The Loudest Silence

Эмма вошла на сцену, понимая что скоро покинет эту столь дорогую сердцу рутину, но стук сердца все еще отдавался в ушах. Знают ли они? Как быстро распространились слухи? Она достала виолончель, не уверенная, что нервы позволят ей сыграть что-нибудь, кроме бессвязных аккордов. Как только она вышла на сцену, зал взорвался. Кто-то забрал у нее виолончель, унося ее в безопасное место, а люди обнимали ее, аплодируя и подбадривая. - Ты сделала это! Я знал, что у тебя получится! - Она услышала, как Август что-то кричит из задних рядов толпы, его голова мелькала над головами остальных, исчезая и появляясь снова, когда он прыгал вверх-вниз. С того момента, как прозвучало ее имя, она сдерживала всю свою энергию, отказываясь кричать, петь, визжать, как того хотело ее тело, но сейчас, стоя перед своим другом, она закричала, подпрыгивая и бросаясь в его объятия. Он рассмеялся, подбрасывая ее в воздух: - Я так горжусь тобой! Поздравляю! - Как ты себя чувствуешь, мисс Новый участник труппы "Лирической оперы"?" - Спросила Мэри, улыбаясь от уха до уха, и слегка похлопала ее по плечу. Эмма призналась: -Я не могу в это поверить! - О, Свон, - Август хлопнул ее по плечу с такой силой, что она подалась вперед, - Мы сегодня так знатно отметим это событие! Эмма только улыбнулась.

***

- Порцию виски для леди!- Воскликнул Август, как только они вошли в бар. Бармен нахмурился. Очевидно, он не забыл, что они были частью группы, которую выгнали несколько месяцев назад: - У вас праздник? - О, да! Празднуем! Сказал ему Август, гордо обнимая Эмму за талию. - Ты это сделала, да? Ты теперь в « Lyric»! Бармен выглядел слегка впечатленным, когда наливал ей порцию любимого виски: - Вот, это за счет заведения, леди. Она поблагодарила его, и они с Августом вместе выпили по первой рюмке. Руби появилась через несколько минут, восторженно завизжав, как баньши. Все головы испуганно повернулись к ней, но она этого не заметила. Она была слишком занята, прижимаясь к спине Эммы, как ленивец: - Я не могу в это поверить, я не могу в это поверить! Ты остаешься! Ты остаешься на веки вечные! Август виновато улыбнулся бармену: - Могу я дать тебе чаевые прямо сейчас, чтобы ты больше не выгонял нас сегодня вечером? - Я помогу тебе в этом, - согласилась Эмма, потянувшись за кошельком, но Август оттолкнул ее руку, - твои деньги здесь сегодня не нужны, Свон. Ты можешь пригласить нас всех куда-нибудь после своего первого большого концерта. В тот вечер отовсюду, казалось, появлялись стопки и бокалы. От Августа, потом от Руби, но за ней снова последовал Бут, а затем выстроилась очередь из почти незнакомых людей. Мэри появилась в баре с бокалом для себя и Эммы: - Нам грустно осознавать, что ты уходишь! - причитала она после того, как они выпили. Даже Киллиан остановился на минутку, чтобы искренне улыбнуться и вручить ей еще одну порцию алкоголя и дипломатично поздравить. Эмма не смогла бы остаться трезвой в тот вечер, даже если бы захотела. Ее кабинка была похожа на самый популярный столик на школьном выпускном вечере, люди постоянно подходили, чтобы поздравить ее и время от времени угостить выпивкой. - Я смогу купить дом!