Чем отличаются кактусы от ежей

Больше он не писал. Пропал. Исчез. Не был онлайн. Видимо, насытился, перегорел и вернулся к своей обычной беззаботной офисной жизни. Мне же стоило вернуться к своей. И подумать, кто мог вломиться ко мне домой в мое отсутствие и поставить весь громоздящийся годами бардак верх дном. Ничего не пропало, окромя пачки презервативов из китайской вазы и полупустой бутылки вискаря. При этом следы взлома минимальные, других повреждений или же признаков пребывания кого-то в моем доме нет. Чтобы тщательно обследовать квартиру, я написал одной миленькой шлюшке, которая в прошлую нашу встречу затеяла генеральную уборку. Сказал, что соскучился, что совсем грустно без женской руки в доме, что перемен требуют наши сердца и немного секса — наши тела. В общем, она замаячила на пороге через двадцать минут, бросилась мне на шею, сразу же оставляя там приличный засос, и заторопилась в комнату, охая и ахая насчет того бедлама, который ни в сказке сказать, ни пером описать. Я напустил на себя радости ее приходу, попросил убраться в комнате, а сам пошел на кухню курить и пить крепкий кофе. Ну и опустошать холодильник. Вдруг нежданному гостю захотелось подсыпать цианистого калия в мой клубничный йогурт? Нет, я не мог так рисковать. Часть еды отправилась в мусорку, часть — в мойку. После я пошел так же выливать прочь шампуни и гели для душа на случай того, если незнакомец подлил туда кислоты. По второму кругу перемыл посуду и столовые приборы, выкурив новую сигарету. Вылил в раковину масло и уксус. Вылил туда же весь алкоголь, который смог найти. Полюбовался красивой задницей девчушки, когда та принялась за полы. Стиральная машина в кои-то веки работала, добавляя басов в легкие и ненавязчивые песенки, которые я включил ради поддержания статуса влюбленного. Бесплатная уборка всея квартиры с продолжением из хорошего секса обычно стоит крайне дорого, а мне же довольно долго удается получать ее бесплатно — какой дурак лишится такой возможности? Правда, напрашивался еще один вопрос — какая дура будет срываться по первому зову к такому типу как я? К богатому алкоголику, который после жестко толкнет на диван и трахнет, не размениваясь на комплименты? Неужели стоимость генеральной уборки измеряется уровнем возбуждения или количеством оргазмов? Надо бы спросить у нее об этом - выйдет прекрасная статья. Вот сейчас ванную - и сразу спрошу. - Ты же не любишь меня, правда? - неожиданно говорит она девчушка, с вызовом, но даже не поворачиваясь в мою сторону. Так же размеренно драит полы, сопит и старается ничем не выдать своего волнения. Короткие шорты соблазнительно облегают подкачанную задницу и слегка расставленные ноги. Спина прогибается глубокой впадинкой и перетекает в узкие плечики с тонкими бретелями майки. - Нет, - хмыкаю только и с любопытством разглядываю юную особу. Идиотское милосердие? Жалость? Надежда? Ух ты, давно такого не видел. - Ты мне определенно нравишься, но я, видимо, слишком стар для такого дерьма, как любовь. Заезженная фраза, как раз под стать такому паршивому Казанова как я. - Нет, ты любишь только себя. Знаешь, ты скорее всего останешься один. Я помогу тебе прибраться, но про секс можешь забыть. Ты жалкий. Пытается выглядеть гордой. Сильной, самостоятельной, взрослой - под стать мне. Это так мило - думаю, таким же воспринимает меня отец. Эта несуразная фраза в её низкопробном актерском исполнении отчего- то вызывает во мне уважение. - Окей. Все равно спасибо. Сделать тебе чаю? Ты не поверишь, но теперь у меня есть чистый чайник! Она улыбается, как-то особенно грустно - неужели думала, что возьмет меня дешевой театральной драмой? - и продолжает оттирать с пола пьяные пятна коньяка. - Давай уже свой чай. - Тебе зеленый? Представляешь, у меня есть