Закрашивая будущее

С чего начинается неизбежность? Может быть, с самого первого листа бумаги с аккуратными черными буквами? С того самого, что в белом конверте ложится в почтовый ящик? Нам неизвестно с чего она начинается. -Что произошло? - Тор, уже привыкший к многочисленным странностям брата, немного уставшим взглядом, осматривал помещение. А Локи? Он пустым, ничего незначащим взглядом всматривался в брата и даже дальше. Пытался угадать, что прячет тонкая нить судьбы. -Локи?- совсем мягко, как с сумасшедшим. -Просто позвони моему врачу. - Не было смысла отрицать очевидное, но «игра» была важнее всех живых. Пока крутится разноцветный барабан украшенный блестками, пока маленькая стрелка выбирает позиции, он живет, существует в данном времени и пространстве. -Хорошо. – Нужно было переживать, но Локи, так изменившийся в последнее время, пугал, отгоняя мысли. Тор поспешил выйти из ванны, поводя плечами, пытаясь избавиться от наваждения. Странные осколки стали сгладываться в мозаику, сливались, соединялись, спешили дополнить картину. Одинсон в темноте шел по большому дому. Один звонок, четкая задача. Телефон, принадлежащий младшему брату, лежал на тумбочке. Никогда раньше он не трогал его вещей. Локи слишком скрытный, не позволял к ним прикасаться, но не теперь, подумал Тор, проводя пальцем по гладкой панели. Всплыли цифры и картинка звездного неба, разлитого во всех оттенках зеленого. Свет экрана осветил руки архитектора. Нужный контакт нашелся быстро. Больше всего мужчина не хотел увидеть этот номер в последних вызовах, но именно так оно и было. Тор оперся рукой на тонкий комод, уже мысленно возненавидев этого человека, ни в чем невиновного врача. Набран номер и гудки. Один, два, кажется, бесконечность, такая же, как космос. -Локи?- немного уставший голос явно молодого человека. -Нет, его брат, Тор Одинсон. - Хотелось спросить, что происходило с актером, убедиться, что виной всем странностям именно этот тип, странное чувство к, по сути, незнакомому человеку. На некоторое время повисла пауза. Тор не нарушал ее, лишь склонился ниже над старым деревом и ударял пальцами по нему. -Вы что-то хотели? Хитрость, или, правда, непонимание? Этот Льюис был неприятен. -Ему плохо. Мы приедем сегодня?- терпения не хватало. Шок постепенно уходил, оставляя лишь раздражение. -Может прислать машину?- было слышно, как человек быстро нажимает кнопки старой клавиатуры. -Нет, - Одинсон глубоко вздохнул. -Мы будем ждать вашего скорейшего появления, - врач тоже нервничал, и странный укол ревности почувствовался еще отчетливее. -Уж надеюсь, - огрызнулся архитектор. Он швырнул телефон в сторону, почувствовав, как чужие руки обнимают его со спины. Он хотел развернуться, но Локи прижался крепче, не желая отпускать. Было слышно, как стучало его сердце. Он хотел что-то сказать, но поник, выпуская воздух из легких. -Поедешь в больницу? - Тор говорил почти шепотом, осторожно проводя пальцами по рукам брата. -А у меня есть выбор? - безучастный голос. -Ты не скажешь? - было необычно ощущать Локи так близко. Он всегда держал дистанцию. И архитектор изо всех сил пытался не спугнуть его. -О чем ты?- Локи едва ощутимо улыбнулся. - Мне было плохо, но сейчас все хорошо. -Ты никогда не был таким, - Одинсон размышлял, как обычно, не скрывая ничего от актера. Брюнет не ответил, лишь разомкнул кольцо рук, разворачиваясь и собираясь подняться в спальню. Но теперь уже брат перехватил его, не позволяя уйти. - Ты уверен, что ничего не хочешь рассказать мне?