- Воскликнула Эмма, когда эта торжественная мысль пришла ей в голову, - я должна купить его! Ты хоть представляешь, как давно я этого хотела? - Как давно? - Спросила Руби, водя языком по соломинке, которая постоянно двигалась по чашке. Эмма вытащила у нее соломинку, и Руби улыбнулась ей, прежде чем громко отхлебнуть. - С шести лет! С шести лет я мечтала о доме, который будет стоять на месте — в одном месте — в одном городе. Я наконец-то смогу дать это Генри! Август хихикнул: - В отличие от домов, которые не стоят на месте? - Подожди, может, мне стоит купить не дом? Квартиру? - Я не знаю, Свон. Тогда тебе, возможно, придется остаться на месте. - Эй! Я теперь могу оставаться на месте! Эмма ахнула, оседая на стул, как будто кто-то только что ударил ее по голове чем-то очень тяжелым. Август рефлекторно выпрямился, резко обернувшись в поисках источника опасности. Руби наполовину нырнула под стол, в тревоге выглядывая из-под него. - Что? Что? Нет! - воскликнула Руби, и ее слова превратились в неуклюжую пьяную мешанину. - Это Злая королева! - прошипела Лукас Эмме, пытаясь удержаться на ногах, когда сила тяжести притянула ее к сиденью в кабинке. -Что? Подбородок Эммы дернулся в сторону. - Оооооо! - Август медленно кивнул, бессвязно реагируя на происходящее. - Реджина!- Руби, помахала рукой, сиюминутно забыв, что сейчас не должна радоваться встрече с лучшей подругой. - Что? Не зови её, - прошипела Эмма, выныривая только для того, чтобы пихнуть Руби, прежде чем снова спрятаться. - Ах да,- Лукас нахмурилась, - Я забыла. Боже, как это раздражает! Эмма наблюдала, как Реджина чопорно уселась напротив Робин, ненавидя легкую улыбку на лице этой женщины. Сегодня явно не тот день, когда исполняются желания, потому что Робин все еще здесь, а не на пути к Юпитеру. Робин огляделась в поисках официанта, пока Миллс читала меню, и Эмма снова подумала о том, чтобы запустить чем-нибудь в затылок Робин. Она бы не узнала, что это я! У нее в руке был наготове скомканные салфетки, но официантка прервала ее: - Могу я принести вам что-нибудь еще, ребята? Официантка одарила их улыбкой. Фальшивым оскалом того, кому регулярно приходится иметь дело с неуправляемыми группами пьяниц. О! - она уронила салфетки, и ей в голову тут же пришла идея получше, - еще по одной для нас, и вы видите вон ту глупую красивую брюнетку. - Да, мэм! - Принесите ей, пожалуйста, очень грязный джин-мартини. - Мэм. Глаза Руби стали огромными, как шары: - Она будет в бешенстве. Ты вызываешь ее на дуэль! Эмма самодовольно ухмыльнулась. Ей понравилось выводить Реджину из себя прошлой ночью. Будем надеяться, что она сможет сделать это снова — и, возможно, еще не раз. - Боже мой, - невнятно пробормотал Август, наблюдая за Реджиной и Робин, которые непринужденно разговаривали друг с другом, с помощью рук: - Этот язык пугает. Как ты вообще его выучила? - На самом деле, - Эмма перебила его, - для того, кто не является глухим, я уверена, что могу говорить на нем чертовски хорошо. - Правильно, ты можешь! Так почему бы тебе не показать ей? - Руби закричала, защищая свою лучшую подругу, и попыталась ударить ее по руке. Она промахнулась и вместо этого сильно ударила Эмму по виску. - Ой! Хватит с вас, леди! Руби только хихикнула. Эмма наблюдала, как официант поставил бокал с холодным мартини, с которого капала вода, на столик в десяти футах от нее, и на ее лице уже расплылась улыбка предвкушения. Официант передал напиток Реджине, не потрудившись даже взглянуть на нее, прежде чем умчаться к своему следующему заданию. - Она не поняла, что это от меня!- Свон обрадовалась, возможно, слишком громко, - или, по крайней мере, Реджина сказала « Эмма этого не делала», - Она пропела свое имя пьяным голосом, - в этом и была проблема, верно, Красная? Руби снова нахмурилась: - Я не знаю. Каждый раз, когда я ее спрашиваю, у нее находятся разные причины. Эмма легко поняла суть начавшегося разговора. - Когда ты сделала заказ?