Yellow blue vase

— Алло, — сонно буркнула в трубку Агриппина. На часах было всего двенадцать дня, и «анимефняя девчонка» мысленно пообещала себе кинуть в вечный (недельный) игнор позвонивших, если они не сообщат что-то действительно важное. Агриппина не была особенной злючкой, ей просто нравилась власть. Пусть и совсем не похожая на президента хотя бы аниме-клуба. — Юи! Тебе это понравится! – заголосили девицы. – Мы записали, как он нам угрожал!!! — Чего?! – сон мгновенно улетучился, и Агриппина села на постели. — Да! Мы захватили диктофон и записали! Артём сказал, что не пожалеет нас и убьет, если мы хоть что-то потрогаем в «Няке»! — Езжайте ко мне быстро! – скомандовала юная атаманша. – И купите печенек. *** — Слушай, — Максим лениво разглядывал мангу со стенда. – Я ведь так и не услышал о твоих предпочтениях в еде. Начнём с пиццы? — Ну… Я люблю, когда пицца толстая, а не похожа на два листа бумаги, как в «Трактирии». — А ингредиенты? — Курица и грибы, — Артём подумал, что после внезапного опустошения желудка самым благородным делом было бы перекусить. – Ещё с ананасами ничего так. Макс заскочил к Артёму на работу в середине дня, и вот уже добрых полтора часа парни обсуждали вкусы и интересы друг друга. — А специи? Я вот люблю перец и красный лук, а ещё… — Фу, перестань, — поморщился Артём. – Ненавижу всё это. Ни лук, ни чеснок. А от перца прямо-таки выворачивает наизнанку. Особенно от болгарского. — Я это запомню, — Максим засмеялся. – Как-нибудь притащу тебе целую сковородку тушеного болгарского перца. — Он будет великолепно смотреться на твоих волосах, — усмехнулся Артём. — Это мы ещё посмотрим. — А тебе вообще странные вещи нравятся… — Ага, жирные бабы и пицца с красным луком, — самодовольно проговорил Макс и посмотрел на Артёма взглядом а-ля «ну что, бро, я достаточно крут и эпатажен, а?». — Да… Мне до них далеко. — До кого, до жирных баб?! — До красного лука… Да и жирная баба из меня хреновая получится, — Артём ухмыльнулся и сложил домиком картонные визитки «Няки». — А ты хочешь мне нравиться? — Чем посыпают роллы «Якудза»? – парень виртуозно перевел тему. – Такие черные шарики. Маленькие. — Э… Вроде как покрашенная в черный икра летучей рыбы, — пожал плечами Максим и поставил на место очередной не заинтересовавший его томик манги. – Так зачем тебе нравиться мне? — Во-о-от оно как, — протянул Артём. – Выходит, я люблю эту икру! — Блин, не уходи от ответа! – тон у Макса был серьезным, а глаза почему-то смеялись. Момент был донельзя романтичным, а ведь именно для того, чтобы рушить подобное, существуют в жизни внезапные телефонные звонки. Максим выхватил телефон из заднего кармана джинсов и недовольно посмотрел на дисплей. Затем вздохнул и со словами: «Я все равно узнаю» вышел в коридор, принимая вызов. — Да-а-а, — доносились до Артёма отголоски. – Ну почему именно сейчас? Дела делаю. Нет, Сергей Геннадьевич, вечером тоже не смогу. Опять прохудилась? Ваши вымогательства трехвековой давности уже давно не катят. Да, я работаю над этим. Сказал же, что помогу! Послезавтра. Если не достану средств, то сам починю вашу треклятую… Что? Хорошо, принесу. И его принесу. Да. Всего доброго. — Всё в порядке? – спросил Артём, когда Максим зашел обратно. — Вроде да, а вроде и нет, — как-то туманно произнес тот. – Дядька опять бунтует. Говорит, крыша прохудилась в часовенке. Как будто в наше время кто-то еще может на это купиться… — Что за часовенка? – Артём