Yellow blue vase

And I say, hey, hey, hey, hey I said hey, what's going on? And I say, hey, hey, hey, hey I said hey, what's going on? 4 Non Blondes, What's up?

Артём потерял счёт времени, когда они застыли в объятиях друг друга посреди кухни. Прошёл или час, или пара минут; или мгновение, или бесконечность. Только затем Максим неспешно наклонился и поцеловал его в лоб. А после снова воцарилась тишина. Парни опять поставили чайник и теперь сидели на диванчике рядом друг с другом. Артём зачем-то включил телевизор. Бородатый седой старик вещал засахарившейся мадемуазели о вечной любви. Вообще, такие вещи можно говорить только тогда, когда почти на грани того, чтобы рассыпаться в любой момент. Фильм был совсем не интересным, но на определённых моментах вызывал взрывы хохота. Так обычно и бывает, когда смотришь предрассветный бред по зомбоящику. Единственный критерий для подобного – не в одиночку. Сон пропал. Кошмары остались позади. Теперь Артём просто сидел, смеялся над старым фильмом и тихонько радовался, поглядывая на великолепную максову улыбку. Максим же расслабленно попивал чай и смеялся от всей своей загадочной души. Но прошло время, и кино закончилось. Пришла пора утренних новостей. — Пять утра, в эфире новости города N., — улыбаясь, сообщила дикторша. — Офигеть, — искренне удивился Артём, засовывая в рот печенье. – Ну и ладно… Что нам там готовит новая серия бесконечного фильма ужасов? — Вот поэтому я и не смотрю телевизор, — отпивая чай, ухмыльнулся Макс. Дальше на экране начался обзор новостей, который они пропустили за разговором. Затем политика, военные действия в странах третьего мира и достижения науки. Абсолютно ничего примечательного, если бы… — Серийный убийца в N. до сих пор не найден. Тем временем, по последним данным, появляются новые и новые жертвы. Напомним, что вот уже больше двух лет в N. пропадают без вести и от жестоких пыток умирают люди. За последние два месяца случаи заметно участились. Следствие полагает, что к преступлениям причастна группа людей, однако нет абсолютно никаких доказательств и подозреваемых. В общей сложности, насчитывается порядка ста четырнадцати жертв. Власти города призывают население быть крайне осторожным и не появляться в безлюдных местностях в позднее время суток. К другим новостям. Сбежавшая из зоосада неделю назад обезьянка была замечена в районе автовокзала… Артём на несколько секунд застыл с открытым ртом. — Нет, ты видел? Ты слышал? У нас в городе маньяк! – очнувшись, затараторил он. Максим, между тем, спокойно мыл кружку в раковине. — Макс! Ты представляешь? – не унимался Артём, донельзя шокированный событием. – Маньяк! Убийца! Самый настоящий! Лицо Максима оставалось умиротворённо-невозмутимым. — Тебе совсем-совсем похер? — Типа того, — Макс приблизился к телевизору и выключил его. – В общем-то, мне плевать на проблемы экономики, политику, само государство, природные катаклизмы, феноменальные, ха-ха, открытия, и всяких опасных личностей. Пока ты со мной. А сказал он это серьёзно. Да ещё и глаза потемнели. Ей-богу, как у главного героя-любовника какой-нибудь абсурдной мелодрамы, где девушки, женщины и бабушки мрут, будто мухи, от одного взгляда или прикосновения нежного соблазнителя. Самым стыдным было то, что Артём ощущал себя подобной дамой. Внизу живота приятно потянуло, когда Максим тепло, мягко и медленно раздвинул языком его губы. И коленом его бёдра. И крыша снова ко всем чертям улетела. Неведомым чудом они оказались в комнате, где Макс, развратно лаская тело Артёма губами и руками, взрывал мозг, отправляя остатки чистого разума куда-то между раем и седьмым небом, если это, конечно, не одно и то же. Всё-таки, он был чертовски хорошим любовником. И Артём думал, что если бы он был девчонкой, то обязательно вёл эротический дневник, где описывал бы те самые моменты. И если раньше он никак не мог понять, что значит воспринимать секс, как искусство, то с недавних пор всё