Спасение мира и другие неприятности

      Светящихся кристаллов они тоже набрали — Агнетта Подшофе охотно купила не только крупные обломки, но и всякую мелочь, чуть ли не крошку. А Эарана сумела продать камни Варлы куда выгоднее, чем давала за них Гильдия магов. Так что Маглир радостно подсчитывал свою долю и, похоже, думать забыл про Упавшую Скалу и дневник, который надо оттуда забрать. Однако Ингрид живо напомнила ему о контракте, заставив босмера досадливо покривиться.        — Да нужна мне эта гильдия! — сказал он. — Выкуплю доспехи и пошлю Донтон с Орейном в Обливион с их грошовыми контрактами.        — Да что ты говоришь, — ехидно отозвалась Ингрид. — А вот закупим зелья, свитки и продовольствие в дорогу, отправимся в Мекаментейн какой-нибудь через половину Тамриэля, а там уже кто-то выгреб всё до последней медяшки. Наш брат мародёр — это тебе не чистоплюи из Университета, всё обшарят, выгребными ямами не побрезгуют. И окажется, что кучу денег на подготовку потратили зря, а где-то спать и что-то кушать всё равно надо, нет? Или сунемся в тот же Мекаментейн, а нас там здорово побьют, так что и зелья, и свитки потратим, да потом ещё кузнецу придётся кучу денег отдать за починку. Уверен, что потом точно найдётся десяток септимов на таверну? А уж про такой пустяк, что обещанное надо выполнять, я и вовсе молчу. Эарана, ты нас в столице подождёшь? Правда, когда мы ещё туда доберёмся… Сперва в эту пещеру за дневником, потом лесом до Коррола, потом из Коррола в Имперский город… ну, ты поняла.        — Н-ну… схожу с вами, — сделала одолжение магичка. — Тролли боятся огня, даже новичок своими Вспышками их легко отпугнёт, а я-то давно не новичок в магии.       Упавшая Скала располагалась довольно близко к Скинграду, даже крыши и стены виднелись на горизонте, пока не наползли низкие косматые тучи. Глядя на них, авантюристы поторопились спрятаться от дождя в пещере, хоть та и выглядела негостеприимно. Один скелет какого-то бедолаги, раздавленного упавшей каменной глыбой, чего стоил. И троллей там хватало, Маглир не соврал, вот только Вспышками их было не отогнать: на своей территории, да ещё целой стаей, не больно-то они боялись непрошеных гостей.       Но Эарана и не собиралась пугать их слабенькими заклинаньицами. Ингрид даже поёжилась слегка, глядя, как с гладких изящных ручек эльфы срывается ревущая волна пламени. То ли Эарана была постарше и поопытнее имперца-охотника за сокровищами, то ли люди (ну, кроме разве бретонов) эльфам в магии и впрямь не ровня, особенно альтмерам, однако Руфио рядом с Эараной смотрелся бледно. Даже как-то обидно за мужика стало.       Самой Ингрид алебардой особо махать не пришлось: визжащих и воющих обгоревших тварей Маглир быстро и деловито добивал из лука. Оставалось только следить, чтобы к магу и стрелку никто не подобрался со спины. Словом, с троллями разобрались быстро, а умные, гораздо умнее троллей, крысы сами разбежались и попрятались. Зато дневник пришлось искать почти до самого вечера, шаря по тёмным затхлым закоулкам. Эарана, к пещерам не особенно привычная, сунулась в какой-то отнорок и, неудачно задев то ли стену, то ли свод, вызвала небольшой камнепад — еле успела выскочить, потирая то плечо, то макушку. Остальные обошлись без приключений, но тоже устали, промочили ноги и вообще были слегка не в духе.        — И ради этого тебя сюда послали? — возмутилась Эарана, когда они всё-таки нашли журнал с заметками о фауне Сиродиила. Пролежав долгое время во влажном месте, журнал местами склеился, местами заплесневел, а кое-где чернила расплылись настолько, что читаемыми оставались отдельные не связанные меж собой клочки текста. — «Сиродиильские крысы, похоже, менее агрессивны, чем их сородичи в других провинциях. Они широко распространены по всему Сиродиилу и встречаются в подвалах, пещерах, руинах, полях. Они могут разносить болезни, и их укусы болезненны…» — прочла один такой клочок Эарана. — О да, ради этого стоило драться с троллями и ползать по камням на карачках!        — Видимо, родным хочется иметь что-то на память об этом Бренусе Астисе, — примирительно заметила Ингрид. — А нам сотня септимов тоже не лишняя.       Маглир засопел, услышав это «нам», но смолчал. Всё-таки основную работу по истреблению троллей выполнила магичка-альтмерша, а основной вклад в дорожные сборы внесла норда с алебардой — одни её вьючные лошади давали ей право минимум на полторы доли, хоть она столько и не требовала.       Возвращаться в Скинград было незачем, даже с Синтавами Ингрид попрощалась ещё до похода в Силорн, и троица авантюристов двинулась на север. Погода немного покисла, но через пару дней направилась снова, Эарана ехала верхом, Ингрид с Маглиром вели лошадей, привычно отмахивая пешком лигу за лигой, так что передвигались быстро. Святилище Сангвина они обошли с запада, потом, спрямляя путь, взяли восточнее. Случайно ли это вышло, или хитрый лесовик намеренно вывел их к айлейдским руинам — даэдра его знают, только к закату очередного дня пути деревья раздались, открывая обломки колонн, обгрызенные временем белые стены, щербатые лестницы и остатки центральной башни.        — Вендир, — сказала Ингрид, развернув бесценную карту Умбакано. — Надо запомнить, как сюда добираться, а то втроём лезть в руины…        — В Силорне же мы были, — возразил Маглир, жадно разглядывая уцелевшие статуи и явно мысленно прикидывая, что могло уцелеть внутри.        — В Силорне уже не было врагов, только ловушки, а ты, друг мой милый, готов был лететь со всех ног в незнакомый зал, — отрезала Ингрид. — Под ноги эти не глядя. Вот свалился бы на шипы внизу или размазало бы тебя по потолку подъёмной плитой…        — Да понял я, понял, — кривясь, сказал эльф. — За тобой ступать след в след, не шуметь и вообще дышать через раз. До смерти будешь мне напоминать, как я к камням Варлы побежал?        — Если ты не будешь дышать через раз, умрёшь ты очень скоро, — сухо и холодно ответила Ингрид, так что Эарана изумлённо посмотрела на неё, откровенно не узнавая. — В айлейдских руинах ты или параноик, или труп, запомни раз и навсегда. Не нравится чем-то пол — обойди эту плиту или кинь на неё что-то тяжёлое. Показалось тебе, что в углу что-то блестит — подойди и посмотри. Послышался шорох — тут же бросил стрелу на тетиву… Иначе никак, ушастенький. Если не нравится, тогда лучше проси у Гильдии бойцов новый контракт, а в руины не суйся.        — А может, всё-таки попробуем? — предложила Эарана. — Всё, как ты говоришь — не дыша и ступая за тобой, как болоту? Когда мы ещё соберёмся сюда снова? И когда ещё найдём кого-нибудь опытного и надёжного? И где гарантия, что нас не опередят? Ингрид, — эльфийка с серьёзным, даже торжественным видом сняла перчатку и подняла руку, — магией своей клянусь, что в руинах буду слушаться тебя без единого звука. Скажешь: «Лезь на колонну!» — я спрошу только: «На какую именно?»        — Я тоже, — подхватил Маглир. — Нет, правда? Я понимаю, ты боишься одна вести двух новичков, но мы будем очень-очень осторожны и послушны.       Ингрид в сомнении переступила на месте. Риск был очень велик. Слишком велик, наверное, но что-то ей нашёптывало, что магичка права и в другой раз сюда они доберутся не скоро, а поторопиться следует. Умбакано не отмечал Вендир среди городов, в которые вывозили статуэтку Предка, но он знал только пять из десяти. Почему бы Вендиру не быть одним из оставшихся после Кулотта четырёх? А статуэтка — это пятьсот золотых, не считая остальной добычи…        — Ладно, — сдалась она. — Но не забывайте: даже я могу оступиться, а уж следить за вами обоими враз — это ни одному герою не под силу.       