нераскрытая коробка! Мне никто никогда не дарил чай. Я вспомнил об этом уже в больнице. Помню, как оставил свою чашку на подоконнике, а она практически сразу отпила глоток. Села на краешке, слегка ежась от сквозняка, и разглядывала матовые цветы на стеклянной столешнице, рассказывала мне о новой работе и симпатичном начальнике, а потом стала крениться в открытое окно. Я успел схватить ее, а она вдруг обмякла, побледнела, пробормотала что-то вроде "ой... осторожно, чай". Тогда я подумал, что она боялась его на меня пролить, и только секундой позднее понял - я никогда не покупал зеленый чай. Я зря вылил виски, мартини и бутыль коньяка. Яд оказался в чае. Ха-ха-ха. Прости меня, моя маленькая - я не хотел. Глупая случайность, что в очередной раз спасла мою шкуру, принося в жертву кого-то еще. Я вызвал скорую, гаркнув на санитара и пообещав ему щедрые чаевые, если приедет действительно быстро. Поехал с ней в больницу. Оформил документы и оплатил лечение. Взял номер врача и сам донес девочку в палату. Заплатил санитарке, чтобы та купила девочке халат и прочее для длительного пребывания на стационаре. Поцеловал ту в лоб, поджег сигарету и остановился в местной курилке рядом с каким-то хилым колясочником. - Привет, папа. Он бесился, когда я называл его так. Сейчас же взбешен был я. Потому мне было плевать, как я выгляжу в его глазах. Идиотом - да похуй. - Здравствуй. Какими судьбами? Говорит до омерзения спокойно и расслаблено. - Захочешь меня убить, родной, - стреляй в голову. Твоя уловка оказалась слишком дешевой. Вежливая пауза. Несмотря на поражение, он доволен результатом. Я буквально вижу, как он улыбается. - Не понимаю, о чем ты. Я пнул стену больницы ногой, откалывая кусок штукатурки. Парень ощутимо напрягся и отъехал в сторону. - Паршиво лжешь, папочка. Но в случае чего я утащу тебя за собой, это ты, надеюсь, понимаешь? Молчит, в этот раз напряженно, вздыхает с нарочитым безразличием. - Осторожней с угрозами. Ему явно не нравился мой тон, и он бы смог много чего добавить к ответу, но спорить сейчас было откровенно лень. - Их больше не будет. А что мне еще сказать? Их и правда не будет. Я буду действовать, а не болтать. Он хмыкнул, скрипнуло кожаное кресло и он поднялся. - Твоя истерика выглядит жалко. Выбей наконец подростковый пафос из своих слов. - Решил повоспитывать? Мне захотелось поржать, что я, собственно, и сделал. В телефоне раздались частые гудки и я швырнул аппарат об стену. Вытащил из обломков сим-карту и пошел прочь. Покупку нового айфона я решил обмыть. Как и полагается, дорогой покупке - дорогой алкоголь: я выбрал самую дорогую...водку. И так вылил сегодня пять литров отменного Джека. В любом случае, ее можно использовать как антисептик. А если сюда что-то и подмешают - я опьянею быстрее, чем замечу яд. Великолепно же. "Привет)" Да ну, ты еще не удалил свой профиль? Еще помнишь о моей халупе? Еще хочешь заглянуть на стакашку виски? Че, правда? Не смеши. "Не думал еще тебя встретить". "А хотел?)" "Тебя - да". Кажется, я даже слышу как он смеется - тихо, но по своему звонко, сверкая солнечными зайчиками лучистых глаз. "М-м-м, мне определенно нравится твое да... Мне приходить сегодня?)" Увы, детка, сегодня вечером компанию мне составит водка. К тому же, не факт, что ты не наткнешься в моей квартире на очередную порцию яда или не схлопочешь пулю в висок. "Сегодня я занят." "Кем?) Разве я не составлю ему достойную конкуренцию?)" Наглый, чертовски наглый и самоуверенный. Но, думается мне, это очередная маска. "Увы, в твоей крови слишком мало алкоголя, чтобы конкурировать с водкой.)" Он молчит несколько секунд и в мгновение ока пишет короткое. "Это можно исправить)" Ооо, хочет меня пьяного? Теперь время смеяться мне. "Можно, конечно, вот только я бы не советовал. Если