Учитель фехтования

      Через три дня унаров подняли как обычно – в шесть утра. И на построении в зал вошел высокий человек с черными волосами, изящными усиками и темно-карими южными глазами. Левую щеку «украшал» небольшой шрам, тянущийся от виска. Это придавало его облику какую-то хищную красоту. «Словно у разбойников в пьесах Дидериха» - подумал Ричард. Походка выдавала отличного мастера фехтования, коим и был южанин. - Меня зовут Диего Сольера, - представился он, - можете называть меня дор Диего. Теперь я буду вашим учителем фехтования, а также мне придется начальствовать в Лаик. Не сказал бы, что я в восторге, но «загону» нужна крепкая рука. Среди унаров пролетел легкий шепоток. Дор Диего сделал вид, что ничего не услышал. - А сейчас возьмите рапиры. Сделаете несколько пробных выпадов, я посмотрю, как вы владеете оружием. И вообще, что представляет из себя нынешний выпуск. Все двадцать один унар встали в длинную шеренгу и, взяв шпаги, дружно пошли в наступление. Дор Диего хмурился, держа себя за подбородок. - Если этому вас учил покойный господин Арамона, я не удивляюсь. Ладно, вашей вины тут нет. Сейчас встаньте парами, кто с кем пожелает. А вот это было уже в новинку. Обычно покойный ныне капитан сам назначал, кто с кем фехтует. - Свободнее, свободнее, господа. Не нужно наступать друг другу на пятки и толкаться локтями. Унары разбрелись по огромному залы. Дор Диего ходил между фехтующими, улыбался или хмурился. После поединков он снова выстроил всех в шеренгу. - Сейчас я, как в ваш первый день, буду называть каждого, он должен выходить из строя и отвечать «Я!». - Унар Роберт - Я! - Руки слабые, будете делать упражнения для кисти. И других это тоже касается. - Унар Юлиус! - Я! - Во время поединка не ловите ворон. Все засмеялись. - Смеяться будете, когда победите хоть одного противника, и не в учебном поединке. - Унар Эдвард! - Я! - Невысокий рост не недостаток, а преимущество. Да-да, не удивляйтесь. Не хватает четкости движений. - Унар Валентин - Я! - Классика и предсказуемость – избавляйтесь от этого. Не давайте противнику предугадать ваш следующий ход. - Унар Арно! - Я! - Лишних движений миллион и одно! Вы так выдохнетесь быстрее, чем окончите бой. «Олененок» вспыхнул и, сверкнув темными глазами, встал на свое место. - Унар Карл! - Я! Полный унар сделал шаг вперед. - Да, что могу сказать… Учитель потер подбородок вновь. - Выбирайте стезю в искусстве, науке или судебном деле, но, ни в коем разе не военную. Все снова засмеялись. Карл пожал плечами – он знал, что худшего фехтовальщика не было за всю историю «загона». Это ему каждый день говорил бывший начальник. Дор Диего глянул на главного насмешника – высокого темноглазого унара с дерзким взглядом и нахальной улыбкой. - Унар Эстебан. - Я! «Краса всего Лаик» шагнул вперед с той ленцой, которой показывал, как мало значат для него окружающие. - Неплохо, но до совершенства далеко, как до Малой Кошки, так что не стоит считать себя лучшим из лучших.       Ричард с замиранием сердца ждал «приговора». Сейчас ему скажут, что он – никудышний фехтовальщик. Это ему говорил Арамона ежедневно, награждая самыми нелестными эпитетами. Но дор Диего был иного мнения. - Неплохо, со временем вы будете сражаться весьма достойно. Но вас мало учили до Лаик, верно? Дик кивнул. - Да, дор. - Все свободны, - сказал учитель фехтования через час, когда унары уже еле ноги переставляли. – Перед ужином будет дополнительная тренировка. А сейчас можете отправляться на завтрак. Но встретиться с Диего Сольерой они успели и перед обедом. Правда, на короткое время. - Прошу внимания, господа. Я хочу сделать короткое объявление. В Лаик запрещены разговоры между собой в первые четыре месяца. Прошел всего месяц со дня вашего поступления в Лаик, но я полагаю, что запрет на общение будет снят. С сегодняшнего дня вы можете общаться в свободное время. Но нарушившие дисциплину будут лишены права беседовать с друзьями. Все одобрительно загудели. Диего взмахом руки установил тишину. - Также отменяются розги. Порка унижает достоинство молодых людей, особенно дворян. Но не радуйтесь – провинившиеся будут наказаны другим способом. А каким, - он усмехнулся в усы, - узнаете в свое время. - Ура! – гаркнули все унары хором. Ричард не мог не улыбнуться искренне и счастливо. Он уже успел узнать розги на первой неделе своего пребывания в Лаик. Били больно, но хуже боли было унижение. И осознание собственной беспомощности. Еще под розги попал Арно и … Франсуа. Если Арно пережил экзекуцию легко и на следующий день уже шутил, то внук геренция долго переживал по поводу случившегося и несколько дней ходил вялый и невнимательный. Дику даже показалось однажды, что из соседней комнаты он услышал всхлипывания. Сам же Ричард после наказания долго думал о возмездии, мечтая, как в один прекрасный день он встанет под знамена Ракана и первым, кого убьет, будет капитан Арамона. Но - судьба распорядилась иначе. Обеды и ужины вскоре стали не в пример лучше. Унарам стали давать на обед мясо и после ужина, по вечерам – травяной напиток и сухарик. Отец Герман напоминал унарам о еженедельной исповеди, на что дор Диего усмехался в свои щегольские усики. - В Кэналлоа верят в Абвениев, а все эти исповеди и прочее, - пфе, - смешно фыркал Паоло. Они с Альберто были счастливы, что начальником Лаик стал не кто-нибудь, а самый настоящий кэналлиец.