- Эмме не нужно было видеть лицо Робин, чтобы понять, что заказ без ее участия встревожил женщину. - Я этого не делала,- Реджина нахмурила брови. - Что это? Реджина сделала глоток, и ее замешательство возросло: - Грязный мартини. - Джин? - Да. Неужели я прихожу сюда так часто, что теперь они знают мой заказ наизусть? Реджина в замешательстве начала оглядываться в поисках официантки. Взгляд остановился на зеленых глазах неподалеку, и та мгновенно поняла, откуда взялся напиток. Эмма подняла бровь, глядя на женщину, и ее глаза потемнели. Это был взгляд, который всегда заставлял ее возлюбленную бросаться через всю комнату к пуговицам на брюках Эммы. Она на мгновение удержала потрясенный взгляд Реджины, а затем намеренно прервала контакт, повернувшись обратно к Августу. - Что она делает? - отчаянно прошептала виолончелистка едва шевеля губами. - Я думаю, королева пытается решить, стоит ли ей выпить это или выплеснуть тебе в лицо, - прошептал Август в ответ, и все его тело словно превратилось в деревянное, как будто бы Реджина поняла, что он говорит, если хоть какая-то часть его тела пошевелилась, - о черт, она встает. Беги, Эмс, беги! Смотри, Красная, смотри!- Эмма притянула Руби за подбородок к себе, ее лицо было в двух сантиметрах от лица Руби, но ни одна из женщин этого не заметила, - не позволяй мне вставать. Ты слышишь меня? Не позволяй мне вставать. Я пьяна и буду принимать неверные решения. Решения, которые приведут к публичному унижению. Решения, которые могут привести к тому, что я брошу солонку в голову Робин. На лице Руби появилась решимость: - Хорошо - она крепко обняла Эмму, прижимая ее к себе, и Свон быстро чмокнула ее в знак благодарности. - В последнее время, кажется, вы двое вместе каждый раз, когда я отворачиваюсь, - Реджина приподняла бровь, но Эмма просто посмотрела на нее из-под ресниц, ее взгляд был по-прежнему мрачным. - Мисс Свон, - в глазах Реджины плясали огоньки, и на мгновение она убийственно посмотрела на Руби, как будто та предала брюнетку, оказавшись там с её бывшей любовницей. - Хммм? - Эмма вежливо улыбнулась Миллс наслаждаясь этой игрой. Она вела себя неподобающе; возможно, всему виной был алкоголь, но ей было все равно, несмотря на то, что новая возлюбленная женщины пристально наблюдала за ними, - мисс Миллс. Как ты? Реджина прищурилась, встретившись взглядом с Эммой, но ее щеки и грудь залил румянец. Свон знала, хотела Миллс того или нет, но румянец означал, что трусики Реджины стали влажными. От этой мысли глаза Эммы потемнели еще больше, а кожа у основания позвоночника победоносно зачесалась. - Я слышала, вас можно поздравить. - Как ты это узнала? - Громко спросил Август. Эмма закатила глаза: - А ты как думаешь? Ее мать, наверное, уже обзвонила полгорода. Реджина наклонила голову в знак согласия. - Что ж, спасибо за поздравления, Реджина, - Эмма напряженно кивнула, ее глаза с вызовом сузились. - Полагаю, это означает, что ты останешься в Чикаго. Эмма глубоко вздохнула, наконец, сменив испепеляющий взгляд на раздраженный.: - Я отказалась от работы в Луисвилле несколько месяцев назад. Твоя мать знала об этом, Реджина, а это значит, что и ты узнала об этом тогда. На мгновение под маской промелькнуло удивление: - Вообще-то да, я знала. - Ты мне не сказала! - Воинственно воскликнула Руби. Реджина проигнорировала ее, уставившись на Эмму с бокалом в руке, явно раздумывая, не сказать ли ей что было у нее на уме. Ее глаза прояснились, когда она передумала. Вместо этого, с вежливой профессиональной улыбкой, она слегка наклонилась над столом, почти угрожающе встретив вызывающий взгляд Эммы. Сердце Свон учащенно забилось при воспоминании о тех случаях, когда агрессивное поведение приводило к быстрому жадному проникновению ее языка в рот Эммы: - Не забудь дать Бекке чаевые за выпивку сегодня вечером. Ярость пронзила Эмму, как чума, и она вырвалась из объятий Руби, чтобы сесть прямо: - Ты не имеешь права напоминать мне о таких вещах, Реджина. Ты больше не помогаешь мне растить Генри, ты больше не наша семья! Хотя как же "тайная хранительница фотографий"? Реджина молчала, но Эмма знала, что та все поняла. Свон сердито посмотрела на нее: - Ты уже сделала это? Реджина нахмурилась, снова скрестив руки на груди: - Конечно. Она повернулась, больше не обращая внимания на их столик и покачивая бедрами так сильно, что Эмма была уверена, что не сможет с этим справиться; она вернулась к своей спутнице, потягивая напиток на ходу. - Черт возьми, это было жарко, Свон!