После нашего времени

      — Что ты там так долго делала? — поинтересовался Боб у вышедшей из мансарды Глен.       — Сообщение оставляла этим ангелочкам, спящим в море гильз, — девушка лишь улыбнулась ему.       — Почему бы их просто не разбудить и выехать единовременно? — начал спускаться вниз по лестнице парень, попутно разговаривая с Глен.       — Пускай отдохнут. Им предстоит проехать короткую, но трудную дорогу, — девушка пошла вслед за Бобом.       — Ладно, пойду разбужу нашего похотливого мародёра… — Грин направился в спальную комнату.       — Не стоит. Кто-то должен будет следить за дамами после отбытия Шамы, — схватив за плечо Боба, сказала Глен.       — Ты права… — его голос был едва слышимым.       — Я всегда права! — выпалила девушка с ухмылкой на лице.       — Хватит заливать! По коням… — Боб закатил глаза.       — Ты хоть оружие забрал, кавалерист? — ухмылка так и не сходила с её лица.       — Нет, я ведь пацифист, — парень перетянул пояс с обрезом.       — Ну, тогда погнали, — сказала Глен, спускаясь к выходу, — хотя стой!       — Что? — Боб остановился вместе с ней. — Что-то забыла?       — Да… Досуг, — Глен зашла в детскую. Следом за ней вошёл и Боб. — Выбирай любую!       В детской спали девушки, человек пять, кто и где смог разместиться. Две удивительным образом улеглись на детской кроватке, остальные на деревянном полу.       — Дай-ка угадаю… Ты предлагаешь взять с собой дам взамен Тому? — Боб нахмурился.       — Да! — с улыбкой ответила Глен. — Не медли, у нас мало времени.       Боб оглядел каждую девушку и после выбрал себе худую, молодую, с волнистыми волосами до плеч и в голубом платье. Указав на неё ладонью, парень дожидался действий от наёмницы.       — Прекрасный выбор! А я возьму эту, — Глен подошла к девушке и толкнула её ботинком, от чего та ударилась о батарею.       — Ещё раз тронь хоть одну леди и у тебя будет на одну дыру в теле больше! — парень уже держал револьвер на уровне глаз садистичной барышни. — Извинись!       — Прости, меня, Бобби! — Глен наигранно пробормотала.       — Да не передо мной, дура! — глаза Грина наливались гневом.       — Как же вы с Шаманом похожи! — Глен склонилась над недоумевающей девушкой и подала руку. — Прости меня пожалуйста, крошка.       Дама приняла извинения, после которых Боб спрятал револьвер и направился к выбранной особе. Нежно взяв её за плечи и наклонившись к её уху, начал нашёптывать тёплые слова. Девушка окончательно пробудилась с улыбкой на лице.       — Доброе утро, — сказала она парню, сладко и томно потягиваясь. — Это не с тобой-ли мы ночью на первом этаже отстреливались?       — Со мной, дорогуша, — Боб ласково улыбнулся, глядя в её сверкающие глаза, — однако мне нужна твоя помощь. Ты согласна скрасить мою дорогу своим присутствием?       — Да, разумеется, — дама присела на пол. — Я Элизабет. Ты ведь Боб, верно?       — Очень рад знакомству, — парень встал в полный рост и протянул девушке руку. — Да, можно просто… Бобби.       Бетси, взявшись за его руку, смогла встать на ноги. Глен и её спутница смотрели на эту картину, от которой наёмница чуть ли не плевалась. Словно Боб это делал назло.       — А можно мне с ним поехать? — спросила миниатюрная спутница Глен.       — Не-а, у него двухместный багги. Ладно, Марго… Поехали, — наёмница ухмыльнулась.       Глен с Марго вышли на улицу и залезли в броневик. Бобби же со своей спутницей сели в багги, которое было припарковано возле вездехода Шамана и выехали из гаража. Броневик не хотел заводится ни в какую: машина Глен не сдвигалась с места даже после того, как Боб зацепил её тросом. Она была будто прибита к земле. Боб заглушил двигатель.       — Чёрт меня побери, ты сняла с ручника свою каракатицу? — парень негодовал.       — Да, а что? У кавалериста лошадок не хватает? — иронизировала Глен.       — Не к месту… Я сейчас, — рация прошипела в автомобиле наёмницы. — Элизабет, за мной.       — Конечно, — Бетси была полна боевого духа.       Дуэт вошёл в гараж. Под брезентовыми тентами стояли три автомобиля. Боб подошёл и медленно стянул завесу, сохранявшую в целости и сохранности целыми веками древний автомобиль.       На синем автомобиле с мустангом на решётке радиатора не было и пылинки. Однако колёса были спущены, аккумулятор давно умер, а бензин испарился. Боб взглянул под капот и удивился отсутствию ржавчины.       — Водить умеешь? — парень повернулся к Элизабет.       — Вроде да… — Бетси рассматривала автомобиль.       — Поведёшь, — Грин с этими словами отлучился к своему верному транспорту.       Он загнал багги в гараж и достал из небольшого багажника компрессор, шланг и клеммы.       — Это, конечно, работа Шамана, но сегодня мы будем воскрешать антиквариат, — сказал Боб с горящими глазами жёлтого оттенка.       Накачав шины, слив бензин и «прикурив» раритет, Боб сказал только одну фразу: «Она твоя». С двумя автомобилями им всё-же удалось толкнуть броневик наёмницы.       — Откуда у вас эта реликвия и почему она едет? — спросила Глен.       — Спасибо Бобу, — радостно протараторила Элизабет в дарованную Бобом рацию.       — Теперь мы хоть на колонну похожи, — с улыбкой сказал Боб. — Ну что… Лети лепесток, через Запад, на Восток… Глен, ты первая. Я за тобой, Бетси за мной.       — Так точно! Я передаю рацию штурману, — сквозь помехи ответила Глен.       Колонна двигалась по ровной дороге, солнце светило в лица, а справа гладью расстилалось озеро, берегов которого и увидать нельзя было. Через час ясное небо затянулось свинцовыми тучами и полил стеной ливень. Ещё через час всё затянулось туманом, который можно было сравнить с молоком. Боб пытался связаться с Глен, но тщетно.       «Частоту переключила что-ли…» — подумал Бобби.       Марго также пыталась связаться с колонной, но толку было ноль.       — Расскажи о себе, а то как-то грустно… Даже радио не ловит, — Глен от негодования ударила рукой по станции.       — Ну, я сама со столицы, — улыбнулась девушка, — актриса театра.       — Вау! — наёмница вся словно искрилась. — Приятно иметь дело с творческими людьми. Хочешь кофе? За сиденьем термос.       — Не откажусь, — Марго потянулась за ним и налила содержимое себе в кружку, — а вообще, я очень сильно люблю цветы. Всегда хотела открыть свой магазинчик. Они ведь очень красивые, приятно пахнут, глаз радуют и точно никому не навредят.       — Давно я не видела цветов… — с грустью задумалась Глен, вспоминая прошлую жизнь. — Одна живёшь?       — Нет, с младшим братом и сестрой, — с тоской пробормотала спутница, — а ещё у нас есть три красивых котёнка, серенькие такие. Глазки-бусинки. Люблю свою семью.       — Зато как они будут рады, что ты жива, когда ты вернёшься! — расслабилась Глен. — Если хочешь, могу тебя высадить в городе при ГЭС и после задания подвезу в столицу.       — Уж если для тебя будет не в тягость. Не хочу быть обузой, — она взглянула на девушку и сделала глоток кофе. — Мы тебе всегда рады будем, особенно после той ночи.       — Конечно, при первой же возможности. Как только буду проездом, — наёмница искренне улыбнулась.       Она так отвыкла от человеческого тепла и такой простоты, что готова была прослезиться. Как давно она стала такой чёрствой, токсичной и жестокой?.. А может быть она никогда и не была другой? И тут в её сердце словно что-то откололось.       — Хочешь, я тебе помогу с открытием магазинчика? Мне было бы очень приятно тебе помочь в этом деле.       — Серьёзно? — глаза Марго открылись шире.       — Да, а почему нет? — Глен представила, что в её жизни больше нет опасностей и злости.       