Одно утро

Джорджия, Атланта, 1829 год. — Нина, ты уверена? Может, я все-таки останусь дома? Робко спросила Мария, разглядывая новое, нежно-розовое платье, цвета предрассветного солнца. — Так, ты хочешь его увидеть? — Строго проговорила высокая статная девушка, отбросив назад длинные темно-каштановые волосы, завитые в красивые локоны. — Конечно, хочу. Очень хочу! — С волнением ответила Мари и посмотрела на девушку. — Тогда прекращай свои: «Я не пойду, там я буду лишней». Дорогая, это твой первый бал! — Но… — Никаких "но"!       Нина была твердой и решительной девушкой, при этом обладала потрясающей внешностью, она была высокого роста, стройная, с длинными волосами цвета горького шоколада и карими глазами. Она была сестрой Мари по материнской линии, так же родилась в России, но всю свою жизнь прожила в Англии, вместе со своими родителями. Ее мать была сестрой Анны Долгорукой, а отец английским графом Рональдом Пирсом. Девушка души не чаяла в младшей сестренке, и считала, что пять лет довольно-таки большая разница в возрасте, и она вполне имеет право полностью и во всем ее опекать. Вот и сейчас, Мари влюбилась в молодого виконта Эдварда Кроуфорда и боится идти на бал, организованный местным благотворительным деятелем Ричардом Уайтом. — Ну? Будем одеваться? — Воодушевленно спросила Нина и улыбнулась. — Да, будем! — Радостно отозвалась Мария и снова посмотрела на новое платье. — Счастлив видеть вас, ваша светлость! Брайан вежливо кивнул Ричарду Уайту и глубоко вздохнул, когда тот развернулся и пошел приветствовать других гостей бала. Он уже порядком устал от всех этих восклицаний: «ваша светлость, герцог Хоторн!». Взяв с подноса бокал с дорогим шотландским виски, он отошел к камину и сделал небольшой глоток. За эти два года, что он не приезжал в Атланту, здесь ровным счетом ничего не изменилось, думал про себя Брайан. Те же семейства, те же высшие чины местного общества. Старина Аддерли все такой же жизнерадостный, хотя, непонятно, как ему удается оставаться таковым с такой-то женой. Герцог Хоторн уже давно перестал быть наивным юношей с широко раскрытыми серо-голубыми глазами. В этом году ему исполнилось тридцать лет, и в этом мужчине сложно было узнать того молодого человека, каким он впервые предстал в доме Райана Аддерли. Несомненно, он повзрослел, приобрел немалый жизненный опыт, познал горечь утраты, год назад скончалась его мать, и он остался совершенно один, правда, у него был двоюродный брат, но тот проживал в Германии, и они практически не виделись. Также он сильно изменился внешне, он стал крепким, мускулистым мужчиной, что при его немалом росте делало его великаном среди местных мужчин и юношей. Его чеканный профиль и линия подбородка говорили о силе характера, на красивых чувственных губах теперь редко появлялась улыбка, на пепельно-русых волосах играли отблески огня от камина, а серо-голубые глаза задумчиво смотрели на гостей бала. — Ты так и будешь стоять, подпирая стену? — Раздраженно спрашивала Нина сестру. — Нина, я не могу… Он сейчас разговаривает с графом Уэсли. — Тихо ответила Мари и тяжело вздохнула. Нина закатила глаза и так же тихо проговорила: — Сейчас мы пойдем к ним. — Нет! Это неприлично! — Воскликнула Мария и стала нервно теребить свои длинные локоны. — Неприлично девушке стоять одной возле стены и во все глаза смотреть на этого несчастного виконта. — Он не несчастный! — Ладно, к твоей великой радости, они нас заметили и идут к нам. А нет, только твой любимый Кроуфорд, граф Уэсли решил поболтать с самым влиятельным человеком на этом балу… — С кем? — Растерянно переспросила девушка, но тут же забыла свой вопрос, когда к ним