- Август громко улюлюкал, явно забавляясь. Эмма холодно пожала плечами: - Она бросила нас. Руби снова прижала ее к себе: - Ну что ж, это ее потеря. Теперь ты будешь моей Эммой! - Фотография действительно исчезла? Руби фыркнула в свой бокал, отчего он расплескался по краям: - Сегодня днем её не было. Хотя праздник был устроен в ее честь, трехминутная стычка с Реджиной сильно отрезвила ее. У нее пропало настроение, и, к ее большому разочарованию, к концу вечера именно Эмма помогала хихикающей, не способной устоять на ногах Руби выйти из бара, а не наоборот. - Нет, нет, нет! - закричала Руби, цепляясь за шею подруги. Они вышли из бара ранним утром, Эмма отчаянно держала женщину, которая раскачивалась взад-вперед. Она была так пьяна, что, казалось, забыла, что Август не умеет читать на языке жестов, на котором она говорила исключительно одно: " Я не хочу идти домой". Бут рассмеялся, как всегда пребывая в хорошем настроении: - Я не знаю, что она говорит, но ее слова чертовски сексуальны. Руби сморщила носик, как кролик, услышав его комментарий, и послала ему воздушный поцелуй. - Да, она не хочет возвращаться домой в пустую квартиру, и, поверь мне, я это понимаю. Но у нас все хорошо, Август, я с ней. - Ты уверена? - Да, конечно. Он обнял их обеих, поцеловал Руби в щеку и направился в сторону кафе, слегка покачиваясь на ходу — верный признак хорошо проведенного вечера. - Ладно, Красная. Сделай одолжение, попытайся встать, - она крепче прижала к себе пьяную женщину, отчего Руби захихикала и заерзала, как будто ее щекотали. Высокие каблуки зацокали по брусчатке у входа в бар за их спинами, и она, не глядя, поняла, что перед ней - бывшая девушка. Она почувствовала, как Реджина всплеснула руками, желая спокойной ночи своей невыносимо милой спутнице. Эмма знала, что вечер Реджины подходит к концу; она не могла оторвать глаз от этой пары. Свон была очарована тем, что, пока они вместе выпивали и перекусывали, с Миллс ни на секунду не сходила профессиональная маска. - Хорошо, Руби - промурлыкала она, - думаю, давай отведем тебя ко мне. Глаза Лукас на мгновение остекленели, и Эмма нахмурилась: - Нет, нет, я знаю этот взгляд. Нет, нет, Руби, не смей! Руби, посмотри на меня. Она крепко сжала её подбородок, не сводя с женщины рассеянного взгляда: - Нет, тебя не вырвет. Ты слышишь меня? Тебя не вырвет. Мы никогда не доберемся до моего дома, если тебя начнет тошнить! Руби кивнула, словно готовясь к войне, но затем бросилась к мусорному баку, и ее сильно стошнило. - Черт возьми!- Эмма на мгновение потопталась на месте, прежде чем поднять Руби, которая изо всех сил держалась за край мусорного бака, на ноги и завязала ей волосы в пучок, потирая спину, потому что ее снова затошнило. - Что ж, должна сказать, мисс Свон, я рада, что выбралась из этих отношений до того, как это стало моей судьбой. - О да, Реджина, потому что я как мама полностью контролирую, сколько Руби должна пить, - саркастично ответила Эмма, - Ладно, так или иначе, это и моя вина. Руби застонала, и Эмма притянула ее к себе: - Могу я тебе чем-то помочь? - Похоже, это тебе нужна помощь. - Мы как раз идем ко мне. Реджина нахмурилась: - Я полагаю, тебе хотелось бы побыть одной, а не мучиться с ней. Эмма возмущенно закатила глаза: - Что это за чушь? Какого черта, Реджина? Руби снова стало плохо. - Ну, каковы бы ни были твои планы, отдай ее мне. Я могу отвести Руби к себе в лофт. Это ближе. - Реджина... - Не будь такой некомпетентной, Эмма. Пойдем. Ей хотелось накричать на темноволосую женщину, но она знала, что та права. Эмма не смогла бы так просто утащить Руби домой. Свон осторожно убрала руку подруги со своей шеи и обхватила Реджину, изо всех сил стараясь не обращать внимания на шок от того, что ее пальцы случайно коснулись нежной кожи Миллс. Аккуратно убирая прядь волос с глаз Руби, она сделала все возможное, чтобы привлечь ее едва осознанное внимание. - Красная, ты пойдешь домой с Реджиной, хорошо? Миллс что-то пробормотала себе под нос. Сбитая с толку Руби огляделась, словно пытаясь найти брюнетку, и глупо улыбнулась, когда ей это удалось: - Реджина! Когда ты пришла? Миллс усмехнулась, отворачиваясь от вонючего дыхания Руби. - Хорошо, спасибо. Эмма переминалась с ноги на ногу, держа руки в карманах. Брюнетка слегка кивнула и повернулась, чтобы направиться к своей квартире. Они прошли несколько шагов, прежде чем Руби развернула их, небрежно жестикулируя: - Подожди, а где моя Эмма? - Твоя Эмма?-Резко уточнила Реджина. - Да, она сказала мне, что я могу оставить ее себе, раз уж ты ее бросила. - Боже мой, Руби, заткнись. - Эмма ущипнула себя за переносицу. - Эмма! - Закричала Руби, отскакивая от Миллс и падая на колени, ее каблуки заскользили по булыжнику. Свон выругалась, глядя на Реджину, когда та отстранилась: - Ты уверена, что сможешь с ней справиться? Потому что видимо-нет. - Конечно, смогу! - Реджина стиснула зубы, пытаясь удержать вновь ускользающую Руби. - Э-э, может, мне лучше помочь тебе? - Если тебя не затруднит, - прорычала Миллс. Они шли молча, напряженные и обиженные. Неужели всего несколько часов назад Эмма дерзко смотрела на эту женщину взглядом, от которого у нее дрожали ноги? Теперь она хотела оказаться от нее как можно дальше, внезапно почувствовав, что ей до смерти надоело скучать по ней, желать ее и постоянно думать о ней. При входе в квартиру Реджины на нее нахлынула болезненная волна ностальгии. Ваниль, Шанель № 5 и что-то пряное. — Э-э... комната для гостей? Реджина кивнула и направилась на кухню, в то время как Эмма потащила женщину в комнату, которая неформально принадлежала ее сыну. Вид комнаты поразил ее, как тонна кирпичей. Синий и красный оттенок стен, резанул ее по сердцу почти так же больно, как и маленькая, идеально сложенная стопка одежды для мальчиков, оставленная на комоде. - Ладно, Красная, - она перевернула женщину на спину и начала стаскивать с нее отвратительно пахнущую одежду, - сейчас мы разденем тебя и уложим в постель. - Ммммм, - вздохнула Руби. Мягкое постукивание каблуков по дереву дало Эмме знать, что Реджина вернулась, но ее удивил тихий вздох и рычание. Она поняла, что это из-за того, что Руби была в нижнем белье, но Эмма предпочла не обращать на это внимания. Если бы Лукас была трезвой, ее бы нисколько не волновало, что Свон раздевает ее. Реджина, казалось, вернула себе маску и поставила на прикроватную тумбочку маленькое ведерко для бумаг на то место, где должна была находиться голова Руби, а также стакан с водой. Эмма укрыла женщину одеялом: Тебе что-нибудь нужно? - Нет, - вздохнула Руби, устраиваясь поудобнее. - Хорошо, ты видишь это ведерко? Если тебе снова станет плохо, воспользуйся им, хорошо? - Ладно, - Руби улыбнулась, когда Эмма поцеловала ее в лоб, погладив по голове чуть сильнее, чем было нужно, - спокойной ночи, Красная. Эмма засунула руки в карманы, раздумывая, стоит ли поблагодарить Реджину за помощь. Нет, она решила, что Миллс может обойтись и без благодарности, и вместо этого стремглав направилась к лестнице. Ей нужно было убираться отсюда к чертовой матери. Она успела дойти только до подиума, как диванная подушка больно ударила ее по голове. Она вскрикнула и рефлекторно пригнулась. Эмма огляделась в поисках смельчака и увидела убийственное лицо Реджины с оскаленными зубами: - И что, теперь ты встречаешься с моей лучшей подругой? - Реджина перестала разговаривать вежливо; она даже перестала кричать и сразу же зарычала, как лев. - Что?