Лесные цветы, вплетенные в волосы

С момента этого небольшого происшествия проходит несколько дней. А Луи все никак не может выбросить из головы образ незнакомого мальчика. Стоит ему только закрыть глаза — и он вновь видит того, в чьих глазах прячется лес; и слышит, как тот звонко смеется. Луи мучает себя вопросами. Кто же этот таинственный незнакомец? Почему Луи не встречал его раньше? И откуда тот пришел? Луи знает в лицо почти всех жителей их небольшого городка. Он хватается за мысль, что, возможно, мальчик переехал сюда совсем недавно, поэтому Луи еще не успел с ним познакомиться; но почти сразу же исключает этот вариант. Мидоу-таун никогда не был объектом повышенного внимания, на него можно было наткнуться лишь абсолютно случайно, да и какой странник доберется до этих мест? Новые люди в городке появлялись нечасто, так что если бы зеленоглазый мальчик был из их числа, Луи бы наверняка знал об этом. Черт, ведь он даже не спросил его имени! Луи был слишком удивлен и очарован, чтобы начать разговор, а незнакомец исчез слишком быстро, не дав ему опомниться. Значит, оставался только один вариант: мальчик жил в месте, о котором просто-напросто не знал Луи. Не мог же он жить в лесу, в конце-то концов! Или мог? Луи стал обеспокоенным и рассеянным. Уже и Джей заметила, что с ее сыном что-то происходит. Она озабоченно трогала его лоб, а Луи лишь пытался выдавить из себя улыбку, которая смогла бы успокоить его маму. Он решил ничего не рассказывать ей о неожиданной лесной встрече, пока сам все не узнает. Луи проводил в лесу дни и ночи, не смыкая глаз и надеясь, что мальчик выйдет к нему снова. Но тот так и не появился.

***

Прошло уже больше недели, и в Луи стала постепенно угасать надежда. Он пытался убедить себя, что все это ему приснилось, и Луи почти удавалось это, но ровно до того момента, как он вступал в лес, где зеленые деревья не уставали напоминать ему о глазах этого мальчика. И Луи снова и снова возвращался туда. Однажды, когда Луи проснулся, как обычно, рано утром, ему в голову пришла идея, способная хоть немного скрасить его почти что круглосуточное дежурство в лесу.       — Мама? — позвал Луи с кухни, собирая свою сумку. Он немного волновался, ожидая ответа. — Мама!       — Да, милый? — Джей выглянула из ванной, вытирая руки о полотенце.       — Можно я сегодня возьму Шарлотту с собой в лес? Мама, я уверен, ей там понравится, — воодушевленно говорил Луи, словно стараясь убедить ее количеством приведенных аргументов. — Я покажу ей полевые цветы, целебные растения и научу различать съедобные ягоды. А ты сможешь отдохнуть, ведь на тебе и так всегда вся домашняя работа, — и Луи улыбнулся маме своей самой очаровательной улыбкой.       — Хорошо, — согласилась Джей на удивление быстро. — Только возьми плед, чтобы она не сидела на земле. И воды. И следи, чтобы ей не напекло голову. И пожалуйста, глаз с нее не спускай.       — Конечно, — с энтузиазмом закивал Луи. Он очень трепетно, даже с каплей ревности, относился к своему лесному царству. Но для маленькой сестренки ему хотелось сделать исключение. Он желал широко распахнуть перед ней эти двери, давая возможность полюбить лес так же сильно, как сам его любит. К тому же, мальчик надеялся, что необходимость следить за малышкой хоть немного отвлечет его от мыслей о незнакомце. А может, наоборот, увидев такую принцессу, зеленоглазый не удержится и выйдет к ним? Как ни посмотри, это была чудесная идея. Луи уложил к себе в сумку плед и воду, о которых говорила мама, и захватил панамку Шарлотты, пока Джей переодевала ее в соседней комнате.       — Лулу! — в коридор выбежала маленькая девочка и радостно повертелась перед старшим братом. На ней были надеты джинсовые бриджи и футболка цвета хаки, а на ногах были аккуратно зашнурованы ботиночки. Белокурые волосы малышки Джей собрала в два хвостика, украсив их яркими резиночками.       — Принцесса, — Луи присел перед ней на корточки, взяв ладошки Шарлотты в свои, — ты готова к приключениям? Девочка восторженно закивала и захлопала в ладоши. Луи, взяв Шарлотту за руку и закинув на плечо сумку, поцеловал маму и вышел на улицу. Джей проводила их до ворот, напоследок наказав Луи присматривать за сестренкой. Шарлотте было четыре года, и на все, что ее окружало, она смотрела с неподдельным восторгом и удивлением. Малышка быстро уставала, и они с Луи часто останавливались, что давало им возможность увидеть все, что их окружает. Они шли по песчаной дорожке, и солнце приветливо тянулось к ним своими лучами. Шарлотта шагала, припрыгивая, и считала свои шаги. Сбивалась, смеялась и продолжала считать дальше, когда Луи ее поправлял. Они шли через поле, слушая треск кузнечиков и шорох трав, и Шарлотта убегала вперед, пытаясь поймать бабочек, и исчезала в высокой траве. Луи указывал ей на ласточек, что носятся в вышине, и Шарлотта поднимала голову, пытаясь заслонить ладошками лицо от яркого солнца, чтобы разглядеть быстрых птичек. Когда они дошли до Брук-ривер, Шарлотта радостно взвизгнула и затопала по мостику, слушая, как деревянные доски гудят под ее ножками. Что уж и говорить о том, когда они добрались до леса. Маленькая Шарлотта медленно ступала по мягкой лесной траве, осторожно перешагивая через корни, торчащие из земли. Она тянулась своими маленькими ручками за ветками, в чьих листьях путалось и играло солнце. Она поднимала взгляд вверх, у нее кружилась голова, и девочка хваталась за руку брата. Деревья-великаны окружали ее со всех сторон, защищая непроходимой стеной от внешнего мира. Шарлотта убегала и, смеясь, пряталась от Луи за их широкими стволами. А он находил ее и вел все дальше и дальше в самое сердце леса. Они добрались до опушки, где Луи впервые встретил незнакомца. И нет, он не думает о нем каждую свободную минуту. Луи расстелил плед в море луговых трав, недалеко от кромки деревьев. Малышка Шарлотта довольно плюхнулась на землю, пытаясь разглядеть, что прячется в высокой траве вокруг. Луи опустился рядом с ней, расстегнул сумку и вытащил сестренке большое красное яблоко. Пока девочка была занята фруктом, Луи сорвал несколько веточек незабудок и, пока Шарлотта ела, распустил ее хвостики и начал заплетать сестренке косички, вплетая в белокурые волосы нежно-голубые незабудки. Девочка вертелась, и маленькие цветочки падали у Луи из рук. Когда он закончил, то ласково провел пальцами по щеке малышки:       — Эти цветы такого же цвета, как и твои глаза. Это незабудки. Девочка улыбнулась от его прикосновения и аккуратно коснулась своей прически. Потом она протянула руку и сорвала большой синий василек, протягивая его Луи:       — А этот — как твои.       — Спасибо, принцесса. Это — василек, — улыбнулся Луи и заправил цветок себе за ухо. — Хочешь, покажу тебе еще кое-что?       — Да, — кивнула Шарлотта. И тогда Луи звонко запел.

