Считая Шаги. Сага о равновесии. Часть 1: Свет

Несмотря на все, что пришлось пережить девочкам, жизнь текла своим чередом. Обычная, неспешная жизнь. Подругам отвели комнату в замке Хью - он предлагал каждой индивидуальную, но мысль о том, чтобы ночевать отдельно, не вызвала энтузиазма ни у кого. Так что Лорд отдал им самую большую спальню, ранее пустовавшую, где подруги и поселились. Ри тут же начала приставать к демонам с вопросами: как живут в Тёмном секторе, какие у них традиции, этикет, чего ни в коем случае нельзя делать. Так она выяснила, что клятвы у тёмных играют очень большую роль. Причём как бытовые, типа "клянусь говорить только правду" или "клянусь не причинять тебе вред", так и клятвы верности, которые оказались на удивление распространены. Ими вообще оказался связан чуть ли не весь Тёмный сектор поголовно. Ещё она начала понимать, почему к ней так относятся все встречные тёмные. Сильные эмпаты, они при этом были очень разобщены: не как народы в Светлом секторе, нет; тут каждый сам был себе народ. Несмотря на то, что они выступали единым фронтом, доверия друг к другу не было почти ни у кого. Мощные щиты, не позволяющие считывать их эмоции, окружали каждого, их убирали только при тех, кому искренне верили. А таких у любого тёмного почти что и не было, если один друг есть, уже хорошо. Собственно, именно поэтому были так популярны клятвы. Отсутствие такого щита сразу подкупало этих существ, причём даже когда они понимали, что это не осознанный жест, а просто следствие незнания возможностей темных. Это все равно действовало, пусть и немного. Однако обычно эффект перебивался негативными эмоциями в их сторону, страхом, презрением, ненавистью, желанием убить. Эриал же максимум боялась, но её искренний интерес и лёгкое восхищение, буквально на глазах переходящее в уважение и доверие, не могло не принести свои плоды. Она действовала на изголодавшихся по вере и теплу тёмных, как крепкий алкоголь, и кто виноват, что они снова и снова "прикладывались к бутылке"? Эту разобщенность Ри тоже, подумав, отнесла к действию подчиняющего заклинания. Слишком странно для народа эмпатов так легко закрыться ото всех, кто был рядом. Те же шианцы прикрывали, конечно, мысли, но очень редко. В основном они легко открывались друг другу, общались с помощью телепатии, передали немаленькие пласты образов и давно привыкли к "фоновому шуму", которое было неизбежно, если вокруг много активно и громко думающих разумных. Хотя, конечно, было негласное этическое правило: не считывать тех, кто не является твоим другом, без его разрешения. И оно довольно строго соблюдалось. Не лезь в голову к другим, и к тебе не полезут. Для эмпатии такое наверняка тоже было возможно, и, по идее, она должна была только усиливать связь между жителями Темного сектора, но этого почему-то не происходило. Землянка, все глубже изучая и понимая светлых и тёмных, была уверена: вся разобщенность в секторах имела магическую причину. Но, тем не менее, на разных существ подчинение действовало по-разному. Если светлые начали недоверчиво относиться ко всем, кто не являлся представителем их расы, то тёмные начали так относиться вообще ко всем. "Прямо разделяй и властвуй", - вынесла вердикт Ри. Тем не менее у обоих секторов как-то, пусть и понемногу, но получалось обходить эту магию. Так, Земля, оказывается, была чем-то вроде общего курорта и нейтральной зоны, и обычно тёмный и светлый, столкнувшись там, просто обходили друг друга и делали вид, что не заметили. Сражения случались в исключительных случаях, таких как новый одаренный, которого тут же старались забрать себе и перетянуть на свою сторону. Тьма и свет даже обменивались старыми технологиями - там же, на Земле, через посредников-людей, открывая свой бизнес: не во имя дохода, но ради возможности связываться с людьми, работающими на представителей другого сектора. Правда, интересно это было в основном учёным, которые в общем-то были меньше всего подвержены действию подчиняющей магии, и коллекционерам. Для военных целей экспонаты все равно были непригодны, ибо давно вышли из обихода. Это