больше убеждался, что познал настоящую восхищающую красоту совокупления, понимая на подсознательном уровне, что возможно это только с одним человеком. Максим. За время, что они провели вместе, его имя стало лучшим… Но, впрочем, хватит сантиментов. Минет у «бога секса» получался очень даже возбуждающим. Артём стонал, зарывался пальцами в его волосы, умолял не останавливаться. Как вдруг… Да, жизнь Артёма явно была построена на внезапностях. По крайней мере, последнюю неделю. Руки Максима, стискивающие бёдра парня, «украшали» длинные свежие саднящие царапины с кровоподтёками. И как он раньше не заметил? Ах, да, Макс же был в рубашке с длинными рукавами и не снимал её до последнего, невзирая даже на сырость ткани… Кончал Артём, взвешивая «за» и «против» задавания важного вопроса. Но Максим, оказавшись вдруг прямо перед его лицом, улыбался так восхитительно, что Артём сразу вспомнил про своё обещание. И пока не смел его нарушать. — Теперь будем спать, — Макс притянул Артёма к себе. – Хорошо и долго. — Хорошо и долго, — повторил тот, целуя Максима в ключицу. Артём проснулся в час дня. Предательское полуденное солнце светило прямо на подушку из-за незадёрнутых штор, а бесстыжие птицы пели во все свои глотки. Артём никогда не любил пернатый оркестр. Ему куда больше нравился панк-рок, который крылатые божьи твари исполнять почему-то отказывались. Наотрез. Впрочем, как бы там ни было, к птицам и слепящему свету добавилась ещё жуткая жарища. И отсутствие Максима рядом. Питая крохотные смутные надежды, что он ушёл только из комнаты, Артём сполз с кровати и отправился исследовать прихожую, кухню и санузел. «Так и есть – свалил, — огорчённо подумал он, отметив отсутствие толстовки и кед. – Мог бы хоть записку оставить!» Парень снова почувствовал себя дамочкой из сопливой мелодрамы. И ему стало противно. — Да хрен с ним! – зачем-то вслух вскрикнул Артём и пнул подвернувшийся ему спичечный коробок. Спичечный коробок. На полу вылизанной дочиста прихожей. — Что за? – Артём поднял картонную коробочку. Спички у него дома не водились в виду отсутствия пагубной привычки и присутствия электрической плиты. Первой его мыслью было: «Неужто этот засранец так и не бросил курить?», а затем Артём, по природе своей любопытный, выдвинул днище коробка. Ну, то, в котором лежит содержимое — спички. Только вот спичек не оказалось. Лишь клочок бумаги, сложенный вдвое.

С добрым утром.

Вот вам и долгожданный привет из мыльных опер. Артём даже как-то расстроился. Оставлять идиотские записки в неприглядных местах было как-то… Странно. И пафосно до зуда в одном месте. Он даже подумать не мог, что Максим способен на подобное ребячество. Да и коробок был старый, потрёпанный какой-то, с пиратом, кричавшим «Все на абордаж!» на лицевой стороне. Где Макс только откопал такой? Пожав плечами и решив не уделять такого внимания подобным глупостям, Артём вернулся в комнату, положил находку на стол, а после полностью раздвинул шторы и уселся на подоконник. Так начиналось каждое утро, когда он был выходной. Парень просто садился на широкий подоконник и несколько минут смотрел вниз, на кипящую жизнь. Сам себя тешил и забавлял мыслью, что ему-то как раз никуда не надо. Все два выходных – понедельник и вторник – Артём сидел дома и занимался своими любимыми делами – многочасовыми заседаниями в интернете и просмотром фильмов. Кстати об интернете. Организм Артёма окончательно проснулся, и он решил отправиться в бескрайние сетевые просторы на поиски более подробной информации об ужасном маньяке, про деяния которого тревожно рассказывали в утренних новостях. С удивлением Артём обнаружил, что, опять же по версии следствия, загадочный убийца причастен к нашумевшим пропажам молодых девушек в районе хлебозавода. «Странно, я думал, что это какой-то старик-извращенец, которого поймали после парочки преступлений, — подумал парень и испугался не на шутку. – Что-о?! Он ещё и детей расчленял? Хотя… Я