Коктейль для неудачников

      Пока все с энтузиазмом подслушивали разговоры с каминусками и исподтишка записывали на видео, как те пьют кислоту, Блерр подскочил к столику, за которым интереса к поеданию мехов не проявляли. Джазз продолжал надираться в прежнем ритме, неторопливо, но по-крупному, и несмотря на ажиотаж и забитый зал, к нему больше никто не подсел. Боятся, как будто рядом с ним по-прежнему плечистая тень Оптимуса Прайма…       Блерр хлопнул его по спине, пробежался вокруг и плюхнулся на сидение напротив.       – Времяотдаватьдолги! – объявил он резко, но беззлобно. Это не претензия, это шутка.       А еще Блерр делал вид, что речь зайдет о пустяках, и при этом не знал, как толком сформулировать свой запрос.       – И с чего вдруг я тебе должен? – Джазз поднял стакан и демонстративно опрокинул его.       – Даладно. Я оказал тебе услугу, когдаприперло. Сделай для меня тожесамое.       Он занервничал, и Джазз наверняка это почуял. Запах признания своих ошибок, ха…       Стало вдруг сложно говорить. Особенно – обращаться к тому, кто тебя еще и высмеять готов. Но Блерр весь вечер сегодня смотрит на болтов у стойки, слушает их тупые шутки, и… он знает, кого не хватает для полной картины: того, кто бы страшно боялся Виндблейд и Хромии, но даже заикался бы очень вежливо. И Блерр не знает, почему так получилось и как, шлак, все исправить.       Он вовсе не собирался садиться перед всеми в лужу. Свиндл ему врал, он сам признался. Блерр не самый доверчивый мех, и то, что именно тюфяку вроде Свиндла удалось провести его, без сомнения, стыдоба. Однако Слаг прав: Блерр даже не попытался разобраться. Может быть, он еще сумеет выцепить хоть какие-то ответы?       Он очень хочет вернуться на несколько месяцев назад, когда «Маккадамс» только открылся, Роквуд еще строился, а Праул не окунал башкой в ржу каждый цикл. Одно дело сделано: вроде, от тактика он отмахался…       – Ну, я тебя выслушаю, – лениво протянул Джазз. – Что ты хочешь?       Блерр заворчал движком. С Джаззом сложно. Он никому не союзник и не приятель, его нечем поддеть и даже не пошлешь толком. Он наверняка ненавидит себя за то, что открыл экс-врекеру чуть больше, чем тому полагалось знать… Или ему налить. Какой бармен не знает грязные секреты и чаяния искр своих посетителей? Джазза невозможно шантажировать. У него ничего нет кроме разбитой рожи и клейма «телохранитель Прайма». Он все еще может позволить себе творить что угодно, разве что – на других условиях.       – Уверен, ты тут многое слышишь, – размеренно начал Блерр. – Что до меня недолетает. Скажи, пару-тройку циклов назад кто-нибудь в баре планировалзаварушку?       – Заварушку?       – Угу. Грабеж там. Нападение. Убийство, – Блерр быстро загибал пальцы.       – Может, и планировал, – голубой визор блеснул, когда Джазз наклонился вперед. – Что предложишь взамен?       – М-м, бесплатное бухло? – скривился Блерр. Очевидно, в «черной дыре» Джазз больше не нуждался, иначе разговор как-нибудь уже зашел бы об этом. Мало ли, что Блерр однажды его со стойки спустил. Ничего особенного! – Что я еще могу, янебюроуслуг!       Джазз так пристально на него смотрел, что Блерру показалось, он знает вообще все. Про Праула тоже, интересно? Про то, что Блерр убил Дирджа и Рэтбэта? Это тянет на заварушку, запланированную в стенах бара?       И что Джаззу может понадобиться, если он в курсе? Прикончить кого-то он и сам может, а вот связи его во время перемирия немного стоили.       