как если бы Россия и Америка обменивались мушкетами девятнадцатого века. Но интерес друг к другу все же был! Был, что не могло не радовать Ри. Сны больше не заставляли её просыпаться с криками: теперь она просто рыдала взахлёб каждое утро. Хэлкард, действительно, попал к Алафаэлю, где его приняли с теплом. Однако - девушка так и не поняла, почему - тёмный вдруг решил, что его используют, чтобы уничтожить его народ, и, сделав несколько пакостей напоследок, ушёл. Вообще, о том времени, которое демон провел среди светлых, у нее почти не было информации. Все было показано за одну ночь, и Ри проснулась утром, все ещё помня вгрызающуюся в душу боль, которую чувствовал Хэлкард, уверенный, что его предали. Ничего удивительного в том, что он окончательно сошел с ума, в общем-то, и не было. Нельзя такое пережить и остаться нормальным... А ведь Алафаэль, кажется, не заметил безумия гостя. Удивительное светлое существо, с тёплой аурой, ласковой улыбкой и полными любви синими глазами, он легко и сразу поверил демону, просто не стал ни в чем разбираться. И зря! Может быть, один разговор спас бы ситуацию... Теперь сны рассказывали о том, как он собирал армию, как создавал своих Лордов - маршалов темного сектора, вторых после себя. Как Алый тихо прошептал ему "Отец", и был почти убит в первые пять минут после рождения - и все равно повторял это слово, что для Хэлкарда было сродни чану кипящего масла, в которое помещали его душу. Как Кресталл обратился внезапно к христианству, приволок немаленький крест, и как его создатель почти просил: "Сними, разве ты не видишь, он жжет тебя?", а потом швырял сквозь весь тронный зал своего замка, оставлял Тьмой глубокие порезы, кричал "Сними его!" - чтобы к ночи невидимо для других залечивать его раны. Как первые, кто пришел к нему, приносили Клятву Верности и становились генералами, как он следил за ними, как прикрывал собой, и как, сходя с ума, почти что убивал их. Какой же жестокой ложью казалась ему - не умеющему верить, но мечтавшему довериться! - преданность в их глазах! Как же страшно ему было, когда они говорили "Веди нас, Повелитель", как же больно! И ведь не объяснишь им - тем, кто подвергся всем этим пыткам - что он их боль чувствует, как свою, что с ним поступали на порядки более жестоко, что он просто разрывается на части. Как же он себя ненавидел... Его сводила с ума, прибивала к земле невероятная, дикая вина, которая день ото дня становилась сильнее. Он распарывал себе глотку, он вытаскивал из груди сердце, он ломал себе пальцы - с громким, жутким хрустом, наказывая себя, пытаясь сделать побольнее, пытаясь искупить это, страшное и неискупаемое. Он часто вспоминал отца. И у Ри горло сводило от этих воспоминаний, потому что Хэлкард любил его. Любил своего мучителя, любил палача - так, как умеют только дети жестоких родителей, не за что-то, а вопреки. Вопреки здравому смыслу, логике, действиям родителя. Все равно. И смерть его, кровь отца на своих руках, демон не мог себе простить, падая в пучину боли и вины, которая не имела дна. Он иногда звал Алафаэля. Просто звал: выходил и кричал в пустоту его имя, точно зная, что не будет услышан, потому что призывать надо совсем иначе. Но при этом что-то внутри него требовало дозваться до того первого и единственного существа, которое отнеслось к нему с добром. Несколько раз он начинал формулу призыва, но тут же одергивал себя, возвращался в замок и срывал свой гнев на тех, кто пришел служить ему и Тьме, которую он воплощал. Разрушая Белую Скалу, Хэлкард выл. Но мир Эриал снами не ограничивался. Она, конечно, перенимала многое из черт Хэлкарда, например в последнее время начала уходить от прикосновений, чувствуя острые уколы страха. Впрочем, когда она наконец обратила на это внимание - а первое время девушка воспринимала свое поведение как должное, не замечая, что что-то изменилось - она смогла успокоиться. Хотя нет-нет, а тянуло просто сбежать ото всех подальше, в самый темный угол комнаты, и следить оттуда. Девушек со второго же дня начали обучать магии. Причём даже Инс с Хенной. На что последняя было