Коктейль для неудачников

      Блерр заметил на пороге Слага и сдержал тупое желание улыбнуться. Можно было бы, но ведь тогда этот кретин решит, что бармен ему рад – и что нальет бесплатно, в честь возвращения. Нечего порождать разорительные традиции! И все-таки: он обрадовался, что Слаг жив, и что пришел сюда, наверняка еще и первым делом. Блерр потерял много постоянных клиентов, а улыбчивая морда гигантского динобота напомнила о хороших днях.       Слаг прошествовал к стойке, рухнул локтями на нее – так, что посуда зазвенела – и провозгласил:       – Что ты сделал с баром?!       Блерр искоса вопросительно мигнул на него оптикой.       – Где Танкоры? – пояснил Слаг, озираясь. – Где вообще хоть одна знакомая рожа? Я буду «Разрушителя диноботов», кстати! Голдбаг отвалил мне нефиговую премию за то, что мы спасли летучих выплавков, и я собираюсь избавиться от нее, пока меня не настигли прочие соблазны.       Ухмыльнувшись, Блерр потянулся за стаканом.       – Ищешь знакомых? – возник позади Слага Скай Байт. – Дай я тебя обниму!       – Наболт иди! – гаркнул Слаг, и его немедленно заключили в объятия.       Некоторое время по бару метался динобот с акулой на загривке. Посетители, особенно те, кто Слага в «Маккадамсе» не застал, возмущались, но ничего поделать не могли. Когда сам владелец ностальгически наблюдает за тем, как разносят его бар, разгневанно махать руками – бессмысленно.       Наконец, они оба унялись; поверженный Скай Байт, которого Слагу удалось стряхнуть на стол к каким-то «гвоздям», поднялся на ноги, и только тогда Блерр выставил их коктейли.       – Пейте, придурки.       Нисколько не обидевшийся Скай-Байт привалился к стойке, переводя взгляд с Блерра на Слага и обратно.       – Я даже не знаю, кого из вас попросить рассказать историю первым!       – А у тебя о чем история? – подозрительно сузил оптики Слаг.       Боится, что бармен отберет у него славу героя? В событиях, связанных с Метротитаном, героического было мало. Он разве что для Праула героем стал, сберег его хоронушку… Праул больше не выходил на связь, к слову. Решил сдержать обещание? Слабо верится.       – Блерр вляпался в политику! – театрально объявил Скай-Байт. – Большу-ую политику!       – Избираешься, что ли? – гыгыкнул Слаг, заливая коктейль в пасть. Залпом втянул – и с намеком толкнул стакан в сторону бармена.       – Я присутствовал на первых переговорах с Каминусом, – история встречи лидеров фракций с «охотницами на титанов» растиражировалась с невероятно изобретательными подробностями. Блерру слухи о его присутствии в исторический момент шли на пользу. К тому же тайник Праула остался нераскрытым – все увлеклись другим. – Ничеготакого.       – Ничего такого? Это же одна из давным-давно потерянных колоний! – всплеснул руками Скай-Байт. – Это правда, что они жрут мехов?!       А. Вот – самая главная новость. И – то, что привлекает клиентов лучше всего. Байки о жителях Каминуса, которые остановились сейчас у Металхока. Вдобавок к тем, что разошлись без его участия, Блерр придумал еще парочку, чтобы подогреть интерес.       – Угу, – он клацнул челюстями. – И титана хотят себеоставить.       – Мехов жрут? – уточнил Слаг. – Прям как мы?       – Тывон и топливо жрешь – недавишься, – отмахнулся Блерр и навис над головой динобота, упираясь в стойку ладонями. – Аонивообще не употребляют энергон. Перерабатывают sentiometallico, типа, пока оно ещеживое!       – Брр! – восхищенно мотнул головой Скай-Байт.       Слаг пробурчал:       – Эка невидаль.       