- мужчина зарылся носом в мягкие волосы. Локи не уходил от прикосновений, как обычно. Наоборот, сдержанно ловил каждое движение, стараясь зарисовать в сознании. -Нет… - было отвратительно вот так вот врать брату, но больше всего Лафейсон не хотел жалости. Было странно ощущать такое непривычное тепло чужого тела, тепло человека, который переживал за него -Отпусти, я пойду оденусь. – Актер вновь поспешил в свою обитель кошмаров, в темноте взбираясь по лестнице. Тор больше не стал его удерживать, ища ключи от машины. Лафейсон захлопнул дверь, ложась на кровать. Окно в его спальне уже починили, но Локи не спешил вернуться туда, обосновавшись в соседней комнате. Все же воспоминания того сна буйствовали в голове. Он сминал непослушными пальцами шелковое одеяло, отчаянно желая проснуться, забыть обо всем. О страшном диагнозе, о снах, о лжи. Хотелось попробовать сначала. Пойти на риск и признаться самому себе, а может даже и Тору, изменить многие пункты собственной биографии. Локи глубоко дышал, стараясь не шевелиться. Он чувствовал себя, как обычно, не лучше, не хуже. Но нужно было ехать. Мужчина был уверен, что Льюис, найдет, как выкрутиться из этой ситуации. Он неспешно встал, бесшумно покидая комнату. Спускаясь по лестнице, он вслушивался в тяжелые шаги в гостиной. Это было не к добру. Тор, внешне остававшийся спокойным, заставлял нервничать. Все слишком натянуто, как струна готовая разразиться мелодией. Одинсон по-настоящему волновался. Таким, его видели немногие, а может Локи просто плохо его знал, запомнив совершенно бессмысленные фрагменты их прошлого. Актер покорно следовал за братом, лучше других понимая, что нужно быть осторожным. Пока у него не было ответов, которые хотел бы получить архитектор. Лафейсон надел пальто, выходя на улицу позже брата. На небе уже горели едва различимые точки-звезды, но индекс света в больших городах равнялся девятке, именно поэтому было сложно почувствовать ту странную власть космических пространств. Мужчина всегда мечтал увидеть это безбрежное небо, не затмеваемое светом стен ламп. Но, увы, это так и оставалось мечтой. Машина, светя желтыми фарами, уже ждала его. Тор приоткрыл дверь и Локи сел во внутрь. Начинал сыпать мелкий снег. Никто не проронил ни слова. В гнетущей тишине, где были лишь вопросы, брюнет старался отвлечься на скользящие за стеклом пейзажи. Маленькие участки с домиками сменялись на многоэтажные строения с мелким магазинами на первых этажах. Пятна фонарей скользили все быстрее, превращаясь в одну сплошную линию. Тор повернул на эстакаду, хотя, это был и более длинный путь. Локи включил радио, ища интересную волну. Просто старался отвлечься. Наконец нашлось что-то стоящее. Мелодии Америки пятидесятых годов, в голове всплывали картинки Нью-Йорка того времени, женщин в платьях, искристого смеха и дорогого мартини. Локи откинулся назад, закрывая глаза. Машина плавно летела по пустой дороге. Менялся мир, мерцал экран голубоватым свечением, и прекрасная музыка окружала его. Одинсон спокойно вел машину, его волосы были собраны в хвост. Он не был сосредоточен, даже немного расслаблен, успокаиваемый волшебством ночи. Лафейсон глубоко вздохнул. Эта ночь без преувеличения была лучшей из когда-либо проведенных с братом. Наконец, машина затормозила у медицинского центра. Локи быстро набрал смс Льюису. Входя в холл, актер сразу же почувствовал этот неприятный больничный запах. Женщина, сидевшая у стойки регистрации, устало попивала кофе. Доктор Джонсон быстро вышел им навстречу. Круги под глазами были больше, чем обычно, волосы, обычно собранные в высокий хвост, сейчас были едва перехвачены тонкой резинкой, глаза скрывали очки. Он немного растерянно подошел ближе, нескромно схватив Локи за руку. -Что случилось?