Я СОХРАНЮ ЛИШЬ НАШ ТАНЕЦ

Я глубоко вдохнул все запахи Киева в себя и тут же пожалел об этом. Мне нужно было почувствовать, что все здесь переменилось вместе со мной, что теперь мой мир стал другим, однако, это оказалось не совсем так. Осознав, что жизнь в городе продолжает течь своим чередом, толпы все так же стремятся в центр, родители сидят дома в ожидании меня в выходные, мне поначалу стало грустно, но затем я понял, что скучал. Да, прошло всего две недели с моего отъезда, в течение которых я и думать забыл о своей городской жизни, и этот ритм снова втянул меня обратно. Хорошо, что я отказался, чтобы родители встречали меня на автовокзале. Приятно было проехаться на транспорте в одиночестве и подумать обо всем произошедшем. Тут же мне вспомнилось, что через месяц грядет 11 класс, подготовка к экзаменам и мысли о будущем… Но также через месяц меня будет ждать человек, которого я жаждал видеть больше всего. Мысли о Максе заставляли биться мое сердце чаще, воспоминания о его взглядах и объятиях чуть не довели меня до того, чтобы развернуться, но я, естественно, сдержался. Я не девчонка, потерплю месяц. Тем более я слишком ответственно отнесся к его последним словам. Максим наказал мне готовиться, и что я успел понять за те четырнадцать дней, так это что когда он говорит, он говорит серьезно. Все мысли смешивались в моей голове, я и не знал, с чего мне начинать, когда доберусь до дома. Меня также интересовало, чем занимается Макс помимо танцев, почему он не учится в университете, или же учится, а я не знаю… Я и не заметил, как приехал. Вот домофон, мама открыла, не спрашивая, кто там. Первый этаж, моя родная квартира. Я снова почувствовал себя маленьким мальчиком, а, может, я и не замечал, что всю жизнь им оставался? - Женька-а-а!! - сдерживая радостный крик, произносит мама. - Давай сумки! Меня долго теребили, обнимали, хотя чего врать - мне было приятно. Но когда у тебя начинаются отношения с парнем, немного странно чувствовать еще чьи-то объятия. Конечно же, я рассказал родителям, как провел время. Рассказал все, почти все: кроме Максима. Вскользь я упомянул, что у Дины там работал парень, но ничего потом ни о нем, ни о ней не говорил. Родители даже не заметили, что я приехал один, без подруги. Их порадовал мой небольшой загар, отдохнувший вид. Мама к тому же внезапно произнесла: - Ну вот, тут как раз моя коллега книжек тебе хороших передала, даже на иностранном языке есть, хоть на воздухе перед чтением время провел! Но я не собирался читать. Я совсем забыл обо всех своих хобби, однако не мог же вдруг просто так заявить родителям, что теперь танцую. К тому же меня еще ждали пробы в команду Макса, хоть он и утверждал, что я еду с ними. Наконец избавившись ото всех вопросов, я ушел к себе в комнату и продолжил размышлять. Да, Максим пытался мне намекнуть, что я принят, но я же не дурак, чтоб рассчитывать, что его друзья так легко меня примут. По сравнению с ними я все еще оставался неопытной зеленью. Полежав немного на кровати, я понял, что нужно делать. Выскочив в коридор, я забыл, что еще не разобрал вещи, обулся и стал открывать дверь. - Женя, ты куда? - спросил папа. - Гулять! - только и крикнул я, а затем выбежал на улицу, оставив отца недоумевать. С чего было начать мне, 16-летнему школьнику? Я стал банально ходить мимо остановок, фонарных столбов, художественных галерей даже в надежде найти объявления. Надо сказать, нужных мне было совсем мало. Собрав всего штуки три бумажки с приглашением поучиться уличным танца, я вспомнил о чудесном изобретении человечества - интернете. Не особо его любил, вот и мыслил, видимо, как отставший от времени человек. Пришлось вернуться домой. Родители промолчали. Я открыл ноутбук и там дал себе волю. Информации было море, в нашей столице, как оказалось, куда ни плюнь - можно найти танцора. В любой ситуации главное - попытаться искать, ведь когда тебе это не нужно, ты его и не замечаешь. Я выбрал пять наиболее интересных вариантов, пытаясь уложиться в один месяц, и улегся спать, решив не томить себя в этот день. Начало августа я связал для себя с началом самостоятельной подготовки. Мне нужно было поразить Максима к его приезду, преподнести ему сюрприз. Я полностью положился тогда на другие команды, к которым обратился за помощью, рискуя перенять не ту технику, хотя понятия не имел об этом в то время. Меня встретили как новичка, коих у танцующих команд было море. За первую неделю я посетил все найденные варианты. Везде со мной поговорили, и я тоже смог выяснить, на каком этапе в своем развитии они находятся. В некоторых командах были еще и девушки, другие были немного младше меня, но все, похоже, были рады новоприбывшим. Черта, которая объединяла любую из этих групп, - желание пробиться вверх. Они