Диноботы, вроде, даже органику усваивали. Как ни крути, это делало их особенными в рядах автоботов, а тут пришельцы с урезанной диетой вдруг обрели популярность, пока Слаг со своими болтами творил свершения на ниве массовых разрушений. Ах, да, спасательная миссия. Как выяснилось, именно так позиционировался последний поход, который Слаг возглавлял. Диноботы вернули аэроботов в Аякон (как будто это хорошо, их же первыми и изгнали?), но славный подвиг померк, едва на горизонте замаячил Метротитан.       – Я пригласил каминусок в бар, – сказал Блерр, заговорщически подмигивая Скай-Байту. Мол, я же знаю, что ты искру продашь за шанс поглазеть.       – Зачем?! – притворно ужаснулся тот, оживляясь.       – Ну, может, присмотрят когобуйного напожрать! – Блерр символично скрежетнул дентами и кивнул на веселящихся в уголке автоботов. Ворпат с компанией, шумные, как всегда. – Ну, давай, выкладывай! – перевел он тему. – Что с Силверболтом случилось? Я слышал, аэроботы ебнулисьвконец.       – О, – Слаг оживился. – Да они сами в титана превратились! Не, поменьше, короче, но они как Девастатор теперь. Ну, и да, ебнулись. Я вообще думаю, они формистов нашли, и те сделали с ними что-то, отчего башню снесло.       К ним подгреб Джазз. Постоянное пьянство – на активы, награбленные за всю войну, не иначе – придало ему слегка расхлябанный вид, но собравшиеся в баре этой иллюзии не поддавались. Пошатываться Джазз мог сколько влезет, смотрел он весьма ясно – если хотел. А мог энергоновые пузыри пускать за своим столиком, делая вид, что он поплыл от скуки сильнее, чем от выпивки. Однако общаться ни с кем по-прежнему не спешил. Занимал в одиночку два дивана, практически крал прибыль!       Блерр вытянул канистру из-под стойки.       Скай-Байт, не обращая на Джазза внимания, скептически хмыкнул:       – Почему формистов-то?       – А кто еще, кроме Шоквейва, будет так ботов перекраивать? Не, я отвечаю! Они дикие вообще, ревут, что стали чем-то большим, что видели какого-то Предвестника. Всякую ржу, короче. Блерр, ты мало мне наливаешь!.. – он с укором постучал когтем по стакану.       – Неоформисты выжили в пустошах? – спросил Джазз, не заботясь о приветствиях. – Надо же.       – Рог ставлю, – подтвердил Слаг.       Весть не радостная. Хорошо, что Шоквейв перестал баламутить масло в городе, но эксперименты над автоботами – не то, что упростит отношения между фракциями. Старскрим-то уже расписался под всеми обвинениями в адрес бывшего союзника, но Голдбаг с Праулом точно заставят его оправдываться снова. Внесут распустившихся религиозных фанатиков в список доказательств его некомпетентности. А то, что Слаг не раздумывая на каждом углу треплется о том, как Шоквейв искалечил аэроботов, раздувает огонь.       Перед самыми выборами ведь.       – Ладно, в шлак Силверболта с его шайкой. Что, этот, – Слаг кивнул на Джазза, – единственный твое пойло до сих пор тянет? Куда Свиндл запропастился?       Блерр открыл рот и – удивительное дело – не успел сформулировать ответ. Никто не задавал ему этот вопрос!       Джазз довольно прошептал, наклоняясь к Слагу:       – А Свиндл задолжал.       – Чо-о?! – Слаг поднял взгляд на Блерра. Тот отмахнулся. – Серьезно?! Ты до мелкого доебался? Тупица!       – Заткнись, – негромко рыкнул он. – Нетвоедело.       Скай-Байт отвернулся, сделал вид, что кто-то позвал его с одного из столиков, и слинял. Джазз все еще радостно скалился.       – Вот на цикл свалишь спасать мир – все с катушек слетят, – заворчал Слаг. – Тронул мелкого – пить у тебя больше не буду! – и демонстративно сгреб стакан в руку так, что тот затрещал.       – Ну и потеря! – хохотнул Джазз. В голосе слышалось ехидство. – Ты много пропустил, Слаг! Блерр нынче размяк и не лупит должников, да?..       – Сейчастыпередумаешь! – пригрозил Блерр. – Пошелпрочь!       