Там, за третьим перекрестком, И оттуда строго к югу, Всадник с золотою саблей В травы густо сеет звезды*

Его голос было хорошо слышно на лугу, и травы шепотом подпевали ему. Луи не замолкал, ожидая, когда его услышат птицы-пересмешники. И тут он увидел одну птичку, что сидела на ветке дерева у самого края опушки. Она сначала несмело, а потом громче и громче, повторяла за Луи его песню. Вскоре ее услышали другие птицы и начали передавать друг другу мелодию. Луи напевал, улыбался, а Шарлотта завороженно слушала, как перекликаются пересмешники. Луи закрыл глаза и настолько растворился во всем, что его окружает — шорох луговых трав, свежий ветерок, обдувающий его лицо и собственный голос, слившийся с голосами пересмешников — что не сразу заметил, как Шарлотта настойчиво дергает его за рукав. Пытаясь привлечь внимание брата, девочка громко шептала:       — Лулу, птички. Они отвечают тебе. Сначала, Луи не понял, о чем говорит его маленькая сестренка. Но прислушавшись, стал различать незнакомые ноты в своей мелодии. Постепенно, от птицы к птице, ноты менялись, и вскоре к Луи вернулась песня, которую он никогда и не знал. Он внимательно прислушивался, и ему казалось, что для них поет сам лес — он слышал в этих звуках и восходящее солнце, и шум неутомимой Брук-ривер, и даже тихий смех незнакомого зеленоглазого мальчика. Конечно, Луи понимал, что пересмешники не могут отвечать ему, придумывая свою песню. Они ведь только повторяют. А это значило, что с ними в большом лесу находится кто-то еще. И мальчик не мог понять, что он чувствует от осознания этого факта. С одной стороны, ему хотелось собрать все вещи и поскорее убежать из леса, подальше от неизвестности. А с другой — не заботясь ни о чем, идти на звуки незнакомой мелодии и узнать, от кого она исходит. Но с Луи была маленькая Шарлотта, и он не хотел втягивать ее в свои опасные приключения, которыми часто оборачивались его лесные прогулки. Поэтому он выбрал первый вариант. Нет, на самом деле, он не боялся, ведь лес давно стал его другом, не способным причинить Луи вреда. Мысленно борясь с собой, он поднялся, сложил плед, стряхивая с него прилипшие сухие травинки, и, взяв за руку малышку Шарлотту, направился обратно домой. Девочка была так удивлена внезапной сменой настроения старшего брата, что даже не задавала вопросов, шагая за ним по лесной тропинке, а только молча рассматривала его серьезное лицо. Луи сбавил шагу, лишь когда они перешли Брук-ривер. Тут он отпустил руку сестренки, и та выжидающе уставилась на него, словно ожидая объяснений.       — Лулу, — протянула она, — почему мы ушли?       — Шарлотта, — Луи присел перед девочкой, — прости, что так вышло, ладно? Луи и сам не мог толком объяснить причину своей поспешности.       — Давай нарвем для мамы цветов? Девочка несколько секунд молчала, но потом ее лицо озарилось улыбкой:       — Давай! — и она унеслась вперед, лишь светлая макушка мелькала в высокой траве. Луи и сам невольно улыбнулся; вот почему он так любит детей, в особенности — свою сестренку. Они чисты, как первые цветочки, что пробиваются из-под земли, искренны и не способны долго обижаться. Они провели еще какое-то время на лугу, собирая цветы для Джей. Когда Луи с Шарлоттой вернулись домой, Джей не стала спрашивать причину их столь раннего возвращения, за что мальчик был ей благодарен. Мама поставила букет колокольчиков в вазу, поцеловала сына и, забрав Шарлотту, оставила Луи в его комнате наедине со своими мыслями. Он пытался убежать от них, погружаясь в очередную книгу, но звонкий голос Шарлотты из соседней комнаты, рассказывающей маме о своих впечатлениях, раз за разом возвращал Луи на опушку посреди леса. В тот вечер он рано уснул, и во сне видел ярко-голубые глаза своей сестренки, дождь из луговых цветов и слышал, как для него поют пересмешники. Он спал и конечно же не знал о том, что вскоре после их ухода на лесной опушке появился зеленоглазый мальчик и поднял с земли большой синий василек, вплетая его в свои шоколадные волосы.