постоянно говорили о конкурсах, чуть ли не каждый день подыскивали вечерние уличные мини-фестивали, если их можно было так назвать, но совершенно не злились на меня, что я их немного затормозил. Я показал, что умел, упомянув, что заниматься начал только в этом году (решил чуть приукрасить), но многие меня похвалили. Ни одна из этих команд не имела той популярности, что была у Макса, кубков я у них не видел, и, познакомившись частично с опытом Максима, мог судить о том, что мои новоиспеченные учителя были куда лучше меня, но оставались такими же «новичками» своего дела. Они были самоучками, не знали заграничных соревнований и владели небольшим количеством техники в своих движениях. Но я поставил себе целью: все то, что умеют они, должен уметь и я к концу августа. Для меня было тяжело добиться даже такого, но я не думал о сложностях. Когда я танцевал, я представлял перед собой Максима, чем стимулировал себя. Моя любовь выливалась в мой танец, мои движения становились более плавными и легкими, а приходя домой, я настолько изматывался, что тут же ложился спать. У родителей почти не было возможности поговорить со мной, к тому же, у них кончился отпуск (мама с папой работали в одной фирме), и мы виделись только ближе к ночи. Каждую из команд я предупредил, что заниматься много не смогу, дабы успеть посещать их всех, чего они, естественно, не знали. Ближе к двадцатым числам августа я остался только в двух наиболее сильных командах, объяснив свой уход настоянием родителей. Вечерами мы, бывало, танцевали в клубах или просто на улицах. Я начал ощущать внимание зрителей, научился наслаждаться аплодисментами, мог что-либо сымпровизировать. Я сам понимал, что никто бы не сказал, что я стал заниматься только в середине июля. Я бы и сам так не сказал. Возможно, во мне всегда таились некие способности к танцам, а может, и к спорту вообще. Стопка книг, принесенных мамой, так и лежала на моем столе. Протирая там пыль, мама обратилась ко мне в одну из суббот: - Женечка, ты так их и не прочел? - Прости, мам… - я не стал ей врать. Этот разговор когда-то должен был состояться. - Чем ты занимаешься на улице? С кем проводишь время? Я не представлял, что же буду говорить, когда вернется Максим и мы начнем выступать. Но сейчас так не хотелось все объяснять… Я решил ответить так: - Мам, в лагере я познакомился с парой ребят, которые занимаются танцами, и теперь хожу к ним на репетиции. Там классно. Ну, в последнем я точно не соврал. Мама все равно недоверчиво на меня посмотрела: - Компания хоть хорошая? - Конечно, мам! Они спортсмены! Я тоже немножко научился у них… - Что это за танцы-то такие, что ты бросил все? Подготовку к экзаменам, книжки, Дину свою в конце концов! Как она там? Меня перекосило от картины больницы, засевшей в голове надолго, но я постарался перевести тему: - Это хип-хоп, современное движение. Надо же становиться круче! - засмеялся я. - А перед школой к экзаменам готовиться - себя мучать. Успею еще, мам. К моей радости про Дину она больше не спросила. Закрыв за мамой дверь, я сам вернулся мыслями в тот злополучный день. Что же с ней теперь? С кем она? Эта часть моей жизни тревожила меня. Пожалуй, с ней я больше всего не был готов распрощаться. Одним утром, возвращаясь из магазина, когда я как раз устроил себе выходной, меня окликнула девушка: - Придержите лифт! На лифте ехать я не собирался, так как жил на первом этаже, но она этого еще не видела, ибо только забегала в подъезд. Все же зачем-то дождавшись ее, я увидел, что она была совсем еще юна: моего возраста примерно. Поняв, что двери лифта закрыты, она смущенно улыбнулась. - Ой, я думала, вы едете… Она до боли напомнила мне Дину в тот момент, я все еще думал о бывшей подруге. Они были схожи и по возрасту, и какими-то манерами. - Я Женя, - протянул руку я и улыбнулся. - Соня, - ответила она мне, не пожав руки ввиду сумок в обеих руках. - Может, тебя проводить? Чего лифт ждать-то? Она так смущалась, что мне и самому стало неловко. Хотя просто захотелось помочь человеку, да и поговорить с кем-то не о танцах. Выяснилось, что Соня жила на пару этажей выше меня, переехала сюда буквально на днях и даже будет ходить в мою школу! От удивительных совпадений, я разинул рот: - Мы сверстники? А класс какой? - уже начинал выговаривать буку «б». - Одиннадцатый Б у меня. Только не говори, что ты тоже там? - она засмеялась, и мне тоже захотелось улыбнуться. Вся она казалось приятной особой, и к тому же подруги мне не хватало. Дойдя, наконец, до ее квартиры, я пригласил ее как-нибудь к себе на чай, не имея в виду ничего большего. Но по лицу девушки понял, что она это восприняла как приглашение на свидание. - Хорошо, зайду, может, завтра. Я не стал заморачивать себя по поводу нее, и умчался