Джазз отсалютовал ему стаканом и вразвалочку удалился за свой стол. Он был таким же мелочным, когда должность ближайшего к Прайму меха открывала перед ним все двери и давала ни с чем не сравнимую власть? Все знают, что он садист, но, как выяснилось, дело не только в убийствах. Джазз оказался из тех, кому нравится запустить когти в любую рану и пошуровать там. Блерр досадовал, что позволил Джаззу догадаться о своих переживаниях. Почувствовать, что особое отношение к Свиндлу, которое он и так с неохотой себе позволил, вышло боком. И Джазз не собирался оставлять его в покое, обнаружив слабость.       – Сколько он тебе должен? – прогудел Слаг. – Серьезно, он же всегда самое дешевое брал! Давай я…       – Тристадевятнадцатьтысячсемьсот, – выпалил Блерр, разогреваясь от злости.       Слаг запнулся на полуслове.       – Фраг. Ну. Ржа, это он как вообще умудрился?..       – Амненепоболту? – Блерр хлопнул ладонью по его кулаку, сжимавшему стакан, и активировал генератор.       «Герой пустошей», как ни странно, не взъярился. Свою неприкосновенность доказывать тоже не полез. В желтой оптике, мелковатой для такой огромной рожи, горел огонек задумчивости, который редко там зарождался.       – Ты, конечно, шустрый, все такое, – наконец сказал он. – Думаешь тоже быстро. Но это же Свиндл. Он поди в шлаке по самый козырек шлема.       Блерр шикнул на него и отцепился, собираясь прекратить разговор, но Слаг все-таки успел со всей дури сдавить его кисть.       – Слававпроцударила? – огрызнулся Блерр, усиливая откачку энергии. В Слаге ее много. С титаном не сравнится, но…       – Свиндл мне работу нашел. В Роквуд пытался пристроить. Просто так, никакой пользы, одна ржа в глушителе. Если ты не знаешь достоверно, что стряслось, то хоть попробуй выяснить.       – Тебе. Надо. Ты. И. Лезь! – отрезал Блерр.       – Э, не! – Слаг разжал пальцы и лязгнул, передергивая плечами. После такого тесного и долгого контакта с Блерром всегда хочется двигаться побольше, доказывать себе, что ты жив. – Это тебе надо. Уныло у тебя стало, Блерр, – громче добавил он. – Зови зубастых, хоть какое-то развлечение!                     Пригласить каминусок оказалось правильным рекламным ходом. В бар стали подтягиваться с самого открытия, занимать лучшие места. Опасливые перешептывания перерастали в галдеж, но главное, как бы вся эта орда ни старалась тянуть коктейли потихонечку, большинство с этой задачей не справлялось. Один день представления обещал обернуться заработком целого цикла.       Слаг, как и раньше, ввалился с грохотом, да еще и едва не вывернул косяк. Он пытался войти, удерживая за плечи сразу обоих Танкоров, а у всех троих вместе оказался внушительный диаметр. Слаг подтащил Танкоров к стойке и не убирал руки с их брони, пока они не уселись.       Блерр встретился взглядом с дылдой. Тот немедленно отвернулся к Слагу, но среагировал на звук выставляемых стопок. Провентилировал. Блерр не умел извиняться, так что если Танкор чего-то ждет…       Здоровяк пощелкал клешнями.       – Ну чего, открутил башку от бампера? – Блерр недовольно сверкнул на него оптикой, и Танкор пожал плечами: – Слаг позвал посмотреть на каминусок. Так что ты ни при чем. Я все еще злюсь.       – Апитьбудешь? – перебил тот, левой уже разливая шоты. Танкор-дылда не возражал, хотя и делал вид, что он самый обиженный десептикон на Кибертроне.       Он, наверное, пытается по поведению Блерра сообразить, насколько тот обдолбан. Ха, с этим у Блерра теперь все под контролем. Да и Васпинатора выпустили – удалось стрясти с него за «волнения и неудобс-сства».       Васпинатор сидел со своей бандой – торговыми партнерами – неподалеку. Танкору он дружелюбно помахал, однако тот не ответил.       – Все будут пить! – объявил Слаг и довольно окинул взглядом стойку. – Почти как в старые-добрые, а? И мне налей! – добавил он.       Ни слова о Свиндле.       Блерр сдержал вспышку ярости. Слаг притащил старых друзей в бар, а ведь Блерр их некоторое время назад попросту выжил. Не потому, что хотел… потому что не сумел по-другому. Слова, сказанные диноботом в прошлый раз, крутились в проце, и Блерр пытался избавиться от чувства недостачи. Неправильно привязываться к клиентам. Неправильно лезть в их дела и давать им на тебе наживаться. Наоборот все должно происходить, это ведь его бизнес! Его бар!       Но даже если Танкоры пришли на один вечер, ради каминусок, он не против. Это приятно – видеть их тут, на своих местах.       – Какие новости? – небрежно спросил он, обращаясь больше к Слагу, чем к кому-то еще.       – Аэроботам следовало во время войны заблудиться, тогда мы бы точно победили! Прости, Танкор, – он подмигнул дылде. – Зато теперь у нас тоже есть гештальт!       – Многовато здоровяков стало, – заметил Танкор-здоровяк.       – Праймус, это не очень хорошо, да? – подлез под его руку Скай-Байт и точно так же разлегся на стойке. Блерр махнул на него ветошью, которой он стирал пролитые капли, но Скай-Байт никуда не делся.       – Технически он не «ваш», – сообщил дылда кисло, поглядывая на шоты. Потом сдался и одним махом залил в себя один. Забулькал фильтрами.       – А чей, по-твоему? Голдбаг ща выиграет, и все будет егойное.       – Выборы через цикл. Уже и агитация запрещена, – встрял Скай-Байт. – Если кто-то готовит гештальт, к бою или к чему-то еще, рекламы он себе на этом не сделает…       – Слухи никтонеотменял, – заметил Блерр. – Вы вот их прямосейчас распускаете.       – Да в шлак. Город надо защищать, – провозгласил Танкор-здоровяк. – Вон даже титаны из ядра лезут и все крушат! Твари-пожиратели металла прилетели! Нам нужна армия, автоботская или еще какая. А то как бизнес вести?.. Слаг, но ты ж сказал, аэроботы тронулись?       – Ну, если честно, – протянул тот, – их сейчас Уилджек настраивает. Он не шибко в теме, но спецов у нас мало осталось. Может, вправит аэроботам платы.       – Уилджек же работает со Старскримом, – оживился Танкор-дылда, словно ему лично было важно, чтобы автоботам не досталось гештальта. Как будто и война не кончалась, а?       Слаг аж рогами затряс:       – Э! Голдбаг все равно победит, без вариантов!       – Ну, хватитуже! – Блерр шлепнул ветошью по столу. – Активисты! Тебе какое вообще дело, а?       – Я – король диноботов! – гордо объявил тот. – Я должен думать о будущем!       Скай-Байт рухнул лицом в стойку.       – Ну, приехали, – хохотнули Танкоры в едином порыве.       Ни одно место сейчас не спасается от обсуждений политики. Болтовня, болтовня, болтовня – все стали хорошо разбираться в обещаниях лидеров фракций, у всех появилось мнение. Даже у Блерра. К счастью, дебаты в «Маккадамсе» не заканчивались мордобоем, и он уже даже привык слышать имена Голдбага, Металхока и Старскрима. Он, конечно, не думал, что придется когда-нибудь проводить для них экскурсию по титану (особенно впервые в жизни оказавшись внутри гигантского меха из легенд), но…       Эти трое прямо состояли из дебатов. Смазывали дебатами шарниры. Заправлялись вытяжкой из дебатов. Блерра они задолбали быстрее, чем Праул.       А вот знакомство с каминусками было интересным. И здорово, что Виндблейд согласилась прийти. Может, все прекратят обсуждать выборы и перетрут за действительно интересные новости?!                     Кибертронцы глазеют, не стесняясь. Может, это какая-то характерная особенность вида? Самым тактичным в зале оказался Васпинатор – он хотя бы откровенно не пялился.       