Она представила, что может дарить радость людям вместо злобы, проклятий и смерти. Она поняла, как же она от всего этого устала…       Через ещё половину часа видимость увеличилась до полусотни метров. Они подъехали к мосту, что проходил через пролив шириной в километр. Стоило им в него въехать, как раздался взрыв невиданной мощи. Колонна дала по тормозам и, выхватив оружие, люди вышли из машин. Грин вручил револьвер Элизабет.       — А ну, суки, по очереди выйти! — кричал Боб в туман. Снова полил ливень, прибивший туман к грунту.       — Никого нет… — наёмник удивился. — Значит, это был обстрел… Но откуда? Зачем?       — Я не знаю, зачем… — Элизабет обернулась. — Это фонари?       — Нет… Это глаза… — Глен посмотрела на то же, что и Бетси. — Они что-то заряжают. Бегом, разворачиваемся!       Только они отъехали, как на место, на котором отряд стоял минуту назад, прилетел снаряд, взорвавший всё, что осталось от моста. И ещё один ближе к колонне… И ещё…       — Вправо! — Глен двинула машину в съезд.       В место, где секундой ранее проехала Элизабет, вдарил снаряд. Через мгновенье в эту же воронку ударила молния.       — Если мы не найдём грёбаное укрытие, считайте мы покойники! — Боб срывался на крик.       Молнии начали бить хаотично, как и снаряды из миномётов. В воздухе смешались запахи пороха и озона. Весь мир будто разрывался. Отряд больше напоминал крыс, бегущих с тонущего корабля. У всех уже звенело в ушах от этой жуткой симфонии.       — Глен, налево! — возле багги Боба ударил разряд в пару мегавольт, от чего связь ненадолго пропала.       Все повернули в указанную сторону. Автомобиль Элизабет заносило из-за грязи, которая ещё час назад была дорожной пылью. Багги подпрыгивало на каждой кочке, а броневик продавливал две огромные колеи.       — Что за чушь? — спрашивала по рации Бетси, глядя в зеркало заднего вида.       Со стороны моста надвигался смерч, подхватывая каждый снаряд. В его центре такие же снаряды сталкивались и взрывались, окрашивая бледную воронку в жёлтые тона. Она источала пар.       — Он движется на нас! — Элизабет кричала сквозь помехи в рацию.       — Газ в пол, есть идея! С Богом… — Глен старалась перекричать эту жуткую какофонию. — За мной!       Колонна ускорилась. Двигатели работали на износ. Жизнь четверых застряла между смерчем с молниями и разрывающимися снарядами под боком. Буквально одновременно висела над обрывом и бежала по острому лезвию древней, убитой дороги.       Метры тянулись вечностью и в тот-же момент пролетали, словно мгновения. Отряд потерял чувство течения времени. А когда пришли в себя, уже находились у зелёных холмов, которые плавно перетекали в ущелье, посреди которого пролегала относительно нормальная дорога. Свинцовые тучи остались далеко позади, а смерч неизвестно когда изменил свою траекторию. Зелёные цветущие холмы и мирно текущие по небу облака, словно упавшее в горный ручеёк перо.       — Стоп машины, — захрипели рации, голос Боба казался настороженным. Отряд остановился и квартет вышел из машины.       — Господи, как красиво! — Элизабет рухнула на асфальт: тёплый, твёрдый, сухой.       — Если мне не изменяет память, то это самый короткий маршрут, — Боб выдержал паузу. — Элизабет, пошли кое-что проверим.       — Но тут так хорошо!.. — приподняла голову Бетси.       — Мне нужна твоя помощь. Пожалуйста… — парень подошёл к лежащей на асфальте девушке.       — Но… — Элизабет поднялась, опираясь о руку Боба, — как скажешь…       — Вы останьтесь тут и последите за машинами, — скомандовал наёмник.       Дуэт направился прямо по дороге. Элизабет немного пошатывало и у неё до сих пор звенело в ушах.       — А что мы, собственно, ищем? — девушка всё так-де недоумевала.       — Надпись… И если мы её найдём, то добра нам это не сулит, — задумался Боб. Ещё около двух сотен метров они шли молча.       — «Удачи»? — Элизабет вывела из раздумий парня в нужный момент. Его ботинок почти пересёк прямую белую линию, секущую по ширине дорогу.       — Именно… — Боб взглянул на дорожный знак с какими-то древними обозначениями, поверх которых была нанесена та самая надпись. — А теперь назад…       Вернувшись к отряду, Грин с ошарашенным взглядом сказал только одну фразу: «Это оно»…       — Что оно? — нахмурилась Глен, выкидывая окурок.       — То самое ущелье… — Грин не мог собраться с мыслями.       — Какое? Что с этим ущельем не так? — в голосе наёмницы прослеживалась нотка страха.       — Это ущелье, протяжённостью в три километра. На один километр приходится примерно десять снайперов с крупнокалиберными винтовками, которым твоя броня ни по чём. Столько здесь людей полегло… — глаза Боба помутнели.       — Откуда у тебя такая информация? — спросила настороженно Марго.       — Я работал раньше на инквизицию… — ответил с некой досадой в голосе Грин. — Давайте обдумывать план.       — Ну и какие варианты? — спросила Элизабет.       — Перечисляю основные: Первый — это прорваться напролом, зигзагами, на полной скорости. Второй — пустить вперёд пустую машину. Третий — бросить машины и пойти пешком, ибо они не трогают тех, кто без машины.       — Первый вариант — не очень… — Глен с досадой глянула на свой броневик.       — Второй тоже, ибо нам нужны машины. Да и я уже привыкла к этой милашке… — Элизабет опустила голову.       — А пешком мы насколько быстро придём? Неделя? Месяц? Три? — недовольно говорила Марго. — Почему нам их не перебить?       — Три дюжины снайперов? Даже не знаю… — с грустью в голосе иронизировал Боб, прикурив сигарету и оперевшись на багги. — Тем временем шторм идёт сюда…       — И вправду… — Элизабет смотрела на надвигающийся мрак. Словно вся тьма вселенной скопилась в одной туче. — Я за первый вариант.       — Честно говоря, я тоже за первый вариант, ибо так мы быстрее окажемся на месте, — говорил Боб.       — У меня контрпредложение! — все обернулись на Марго. — Давайте поедем в шторм? Нас будет плохо видно, да и лютый ветер сыграет нам на руку…       — А она права! — указал на неё Боб. — Тогда поедем в порядке манёвренности: я, Элизабет и Глен с Марго. По машинам. Отъезжаем на километр назад и ждём.       Минуты тянулись вечностью… Тишину этих зелёных холмов прервал шум рации…       — Откуда ты знаешь об этом месте? — спрашивала Элизабет, откинув кресло до упора и закинув ноги на руль.       — Ну как сказать… Я работал на инквизицию. Каждому выдавалась карта опасного маршрута, — Боб скрючился над рулём от напряжения.       — А почему тут залегло столько снайперов? — спрашивала наёмница, облокотившись о дверь.       — Это всё сектанты, обосновавшиеся в форте на вершине. Они его охраняют, как зеницу ока. Это единственная дорога, ведущая к нему, — более расслабленно отвечал Боб.       Раскаты грома слышались всё ближе и ближе. Ещё секунда и их накрыла тьма. По крышам забил дождь, молнии уже громыхали рядом.       — Завести двигатели… — прорябели динамики, — пять минут и выступаем.       Град с ливнем начал прибивать к земле высокую траву. Асфальт за секунды намокал, покрываясь ледяными крошками, которые таяли также быстро, как и появлялись. Молнии били рядом с машинами.       — Ещё немного… Совсем чуть-чуть! — шипел Боб. Вся команда выжидала команды.       — Понеслась!       Казалось, что его фраза многократно отразилась эхом в каждом автомобиле. Как только багги отъехало, тут же ударила молния в то место, где ещё секундой ранее находился Боб. Элизабет, потеряв секунду и, будучи ослеплённой молнией, всё-же тронулась и спустя мгновение неслась за Бобом, стараясь наверстать упущенное расстояние. А вот Глен с её тяжёлым броневиком это было сделать гораздо сложнее.       Росла скорость, как и пульс у всех членов отряда. Первый выстрел… Мимо. Боб начал маневр. За ним повторили девушки. Колонна скорее напоминала извивающуюся змею.       Второй выстрел. Удачливый снайпер попал в крышу багги. Пуля пробила тонкий лист металла и попала в правое плечо Боба, из-за чего он чуть-ли не потерял управление. Грин вовремя вырулил и единственное, что он сделал, так это прошипел.       