их всё равно терпеть не могу…» Тут он сам себе показался страшным циником и пофигистом. Артёму безумно захотелось отшлёпать свою бестолковую голову за подобные мысли, поэтому он, не думая, зарядил линейкой по этой самой бестолковой голове, оставив на лбу ярко-красный след. — Ну и поделом, — буркнул Артём и надулся, будто индюк, которого неожиданно продали из родного двора всего за полцены. Звонит Everybodylovesmybaby... — Внимательно, — с напускным безразличием ответил Артём, а про себя подумал: «Отлично, явился, сейчас я ему всё выскажу!» — Привет, Тём, — Макс по ту сторону монитора расплылся в широченной улыбке. – Проснулся? — Проснулся-ужаснулся, — сердито зарифмовал Артём, чем вызвал у Максима легкий приступ смеха. – Как абордаж? А? — Ч-чего? – Макс снова подавился хохотом. – Ты уверен, что уже не спишь? — Блять, — на пару секунд Артём даже замешкался – всё происходящее выглядело слишком абсурдно. – Сейчас покажу. — Член? – парировал Максим, отчего-то не желая становиться обычным «мистером Похер». Артём молча протянул руку и схватил треклятый коробок. — Узнаешь? Если бы на лицо человека внезапно вылили ведро белой краски или щедро сыпанули бы мукой первого сорта, то эту бледность можно было бы сравнить с лицом Максима. — Откуда у тебя это? — Слушай, интриган, — Артём злостно зашвырнул коробок в дальний угол. – Не придуривайся. Перестань выставлять меня дураком, раз сам такой крутой! — Внутри что было? — А то ты не знаешь! — Внутри. Что. Было? – повторил Макс, и взгляд его сделался ледяным. — Не пугай меня так… — моментально слился Артём. – Бумажка там была, «Доброе утро». — А… А-ха-ха… А-ха-ха-ха, — как-то облегчённо рассмеялся парень. – Ты, Тёмка, наверно, в штаны наложил? — Тролль, — отрезал Артём и отключился. Сказать, что настроение у него окончательно испортилось – это не сказать ничего. Максим же перезванивать не стал, но отправил сообщение: [13:59:02] Everybodylovesmybaby Я перегибаю палку? [14:01:10] Hey-yeah! Да. Играешься со мной, как с дитём малым. Бесит, выводит из себя, знаешь ли. [14:01:56] Everybodylovesmybaby Прости-прости. Можешь покарать меня при следующей встрече. ^_~ [14:02:12] Hey-yeah! Как-то не хочется. А после Артём подумал, что всё-таки не собирается ссориться с Максом и попытался разрядить обстановку: [14:04:28] Hey-yeah! А может ты тот самый маньяк?) И я твоя новая жертва, но коробок был не для меня. [14:05:03] Everybodylovesmybaby Да, он был для жены субъекта, задолжавшего мне десять рублей… [14:05:21] Everybodylovesmybaby Мне пора. До вечера. [14:06:00] Hey-yeah! Ты там воруй, убивай… В тюрьму не попади! Everybodylovesmybaby не в сети. Музыка в плейлисте неожиданно закончилась, и на какое-то время вокруг Артёма повисла звенящая тишина, которую разбавлял гул машин на проезжей части. А ещё – громкие-громкие размышления о том, что всё-таки он что-то сделал не так. Правда, они были какими-то уж слишком громкими. И страшно напоминавшими песню, что стояла у Артёма на звонке мобильного… — Бэйби, мы на яхте провисели две недели! И всё это время, детка, ты жуёшь коктейли! – чёрт, это и вправду был телефон. — ДА ТВОЮ Ж МАТЬ!!! – во весь голос завопил парень, в очередной раз проклиная себя за то, что, руководствуясь совершенно непонятными принципами и помешательствами, поставил на звонок эту «чудную» композицию. – Алё! — Привет, — сказали на том конце. — Привет, — ответил Артём, параллельно припоминая, кто бы это мог быть. — Узнал? — Нет, — соврал Артём, хотя узнал, но не хотел верить в то, что этот человек снова появился в его жизни. — Узнал же, — его раскрыли быстрее, чем он мог предположить. – Встретиться надо. Через полчаса у твоего подъезда. — А-а, э-э-э, ну-у… — Выхожу. Жди. Больше всего в тот день Артёму хотелось иметь землянку за чертой города. *маньяк в N. **Ещё, няши, полюбуйтесь на арт от моей дорогой AyaneNinja :3 Максим и Артём *О* http://cs5758.vkontakte.ru/u27889192/128306106/y_6d96d817.jpg