Блерр приберег для Виндблейд и Хромии место у стойки, там, где он лучше всего будет контролировать происходящее, и откуда особо навязчивых легче всего шугать. Когда они вошли, Танкоры чуть головы себе не свернули, а Слаг сосредоточенно уставился на лица каминусок, надеясь, очевидно, рассмотреть их челюсти получше.       Кстати, денты у них внушительные. Несколько рядов плоских острых зубчиков, чуть загнутых внутрь, движущихся так, чтобы взрезать и перемалывать металл. Пока что из присутствующих лишь Блерр насладился их видом – каминуски общались и улыбались, почти не раскрывая ртов. Вот уж поистине тактичное поведение. Мелочь, а чувствуется забота о чужом психическом здоровье!       – Привет, – сказала Хромия и кивнула в сторону переполненного зала. – Наживаешься на чужой популярности? Процент нам положен?       – Хромия, пожалуйста, повежливее, – попросила Виндблейд. – Ты первый, кто позвал нас в гости, Блерр. Нам приятно.       – Япервый, кто многокого позвал, – отмахнулся тот. Слаг многозначительно пошевелил пальцами в воздухе, и волей-неволей в очередной раз вспомнился Свиндл. Ну вот как…       Виндблейд продолжала оглядываться, и любопытство зевак ее не беспокоило. Блерр успел немного расспросить каминусок об их нетипичном способе подпитывать корпуса, а следом – об обычаях их колонии. Они с Хромией впервые видят топливо в таких количествах.       – Металхок рассказал нам про твой… бар, – в тон его мыслям заговорила Виндблейд. – У нас нет баров, по понятным причинам. Так что для нас многое в новинку.       – Столько энергона, – тем временем присвистнула Хромия. – Выглядит кощунственно.       – Я, понятноедело, куском титана угостить не могу, – спохватился Блерр. Он бы, по правде, себе титана оставил, но теперь-то судьба бедолаги и вовсе не понятна. – Вот! – он тряхнул канистрой, необычно запаянной и снабженной специальной насадкой. Все, чтобы содержимое не повредило емкость. – Васпинатор подсказал, выэтоупотребляете. Еленашел, – сообщил он без хвастовства.       Хромия призадумалась, словно что-то заподозрила. Он уже понял, в этой парочке она – кулаки. Телохранитель или просто сопровождающий, кто-то ведь должен приглядывать, пока напарница подключается к огромным мозгам. Виндблейд же казалась важной шишкой: манеры, сдержанность, явно – опыт переговоров. «Охотницы на титанов», а! Их род занятий построен на геноциде определенного типа кибертронцев. Каково Старскриму с Голдбагом с ними дела вести? Страсть как интересно!       – Васпинатор? – уточнила Хромия.       – Вон та жужелица, – ткнул пальцем Блерр.       Васпинатор немедленно отвернулся, как будто и не озирался на гостий со своего места.       – А, – кивнула Виндблейд. – Знаем его вид.       – Торгуете? – впервые подал голос Танкор-здоровяк. Весь предыдущий диалог он напряженно молчал, а Блерр не торопился никого представлять. Он – хозяин бара, а не мажордом.       – Конкурируем, – весело гаркнула Хромия. – В питательной цепи! – и рассмеялась.       Слаг тут же заглянул ей в пасть. Хоть что-то способно стереть самодовольную мину с рожи этого динобота!       – Первый стакан бесплатно, – объявил Блерр, открывая тем временем канистру. – Атак, я обычно наливаю за шаниксы.       – Металхок был любезен выдать нам стартовый капитал, – кивнула Виндблейд, наблюдая, как пенится кислота. Посуду Блерр тоже специально подобрал, чтобы не проело. Васпинатор советовал посильнее, «чтобы проняло». Мол, у выходцев с Каминуса отношения с кислотой – как со сверхзарядкой.       – Пьете такое? – Блерр пододвинул к ним стаканы. – Формулумогускинуть.       