возмутилась, сообщив, что умеет колдовать, но Алый просто движением пальцев сковал её и поднял в воздух: - Освободись. Больше возражений не поступало. Лорды оказались хорошими учителями. У них было не так много свободного времени, но его целиком посвящали гостям. Судя по всему, им доставляло удовольствие возиться с открытыми и любопытными светлыми, которые честно им доверяют. При этом Алый очень часто, каждый раз когда у него выдавалась минутка, уходил куда-то с Хенной, оставив Ри и Инс на попечение Хью и Эрэдиана. Они подолгу гуляли, а когда возвращались, шианка выглядела почти счастливой. Рыжая однажды даже зажала демона в угол, потребовав объяснений. Алый улыбнулся: - Она кричит от боли. Я стараюсь её уменьшить. Инс повела ушами: - Я ни разу не слышала... - Самый громкий крик - тишина, - ответил ей неслышно подошедший палач. - Поверь мне, Инсэн Рай, я хорошо разбираюсь в крике. Орионка серьёзно кивнула, быстро, видимо чтобы не убежал, обняла Алого: - Спасибо. Бледные пальцы почесали её за ушком уже довольно привычным движением. *** Так текли похожие, но наполненные событиями, дни. Прошёл месяц. Начался второй. Хенна перестала плакать по ночам, вспомнила, как улыбаться, но все равно почти каждый день уходила на прогулки с беловолосым Лордом, их иногда можно было видеть из окон: идут, держась за руки, обмениваются какими-то фразами, Алый что-то показывает и объясняет. Инс даже хихикала о том, что скоро можно будет играть свадьбу. Хихикала до тех пор, пока Ри не дала ей подзатыльник. Наконец, ближе к концу первой недели второго проведённого у тёмных месяца, Эриал предложила слетать к Зиону. В конце концов, надо было проведать друга, с которым даже связи-то толком не было. Идею поддержали все, даже, на удивление, Лорды, которые сообщили, что полетят или все вместе, или никто. Необходимость присматривать за тремя шебутными и лишенными любого инстинкта самосохранения девчонками превратила их в довольно-таки строгих опекунов. При этом демоны как будто помолодели: острые черты лица сглаживались, морщины расправлялись, на лицах все чаще мелькала улыбка. По словам куда более болтливого Хью, Хэлкард за все это время так никого ни разу и не наказал, что было воспринято тёмными с удивлением и облегчением. Они не думали, как долго это продлится, просто радовались неожиданной передышке, и все, кто часто контактировал с Повелителем, чувствовал изменения в его поведении. Именно поэтому у Лордов сейчас было так много сил. Зион встретил гостей с радостью, хотя и удивился такому количеству разумных, выбравшихся из Ворона Ри - лететь решили на одном корабле. Демон с явным уважением поклонился Лордам и заграбастал в объятия сразу всех девчонок, вызвав тихий фырк у Эрэдиана, который к обнимашкам так и не привык. Несмотря даже на постоянно тискающую его Инсэн. Палач позволял ей делать с ним что угодно, но лицо его принимало одинаковое панически-смиренное выражение. Что, впрочем, рыжей нисколько не мешало: она поставила своей целью приручить это гордое существо, чем и занималась в свободное от уроков время, находя его каким-то сверхъестественным образом в любых уголках замка. А так как Эрэдиан уже много лет обитал именно в доме Хью, деваться ему было некуда. - Ну, дети, рассказывайте, - потребовал Зион, когда все вошли в дом и разместились в зале. Девочки вешали наперебой: каждой нашлось, что рассказать. Они трещали, перебивали друг друга, повторяли одно и то же, но Зиону это доставляло явное удовольствие. Он лениво попивал вино из высокого бокала, собственно как и составившие ему компанию демоны - вот уж кто мог оценить всю изысканность вкуса хорошего вина! - задавал вопросы, вставлял комментарии. - И что же вы будете делать дальше? - спросил он, когда поток красноречия иссяк. - Если честно, я еще об этом не думала, - призналась Ри, ежась под скрестившимися на ней взглядами. - Понимаешь... нам надо было успокоиться. Прийти в себя. Собственно, этот пункт выполнен. Но я не представляю, куда двигаться теперь. Мы потихоньку учимся магии, учимся драться. Я многое узнала о Тьме за это время, - Хью, которого девушка