Вендир с порога встретил их неласково. Нежить, нежить, нежить: и скелеты, и призраки, и даже лич. И ловушки — много, от проваливающихся плит до падающих лезвий и камер с ядовитым газом. Зато и велкиндских камней набрали целый заплечный мешок, и разных интересных и ценных вещиц нашли в количестве, достаточном, чтобы окупить поход-лечение-починку.       И да, статуэтка Предка в Вендире тоже была — не подвело Ингрид чутьё. А у лича нашёлся посох, про который Эарана уверенно заявила, что сотни на две точно потянет, хоть и разряжен полностью: очень уж зачарование мощное. Ингрид только плечами зябко передёрнула: на редкость было поганое, совершенно немыслимое для норда ощущение — что твои доспехи слишком тяжелы для тебя, буквально придавливают к земле, и алебардой размахнуться тоже никаких сил не хватает. Хорошо ещё, что лич нацелился именно на неё, пренебрегая мелким эльфом-стрелком и слишком поздно заметив мага Разрушения: когда оживлённые злобной магией костяки лупят по орочьей броне топорами и булавами — это очень больно. Когда ты не можешь толком от них отмахнуться, хотя обычно тебе хватает пары ударов, чтобы скелет разлетелся на отдельные косточки — это жутко… и унизительно. Но то, что для норды в орихалковой кирасе было больно, страшно и унизительно, то для босмера в кольчуге и альтмера в кожаной курточке стало бы верной смертью. Это понимали все трое, и все трое знали, что случись снова похожая ситуация, Ингрид снова отвлечёт внимание на себя, а остальные воспользуются этим. Потому что как ещё разделить роли между воинами в тяжёлой броне и стрелками-магами?       Эарана, кстати, зря опасалась: осторожный, но вовсе не склонный к панике лесовик в мыслях не имел удрать, бросив товарищей по команде, и даже в горячке схватки не тратил на скелетов дорогие серебряные стрелы. Возможно, впрочем, просто от скупости, хотя может быть, и следуя здравому смыслу: изведёшь все серебряные стрелы на простую нежить, а от призраков потом как отбиваться?       Правда, с призраками всё больше управлялась Эарана, очень метко швыряя мощные огненные шары. Несколько мгновений в магическом пламени — и прозрачная зыбкая фигура стекает на каменные плиты пола лужицей студенистой дряни. Довольно дорогого алхимического ингредиента, кстати.       Но для троих нежити было многовато, пусть Эаране и хватало одного огненного шара на призрака, а Ингрид — двух-трёх замахов алебарды на скелета, так что лечебные свитки были потрачены все, сколько их было, и зелья тоже. А ещё Маглир переломал дюжину отмычек, вскрывая хитроумные замки на сундуках и ларях (норда и альтмерша даже не пытались соваться, раз уж ловкий босмер раз за разом терпел неудачу). И всё-таки первый настоящий поход за сокровищами айлейдов Ингрид признала удачным. Уж точно удачнее, чем с братцем и теми двумя типами.        — А ты в самом деле хочешь вернуться к этому… как его? Редгарду твоему? — спросил Маглир назавтра, бережно пеленая велкиндские камни в обрезки кожи: по дороге он опять подстрелил оленя и снятую шкуру нагрузил на вьючную лошадь — не пропадать же добру. — У нас вроде бы неплохо вышло, а? Если Эарана, — он повернулся к высокой эльфе, просматривающей трофейные книги, — не против, я думаю, мы бы и втроём неплохо поработали.        — Троих мало, — возразила Ингрид. — Надо хотя бы ещё одного бойца, я же говорила.        — Ну, поищем, что за беда? — отозвалась Эарана рассеянно. — Хорошего бойца найти легче, чем хорошего мага. Ещё бы целителя поискать, но боюсь, это нереально.        — Ясен день, — хмыкнула Ингрид. — Зачем целителю таскаться по руинам? Надо будет, раненого к нему домой или в храм приволокут.       После холодных и полутёмных каменных залов так приятно было посидеть на солнышке, перебирая добытое, и однако она цепко поглядывала по сторонам. Для бандитов место было слишком глухим, вдалеке от дорог, но горы рядом, а где горы, там и огры, да и прочей живности хватает, и не все боятся огня.       Но никто пока что на них не нападал, и они отдыхали целый день, потому что не считать же работой сортировку трофеев и обычные повседневные дела.       В Корроле они тоже не задержались, разве что починились-подлечились как следует. Тикиус охотно купил велкиндские камни, но сделал Ингрид выговор за то, что связалась с Эараной. Ингрид, не споря, кивала и пересчитывала монетки. Эльф-алхимик, кстати, похвалил эктоплазму — свеженькая. И сказал Ингрид, чтобы заглядывала ещё, с любыми ингредиентами. А вот с Флориусом они только переглянулись да приятельски кивнули друг дружке: вид у мага был чем-то очень озабоченный. «Не до забав», — поняла Ингрид и лезть с заигрываниями не стала. Жаль, конечно — после очередных приключений неплохо было бы поваляться с ласковым и умелым любовником, но раз не до неё мужику сейчас, то чего уж соваться.       А Модрин Орейн, приняв дневник и отсчитав сотню септимов, только плечами пожал на гневный вопрос Маглира: «Как я должен был справляться в одиночку там, где понадобились трое?»        — Дошло? — хмыкнул он. — Да вот никак. В гильдии никто по одиночке не работает, знаешь ли. Все напарников ищут.        — Такие-то деньги — и на двоих-троих делить? — возмутился Маглир.        — А это твой последний контракт, что ли? Бери ещё. Только извини уж, — помощник главы слегка издевательски развёл руками, — для новичков у нас только такое вот, не больше сотни. Годика через три-четыре, глядишь, будешь тоже настоящие деньги зарабатывать, а пока…        — Пока тебе не деньги, тебе репутацию зарабатывать надо, — подсказала Ингрид.       Орейн согласно кивнул, а Маглир опять надулся. Ингрид похлопала его по руке:        — Ладно, не злись. Тебе правильно говорят: в гильдии ты пока что никто и звать никак. Как и я.        — Ты у нас Героиня Кватча, — возразил Орейн.       Ингрид поморщилась: Кватч ей снился достаточно часто, чтобы ещё и напоминать об этом.        — Я про гильдию говорю, — неприязненно ответила она.       Орейн что-то хотел сказать, но глядя на Ингрид, передумал и только придвинул к Маглиру кучку монет.        — Держи, — сказал он. — Новый контракт возьмёшь?        — Некогда пока, — буркнул тот. — В столицу надо съездить.        — Дело хозяйское, — равнодушно отозвался Орейн. — Надумаешь взяться за работу — в любом крупном городе, кроме столицы, есть отделения.       В Имперском городе троица сняла две комнаты в пансионе Лютера Броуда — хотелось пожить в спокойном месте, а «Купеческий трактир» таковым точно не являлся. Торговый район вообще был достаточно шумным, да и ворьё вечно там крутилось целыми шайками, в отличие от тихих и благонравных Эльфийских Садов.       Ну, то есть, это Ингрид так думала, сидя вечером в общем зале, умытая, одетая в чистое, сытая и слегка пьяная, а потому довольная жизнью, собой, соседями и Нирном в целом. Ужинала она одна, потому что Эарана осталась в комнате валяться и читать что-то магически-заумное под сыр и фрукты, а Маглир усвистал куда-то по загадочным личным делам. В бордель, надо думать — жена-то оставалась в Валенвуде.       