Никчемные чувства

— Какой твой любимый сезон в году? — Его голос тихий и еле слышимый. Он поглаживает пальцами мое плечо и шею, пока я удобно устроилась на покрывале у него под боком. Мы лежим так идеально: моя нога закинута на его левое бедро, а голова на его груди. Он продолжает гладить меня подушечками пальцев, вызывая дрожь во всем теле. Луна отбрасывает свет на нас, а озеро поблескивает от сияния. — Наверное, осень, — отвечаю я и блаженно прикрываю глаза. — А у тебя? — В месте, где я вырос, вечное лето, что это надоело. Поэтому да, тоже осень, — усмехается он. — Ты умеешь серфить, как истинный калифорниец? — Это у нас, кажется, в крови. — Он оставляет нежный поцелуй на моей шее. — Научишь меня? — Обязательно, — он лениво улыбается. Джастин внезапно перекатывается на спину и захватывает меня с собой так, что я теперь сижу на его коленях, а наши тела соприкасаются: лицо к лицу, грудь к груди. Он проводит рукой по моей шее, гладит за ухом, и я замечаю, что мое тело дрожит. Мне всегда нравилась реакция своего тела на него. Джастин оставляет поцелуй на подбородке, покусывая и посасывая кожу, обхватывает зубами нижнюю губу и прижимается к моим губам. Я буквально таю на нем; он проводит руками по моей талии и спине, поглаживает оголенные участки кожи. В следующее мгновенье его руки становятся жадными, не пропуская ни дюйма на моем теле, а язык — игривым. Он наматывает мои волосы на кулак и нежно тянет так, чтобы у его губ было больше доступа к моей шее. Влажные поцелуи, медленно спускающиеся вниз, оказываются на груди, и Джастин, облизнув губы, целует ложбинку между грудями. Не прерывая зрительного контакта, он скользит рукой по талии, и через ткань платья нежно обхватывает грудь ладонью, нежно сжимая и поглаживая большим пальцем. Я тихо постанываю, пока он вновь возвращается к губам и целует намного глубже и яростнее. Провожу рукой по его спине и обхватываю шею, любуясь контрастом между моей рукой и его загорелой кожей, на которую падает мягкий свет луны. Я слышу звуки сверчков, чувствую прохладу ветра на своей коже, стону прямо в его губы, нетерпеливо и жадно потягивая его за кончики волос. Он разрывает поцелуй и заглядывает в мои глаза. Его взгляд, отстраненный, властный и затуманенный. Его руки, блуждающие и играющие с чувствительными участками моего тела. Его рот, требующий новых поцелуев снова и снова. Смотрю… … и пропадаю. В его широко распахнутых карих глазах, которые смотрят с желанием и вожделением. Смотрят так, словно разворачивают какой-то подарок, заставляя чувствовать меня гребанной единственной на свете. Единственной для него, его взгляда и поцелуев. Теряюсь в Джастине — полностью и безвозвратно. Я хочу оторваться и сказать ему все-все, что чувствую. Но вместо этого я прижимаюсь губами к его шее, поглаживаю языком чувствительное место, ощущая, как быстро бьется его пульс, и слышу громкий, протяжный стон. Слышу его шепот, который прерывает тишину: «да», и «ты не представляешь, что творишь со мной», и «я теряю свой рассудок с тобой». Я молча соглашаюсь с его словами, накрывая его губы и проскальзывая языком в рот. Изучаю глубину его горячего рта, одновременно запуская руку под футболку. Я немного глажу его напряженный живот, который чувствуется, словно стиральная доска. Чувствую, как мышцы напрягаются под моими пальцами, и двигаюсь чуть выше, оставляя царапины на коже. — Дрю, — задыхается он. — Если ты сейчас не остановишься, я кончу прямо в штаны. Тихо посмеиваясь над его уязвимым выражением лица, я отстраняюсь и сажусь рядом с ним. Джастин ложится обратно, притягивает меня ближе к себе, и я чувствую его губы на своих волосах. — Ты хоть представляешь, как я сейчас напряжен, — шепотом говорит он, и я заливаюсь смехом. — Не один вы, мистер Дарси. — Чертова соблазнительница, — хриплым голосом произносит и проводит пальцем по моей коже, чуть выше лопаток. Дрожь охватывает тело мгновенно. — Знаешь, я бы хотел познакомить тебя со своими родителями. Уверен, что ты бы им понравилась. Я напрягаюсь всем телом, и стараюсь не подавать вида, но тревога, кажется, слишком заметна на моем лице. — Что, слишком рано, да? — улыбнувшись, спрашивает Джастин, и, сглотнув ком эмоций в горле, я киваю. — Дрю, я просто… я хочу делать то, что мне кажется естественным для нас обоих. Но так же я не хочу тебя торопить. Прости. — Не извиняйся. — Я провожу ладонью по его щеке, и он прикрывает глаза. — Знаешь, я никогда не думала, что встречу такого парня, с которым поспешность событий будет казаться для меня таким… нормальным. Я будто знаю тебя много-много времени. — Когда