Блерр осмелился предположить:       – Хочешь, чтобы я узнал…       – Бухло сойдет, – перебил Джазз в последний момент. И хорошо! Блерра не радовала перспектива разыскивать Рикошета или его останки. Как и приходить к Праулу за ответами на опасные вопросы. – Ворпат и Хозхед разжились где-то баблишком. Заметил, как они разгулялись? Они говорят, это премия за службу на стене, но другие боты трепались, что их обоих там не было. А вот Свиндла они поимели или нет, я не знаю.       Что Ворпат разгулялся, Блерр давно заметил. Однако раньше его не интересовало, откуда у клиентов шаниксы. Какая разница, если те попадают на его счет? А теперь все срослось. Дата пожертвования в фонд помощи Холлоу в памяти Блерра совпала с датой, когда Ворпат впервые проставился на всю свою громкую компанию.       Он щелкнул пальцами. Удовлетворение от раскрытой тайны быстро сменилось яростью.       – Принято, – Блерр откинулся назад, но тут же вскочил. – Догоняйся замойсчет.       Джазз неопределенно пожал плечами.       – А ты плохой детектив. Я давно понял.       – Чего-о? – вскинулся Блерр. Он был на взводе и не собирался играть в игру «давай поможем друг другу, как друзья, хотя впервые перекинулись парой фраз совсем недавно». – Я врекер! Поболтайуменятутпейдавай!       Понял он. Ржавый выплавок. За молчание схлопотать не хочет, раз такой сообразительный?!       Нет! Нет, Блерр уже разок поспешил с выводами, разбираясь, куда подевались его деньги. Джазз ничего не обязан был ему рассказывать, он – не свидетель, не вовлеченный мех, он всего лишь раскрывал и предотвращал покушения на Прайма миллионы лет, и поэтому видит больше других.       Блерр – врекер, а значит, разберется с Ворпатом и Хозхедом, как врекер.                     Хозхеда скрутило за «Маккадамсом» так, как мех вообще сгибаться не должен. С последним коктейлем он переборщил. Слишком сильнозаряженный, что ли? Да не. Ощущение, что это он кислоты глотнул, а не каминуски… выпендрежницы… надо было фильтры сменить… фраг, это что?! Из него болты вываливаются?!       Несколько мелких деталек и правда расцарапали рот и прозвенели по бетону, острая боль разрезала горло. Точно, полетела топливная. Это верхний клапан или повреждения глубже? Шланги щипало по всей длине.       Свежие порезы обожгло исторгаемой сверхзарядкой. Блерр вообще не следит, что наливает! Наркоман недобитый!       Хозхед свалился на колени, прижимая руки к пластинам, под которыми скрывался бак. Выпитое за сегодня реагировало внутри и бешено бурлило. Вот же отрава!       Он боялся шевельнуться, не зная, что еще может отвалиться. Показалось, по платам потекло… но нет, нет. Ему кажется. Он пьян, Блерр налажал с коктейлями… надо ему счет выставить, отморозку криворукому… тут без медиков ясно… он ползает на задворках бара, весь в стравленном топливе… с поеденным кислотой фейсплейтом…       К тому, что сверху на него всем весом кто-то рухнет, Хозхед оказался не готов. В спину сначала уперлось что-то продолговатое, узкое в диаметре, а потом на него еще и надавили. Хозхед смог выдать лишь бульканье.       – Блерр, ты чо?! – заорал Ворпат.       Так это его пушка чуть пояс не переломила? Тяжесть исчезла, и он завозился в луже отработки. Взбаламутившая бак отрава пеной текла по поясу, по ногам, но Хозхед ничего не мог поделать.       Раздался треск. Пришлось обернуться, из чувства опасности – и страха, что из него все наболт вытечет. Ну и поток! Прорвало везде, где могло прорвать, трубки внутри горят…       …и Блерр лупит Ворпата с такой скоростью, что кажется, пушка гнется сама собой, а не от ударов. Размытое синее движение можно засечь разве что при замедленной перемотке.       Фраг.       – Ржа, отъебись! – Ворпат попробовал выстрелить. Загудел весь, предупреждающие огоньки зажглись вокруг орудия. Запрет обходили все, не только автоботы, но автоботы – само собой. Палиться, что по-прежнему можешь стрелять из встроенного вооружения, опасно, но еще опаснее драться с врекером врукопашную.       