- он, казалось, даже не заметил присутствия Тора, который впрочем, держался чуть позади. -Тише, он ничего не знает. - Локи нагнулся немного ближе, произнося это полушепотом. Но он был услышан. Доктор слегка кивнул, впрочем, не спеша отпустить чужое запястье. -Ему стало плохо. Я думаю, вы в курсе. - Одинсон встал позади брата, буквально прожигая врача взглядом. Лафейсону не нужно было видеть его сейчас, он и так чувствовал каждой клеткой все недовольство блондина, всю его ненависть к Льюису. -Да, пожалуй, вы правы, - мужчина неуверенно улыбнулся, отпуская руку своего пациента. - Я подготовил тебе палату. Ту, на четвертом этаже... - доктор поправил выбившиеся пряди. Локи невесомо засмеялся, вспоминая один из их разговоров. И лишь Тор чувствовал себя лишним. -Я смотрю, вы близко общаетесь, - сообщил он, когда Лафейсон очередной раз повернул, спеша по коридору. -Ну, мы приятели, - немногословно ответил Локи, спеша за Джонсоном. Архитектора не обрадовал этот ответ. Он еще презрительней посмотрел на врача. -Локи, располагайся, - Льюис распахнул дверь, впуская братьев в большую, просторную палату с плазменной панелью на стене. -Я думаю, мы проведем все тесты утром. Сейчас советую просто выспаться, - мужчина протянул руку, желая положить ее на плечо актера, но отдернул ее, наткнувшись на взгляд Тора. - А с вами, - он перевел взгляд на блондина,- нам стоит поговорить отдельно. Не зайдете в мой кабинет? - Лафейсон, уже успевший сесть на кровать, неуверенно посмотрел на медика, но тот лишь мягко улыбнулся ему, и, попрощавшись, они с Тором покинули палату. Локи устал. Время медленно текло в пространстве, спать не хотелось. Рисуя в воображении картины, он размышлял над всем, что буйствовало в его голове. Как долго он сможет играть эту роль? Что будет, когда начнутся приступы? Хотелось уехать. Колесить в маленьком фургончике по пыльным дорогам Южной Америки. Останавливаться в небольших придорожных мотелях, и, расплатившись с хозяином, просиживать вечера в баре напротив. Хотелось услышать истории о ворах и семье каких-нибудь Клейнов, что уже десять лет не дают покоя местным. Впутаться в историю или увидеть что-нибудь странное, паранормальное, как заявили бы по телевизору. Но это была другая жизнь. Тяжело вздохнув, Локи перевернулся на другой бок, отдаваясь в царство морфея. И каждый шаг, как на тонкой проволоке. Нельзя оступиться. Льюис был умным человеком, который умел использовать собственные таланты. Сообщение, которое написал Локи, сводилось к одному простому слову: «Помоги». И он не мог отказать. Так давно познакомившись с ним, он только сейчас стал понимать этого удивительного человека, его мотивы. В длинном коридоре не везде горел свет. Тор, шедший позади, без интереса скользил взглядом по разным фотографиям на стенах, аккуратно спрятанным в пластиковые рамки. Наконец, нужная дверь, и врач учтиво улыбнулся, впуская своего гостя. -Чаю или, может быть, кофе?- спросил он, как только дверь захлопнулась. -Откажусь, - сухо ответил архитектор. Он не был настроен на долгий разговор, прекрасно понимая, что этот хитрец будет стараться уйти от ответа. Льюис сел в свое кресло, отложив в стороны бумаги. За ним в огромном окне отражались пятна и силуэты, пространства и немного больше. Мужчина включил маленькую настольную лампу и слегка наклонил голову. -Вы знаете, что происходит с вашим братом?