Между двух миров

ВНИМАНИЕ! ПОСЛЕДНЯЯ ГЛАВА!

Сильно впечатлительным людям, просьба - не читать!

***

      - То есть как, это твой брат? – недоуменно смотрю на парня, который попивает яблочный сок и смотрит в стенку.       - Не родной, его усыновили, - Чонгук ставит коробку на стол и поворачивается ко мне, - так что, не убьёшь его?       Прошло пару недель, Гук уже пришёл в нормальное состояние, набрал сброшенные килограммы, а бледности, как и не было. Всё время он молчал про Юнги, то и дело меняя тему. Сегодня Чона выписывают, и я уговорил его пожить у меня, пока окончательно не поправится. Время пролетело очень быстро. Мина я так и не видел, зато, наконец, призвал ангелов. Они вручили мне какой-то кинжал с кучей непонятных иероглифов.       - Откуда ты узнал?       - Ну, я с ним разговаривал, когда чуть на тот свет не отправился дома, перед твоим приходом, а потом услышал ваш разговор, когда был в коме, - Чон поджал губы и опустил глаза.       - А, что случилось? – я подсел ближе, чтобы парень не мог избежать ответа.       Но как только Гук открыл рот, зашёл врач и сказал собирать вещи.

***

       - У тебя хоть права есть? – смеётся Чонгук, садясь на заднее сидение своей машины.       Показываю документ с подтверждением, от чего Гук довольно улыбается и просит отвезти его на природу. Заезжаю домой, затаскиваю сумки и возвращаюсь в салон.       - Ну, и куда мы? В парк? На рыбалку? – не успокаивается парень всю дорогу, а я лишь смеюсь и не раскрываю секрета.       И вот, наконец, мы приехали. Останавливаю машину в тени огромного дерева и выхожу, кидая быстро «пошли». Мы обходим толстый ствол, и вид открывается на спуск к речке, в которой блещут солнечные лучи, а вдалеке серые огромные здания выглядят как каменная тюрьма или вымерший город. Пока мы спускаемся со склона, слышу за спиной восхищающиеся вздохи и длинные «вау». Мы садимся на мягкую траву и наблюдаем за этим чудесным местом в полной тишине.       - В ту ночь Юнги исчез, - хмурю брови и поворачиваюсь к парню, не понимая о чем он, но ничего не говорю, - от него даже пепла не осталось. Он не мёртв, он жив, просто каким-то образом стал таким. Прости, я не оправдываю его, но он всё ещё мой брат.       - Ты о чем?       - Тот рисунок мне напомнил вечер, когда Мин вспыхнул пламенем, - Чонгук смотрел куда-то далеко, - и тогда я сказал много плохого, от чего самому тошно. Я видел его несколько раз, но говорили мы реже, чем сталкивались.       - Давай не об этом, - я тяжело выдохнул, не хочу говорить о том, кого придется убить.

***

      Уже далеко заполночь, Гук заснул в кровати, а я отдался эмоциям в кухне. Сквозняк продувал спину, от чего она неприятно ныла. Я спрятал лицо руками и облокотился локтями об стол, чтобы никто не увидел моих слёз. Пытался не издавать звуков, но всхлипы глухо разносились по кухне. Чёрт. Засунул руку в карман и вытащил серебряный кинжал. Было так больно. Я не смогу убить Юнги. Я провел пальцем до конца острия и случайно порезался. Шикнув, я вытер другой рукой слёзы и наблюдал, как кровь стекает на стол.       - Аккуратней нужно, это тебе не игрушки, - раздался сзади грубый голос, от которого сотни мурашек пробежали по спине.       - Что ты тут делаешь? – боюсь повернуть голову, мне так страшно смотреть в глаза этому существу.       - Хочу тебе кое-что объяснить, но для начала обработай палец.       Юнги сидит напротив меня, и разглядывает, будто несколько лет меня не видел. От этого не по себе, и я до боли в животе боюсь столкнуться с ним взглядом. Кинжал уже лежит на краю стола, а на пальце красуется пластырь.       - В тот вечер, когда я исчез, меня забрали демоны. Они издевались над о мной. Сказали, что пытки продолжаться, если я не буду им подчиняться. В итоге они сделали из меня равнодушную машину для их работы, а точнее, убийств и других тёмных дел. И когда я нашёл тебя, у меня щелкнуло в груди. Такого никогда раньше не было, - Мин встал и подошёл ко мне, от шока я тоже подскочил и, как щенок, пугливо смотрел на парня, - мне было так больно, но почему-то рядом с тобой это было не важно. Я подумал, что ты спасешь меня из этого ужасного плена.       - Юнги, - я не сдержался, слёзы потекли градом, и я крепко обнял Мина. Всхлипывая в плечо, я понимал, что это шанс. Дрожащей рукой я держал кинжал за спиной парня, - я люблю тебя, - крепко зажмурил глаза и услышал звук входящего лезвия в плоть.       - И я тебя…       Кинжал падает из моих рук. Я почувствовал резкую боль в спине, а к горлу подошел ком, и вот кровь течёт изо рта. Разум затуманился, а в глазах помутнело, ещё секунда, и я уже ничего не могу разглядеть. Юнги аккуратно кладёт меня на холодный кафельный пол, прижимая к себе. Но я ничего не чувствую. Слышу такой же звук, и резко закололо между рёбер. Пытаюсь наклониться и посмотреть, почему так больно, но тонкие пальцы придерживают голову за затылок, от чего я не могу повернуть голову. Чувствую прикосновение сухих губ к своим, и это, кажется, последнее, что я чувствую.       - Только ты оставался… - последнее, что я слышу.

***

      Черный костюм. Серое небо. Тёмное помещение. Всё сегодня мрачное. Событие, которое не принесло никому хорошего. Чонгук сидит у могилы Чимина с цветами в руках. Это последний его день на воле. Его обвинили в убийстве Пака. Гук старается не плакать и поджимает дрожащие губы. Не унимается и стирает пальцем накатившую слезу. Он встает и идёт к надгробной плите, на котором выгравировано лицо молодого парня, озаряющего своей улыбкой. Чон встает на колени, обнимает мраморный камень и горько плачет. Сжимает в руке цветы, от чего они ломаются. Чонгук снова проклинает Юнги. Мин забирает самых близких ему людей. В груди разрастается ненависть, боль и злость вперемешку. Гуку больнее, он пропустил похороны того, в кого влюбился, из-за судов. Все деньги ушли на гроб и плиту, и даже не хватило на адвоката. Его оттаскивают от могилы охрана, которая следует за «преступником» круглосуточно. Чонгук заливается рёвом. Крик разносится на всё кладбище.       Боль. Больше ничего не осталось.