это понять. Всегда боль ломает людей, но не меня. Я особенная. Боль открыла мне истину.