- он говорил спокойно, немного отрешенно, но не так, как сообщил бы это обычный врач. Скорее, как друг семьи, приехавший ненадолго навестить. И эти нотки был такие же, как у Локи в последнее время. Одинсон брезгливо поморщился, скрыв это в другом жесте. -Так вот,- не дожидаясь ответа, продолжил Джонсон. - Частые съемки, спектакли- все это давило на его нервную систему… Я советовал ему взять отпуск, но он не соглашался, - врач вновь сделал паузу, будто задумавшись. -И? - терпение никогда не было свойственно Тору. -Серьезный срыв. Не буду вдаваться в подробности медицинских терминов, скажу только, что мы лечили его разными препаратами, и вот недавно из-за границы пришло экспериментальное лекарство. Он согласился быть участником клинических исследований. Я, видит Бог, пытался его отговорить, что, впрочем, не снимает с меня вины.- Льюис встал и подошел к окну, прикоснувшись к нему ладонью. – Я приношу вам свои извинения. -Вы пичкали его таблетками, как лабораторную мышь?- Тор ударил рукой по поверхности стола. - А если бы, последствия были еще ужаснее? Джонсон вздрогнул. Эта мысль цепко проникла в сознание, но он лишь помотал головой. -Скажите мне одно: это очень серьезно?- Одинсон внимательно смотрел на фигуру в белом халате. После вновь появившейся паузы, врач развернулся, посмотрев ему прямо в глаза -Нет. Я думаю, мы выпишем его уже через несколько дней, - мужчина все-таки распустил пучок, и его волосы волнами легли на плечи. – Наверное, все мы сегодня устали. Езжайте домой, сейчас вы ничем не поможете. -Тогда до свидания. - Одинсон не без удовольствия покинул кабинет, хлопнув напоследок дверью. Напряжение вмиг покинуло тело Льюиса, и он зарылся ладонями в собственные волосы. Мужчина прикоснулся виском к холодному стеклу, смотря, как черная машина отъезжает от больницы. Очередная прихоть Локи была выполнена, и надо поспешить сообщить ему, что все прошло успешно, посвятить в детали легенды. Уже через полчаса, справившись со всеми делами и отругав безалаберную медсестру, Джонсон заглянул к пациенту. Актер смотрел телевизор, точнее просто вслушивался в слова. Он лежал на кровати, поджав ноги. Плед валялся на полу. -Локи, как ты себя чувствуешь?- врач присел на кровать, проведя рукой по спине актера. Тот потянулся, принимая вертикальное положение и немного заспанно смотря на гостя. -Все хорошо, - поспешил заверить брюнет. Он вновь улыбался, вызывая улыбку у Джонсона. -Твой брат не узнает о твоем состоянии, - мужчина провел рукой по волосам Локи, спеша посвятить его в детали этой истории. Актер вслушивался внимательно, кивая на некоторые фразы. Когда Льюис закончил рассказ, Локи замолчал, прокручивая что-то в голове. -Я многим обязан тебе…- тихо, почти шепотом произнес пациент. Локи никогда раньше не ощущал ничего подобного. Обычно скрытный, не показывающий своих мыслей, сейчас он был готов выложить все карты этому человеку. Что-то поменялось внутри. Будто душа, давно осознавшая неизбежную кончину, спешила восполнить недостаток тепла, не спрашивая разрешения у хозяина. -Нет, ничего страшного. Это моя обязанность, - на эту фразу Локи отрывисто вздохнул, пытаясь подавить комок в горле. -Что ты хочешь?- преодолев себя, спросил актер. Льюис медлил. Он переводил взгляд с телевизора на Лафейсона, прикусывая нижнюю губу. -Давай, сходим куда-нибудь? Любой ресторан в этом городе или, может, в кино. Если ты откажешься, я пойму,- он опустил взгляд, став похожим на подростка, признающегося в страшном секрете. -Свидание?- удивленно воскликнул актер. -Нет, если ты не… -Я принимаю твое предложение. А ночь сменялась утром. Где-то в бескрайних саваннах носились антилопы, а за полярным кругом белые волки выходили на след добычи. Все неизменно в этом мире, все неизменно….