постоянно донимала вопросами, слегка усмехнулся. - И теперь я точно могу сказать, что эта война не оправдана. Все, что происходит - какой-то глупый фарс! Его надо закончить, но как? - Победа Темного сектора могла бы это сделать, - саркастически бросил Алый, которому слова про фарс сильно не понравились. Он-то выкладок девочек про происходящее во Вселенной еще не слышал, как-то не до того было. Хенна тут же потянулась к нему, успокаивающе коснулась плеча. Лорд прижал щеку к ее пальцам, прикрывая рубиновые глаза. На его лице появилась искренняя нежность. "Может, Инс не так-то уж и далека от истины", - промелькнула мысль у Ри, но тут же была погребена под совсем другими размышлениями. - Подождите-ка, - ухватила она за хвост оформляющуюся идею. - Я правильно понимаю: миры, которые признали власть Темного сектора, оказываются в безопасности? Теперь на нее смотрели еще более пристально. И судя по недоумению, написанному на лицах, никто еще не понял, куда она ведет. "Да я сама-то не понимаю..." - Ну конечно, - согласился Хью. - Мы же не звери - всех убивать. Землянка вспомнила про "уничтожить всех светлых и полукровок", им же сказанное, но от реплики воздержалась. Понятно же, что сознательно Лорд ничего такого не хочет, но бессознательный, наведенный пласт поведения и рефлексов никто не отменял. - Так может, - девушка ненадолго замолчала, даже не веря, что собирается это произнести. - Может, завоевать Светлый сектор? Теперь она имела возможность полюбоваться на выражения крайнего удивления на лицах темных. Что забавно, Инс и Хенна восприняли это предложение как что-то само собой разумеющееся, дескать, очередной безумный план, и что? Мы к ним уже привыкли и уверены, что все получится. - Мы уже больше двух тысяч лет пытаемся, - хмыкнул Эрэдиан. - Хреново вы пытаетесь, - сообщила Инс. - Ри как-то нам говорила об этом. Вы на самом деле никого по-нормальному и не завоевываете, так, выходите, устраиваете непонятно что и возвращаетесь к себе. А вот если правда взять кучу кораблей и планомерно начать занимать миры, будет эффект. Лорды, которые это понимали уже давно, переглянулись и согласно покивали. - И кто будет этим заниматься? - поинтересовался Алый. - Мы, например, просто не можем без прямого приказа. За инициативу нам... в общем, не стоит. - Я, - тихо ответила Ри, которая отлично знала, что бывает с Лордами за невовремя проявленную инициативу. - Я. - И начать придется с Шиана, - прошелестела Хенна и всхлипнула. Лорд притянул плачущую девушку к себе, погладил по черным волосам. Вздохнул горько, но ничего не сказал, просто и безмолвно утешая. - Да, - согласилась Эриал, отводя взгляд: было мучительно стыдно. - И с Ориона. Это надо заканчивать... Несколько минут царила тишина. Все ушли в себя, каждый что-то свое думал и решал. Зион задумчиво рассматривал Ри: он не ожидал, что девочка зайдет настолько далеко. Однако не похоже было, чтобы ему не нравилось ее предложение. Хотя в золотых глазах мелькало явное сочувствие. - Надо, - наконец нарушил молчание Хью. - Я могу сказать за каждого из Лордов: мы до безумия от этого устали. Особенно от безмерной жестокости, направленной то на нас, то на врагов. Это постепенно сводит с ума, убивает верность. Я... я признаюсь: я уже готов был сбежать. Не надо так смотреть на меня, Алый, твоя преданность Повелителю просто беспрецедентна. Не все так могут. Поэтому я согласен: если вся Вселенная станет Темным сектором, многое изменится. - Только вот разрешит ли Повелитель использовать флот? - поинтересовался Эрэдиан. Девчонки переглянулись: вот об этом они просто не подумали, почему-то уверенные, что все само собой разрешится. "Ну да, с каких пор флот Темного сектора - мой флот?" - подумала Эриал. - "Что-то ты зазвездилась, девочка, ведешь себя так, словно вся Вселенная принадлежит тебе." - Убедим, - отмахнулся Алый, продолжая укачивать Хенну. Он, в отличие от землянки, ничего странного или неправильного в ее поведении не видел. Знаешь, что делать? Так делай! И нечего тут сопли разводить и рефлексировать на пустом месте. - Уж это мы возьмем на себя. Хью согласно кивнул.