Увы, ничего не вышло. Блерр или ствол слишком сильно согнул, или энергию отрубил. Даже слабенького заряда не было.       Едва Хозхед нашел положение, в котором его не так плющит, как Ворпата снова бросили на него. На этот раз Блерр прыгнул сверху, вцепился ему в башку и пояс, вдавил в Хозхеда. Тот и рад был бы выбраться, но силы вытекали из него… Блерр забирал все.       – В чем проблема? – прохрипел Хозхед.       – Ворыилжецымояпроблема! – протараторил Блерр, продолжая колошматить Ворпата.       Хозхеду тоже доставалось. Фрагов врекер! Такая силища! Блерр содрал с Ворпата броню под пушкой и запустил руку в механизмы у камеры. Тот не кричал… потому что, кажется, вокалайзер тоже уже вырван.       – Мы ничего не сделали! – попытался Хозхед остановить его. – Объясни хоть!       – Вы. Пили. На. Мои. Деньги.       Паранойя на него напала или донес кто? Настроение Блерра меняется быстро, так что шлака поймешь… Система саморемонта сообщила, что внутри резервуаров для пены появились непредусмотренные конструкцией отверстия. Проело? Фраг! Фраг, он так сдохнет раньше, чем Блерр выбьет из Ворпата искру.       – Голдбаг запла…       Блерр наступил на спину разбитого в хлам Ворпата и, подцепив шлем когтями, потянул вверх. Крепления затрещали. Он порвет нейроствол… и все. Очевидно, вранье про Голдбага не поможет. Есть у Блерра доказательства или нет, он уже убивает их обоих, причем абсолютно сознательно. В случайно перепутанные стаканы Хозхед больше не верил.       – И что?! – сорвался он. На губах лопнул толстостенный масляный пузырь. – Убешь нас?! Давай! И сразу вешай табличку «закрыто» на бар!       Надо найти медика, надо как-то погасить эту кислоту… и поскорее. Вот о чем Хозхед сейчас думал.       Доказательств у Блерра нет. За эту выходку он должен схлопотать срок… нельзя вот так взять и поколотить другого меха… если тот знает, что это ты! Хозхед паниковал, не решаясь выбрать, какую линию гнуть.       Свиндл что, их опознал? И настучал Блерру? Почему так долго терпел тогда? Коварный ушлепок! Хозхед пообещал добраться до него, если выживет, и обойтись не так ласково, как в прошлый раз.       Если выживет.       Может, и нет никаких доказательств… Да зачем они Блерру, когда он уже продемонстрировал, что хочет устроить самосуд? Врекеры отродясь были сами по себе, Блерр что, Айронхайда побоится?       Ворпат поскреб по бетону пальцами, едва ли сознательно, и Блерр тут же отреагировал. Топнул со всей дури несколько раз, раздавил сустав кисти, повозил еще ногой, размазывая сломанные детали по растекшемуся энергону. Хозхед застыл. Единственная оптика, темно-багровая, сыто мерцающая, уставилась на него.       – Ты! – Блерр указал на него. – Ползи сдаваться. Или. Я. Тебя. Добью.       Его слова показались вдруг крайне убедительными. С такими травмами нужно в госпиталь, а там его непременно допросят… Хозхед послушно пополз, совершенно не понимая, в какую сторону. Главное: голову нельзя наклонять, а то дрянь, похерившая ему топливную систему, затечет не туда…       – Ипередай Айронхайду, чтобы за Ворпатом заехал! – прикрикнул Блерр вслед.                     «Маккадамс» заметно опустел после того, как в зале появилось новое украшение. Ворпат висел на стене, на арматуре, вбитой между пластинами так, чтобы нейроствол не задеть. В онлайн он не вернулся, но искра теплилась, уж Блерр-то чуял. Энергон уже почти не капал, но им все равно пахло.       