***

Так проходит еще несколько дней. Ничего не меняется. Луи все так же проводит все свое время в лесу, а мысли о зеленоглазом незнакомце все так же не покидают его головы. Ничего не меняется, пока не наступает тот самый день. Хотя даже сам Луи пока не подозревает об этом. В этот день Луи, как обычно, просыпается с первыми лучами солнца, собирает сумку и отправляется в свое лесное царство. В последнее время Джей начала беспокоиться, что ее сын больше времени уделяет своим прогулкам, чем семье, словно избегая внешнего мира. Но как объяснить маме, что лес стал для него настоящим домом, и воспоминания о неизвестном зеленоглазом мальчике каждый день зовут его туда? Луи застрял в состоянии бездействия: он отчаянно желает вновь встретиться с незнакомцем, но совершенно не знает, что для этого нужно сделать, боясь смутить или оттолкнуть мальчика. Поэтому он просто вновь отправляется в лес, чтобы провести еще один день, купаясь в своих мечтах и надеждах. Он ведь не знает, что еще чуть-чуть — и все они сбудутся. Луи находит дерево с раскидистыми ветвями и усаживается под ним. Густая крона пропускает лишь тонкие полоски солнечного света; блики пляшут на страницах книги, которую Луи держит в руках. Он недавно обнаружил неизвестные ему цветы за лесной опушкой и решил заново пролистать старый справочник, предполагая, что он мог просто забыть их название. Луи перелистывает шуршащие пожелтевшие страницы, пытаясь сосредоточиться на словах и рисунках в книге, но его глаза то и дело устремляются вперед, ища чего-то в глубине леса, или наверх, в листву высоких деревьев. Когда Луи переходит к букве «М» в справочнике, в ветвях над ним неожиданно слышится возня и тихий смех. Прежде чем мальчик успевает хоть что-то сообразить или продумать свои дальнейшие действия, на него с дерева в буквальном смысле кто-то падает. Книга летит из рук Луи, и он, распластавшись на земле, удивленно моргает и пытается подняться на ноги, желая рассмотреть незваного гостя, потому что этот «кто-то» — определенно больше, чем любое животное в этом лесу. Незнакомец наконец слезает с него, давая Луи возможность встать, и ладно, он больше похож на обыкновенного мальчишку. Незнакомец снова тихо смеется, пряча лицо в ладонях, потом отряхивается, и … о боже, Луи требуются всего какие-то доли секунды, чтобы понять, кто стоит перед ним.

Это не просто незнакомец, это его незнакомец, его зеленоглазый мальчик.

Брови Луи медленно ползут вверх, и он, не спуская глаз со свалившегося с неба зеленоглазого мальчика, в буквальном смысле слова пытается вспомнить, как дышать. Его взгляд мечется от лица незнакомца к его одежде, стараясь запомнить каждую мелочь, словно мальчик может снова исчезнуть. Он примерно того же возраста, что и Луи, может быть, немного помладше. А может быть, Луи так кажется из-за его по-детски пухлых розовых губ и больших зеленых глаз, обрамленных черными ресницами. Мальчик улыбается под пристальным взглядом Луи, и на его щеках появляются ямочки, и Луи думает, что нельзя быть настолько очаровательным. Незнакомец одет в брюки, возможно, слишком длинные для такого теплого лета, но на нем нет обуви, и он босиком стоит на лесном ковре. Как бы Луи самому иногда ни хотелось слиться с окружающей его природой, он всегда надевал ботинки, зная, что в лесу могут встретиться и змеи, и острые камни. Луи теряется, какой же это оттенок — корицы, или осенних опавших листьев? Сверху на мальчике надета такого же цвета курточка, рукава которой он завернул выше локтя. Но самое прекрасное — это, несомненно, его волосы. Длинные кудри цвета растопленного шоколада волнами падают ему на спину. Луи хочет протянуть руку и коснуться их, потому что, он