У снайперов почти получилось отсечь змее голову… Третий выстрел, а за ним сразу четвертый. Оба пришлись в машину Элизабет, в задние стёкла, из-за чего та инстинктивно пригнулась.       Пятый выстрел… Шестой… Седьмой… Восьмой… Все они пришлись снова по багги. Они пробивали стёкла. Одна, к несчастью, пробила бензобак, а другая прилетела в сиденье возле головы. Грину хотелось закричать от негодования. Единственное имя, которое вспоминал Боб, было связано с пантеонами. Но это было далеко не имя Господа.       Ещё восемь выстрелов пришлось по броневику. Они превращали кабину в решето. Два попали в Марго… Один в двигатель, но он не смог пробить толстый стальной капот.       Автомобили достигли максимума скорости. Ещё четыре выстрела пришлось по мустангу, постепенно образовывая всё больше сквозных отверстий.       — Въезжаем в тоннель, включить фары и опасаться ловушек. Как увидите свет в конце, сразу выключайте! — шипел в рацию Боб. — Едем шеренгой!       Путники проехали уже две трети злополучного маршрута. Тоннель был более узким, нежели дорога. Пустой, сырой, мрачный и тёмный. Он в момент заполнился холодным светом фар и оглушающим рёвом моторов.       Боб еле объезжал ямы в полметра глубиной, рука разрывалась от боли. На пути Глен был брошенный, ржавый, сгоревший автомобиль. Перед ней встал выбор: съехать на полосу Элизабет и раздавить к чертям девушку, вместе с Мустангом, или попробовать протаранить сгоревший пикап…       Две жизни, включая её, по цене одной. И она, благодаря разговору с Марго, сделала свой выбор. Глен на полной скорости въехала в пикап. Из-за этого препятствия броневик подпрыгнул, лопнувшее лобовое стекло осыпалось и впилось в тела девушек. Элизабет перестроилась на сторону Глен, ведь её полоса превращалась в минное поле. Наёмник зацепил левым колесом яму и его багги развернуло на полосу Бетси…       Он проехал по трём минам и перестроился вслед за девушкой. Стальные капсулы подпрыгнули на полтора метра в воздух и взорвались…       Крупная дробь впивалась в металл и пробивала его. Запустилась цепная реакция. Дробинка прилетела Бобу в повреждённую руку, причинив адскую боль. Ещё одна Элизабет в щёку, пробив стекло. А броневику они лишь забивали радиатор.       Отряд увидел свет в конце тоннеля и, выключив фары, вжали газ в пол. Молнии продолжали бить в дорогу и поджигать траву. Колонне открылось огромных размеров кладбище автомобилей. Из них буквально были выстроены стены и баррикады, в которые ежесекундно били молнии.       Снайперы продолжали стрелять и превращать автомобили в решето, некоторые промахивались. Впереди был затяжной поворот. Сердца путников били, словно барабан, адреналин был усилителем, а выстрелы — струнами. Пока первые машины объезжали баррикады, броневик подпрыгивал на них, словно они были трамплинами. Впереди была стена из автомобилей, а перед ней стоял древний спорткар без колёс. Грин, не раздумывая, ускорился и пролетел добрую дюжину метров. Элизабет последовала его примеру, а Глен было плевать на эти баррикады. Боб начал входить в поворот и в тот же миг раздалось пять выстрелов. Одна пуля прилетела в заднее колесо мустанга и тот начал жевать резину, резко сбросив скорость до половины возможной. Глен, во избежание столкновения, успела вырулить, но сбила зеркала.       Ещё один поворот. Ещё полдесятка выстрелов… В этот раз досталось Бобу и ему прострелили переднее левое колесо. Багги повело в сторону и Глен увернулась от столкновения. Они всё-таки выехали из этого проклятого ущелья. Проехав ещё пару сотен метров, колонна остановилась у развилки.       — Все живы? — говорил, с тяжестью в дыхании, Боб.       — Нет… — говорила Глен с горестью в голосе, — у нас потери…       — Марго? — Боб выдохнул еще тяжелее.       — Да… — Глен старалась сдерживать слёзы.       