Что тут скажешь, неидеальное преступление. Свидетелей оказалось много, да Блерр и не пытался ничего скрывать. Иллюстрация того, что происходит с мехами, которые попытались обмануть бармена, лишней не будет. Джазз, недавно поддевавший «размякшего» Блерра перед Слагом, молча наблюдал, подперев подбородок ладонью. Даже мерзкой улыбочки не выдавил.       Скай-Байт бегал вдоль стойки и психовал, что у Блерра будут проблемы. Как будто есть, куда отступать! Как будто Блерр собирался отступать.       Слаг, посмеиваясь, предложил каминускам съесть Ворпата, пока копы не приехали. Те отказались, заметив, что вмешательство в работу правоохранительных органов усложнит будущие переговоры, но хищно посматривали на подвешенного меха и иногда переглядывались. На Каминусе таких, как Ворпат с Хозхедом, наверняка всем миром съедают.       – Ты все еще ведешь дела, как варвар, – огорченно осудил его Танкор-здоровяк.       – Зачем напрашиваться на арест? – добавил дылда. – Припугнул бы – хватило!..       Блерр отмахнулся. Он нравоучений не просил. Рассказывать об истинных причинах нападения он тоже не собирался. Теперь он размышлял о том, что будет сложно стрясти с Хозхеда и Ворпата долг.       Когда уже явится Айронхайд? Блерр не сомневался, что он придет лично, а еще по кабелям металась энергия, которую некуда было применить. Он пользовался запалом, чтобы яростно смешивать коктейли для зевак, оставшихся полюбоваться тем, как Блерра утащат в тюрьму. Однако предпочел бы продолжить заварушку. Еще куда-нибудь приложить кулаки. Ему очень хотелось.       Айронхайд действительно приехал сам, сопровождали его Стронгфист и Тракс… маловато сил, чтобы скрутить врекера. Тракс уже захаживал, а его напарник был в «Маккадамсе» впервые, но Блерр не торопился вытаскивать для него стакан.       – Освободите стойку, – распорядился Айронхайд. Тракс за его спиной помахал активированной пушкой.       Слаг поймал Скай-Байта, норовившего пуститься в объяснения, зажал под мышкой и встал. Танкоры сказали вежливо улыбающимся каминускам, что лучше и правда отойти, и те заметно расстроились. Для них происходящее – не менее интересное представление, чем для местных. Однако всем пришлось пересесть в сторонку, а Тракс и Стронгфист заняли освободившиеся места.       Блерр заставил себя стоять на месте, хотя все контуры искрили в ожидании драки. Тракс щелчком толкнул стопку Танкора, и та улетела под стойку. Блерр угрожающе жахнул когтями о столешницу, мешая скинуть вторую, наклонился, нависая над Траксом. Узкие линзы горели нагло и весело.       Хочет выбесить Блерра, чтобы напал на полицейского? О, это легко!       – Что, за старое взялся? – спросил Айронхайд негромко, обходя стойку и рассматривая Ворпата. – Полгорода уже в курсе, что у тебя дезактив к стене прибит.       – Он. Не. Дезактив, – внятно и раздраженно отрезал Блерр. – Он. Вор. Укралмоиденьги. Делайсвоюработу!       – Знаешь, с такими претензиями обычно обращаются к тем, кому разрешено разделывать долбоебов вроде него, – Айронхайд ткнул Ворпата под пушку, корпус качнулся, громыхнул, но оптика не вспыхнула. – Два автобота в шлак. Что ты думаешь, я должен делать?       Блерр ни от кого не скрывал, что будет с теми, кто попытается играть нечестно. Другое дело, что новое законодательство с врекерскими традициями не дружило. Бывали и раньше должники, но в них Блерр не вколачивал арматуру при всех.       Скай-Байт сказал, что приглядит за «Маккадамсом», если Блерра арестуют… А у Блерра даже ощущения не было, что он переборщил. Никакого раскаяния.       – Хочешьчестногосуда – спроси у них, закакиезаслуги Голдбаг наградил их с Хозхедом трехсоттысячной премией, – предложил он. – Вперед. Тыследователь.       Айронхайд покачал головой, продолжая смотреть на Ворпата и не слишком интересуясь Блерром.       – Оба же ходили под Родимусом, вот чего не свалили с ним? Меньше пришлось бы зачищать…       Он кивнул Траксу и Стронгфисту, те перестали продавливать стойку, слезли, подошли. Пушка Тракса вдоль трансформационных линий помигивала диодами в знак готовности. Посетители задвигались, выбирая удобный ракурс, чтобы понаблюдать за крайне интересной потасовкой. На заднем плане Слаг потирал кулак ладонью, а Скай-Байт возмущенно тыкал его в наплечник, мол, без глупостей.       Айронхайд сдвинулся, и его подручные принялись сдирать Ворпата со стены.       – Но ты тоже молодец, штрафник. Думаешь, с рук сойдет?       Почему он тянет с разборками? Блерр развел руками и фыркнул:       – Вообще не знаю, о чем ты. Хозхед надрался, вышел слить, и больше его никтоневидел. Ворпат вечно нарывается на разборки спервымвстречным.       – И он сам себя подвесил? – низко, раскастисто захохотал Айронхайд. – Срок во врекерах не научил тебя придумывать отмазы, да?       Блерр показал ему скрещенные пальцы, под стойкой, чтобы остальные не видели, но он разглядел.       – Что с этим делать? – Тракс слегка пнул висящий в руках Стронгфиста корпус Ворпата. Нетерпение в нем так и искрило.       – Тащите в госпиталь и под замок. Я догоню.       – Тебе тут не нужна?.. – начал было Стронгфист, но Айронхайд перебил его резким: «Марш!».       Блерр еще не решил, будет ли он драться, когда они за блокираторами полезут. Главный аргумент «за» – кулаки так и горят! И еще: он уже посидел в камере при новом режиме. Вытащил его оттуда Праул. А теперь Праулу наоборот выгодно спрятать бармена, который слишком много знает, поглубже, причем ему даже стараться не пришлось – Блерр сам предоставил повод.       Зря Айронхайд думает, что справится один. Он – сильный автобот, один из непобедимых воинов Прайма, но только идиот полезет в бой с Блерром без поддержки.       Тут Блерра совсем не воинственно сгребли за турбину и дернули вниз. Айронхайд, несмотря на броню лучшего автоботского силовика, был поприземистей, так что пришлось наклониться. Тогда он очень тихо процедил, оптика в оптику:       – Праул сказал тебя не чморить, так что налей мне, пока я не передумал тебя, бандита, тут же подвесить. И чтобы я о твоих выходках больше не слышал. Следующих должников чмокнешь в лобик и пинком отправишь в участок, пойдут по административке. Осознал?       Самое удивительное, несмотря на эти слова – а вернее, из-за этих слов – Блерр возненавидел Праула еще сильнее в тот же клик. И тут надо было напомнить о себе! Может он с концами исчезнуть, растаять, сгинуть?!       Похоже, Айронхайд тоже не рад, что экс-врекер, считающий нормальным потрошить и травить клиентов, которые ему не нравятся, остается без заслуженного наказания. Да, должность позволяла ветерану послать Праула наболт и сделать по-своему, но он не захотел, предпочтя другой вариант: теперь Блерру придется проглотить одолжение от них обоих.       Что ж, во врекерах учишься преодолевать гордость ради выживания. Блерр как-нибудь перетерпит. По Аякону проползет задорный слушок, что владельцу «Маккадамса» все дозволено, но следующая же новость – про хтонические механизмы, прущие на поверхность, про выборы или про плотоядных каминусок, которым скормили Метротитана на десерт, – его затмит.       – Что пить будешь? – спросил он, выпрямляя спину и похрустывая суставами пальцев, разминаясь – не перед мордобоем, так перед очередным коктейлем.                     Свиндл брел в направлении все той же трубы. Уютное местечко оказалось, раз кон до сих пор предпочитал его кварте в Роквуде! Темная, грязная дыра, расположенная так далеко от оживленных центров, что даже патрульные сюда не заезжают. Где еще было искать меха, которого давненько никто не видел? Почему-то Блерр не отправился сразу к бывшему убежищу Дирджа, и сейчас не мог ответить себе, почему, ведь было очевидно, где искать Свиндла. Но ему потребовалось сначала пробежаться по Аякону. Подумать, что сказать.       