Barfly

— Поцелуешь меня? — этот вопрос вполне ожидаем от Чимина. — А надо? И эти двое действительно чувствуют сейчас что-то очень запредельное. Что-то необычное, не зияющее пустотой, что-то живое и потрясающее, и это определённо нравится обоим. Кажется, каждый из них рассчитывал на такой расклад вечера, когда садился выпивать. Можно подумать, что Юнги ради этого и позвал мелкого, чтобы почувствовать это вновь, и, скорее всего, так оно и есть. Так хочется повторить тот вечер. Он не выходит из головы обоих, потому что, если быть честным, то никто из них тогда не был пьян, что бы Чимин тут не говорил. — Ты правда хочешь? — спокойно спрашивает Юнги, поглаживая ладошкой коленку Пака. Чимин кивает. Кивает, и оба, кажется, становятся ещё счастливее. Будто весь мир остановился ради них двоих. Бесконечная восьмерка затягивается в плотный узел. Ради двух обычных людей, что только что нашли себя в друг друге. Спустя столько лет паломничества среди тысячи душ встречавшихся на пути людей, они наконец нашли свою. Эти двое на влюбляются в глаза, в привычки, в красивые слова и так далее. Здесь не играет роль статус, внешность и наличие ощутимых дефектов, тут важны лишь такие слова: «Я люблю тебя не за то, кто ты, я люблю тебя за то, кто я с тобой». Юнги аккуратно наклоняется к лицу Пака и смотрит на мягкие манящие губы, вкус которых он до сих пор чувствует на языке, и целует. Целует нежно и чувственно, будто сейчас признается в любви. Оттягивает нижнюю губу Чимина и прикасается к ней язычком. Им нравится так: мягкие прикосновения, такие спокойные взгляды, но такие дикие ощущения. Юнги уже целует глубже, настаивая на том, чтобы Чимин ответил, но тот боится сделать что-то не так, ведь это всего лишь его второй поцелуй. С Юнги. С тем, кто ломает вечно жизнерадостного человека одним лишь взглядом в его сторону, с тем, кто влюбил одними лишь ощущениями. А Юнги и так хорошо: Чимин сломан, и Юнги тоже сломан. Взаимно убивают друг друга так же, как и лечат. — Я когда выпью, то люблю тебя сильнее. — тихо хрипит Юнги, отрываясь от сладких губ Чимина. И тут по иронии всех фильмов, книг, и фанфиков кто-то начинает активно атаковать телефон Юнги звонками. Парень игнорирует, снова дотягиваясь своими уже теплыми губами до шеи Пака, но звонят теперь и Чимину, да так, что телефон скоро разорвется от такого напора. Как только Юнги узнает, кто эта сука — то обязательно свернет ей шею, перегрызет горло, или просто утопит в реке Хан — Чимина, подожди, — и тянется к его телефону на полу. Незнакомый номер, Юнги протягивает его Чимину с немым вопросом, мол «Знаешь, кто это?», но тот отрицательно мотает головой, и Мин решает поднять трубку и узнает до боли знакомый голос. — Учитель Ким? — и собеседник нервно выдыхает. — Мин Юнги. Почему ты отвечаешь с телефона Пак Чимина? — слышно, что Сокджин немного раздражен, ведь его догадки насчёт этих двоих начинают подтверждаться. — Он спит. — хмыкает Юнги, переводя взгляд на рыжего. — А почему он спит?! — Юнги чувствует, что Сокджин щурит глаза даже через его тон. — Устал — неопределенно объясняет парень, а Чимин чуть ли не смеётся, потому что «Отчего это он там с Юнги устал?» — Так что вы хотели от нас? — Уже ничего, — заверяет Сокджин, — Встретимся на занятиях. И сбрасывает трубку. — Странный он какой-то — тихо смеётся Юнги, — и что ему нужно от нас? — Может, он нас так сильно любит, что позвонил пожелать спокойной ночи? — В восемь вечера? — Ну люди разные бывают. Может, и правда спатки пора? И Юнги на пару секунд колеблется. Вдруг он проснется завтра утром, а Чимина снова не будет, и все это окажется дико желанным сном? Он боится так рисковать, но желание Рыжика на первом месте. Они быстро скрывают все улики подросткового пьянства и отправляются в спальню. Юнги уверенно заявляет, что сейчас лишней подушки для Чимина, что хотел спать на полу, уже нет, и придётся Паку поютиться с ним на одной кроватке, и тот, кстати, совсем не против. Идиллия только начинается, а дурацкий Ким Сокджин так и не вылезает из головы у обоих. Странный он какой-то, правда?