приблизился красивый темноволосый молодой человек. — Мисс Пирс, мисс Аддерли, счастлив видеть вас! Право, я не ожидал сегодня вас здесь встретить. — Добрый вечер, мистер Кроуфорд, да, Мари не собиралась сегодня присутствовать, но я ее уговорила. Мари смущенно улыбнулась и произнесла: — Я очень рада вас видеть, мистер Кроуфорд. Молодой человек радостно улыбнулся и сказал: — Я был бы счастлив, если бы вы подарили мне танец, мисс Аддерли. — Ах, мистер Кроуфорд, Мария еще никому не обещала ни одного танца, так что, вы можете хоть весь вечер с ней танцевать! Что ж, я еще не поприветствовала мистера Уайта и его супругу, еще увидимся! — Быстро произнесла Нина и скрылась в толпе, оставив сестру в компании виконта. — Ну, как тебе бал? — С интересом спросил молодой граф Уэсли своего близкого друга. — Как обычно. Уайт с годами не меняется. — Устало отозвался Брайан. — А мне нравится этот бал. Сегодня тут гораздо больше гостей, чем обычно. — Я заметил. — Сухо ответил герцог и тут же смолк, внимательно всматриваясь в противоположную сторону зала. Уэсли сразу же заметил это и посмотрел туда же. — Я же говорил, сегодня здесь действительно много народа, даже самая юная мисс Аддерли пришла… Брайан молчал, внимательно разглядывая девушку, да, это она, Мария... Как же она красива… А ее зеленые глаза искрятся счастьем. Да, она повзрослела и стала еще прекраснее, какая же она нежная… Но тут Брайан нахмурился. — Кто стоит рядом с ней? — Сухо спросил он. Уэсли удивленно приподнял брови, но тут же ответил: — Это Эдвард Кроуфорд, сын владельца ткацкой фабрики. Брайан едва заметно сжал губы и быстро оглядел юношу. Тот был достаточно высоким, худощавым молодым человеком, очень улыбчивым. Видимо, виконт Кроуфорд почувствовал на себе недобрый взгляд и повернулся. Увидев, что на него смотрит сам герцог Хоторн, он взял Мари под руку и направился к нему. Брайан машинально выпрямился, когда они подошли, и с нежностью посмотрел на Марию. — Добрый вечер, ваша светлость! - Вежливо произнес Эдвард. Брайан быстро посмотрел на виконта и ответил: — Здравствуйте. Потом он перевел взгляд на Мари и с улыбкой сказал: — Рад видеть вас, Мария. Мари, не ожидавшая увидеть здесь столь важную персону, тут же смутилась и неловко присев в реверансе, пробормотала: — Добрый вечер, ваша светлость. Затем она быстро перевела взгляд на графа и уже более уверенно проговорила: — Добрый вечер, мистер Уэсли, очень рада вас видеть. — Мария, вы можете называть меня просто по имени, мы ведь большие друзья. — Дружелюбно ответил Уэсли и поклонился. Брайана несколько покоробило: «ваша светлость» из ее уст… Ведь он практически каждый год приезжал в гости в дом Райана Аддерли и проводил там много времени… А когда Мари была маленькой, играл с ней. — Вы чудесно выглядите. Продолжил Пол, отчего Брайан почему-то разозлился. — Спасибо, мистер Уэсли, моя сестра тоже на балу. Уже совсем успокоившись, сказала девушка, обращаясь исключительно к Полу, потому что, как вести беседу с герцогом и что можно ему сказать, она понятия не имела, а наставления маман относительно правил приличий, с самого детства хорошо отпечатались в памяти. — Мисс Пирс здесь? Не дав забыть о своем присутствии, спросил Брайан, внимательно смотря на девушку. Мисс Аддерли снова повернулась в сторону герцога и неловко ответила: — Да, мисс Пирс здесь, она приехала вчера. — Последний раз мы с ней виделись в Лондоне на приеме у графа Джордана три месяца назад. Произнес герцог, не отводя взгляда от ее глаз. — Ясно… — Тихо ответила Мари, и впервые за вечер она безумно пожалела, что все-таки пришла на этот бал. Разговаривать в такой компании было очень тяжело, особенно