Он до сих пор ничего хорошего не придумал.       Выглядел Свиндл посеревшим и… медленным. Очень медленным.       Блерр перед врекерскими миссиями такой трусливой тряпкой себя не чувствовал, как сейчас. А там хотя бы повод был! Свиндл же ему ничего не сделает, он шатается и еле оптикой мерцает.       Болван мелкий.       – Эй! – позвал Блерр, резко затормаживая сзади. На самом деле, он уже несколько кликов кружил тут, а Свиндл не замечал. Возможно, слишком глубоко погрузился в свои мысли. Или, скорее, отключил лишние датчики, чтобы сберечь питание.       Свиндл обернулся, цепляясь за короб кабелей, тянущийся вдоль стены – и поеденный ржавчиной. Вжался так, что тот захрустел под спиной.       – Ты не приходишь в бар, – Блерр сделал несколько шагов по направлению к нему и остановился.       – Я… у меня… нет денег, – промямлил Свиндл.       – У тебя никогда не было денег. И ты все время торчалуменявбаре, – под конец фразы Блерр все-таки сбился с первоначального тона, сдержанно-сухого, и затараторил куда более нервно.       Свиндл потупился. Повисло молчание. О, после той ночи Свиндл не стал бы заглядывать в «Маккадамс»! Блерр нес чушь – и понимал это, но не мог подобрать слова, которые не звучали бы тупо.       – Ты. Все еще мне должен, – он собрался и перестал частить. – Помнишь? Я не оставляю должников.       По-прежнему неправильно! Фраг, как сделать, чтобы он понял?..       – Да, – Свиндл вздрогнул и поднял взгляд. Прямой, подавленно-смиренный, в котором есть боль, но нет обиды. Ужасный взгляд. Блерр зарычал мотором, и Свиндл испуганно шарахнулся назад, раздавив многострадальный короб. Ржавая крошка посыпалась ему на шлем. – Ты… хочешь… Прости, я… мы можем н-не здесь? – не в темном проулке, засыпанном мусором. Кто ж захочет в таком месте умирать? А Свиндл точно дезактивируется, если применить к нему генератор. Непонятно, как ему вообще хватает заряда, чтобы двигаться. Чтобы хоть что-то видеть. – Я все еще без кварты, но у меня есть…       – Пасть! Пастьзавалисвою, – выпалил Блерр резко.       Свиндл нелепым жестом зажал ладонью рот. Блерр преодолел разделявшее их расстояние и ткнул его пальцем в честплейт, вызвав вспышку паники. Напряжение по всем контурам критически низкое. Свиндла можно погасить, даже не прибегая к сложным технологиям. Стукнуть по предохранителям хорошенько – и после короткого замыкания он уже больше не включится. Энергии не хватит.       Расширившиеся квадратные оптики тлели бледным зеленым.       – Будешь работать на меня, – Блерр наклонился, сдерживаясь, чтобы не схватить Свиндла за плечи. – У меня в баре кучадел, атеперьещетитан, шлакегодери, вседергаютсместатолькотак, – он занервничал сильнее. Нянчится тут с десептиконским придурком! Позор! Свиндл сам виноват, что дошло до долгов, ссоры и… и… Искра сжималась в честплейте до настоящей черной дыры, тяжелой и… жалкой. Будто Блерр и не был автоботом. – Тутувсехшиловглушителе, ауменяпровисаютсчета, явообщенеслежу…       – П-п-по… постой… – Свиндл совсем перестал разбирать его речь. – Ты хочешь, чтобы я…       Блерр вонзил когти в стену рядом с его шлемом.       – Какещетысобира… – он шумно провентилировал несколько раз, чтобы остыть. Он сам себя уже не понимал. – Как ты еще собираешься вернутьмнедолг?       – Я…       – Завтра! – перебил Блерр. – Начинаешь завтра!       Он, пожалуй, даже от Прайма – накануне ссылки в штрафбат – с такой скоростью не удирал, как из этого проулка.