- Эмма выпрямилась, чувствуя себя немного глупо в своей позе, - какого черта? Что значит, я встречаюсь с твоей лучшей подругой? Я не встречаюсь с Руби. - Я видела, как ты поцеловала ее. Хотела Реджина этого или нет, но она показала жест; это было верным предупреждением о том, что она разгневана и едва контролирует свой характер. Видела ли Эмма когда-нибудь ее такой разгневанной? Она даже при их последней ссоре, во время расставания, не жестикулировала. Эмма чуть было не подняла руки, чтобы ответить жестом, так сильно эта привычка развилась за последние несколько месяцев, но она остановила себя. Ни за что! Она ни за что не позволила бы себе быть уязвимой перед этой женщиной с безумными глазами: - Что значит, ты видела, как я поцеловала ее? - Я видела это! - Ты сумасшедшая! Я никогда не целовала Руби! - Да, ты это сделала! Сегодня вечером, когда вы двое обнимались. На последнем слове ее губы скривились, как будто она проглотила кислое молоко: - Когда я шла к твоему столику, чтобы поблагодарить за твой, о, такой неподходящий напиток. Лицо Эммы исказилось в замешательстве; женщина теряла самообладание. Затем она вспомнила, как быстро чмокнула Руби в знак благодарности перед ее стычкой с Реджиной: - О боже, это? И это твое основание? Это было по-дружески! Другая подушка больно ударила ее по лицу, откинув голову назад: - Ой! - Вы были вместе почти каждую ночь. Не утруждай себя попытками сказать мне... - Она встречается с Августом, Реджина! Я ни с кем не встречаюсь! Ты, чертова идиотка, я тебя не забыла, и я знаю, что ты это знаешь! - Крикнула Эмма в ответ, закатывая глаза и поворачиваясь, чтобы уйти. Она сделала еще два шага, прежде чем последняя подушка с дивана врезалась в нее с такой силой, что она больно вписалась в стену, ударившись плечом о кирпич. Господи, кем она была в прошлой жизни? - В чем, черт возьми, твоя проблема, Реджина? Почему ты такая злая? Я не целую Руби! Я не встречаюсь с ней. Но тут Эмму пронзила догадка: - Подожди, - она повернулась к Реджине, которая все еще стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на нее, - А какого черта тебя это волнует? -Что? Эмма смотрела через край подиума широко раскрытыми глазами, почти смеясь от радости и беспокойства, переполнявших ее: - Какого черта тебя это вообще волнует? Мы не встречаемся. - Из-за Руби, конечно, - Реджина нахмурилась, моргая слишком часто, чтобы выглядеть беззаботной. - Я на это не куплюсь, - Эмма почувствовала, как ее лицо снова становится таким, каким она смотрела на Реджину в баре; глаза потемнели, а рот наполнился слюной, когда она торжествующе осознала, что точно знает, почему Миллс так волнуется, и это было лучшее, что она могла услышать. - Перестань так на меня смотреть, Эмма, - скомандовала Реджина, не отступая, - что бы ты почувствовала, если бы я начала встречаться с твоей лучшей подругой? - Если бы я встречалась с кем-то другим? С такой прекрасной Афродитой, как Робин? - Эмма пожала плечами, продолжая наступать на Реджину, - не думаю, что мне было бы все равно. Реджина ахнула при ее приближении, сверкнула глазами и отступила на шаг: - Что ты делаешь? - Ну, Реджина, очевидно, что оставлять выбор за тобой было глупой ошибкой. Она схватила женщину, сидевшую напротив нее.