если учесть, что перед тобой сам герцог Хоторн. — Мария, насколько я помню, у вас в прошлом месяце был день рождения? - Продолжил разговор Брайан, совершенно игнорируя стоящего рядом виконта. — Да, мне исполнилось пятнадцать. Спасибо большое за поздравительную открытку, она была чудесной, маман была в восторге. — Стараясь не показать своего смятения, ответила Мария. — А вы? — Чуть склонив голову спросил Брайан, пряча улыбку. — Что простите? — Непонимающе пролепетала Мари. — Вы были в восторге? Ведь я посылал открытку вам. — О да, конечно! — Поспешно ответила девушка и выдавила из себя улыбку. — Я очень рад. Ваш отец пригласил меня завтра на обед, надеюсь, вы будете присутствовать? Мари быстро огляделась и поняла, что граф Уэсли куда-то ушел, и, судя по всему, ушел давно, а бедный Эдвард просто стоял рядом и разглядывал картины на стенах. — Нет. Но мои сестры обязательно будут, дело в том, что мы завтра с мисс Пирс едем в гости к Уилкинсам… Брайан нахмурился и произнес: — Очень жаль. Что ж, увидимся в другой раз. Тут к ним подошел мистер Уайт. — Прошу прощения, что отвлекаю вас от беседы, ваша светлость, но мистер Джордан очень хочет вас видеть. Брайан нехотя перевел взгляд на Уайта, и услышал голос Эдварда: — Тогда мы больше не будем вас отвлекать, до свидания, ваша светлость. Брайан повернулся, но Мари уже слилась с толпой.       Поздним вечером, после бала, Брайан вернулся в отель (надо сказать, самый лучший в Атланте), в ужасном настроении. Он вошел в свой номер и на ходу развязал галстук и снял жилет, бросив их куда попало. Взъерошив волосы, он подошел к окну и посмотрел на улицу. Там было много карет, вероятно, так же возвращающихся с бала. Устало вздохнув, он прошел в спальню, и, сбросив ботинки, лег на большую кровать. Медленно закрыв глаза, он стал снова мысленно перебирать события сегодняшнего вечера, пытаясь разобраться, что же его так взбесило и отчего он сейчас такой злой. Вывод напрашивался сам собой, причину, по которой он пребывал в прескверном состоянии, звали Эдвард Кроуфорд. Но почему этот смазливый юнец так его разозлил? Брайан снова и снова пытался понять, что в этом молодом человеке было не так. Прозрение пришло так же неожиданно, как и гнев. Он был с ней. Он танцевал с ней. С Мари. С его маленькой Мари. Резко открыв глаза, Брайан невесело рассмеялся. Вот что это. Это не гнев, это ревность, жгучая ревность. Он ревновал, впервые в своей жизни он испытывал это странное и такое сильное чувство. Но в груди, уже давно, очень давно, поселилось иное, совсем другое, нежное и трепетное чувство, которое он осознал только сегодня, только сейчас. Он любил эту маленькую девочку, просто не понимал этого. Полюбил с того самого мгновения, как впервые увидел ее, в тот день, когда впервые появился в доме Аддерли. Он всегда любил смотреть на нее, наблюдать, как она растет. Любил ее голос, ее улыбку, нежную, ласковую улыбку. И вот сегодня, эта улыбка была предназначена другому. Предназначена этому молоденькому виконту. И танцевала она с этим несчастным Кроуфордом. Брайан встал и снова подошел к окну, на его губах появилась легкая улыбка. Какое смятение было в ее глазах, когда он спросил про открытку… А на щеках нежный румянец. Как же она была красива, в этом розовом платье цвета зари. Она сама как заря, светлая, улыбчивая… Но тут улыбка с его губ сошла, глаза наполнились печалью. Снова тяжело вздохнув, он сел на кровать. Да, он любит ее, так сильно, что любой подаренный ею взгляд другому вызывает ревность. Но она еще совсем крошка, ведь ей только недавно исполнилось пятнадцать… И ему придется ждать. Ждать долго, хотя, два года не такой уж большой срок.