искренне старался не засмеяться. Уж больно Максимовы разговоры были похожи на сплетни бабушек в кульминации поминок. — Ну, обычная часовенка-ночлежка, — Макс пожал плечами. – Не совсем здесь, за городом. А дядька священник. И работает в местном колледже. — У нас где-то преподают религиоведение? — А я не говорил, что это как-то связано с религией. Он информатик. — Информатик-священник, который содержит ночлежку?! — Оглянись, Тём. Сейчас двадцать первый век, — буднично рассудил Максим. – К тому же, ночлежка не для бомжей и бедных. Она даже на хостел не похожа. Напротив, снаружи убогое неприметное здание, а под землей – бункер с пафосными комнатами. Там кантуются мелкие чиновники, награбившие у нашего государства какие-то суммы, а еще имеются комнаты для пыток тех, кто что-то задолжал этим самым влиятельным мужчинам… Или просто пошел против них, – и, заметив, что Артём застыл с раскрытым ртом, добавил: — Вот теперь ты знаешь страшную правду, и я вынужден тебя… — Меня… Что? – тревожно поинтересовался Артём, и глаза у него испуганно забегали. — Съесть, — прошептал Макс, нагнувшись к парню через стойку и легонько прикусив мочку его уха. — Ох… — Ну почему ты такой наивный, Тём? – Максим притянул Артёма еще раз и поцеловал его в шею, а после отпрянул и снова уселся на пол у стенда с мангой. – Неужели ты поверил во весь этот бред? — Не поверил, — попытался было отмазаться Артём, но от Макса мало что можно было скрыть. Впрочем, он уже это понял. — Хорошо, чтобы не быть конченым пиздаболом в твоих глазах, скажу, что дядька мой действительно имеет часовенку за городом и работает информатиком. Вот, послезавтра мне надо съездить к нему и привезти свой старый ноутбук. И залатать крышу. А то течет. — Ага, как же. — Да я вообще-то сейчас правду всю изложил, — Макс взял с полки томик какого-то хентая и безучастно пробежал глазами по самым откровенным страницам. – И хотел спросить. — М? — Со мной поедешь? — А почему бы и… *** — Нет! Нет, нет, нет, — протестовала Аня. – Нет! Я не пойду. Он же маньяк! — Но не будет же он убивать девочек, которые пришли к нему брать уроки игры на гитаре… — пыталась мягко возразить Настя. – П-правда ведь, Юи? — Почему же вы такие трусихи? – с набитым ртом негодовала Агриппина. – В своем… Мням… Магазине… Мням… Печеньки хорошие. Он вам ничего… Мням… Сделать не сможет… Ням-ням. — А вдруг у него там подвал, в котором он людей ра-а-асчленя-я-я-а-а-ет?! – Аня чуть не плакала. — Ты еще скажи, что у него там целая ярмарка рабов под «Някой»! – сквозь смех выдавила одна из жирнушек по имени Света. Аня с Настей испуганно задрожали. Агриппина почти достигла апогея ярости. Армия пышечек, не считая неудачно пошутившей Светы, предпочитала хранить гробовую тишину. Было лишь слышно тиканье часов и хруст печенья на зубах «королевы бала». — Ничего не знаю, сегодня же пойдете! – дожевав последнюю печенюшку, подвела неумолимый итог Агриппина. *** Когда Артём, наконец, остался в одиночестве, он еще раз мысленно перекрутил всё то, о чем разговаривал с Максом. «Всё-таки странный он, — размышлял Артём. – И выдумщик, каких поискать. Но хорошо, что этот Сергей Геннадьевич позвонил так вовремя, я чуть себя не выдал…» По правде говоря, он и сам не знал ответа на вопрос, зачем ему так нужно нравиться Максу. Не знал, но нравиться все-таки хотелось безумно. Радуясь, что не спалился или, по крайней мере, спалился не до конца, парень подумывал, что бы ответил