человек состоит в серьезных отношениях с другим, он будет узнавать каждый день новые вещи о другом и о себе тоже. Это будет пугать. Повисает тишина, но не могу сказать, что она неловкая или тяжелая. Она нужная в данный момент. — Сколько девушек у тебя было? — Я наблюдаю, как он лениво открывает глаза и прищуривает их. — Меня ожидает допрос? — Просто интересно, Джастиниум. Я ожидаю, что он закатит глаза на мое прозвище, но вместо этого щелкает пальцем по моему носу и придвигается ближе. — Ой, ну, я не знаю, смогу ли сосчитать, — он вздыхает и тихо смеется, когда я толкаю его в плечо: — Парочка в колледже и роман, который затянулся на целый месяц. — Твои самые долгие отношения продлились всего месяц, милашка-святоша? Он закатывает глаза, а затем отвечает: — Я никогда не был бабником, как большинство моих друзей. Они просто любили играться с наивными девушками с младших курсов. — А ты что, любил девочек постарше? — хихикаю я, и он дарит мне поцелуй в уголок губ. — Я любил кататься на серфинге и помогать животным. — Животным? Он кивает: — В Сан-Диего я жил у самого пляжа и мы много катались на доске. Моя мама — морской ветеринар, у нее есть свой фонд, который собирает деньги на помощь морским животным, которых ранили. Морские котики, дельфины и акулы. Я обожал помогать ей, хоть все и говорили, что это скучная работа. Но мне нравилось. Он говорит с такой теплотой в голосе от воспоминаний. — Знаешь, наверное, я бы хотел в будущем переехать со своей семьей в Сан-Диего. Это идеальное место для покоя. — Тембр его голоса стал медленным и звучным. — Мы обязательно посетим с тобой этот город. На рассвете наблюдать за китами — это что-то. — За китами? О, Боже. — Я тут же пугаюсь, когда представляю этих громадных животных. — Это безопасно? — Они ничего не смогут сделать, — улыбается Джастин. — Ну, если только проглотят лодку вместе с тобой. Заливается смехом, а я смотрю на него, мечтая, что когда-нибудь мы сможем посетить этот город. Надеюсь, это «когда-нибудь» не станет для нас никчемными планами, которые останутся в прошлом. — Так значит, месяц? — спрашиваю я, и он кивает. — Ты разбил ей сердце? Он хохочет и отрицательно машет головой: — Значит, она тебе? — Нет, Шерлок. Расстались, потому что поняли, отношения ни к чему. Тогда моим мозгом управлял член. Я морщусь, а он смеется. — Итак, — прочищает горло Джастин. — Какая твоя любимая книга, мисс очарование? Я смотрю на часы на его запястье. 4.00 утра. В воздухе витает утренняя прохлада, которая так прекрасно ощущается на коже. Вдыхаю глубоко этот воздух, наслаждаясь таким моментом. Моментом, который никогда не повторится и которому следует отдаться целиком. — Ну-у, банально, — смотрю на него, и он кивает, чтобы я ответила. — Если ты скажешь, что это «Дневник Памяти», я закачу глаза до галактики. — Я не настолько девчонка, — возмущаюсь я: — «Унесенные ветром». — Митчелл? — Я киваю. — Ну, по крайней мере, это классика, — пожимает он плечами: — И, поверь мне, это не банально. Так, а теперь фильм. — Я заполняю анкету для друзей? Что за вопросы? — Отвечай, — все равно стоит на своем. — Мне интересно. — Ладно, дай подумать… — Он так смотрит, будто от моего ответа зависит все будущее этой планеты: — «Клерки». — А вот это уже банально. — Пошел ты. Джастин накидывает на мои плечи свою кофту. — Тебе ведь холодно будет, — хмурюсь я, и он, улыбнувшись, разглаживает складку на моей переносице. — Не будет, я просто обниму тебя. В следующее мгновение он это и делает: проскальзывает теплыми руками под кофту и прижимается ко мне всем телом. Его пальцы, выводящие ленивые круги на моей коже через ткань платья, находятся в паре сантиметров от моей груди, и я резко втягиваю воздух, который со свистом выдыхаю. — Удобно? — шепчет он прямо над моим ухом, опаляя своим дыханием. Я киваю. Наслаждаюсь очередным моментом. Так в обнимку мы и сидим пару часов, изредка разговаривая о какой-то ерунде, пока солнце не начинает восходить над самым озером. Оно отражается персиково-розовым отливом, верхушки деревьев становятся оранжевыми, а небо — бледно-фиолетовым, на котором начинают парить первые солнечные лучи. Мы встречаем рассвет на берегу озера, которое вчера подарило нам самые незабываемые воспоминания своим голубым сиянием. Мы встречаем рассвет уже немного усталыми, сонными, но невероятно счастливыми. Я и Джастин. Я и парень, в которого я так отчаянно влюбилась. Я и парень, подаривший мне лучшие моменты, с которыми я не смогу расстаться. Я и парень, ставший за это время моим счастьем, желанием и совершенно-несовершенными чувствами.