Углядев за соседним столом смутно знакомую физиономию, Ингрид отсалютовала редгарду кружкой. Тот вежливо качнул своим стаканом, хотя на смуглом до черноты лице изобразилось выражение: «Э-э… мы знакомы?» Ингрид чуть пожала плечами и отвернулась. Успев краем глаза заметить, что какой-то невнятный тип внимательно проследил за их безмолвным разговором. Чужое внимание Ингрид всегда раздражало, а уж шепотки за спиной вроде: «Так это и есть Героиня Кватча? Какая-то она…» — бесили просто несказанно. Поэтому на невнятного типа она зыркнула так злобно, что он на всякий случай пересел за другой стол, подальше от пьяной и, возможно, буйной северянки. А потом и вовсе встал и двинулся куда-то к подвалу. За Баурусом, которого туда понесла нелёгкая.       Ингрид насторожилась. Тип не выглядел особенно крепким, и оружия при нём вроде бы не было, но у Клинков имелся просто дар свыше влипать в неприятности — это она усвоила твёрдо. Если этот бретон зачем-то потащился за Баурусом в подвал пансиона, значит, неприятности у Клинка будут точно. Пойти глянуть? Вдруг помощь нужна? Алебарду она, разумеется, оставила в комнате, но где это вы видели норда, который без ножа выйдет хотя бы по малой нужде? Нож висел у неё на поясе, диковато смотрясь на фоне зелёной шёлковой блузы, подаренной Торониром, но без него Ингрид почувствовала бы себя неуютнее, чем без штанов в публичном месте.       Словом, она-то, в отличие от бретона, вооружена была. Да только и он, преследуя Клинка, одним махом оказался облачён в полный комплект призванной брони и обзавёлся не менее призванным мечом. Лязгнула выхваченная из ножен катана, но Ингрид, напрыгнув на бретона, словно рысь, ударила его в основание черепа рукояткой ножа. Тот разом обмяк, а Ингрид аккуратно придержала сползающее тело, чтобы не громыхало пластинами брони об лестницу.        — Привет, — сказала Ингрид Баурусу, сноровисто заламывая руки даэдропоклонника за спину. — Дай какой-нибудь ремень, что ли, а то больно прыткий тип. — Баурус очумело помотал головой, и Ингрид с беспокойством спросила: — Я что, помешала? Он вроде убивать тебя собрался.        — Да он давно за мной следит, — ухмыльнулся редгард, блеснув белоснежными, как это водится только у них, зубами. — А я за ним. Такая вот карусель. А я тебя сразу и не признал, нарядную такую. Посвежела, похорошела…        — Да ну тебя, — отмахнулась Ингрид, против воли заливаясь румянцем. — Нашёл время… Надо этого голубчика связать как следует и рот заткнуть потуже, а то в Вейноне ни одного сукиного сына так живьём и не взяли. Яд прямо за щекой, что ли, держат? Броуд-то знает, кто ты такой? А то пошлёт за стражей…       Баурус сделал вид, что очень занят, связывая и обыскивая шпиона Мифического Рассвета, и Ингрид поняла, что кое-каких вопросов ей лучше не задавать.        — Ага, — сказал он, вытащив из-под дублета бретона какую-то толстенную книжищу. — Оч-чень интересно. Слушай, подруга, выручай, а? Я надеюсь, что тебя ещё не все знают в лицо, а мою морду, кажется, весь Мифический Рассвет уже изучил до последнего прыща. Отнеси эту книгу в Университет Таинств, будь так добра. Отдашь её Тар-Мине, а та уже посоветует, что делать дальше. Этого гуся мы, понятно, допросим, но фанатиков очень сложно разговорить, сама понимаешь.       Ингрид почесала в затылке. День у неё назавтра предполагался довольно хлопотный, и переться аж в Университет, за полгорода от Эльфийских Садов, ей не особенно хотелось. С другой стороны, у неё полно всяких старинных побрякушек, с которыми она обойдёт дюжину лавочек, так что соглядатай, ежели вдруг таковой найдётся, может решить, будто кое-что из хабара удачливая авантюристка хочет продать магам.        — Ладно, — сказала она. — Спросить Тар-Мину, отдать книгу ей, ждать, что она скажет. Всё правильно?       Баурус с облегчением кивнул.        — Мне тебя просто Девятеро послали! — с чувством проговорил он.        — Ага, — с тяжким вздохом согласилась Ингрид. — Меня только забыли спросить. Опять.