готов поклясться, в этих волосах прячется солнце; стоит мальчику только наклонить голову, и они сверкают, как золото. По бокам у него заплетены две косички, очевидно, чтобы кудряшки не лезли в лицо; между прядками вплетены лесные цветы. Незнакомцу, вероятно, уже наскучило это молчание, поэтому он с самым невинным видом протягивает Луи руку:       — Я Гарри, — представляется он, и снова смеется. Эти звуки выводят Луи из оцепенения. Сколько дней он мечтал еще хоть одним глазком посмотреть на этого мальчика, а тут он, собственной персоной, стоит прямо перед ним и предлагает знакомство. Луи мысленно дает себе подзатыльник за такую нерасторопность. И все равно медленно, как во сне, подает незнакомцу руку. Луи слегка касается пальцами пальцев Гарри, до сих пор не в состоянии поверить, что все это происходит в реальности.       — А у тебя есть имя? — задает вопрос Гарри и снова хихикает. И почему каждую свою реплику или действие он сопровождает этим звонким смешком, который потом эхом отдается в голове у Луи? Луи прокашливается, но голос все равно предает его:       — Я Лу- Луи.       — Ну здравствуй, Луи, — дружелюбно улыбается Гарри и опускается на землю, а Луи автоматически повторяет его движение. Гарри садится, скрещивая ноги и опираясь спиной о ствол дерева. Луи же находит необычайно интересными сухие веточки перед ним и не решается поднять глаза на мальчика, что сидит напротив. Куда подевался тот смелый, общительный, полный энтузиазма Луи, который в одиночку излазил почти весь лес вдоль и поперек? Гарри поднимает с земли небольшой камешек и бросает его Луи под ноги, пытаясь таким образом привлечь его внимание.       — Покажи мне свою книжку, пожалуйста. Тут Луи неожиданно вспоминает, чем он непосредственно занимался, пока этот Гарри не свалился ему на голову. Он растерянно оглядывается по сторонам и, найдя глазами свой справочник, бережно поднимает его с земли, смахивает песок и нерешительно протягивает Гарри. Тот энергично выхватывает книгу и с неподдельным интересом начинает ее рассматривать. Он водит пальцами по страницам, шепча себе под нос названия цветов и растений, изображенных на бумаге. Через несколько минут он поднимает глаза на Луи:       — Что здесь написано? — он указывает на пояснения и обозначения, данные каждому рисунку.       — Названия растений и краткое описание. Это, например, ландыши, — отвечает Луи с удивлением, указывая на рисунок, на котором задержался Гарри. — Ты что, не умеешь читать? Гарри игнорирует вопрос, гордо вскидывая голову:       — Но я и так знаю названия всех лесных цветов, — словно в доказательство своих слов он обводит рукой ковер, расстилающийся под их ногами.       — Никто не может знать названий всех цветов!       — Но я могу, — спорит с ним Гарри, сдвинув брови. — По крайней мере, я знаю названия всех цветов, растущих в моем лесу. Луи намеренно пропускает мимо ушей то, что Гарри назвал лес своим, будто он живет здесь; вместо этого он снова вскакивает на ноги и тащит мальчика за собой. Достигнув той самой лесной опушки, где они впервые увидели друг друга, он поворачивается к Гарри и бросает ему маленький вызов. Он выбирает цветы и спрашивает у Гарри их названия. Луи искренне удивляется тому, как быстро мальчик отвечает, и гадает, как столько информации вмещается у него в голове. Перечислив уже свыше, наверно, тридцати названий, Луи наконец уступает зеленоглазому знатоку. Похоже, Гарри и впрямь не хвастался.       — Хорошо, ты был прав, — Луи шутливо поднимает руки в знак капитуляции. — Не поможешь мне? Я нашел одни цветы недалеко отсюда, которые мне незнакомы, и в справочнике их нет.       — Конечно, — кивает Гарри, готовый помочь своему новому другу. Когда же наступило то мгновение, когда эти двое успели стать друзьями? Прошло не более часа с момента их знакомства, а они уже идут подле друг друга, направляясь к месту, где Луи нашел неизвестные цветы. Они оживленно болтают обо всем, что их окружает, и спорят, яро жестикулируя. Гарри заботливо отводит руками ветви деревьев, закрывающие им путь, и ловит от Луи благодарную смущенную улыбку. Когда они достигают места своего назначения, Луи оглядывается и, заметив в траве фиолетовый огонек, подзывает к себе Гарри. Тот опускается на колени и бережно касается пальцами светлых лепестков:       — Это же ве́треница, Луи, — Гарри аккуратно касается пальцами щеки мальчика. — Ветреница нежная. Вот теперь Луи действительно смущается, и алый румянец заливает его щеки. При необходимости он смог бы обмануть кого угодно, но только не самого себя. Глупо было бы отрицать то, что Гарри очень ему симпатичен. И Луи мог только надеяться, что эти чувства взаимны. Рядом с почти незнакомым мальчиком, несмотря на волнение, которое он испытывал в начале, Луи чувствовал себя очень комфортно. Гарри был добрым, веселым, разговорчивым и, кажется, любил лес так же сильно, как и Луи. Но было в нем также что-то такое, что нельзя было ни увидеть, ни поймать руками. Он постоянно поправлял свои кудри, перебрасывая длинные пряди на плечи и закрывая ими уши, и все время будто что-то прятал у себя за спиной. Что за звезды сверкали в этих зеленых глазах? Какие секреты прятались за этой улыбкой? Луи рассматривал каждую черточку своего нового друга, ловил каждое его слово, подмечал каждое движение, желая поближе узнать Гарри. В его голове роились десятки вопросов, которые были готовы вот-вот сорваться с его губ, но Луи не хотел торопиться и торопить события. Он даже немного боялся сказать что-нибудь лишнее, что заставит Гарри больше не выходить к нему. Сам Гарри был слегка обеспокоен затянувшимся молчанием между ними и озабоченным выражением лица мальчика напротив. И он обратился к Луи, словно прочитав его мысли:       — Ты будешь моим другом, Луи? Мы можем встречаться здесь, в лесу, каждый день и вместе проводить время. Я могу показать тебе те части леса, в которых ты еще не бывал, — и Гарри хитро улыбается.       — Но я знаю весь лес! — и Луи изображает Гарри, вскидывая голову и смеясь. Гарри шутливо щелкает его по носу и повторяет свой вопрос, на который Луи отвечает, конечно же, согласием. Они проводят остаток дня вместе, и Гарри умудряется забираться с ним в такие места, где растут цветы и травы, о существовании которых Луи и не подозревал. Зеленоглазый мальчик рассказывает об их полезных свойствах, а мальчик с карамельными волосами внимательно слушает и аккуратно все записывает и зарисовывает за Гарри в свой блокнот. Луи всегда любил лес, потому что это зеленое царство принадлежало только ему. Туда он мог действительно убежать от всего, забыть о том, что раньше имело значение, и просто наслаждаться жизнью. Но в тот день у него появился человек, с которым он был готов разделить свои сокровища. Они расстаются только под вечер, когда солнце начинает потихоньку клониться к горизонту, и уславливаются встретиться на следующий день. Гарри учит Луи мелодии, которая станет их условным сигналом, и обещает, что как только услышит песню пересмешников, выйдет к Луи. Луи возвращается домой в наипрекраснейшем настроении, напевая мелодию, связавшую их с Гарри, чем вызывает недоуменные взгляды мамы, отчима Марка и даже маленькой Шарлотты. Но он не обращает на это внимания и направляется в свою комнату, чтобы подготовиться ко сну, быстрее отправиться в кровать, пораньше уснуть и скорее проснуться, чтобы пойти в лес, где его теперь ждут.