Максиму, если бы тот был настойчивее в своем намерении докопаться до пикантной истины. Мысленно запинаясь и краснея, Артём признавался воображаемому Максу в своей нешуточной симпатии. И вот, этот самый воображаемый Максим нежно целовал его в бровь, шепча нелепые нежности, что хоть и не совсем вписывалось в образ, зато удачно и красиво обрисовывалось в мечтах Артёма… Как неожиданно в «Няке» возникли посетители. И на сей раз это были не «Анимефные девчонки». — Эм… Привет… — робко поздоровалась Настя. – Вот мы снова… — Доброго дня, — Артём прямо-таки расцвел, совсем отвыкнув от милых девчачьих ликов в стенах магазина. – Я даже соскучиться успел. Щеки Насти залились было краской, но Аня вовремя одернула девчушку, высвобождая ее (а заодно и себя) из розового и пушистого плена кавайных мечтаний. Артём же подумал, что обе втрескались в него по самые уши. — Т-ты сможешь завтра прийти к нам? Позаниматься. Да… — К вам? В смысле, в школу? – уточнил Артём. — Н-нет… — Настя покачала головой. – Домой. — Домой? А у вас кружок не школьный разве? — Мы хотим вас проверить, — выпалила Аня. Воцарилась тишина. *** POV Максим. Геннадьич снова не вовремя. И зря я позвал Тёмку. Он может увидеть или услышать лишнее, тогда конец моим планам. Ну да ладно, сейчас главное – это кэш. С остальным поимпровизирую. Постараюсь, по крайней мере. — Бармен! «Джек Дэниэлс» и колу. Совсем опустился, пью уже в середине дня. Хотя, мне же предстоит ее увидеть. Бррр, как подумаю, сразу хочется в алкоголе с головой утонуть. Вот-вот уже зайдет. Сколько мы не виделись? Лет восемь точно. И два года не держали контакта. — Здравствуй, Максим. Поднимаю голову. Она уже пришла. Встретил бы случайно на улице – не узнал бы, вот это уж точно. И волосы острижены. Коротко, едва уши закрывают. Хотя парики одевать, наверное, удобно. — Привет, Рит, — пододвигаю ей стул. – Снова пластика? — Но меня же до сих пор можно узнать. Значит, неудачно. — Да нет, — залпом допиваю вискарь, оставшийся в стакане, и прошу бармена повторить. – Просто в такое время я больше никому не могу быть нужен. — Давай сразу обсудим дела, — она выглядит усталой. — Окей. Нужны деньги. — Опять? — Геннадьевичу, не мне, — откидываюсь на спинку стула и потягиваю алкоголь. – Звонил сегодня. — Почему он тогда меня найти не мог? — Он священник, а не сотрудник ФБР. — Твоя ирония, Максим, — она вздыхает раздраженно, что меня всегда веселило. – Здесь лишняя. Я могу или одолжить налички, или предложить тебе толкнуть пару запрещенных штук. Что выбираешь? — Я выбираю другой расклад: ты покупаешь мою коллекцию. Ты единственная знаешь, чем я занимаюсь. И знаешь, насколько мне дорого то, что я имею. И кстати, я соглашусь даже на половину суммы, которую ты предлагала мне раньше. Это при условии, что коллекция пополнилась. — Просто заложи свою жилплощадь в Риге. Ты туда все равно не собираешься. — Не переводи тему! – я усмехнулся. – А мансарду я подарил. И нет никакой разницы, кому. — Максим, — смотрит на меня серьезно так, даже не по себе. – Я не хочу рисковать СВОЕЙ жизнью, я тебя знаю. Ты не можешь бескорыстно уступать в цене. Пожимаю плечами и перевожу беседу в другое русло. Она говорит со мной неохотно и всего несколько минут, а потом уходит. Занятая мадам. А у меня в голове ее это «не хочу рисковать своей жизнью, я тебя знаю». Все-таки для пары-тройки человек в этом мире я жутко предсказуем. — Бармен! Повтори! *Избыток девочек и недостаток денег