Люди вышли из машин. Глен достала бездыханное тело девушки с пассажирского сиденья. Покрывшиеся кровавой корочкой губы и опустошённые, лишённые блеска глаза. Этот взгляд был спокойным и, в какой-то степени, смиренным.       — Подготовьте бензин и древесину, я пока разберусь с ранением. Потом подлечу Элизабет, — Грин упал на сиденье и достал аптечку.       Пока девушки организовывали кострище, Боб достал пулю, зашил рану и перебинтовался, стараясь стерпеть ужасную боль.       — Элизабет, подойди сюда, — Боб уступил своё место девушке, — садись.       — Да, хорошо… — Элизабет послушалась приказа.       — Что болит? — Грин держал аптечку в руках. — Помимо души…       — Щека и плечо…       — Сейчас посмотрим, — парень повернул голову Элизабет, взявшись за челюсть. — Ничего страшного, просто синяк.       Боб закатил рукав платья, покрывшийся кровавой корочкой. В плечо впился осколок стекла.       — Потерпи немного, — наёмник вытащил осколок, достал бутылку воды и промыл рану. Затем забинтовал, закинул обратно аптечку и вытянул бутылку рома, — а вот это уже для больной души…       Они подошли к кострищу, возле которого сидела плачущая Глен. В руке у девушки была бутылка алкоголя, которой она запивала горе. Боб встал возле неё и похлопал наёмницу по плечу.       — Я хоть и не священник, но произнесу речь, — сказал Боб, хватая стоящую возле Глен канистру бензина. Он принялся обильно поливать кострище и покойную, затем прикурил сигарету. — Я её толком не знал. Она была красивой. Была готова ринуться в бой за нас!.. Но, в такие моменты ты понимаешь, насколько коротка наша жизнь… Она обрела покой. До встречи, Марго…       Боб закрыл глаза девушки и, отходя от кострища, кинул в него окурок. Раздался хлопок.       — Она любила цветы… Была актрисой, таких людей мало на пустошах. Я ей пообещала… — Глен, начала захлёбываться в слезах, откинув бутылку в асфальт и закрыв лицо руками.       Она что-то нечленораздельно выла про помощь, спокойствие, семью, себя и мимолётную радость. Про то, что больше нет надежды, про маленьких котят и любовь. Элизабет подбежала к ней и старалась её успокоить. Села рядом и крепко обняла, что-то говорила, сама проливая слёзы.       Да что тут говорить… Боб, глядя на всё это и зная Глен достаточно долго в живую и, казалось, вечность про неё слышал, просто не понимал, что ему делать. Он никогда не видел её такой сломленной, даже не слышал про хотя бы одну слезу на её щеке. Наемник простоял так с минуту, словно контуженный и перевел свой взгляд на костёр. Огромные жёлто-синие языки пламени поглотили древесину и, обнимая бездыханное тело, устремились к небу.       — Все мы иногда даём обещания, которые в силу обстоятельств неспособны выполнить. Да, смерть человека — это ужасно, особенно когда ты к нему привязан. Все мы через это проходили, — Элизабет вдохнула воздух, стараясь подавить собственную истерику, — но ведь убиваться из-за этого не имеет никакого смысла. Ты не сможешь воплотить планы с ней, но ты можешь воплотить их ради её светлой памяти…       Элизабет начала всхлипывать и, плотно прижав Глен к себе, начала плакать.       — А теперь, я меняю колёса, зашиваю бензобаки и мы отправляемся дальше в путь… — с грустью говорил Боб, стараясь не выпустить ту бурю из своей души.       Когда Боб закончил, солнце медленно клонилось к горизонту. Девушки сидели, добивая запасы алкоголя у тлеющих углей и насыщаясь запахом костра вместе с вонью палёной ткани, мяса и волос.       — Готовы? — спросил Боб. — Вы в состоянии вести автомобили?       — Да! — пьяным голосом отвечали девушки, шатающейся походкой направляясь к машинам.       — Тогда поехали… — Боб завел двигатель багги.       В итоге отряд доехал до ГЭС. Грин постоянно говорил по рации с девушками, дабы те не уснули и не улетели в кювет. Единственное, что не давало покоя — это сопровождавший их по наступлению темноты вой и тени, проскакивающие перед фарами…