Надо же, он самую малость нервничает. Забавно.       Когда приходилось возиться со Свиндлом, он тоже нервничал. Думал, вот бы кон пришел в следующий раз.       Фраг, да наболт, что за сентиментальщина!       – Это нас не насыщает, – поделилась Виндблейд. – Но усиливает аппетит! – довольно громко добавила она; на потеху публике – по залу прокатилось аханье. Посетители зашептались. Скай-Байт впечатленно замигал линзами.       – Шлак, у него там лента зубцов, – поделился с ним Слаг, отклоняясь назад так, что табурет заскрипел. Кое-кто по-прежнему свой вес не учитывает. – Во рту прям! Страшнее, чем твои!       Хромия снисходительно фыркнула.       – Я слышал, у них другое местоимение, – прошептал Скай-Байт.       Понижением тона при переходе на скользкие темы Слаг себя никогда не утруждал.       – Чо?       Совсем смутившемуся Скай-Байту пришлось пояснить:       – Не «у него», а «у нее». Так они говорят. Называют себя «она»…       Виндблейд отпила из стакана кислоты, пока та не выдохлась, и дружелюбно улыбнулась, обращая серебристо-серые линзы к Скай-Байту. Тот с виноватым видом оскалил свои жалкие по сравнению с цепными пилами каминусок денты. Затем она подняла взгляд, изучая Слага.       – Твои друзья? – спросила она у Блерра.       – Лучшие места, чтобы поглазеть на нас, а? – вставила Хромия. Способы заработка явно не давали ей покоя! Металхок пожадничал, что ли?       – Бездельники местные, – отрекомендовал толпу «избранных» Блерр.       – Меня зовут Танкор! – решительно сунулся вперед здоровяк. Ему для этого пришлось слезть и подойти. – И его зовут Танкор! – добавил он. Дылда приветственно поднял стопку. Кажется, он выщелкнул анализатор из-под шлема… Пары кислоты уловить хочет?       – Слаг. Король диноботов, – гордо представился Слаг и сгреб своего ближайшего соседа, навалившись на него всей тушей. – А это Скай-Байт, и у него тоже денты в три ряда!       – Эй! – возмутился тот. – Не слушайте его! Я… я начальник архива при Комитете культуры… Ра-аботаю с Металхоком!       – Очень приятно, – отозвалась Виндблейд. – Что ж, не знаю, как представиться. Тут уже все знают, как нас зовут, что мы с Каминуса, и что мы… добываем пропитание для нашей колонии. Моя команда разыскивает ресурсы…       – Титанов, например? – перебил Слаг.       Хромия хмуро зыркнула на него.       – Например, – согласилась Виндблейд.       – Каминус – это ведь титан, да? – Скай-Байт с трудом вывернулся из хватки Слага.       – Верно. Он был… нашим домом на протяжении миллионов лет. Мы странствовали по космосу, но нам… удивительно не везло, – она снова улыбнулась, не размыкая губ. – Однажды топливо Каминуса закончилось. И наше. Мы так и не нашли источников энергона, на которых могли бы продержаться, а долгие скитания потребовали серьезной перестройки корпусов. Понимаю, почему вас шокирует, что мы перерабатываем sentio metallico. Но мы адаптировались к новым условиям. Это было необходимо для выживания. В конце концов, – она развела руками, и тонкие крылья зазвенели, а лопасти в них провернулись, – Каминус принес себя в жертву первым. Это была его воля.       – Вы съели своего титана?! – поразился Танкор-здоровяк.       – Он дал нам жизнь. Пожертвовал собой ради нас. И мы чтим его подвиг, – Виндблейд коснулась пальцами изогнутых полос под оптиками.       – А от мехов, которые заливаются энергоном, чтобы почувствовать себя отпадно, мы понимания не ждем, – огрызнулась Хромия.       – Полегче, этомое пропитание тут! – хмыкнул Блерр.       Интересно, что у них в модулях творится? Когда в голове Метротитана Блерр впервые услышал, что Виндблейд и Хромия охотились, чтобы скормить гигантского кибертронца своему Юникрон знает откуда вылезшему племени, он посчитал это самой веселой шуткой на свете. Но, похоже, для них все серьезно. Как сильно нужно бояться загнуться, чтобы начать перерабатывать друг друга?!       – Погоди, ну вот вы сожрали Каминуса, что дальше? – Слаг явно заинтересовался. И церемониться он не пытался, что правда – то правда.       – Сложно описать в двух словах, – терпеливо откликнулась Виндблейд. – У нас… строгие законы. Жертвенность в чести. Если устал бороться за выживание – отдай себя в плавильни Солус Прайм, чтобы другие могли жить. Но это звучит дико для любого народа, который не боролся с голодом сотни тысяч лет, прежде чем поставил вместо топливных баков печи.       Поэтому они такие горячие. Блерр уже догадался.       – А так вы, типа, не вымираете?       Виндблейд глубоко провентилировала.       – Мы не ведем войны, Слаг. У нас слишком мало сил для конфронтации. Однако – да, мы разыскиваем титанов именно с теми целями, о которых вы все судачите. Титан способен питать нашу колонию очень долго. А конкретно этот титан – тот, что застрял на вашей планете – даже не против.       – Он ебнутый, – отметил Блерр.       Что она, что Хромия казались весьма… хрупкими на вид. Хромия, конечно, потяжелее и помощнее, сразу видно, что сконструирована для драки. Но суть та же: их броня словно тоньше, чем у любого кибертронца, даже самого большого пацифиста. (Не говоря уж о том, что самый большой пацифист на Кибертроне вместо руки носил пушку.) Возможно, это часть их истории. Наверное, они не лгут, когда говорят, что не хотят воевать. Куда им!       – Моя должность называется «Голос Голода», – Виндблейд оплела пальцами стакан. – Я говорю с титанами. Многие из них помнят Каминуса. Некоторые были его друзьями. Я рассказываю им его историю. Передаю его любовь к нам. Титаны мыслят иначе, чем вы. Иначе, чем мы.       – Они что, соглашаются, чтобы их съели?! – поразился Танкор-здоровяк. – Ты как мнемохирург? – он смешно поболтал клешнями в воздухе, подражая движениям пальцев. – Промываешь им проц?       – Да хватит уже им перемалывать, – скривилась Хромия. – Они ниболта не знают!       – Так я потому и рассказываю, – возразила Виндблейд. – Когда-то мы шли одним путем, а потом – разделились. Большая удача, что теперь мы вновь обрели друг друга. Нам стоит наверстать упущенное. Может, мы и стали совсем другим народом, но у нашего союза большой потенциал.       Танкор-дылда задумчиво вдавил анализатор обратно и высказался:       – Я сомневаюсь, что вам разрешат забрать титана. Или… еще кого-то. И у нас месторождений sentio metallico нет уже миллионы лет, мы друг друга из помоев собираем.       – До выборов мы точно не решим вопрос, – согласилась Виндблейд. – Но после можно будет начать переговоры.       Блерр присвистнул:       – Мне показалось, все вединомпорыве возражали?       Старскрим точно не согласится скармливать кого-то заживо даже ради блага целой колонии, Металхок едва ли рискнет, а Голдбагу лишь бы на все наложить вердикт «мое».       – Каминус тоже может кое-что предложить Кибертрону, – расплывчато ответила Виндблейд. – И потом… Метротитан умрет. Он уже мертв, просто, как любой титан, умирает с соответствующим размахом. И он готов помочь нам перед смертью. Его мнение должно учитываться. Тот, кто придет к власти, вынужден будет это признать.       – У мертвецов ещеимнение есть?       – Он хочет, чтобы мы вернулись, – кивнула она.       – Потомучто ты его облапошила, – Блерр оперся на локти, наклоняясь пониже, на один уровень с серой оптикой Виндблейд. Она вовсе не выглядит коварной. Но сожрет тебя и не подавится. – Он мазохист, ему поболту вашаколония.       – Я советую тебе как-нибудь попробовать облапошить титана, будучи подключенным к его мозговому модулю, – Виндблейд не рассердилась. – Занимательный опыт. Хочешь стать Голосом Голода, Блерр?       Он расхохотался:       – Яитак почти воплощенныйвметалле голод, Виндблейд! Лады, развлекайтесьтут, мненужно и другими клиентами заняться. Если Слаг будет зарываться, щелкни его электропосохом в нос, – он подмигнул Хромии. – Может, вырубитсянаконец, ненасытнаяцистерна!                     Каминуски не были так уж откровенны. Они охотно рассказывали о себе, как о народе, но не давали приблизиться к действительно интересным вопросам. Например, откуда они вообще взялись? Голдбаг наверняка хоть что-нибудь из них вытряс – и ни с кем не поделился! Ведь неожиданная телепортация титана в недра Кибертрона должна иметь хоть какие-то основания. Почему Виндблейд и Хромия не делятся тем, где и при каких обстоятельствах отыскали древнего гиганта? Или как так получилось, что ловят титанов две хрупкие каминуски, а не целый отряд? Сказочки про то, как трогательно титаны жертвуют собой ради кучки оголодавших колонистов, конечно, чудесны, но так плохо просчитать координаты можно, только если очень торопишься.       Сложно представить, чтобы такая огромная махина уносила откуда-нибудь ноги, но какие еще варианты кроме спешки тут подходят?       К счастью, Блерру не нужно никого выводить на чистую воду. В его баре ни каминуски, ни Васпинатор, ни даже Слаг не жрут то, что не положено. И довольно.       Когда он вернулся к стойке, беседа там вовсю кипела.       – Ты упомянула Солус Прайм, – обращался к Виндблейд Скай-Байт. – И ваша… риторика… наталкивает меня на мысль, что вы… как бы так выразиться… считаете образ жизни частью своей религии.       – Это ты диету из sentio metallico «образом жизни» назвал? – переспросил Слаг.       Рядом с ним бессмысленно изображать вежливость, да? Скай-Байт без особой надежды прошипел:       – Заткнись!       Виндблейд сложила ладони вместе.       – Солус Прайм была кузнецом. Она создавала… созидала то, то мы разрушаем. Мы все виновны перед ней… и благодарны ей – тоже. Ты не обязан верить, нет, но… лучше верить, что она прощает. И что готова согреть у своего горна.       Танкор-дылда озадаченно поерзал:       – А для общества это что значит?       – Что Госпожа Пламени будет журить тебя за каждое богохульное высказывание, пока ты не привыкнешь держать рот на замке, – расслабленно поделилась Виндблейд. – Особенно если ты – Голос Голода.       – Вот это уже лишнее, – проворчала Хромия.       Блерр считал, она зря волнуется. Большая часть мехов здесь вообще не помнит имена древних Праймов. Шуточки Виндблейд скорее сближают ее с аудиторией, чем могут что-то испортить, а Хромия этого не замечает. Кое-кто тут совсем не переговорщик, а?       – То есть, ты – жрица Солус? В каком-то смысле? – догадался Танкор-здоровяк.       – Отлично! – воскликнул Слаг. – Променяли одного святошу на другого.       Виндблейд озадаченно склонила голову набок:       – Что-то не так с культом Солус?       – Не, не, – вмешался Блерр. – Былтутодин. Праймусу поклонялся. Проблемный.       – Подрывал здания, – добавил Слаг.       – Поклонялся Праймусу и подрывал здания? – повторила Хромия. – Ничего себе у вас тут интерпретации!       – Я ж Солус твою не критикую? – динобот поднял палец. – Вот и нечего тут!..       Слаг кого хочет оскорбит, подумав, что сказал комплимент. Хромия, кажется, уже сообразила, что спорить с ним – гиблое дело. Однако кое в чем Слаг – идеальный голос народа. Фанатик и террорист – вот какова отныне репутация Шоквейва. А ведь он, может, и темнил, но ничего не подрывал. Фраг, как же погано иногда знать тайны Праула!