домой. Назавтра, я, естественно, с утра пораньше отправился на тренировку. Забежав домой в обед, я обнаружил маму и Соню, сидящих у меня на кухне. - О, а вот и Женя! Даже трубку не брал, негодяй. Я осознал, что совершенно забыл о девушке, и мне стало стыдно. Когда я успел стать таким невнимательным к людям? - Жень, если ты занят, я пойду… - Нет, Соня, останьтесь. Пусть и дома побудет, а то все бегает да бегает! Я не успевал вымолвить и слова, однако вину надо было загладить. - Прости, Соня. Пойдем ко мне. Мы ушли в мою комнату, сели напротив друг друга, и я понял, что не знаю, зачем позвал ее. Девушка взяла инициативу в свои руки. Стала расспрашивать о хобби, и все такое, а я по глазам ее видел, как далеко она стала отходить от Дины в своем образе, и как странно на меня смотреть. Даже Максим так на меня не смотрел, нет, определенно девушки и парни - это разные виды людей. Пытаясь не слишком заострять на этом внимание, я ляпнул про танцы. И это повлекло за собой еще более длинную череду вопросов. Однако высказаться было приятно. - Можно как-нибудь прийти посмотреть на тебя? - спросила она. Я замялся. Что, если Макс будет против? Но его сейчас здесь не было, да и завтра его тоже не будет. Мое ожидание сводилось к полному одиночеству. Я пообещал ей, что разрешу. Однажды, когда состоится мое настоящее выступление. Один раз показав ей город, мы стали каждый вечер проводить вместе. Мне было немного неуютно, я по-прежнему не знал, о чем говорить с девушками. Дина - совсем другое. Соня пыталась стать ближе мне, рассказывала какие-то свои тайны, но во мне не просыпалось то доверие или привязанность, как у обычных людей. Я видел в ней друга, и сам злился на себя за это. Но я не мог забыть Макса и совсем не хотел. Представляя, что Соня может заменить его, мне становилось страшно, я будто мысленно отдавал половину себя непонятно куда. Поэтому я продолжал делать вид, будто не понимаю ее намеков. Мама постоянно приглашала Соню, заставляла нас идти гулять: так она знала, где я. Но это порядком раздражало уже нас обоих, и мы превращали все в шутку. Так незаметно, мотаясь туда-сюда, я встретил 30 августа. Этот день я начал ждать с того момента, как сел в автобус в лагере. И вот он настал, а мне стало страшно. Научился ли я тому, чего ждал от меня Макс? Точнее, смогу ли я удивить его? Я чувствовал, что ординарные люди не вызывают в нем интереса, и мне надо было быть непредсказуемым. Я не знал, где мы встретимся, просто ждал, что он напишет или же позвонит. И это случилось. Я получил смс с адресом некой квартиры, и сразу сообразил, что здание с ней находится на окраине города, но неподалеку от меня. Поездив с командами по Киеву, я узнал множество улиц. К слову, я все еще не покинул ребят, и надеялся, что Макс подскажет, как это сделать. А может, я боялся, что меня не примут, и оставлял себя место, куда можно было бы вернуться. И вот, я снова собираюсь уходить, мама снова сурово смотрит мне в спину, пока я одеваюсь, но руки мои трясутся. Это не тот момент, когда я куда-то собираюсь в своем родном городе, как делал это раньше. Я иду на встречу с парнем, которого люблю, в чем абсолютно уверен, и то, что это происходит не в лагере, а в моем городе (который стал нашим), при свете дня, среди множества других людей, делало все новым. Я только сейчас до конца понял, как же все изменилось. Я уже обувался, когда в дверь позвонили. Неужели Максим узнал мой адрес? В горле пересохло. Я открыл дверь и увидел за ней Соню. - Привет! У меня есть два билета на крутую выставку! Ты как раз одет… - Сонь, не сейчас, - я грубо не пропускал ее за порог, но, похоже, девушка не замечала. - Торопишься? - Да, очень! - Жалко. Мама отдала билеты, я была уверена, что ты пойдешь… Не желая ссориться при своей матери, я схватил сумку и вышел за порог к девушке, закрыв дверь. - Может, отложишь дела? Я не знал, что сказать. Отказывать людям, к слову, я умел так же «хорошо», как и врать. - Прости, но мы же и так каждый день вместе проводим! Соню это задело: - Да, ну и что же? Ты мне нравишься… Она сама испугалась своих слов, а я вздрогнул. Вот и случилось, вся правда в лицо. А когда-то я был бы в эйфории от такого признания от симпатичной девушки. - Прости… Лучше сразу сказать тебе: я не смогу ответить тебе взаимностью, скорее всего, никогда, - я смотрел ей прямо в глаза, пытаясь быть честным, и мне казалось, что она должна была вот-вот улыбнуться, и у нее даже заблестели глаза…правда, от слез. - Почему? Почему? Начав подбирать ответы на этот вопрос, я не мог найти самого главного, такого, который бы и мне все объяснил. Перед глазами вставал то ее образ, то образ Макса, то образ каких-то девчонок, которые нравились мне много лет назад… Затем опять образ Макса. Почему?! - Да потому что я гей!