не буду сдерживаться - порву тебя и сломаю пару костей." Пауза. Долгая пауза. И все еще пауза. И еще. И даже сейчас. "Передумал, Ежик?" Его аватар мигнул и пропал из сети. Я взялся редактировать две новые статьи, что вчера вечером пришли мне на почту. Открыл бутылку и налил себе пойла в жестяную кружку. "10 способов победить прокрастинацию с самого утра!" Да, тут без водки точно не разобраться. Боже, за что мне эти дебилы. Я далеко не сразу заметил, что в мою дверь звонят. Кто на этот раз? Посылка с отменным коксом, в который заботливо под мешали цианид? Или же молочный коктейль с крысиным ядом? А может он послушал меня и прислал киллера? Было бы круто, если бы тот пришел в костюме разносчика пиццы. Я бы не только воплотил одну из своих фантазий, но и вкусно пожрал бы. - Как ты относишься к абсенту? Так вот куда ты пропал. - Я же говорил, что сегодня предаюсь алкоголизму в одиночестве, нахрена пришел? После двух кружек водки за последние десять минут я был пьян. Опирался спиной на дверной косяк и щурился на тусклый свет подъездной лампы. - Абсент принес. Я ждал, что он попробует войти, что будет оправдываться и объяснять, что взгрустнет, когда я его пошлю... А ему, кажется, было плевать. Он принес пойло и, кажется, собирался уходить. Если же это было напускное, то получалось у него просто великолепно. - Ты знаешь, что бывает, если смешать водку с абсентом? - Неа. Он смотрел на меня с неким любопытством, будто ожидая моих объяснений. И делая ставки, позову ли я его внутрь или нет. - И я не знаю. Идем проверим. Он улыбнулся, разглядывая порядок в моей квартире. - Даже представить не мог, что у тебя может быть так уютно, - комментирует он, усаживаясь на тот же кожаный диван, что и в первый раз. В этот раз будто спокойно и вальяжно. Вместо ответа я просто разбавил водку небольшим количеством абсента. Подумал, что могу запросто отравиться и облегчить папаше жизнь. Хмыкнул, опорожнил залпом, зажмурился от горькой горечи в горле и выдохнул, только немного остужая дыханием жар. Он поступил практически так же - только смешивал алкоголь у себя во рту, не глотая - сначала абсент, сверху - водка. Проглотил и поднес к губам рукав, сдерживая то ли стон, то ли рык от крепости полученного коктейля. Смотрю на него, хочу его и думаю, что завтра могу подохнуть. Или даже сегодня, судя по объемам забористого алкоголя на одну мою рожу. Я не помню, ел ли я что-то, - кажется, нет, - но как-то пофиг. Нечем будет тошнить, догонит быстрее, убьет тоже без лишнего промедления. Я хочу его, и думаю, что в абсенте тоже может быть яд. Я не знаю имени моего ежистого любовника, но он знает много чего обо мне. Он мог вернуться на место преступления. Он знал, где я живу. Он знал, где работаю. Это вполне мог быть он. - А ты любишь зеленый чай? - спрашиваю я его, выжигая затяжкой треть дорогой сигареты. - Ага, обожаю зеленый - чай, алкоголь, кактусы, - подмигивает он и снова тянется к горлышку абсента. Шутит или нет? Но пьет ведь вместе со мной. Или он вколол себе противоядие? Кажется, я стал параноиком. - Специально для тебя куплю зеленую смазку. Он смеется, запрокидывая голову на спинку и выгибаясь грудью. - Ты не поверишь, но сегодня во мне зеленая пробочка. - Сделай так, чтоб поверил. Не сразу понимает намек, но как только улавливает мысль - преображается. Радуется, игриво смотрит, закусывает губу, стаскивает пиджак рваными движениями и тянется к ремню. Глаженые стрелки на брюках мнутся, когда он стаскивает их на колени и тут же поворачивается ко мне задницей, становясь коленями на черную кожу и по кошачьи прогибаясь в спине. - Теперь веришь? Ложится грудью на кожаную спинку и ладонями разводит ягодицы. Не соврал - зеленая. Он ждет, что я подойду - и я не разочаровываю его. Становлюсь сзади, глажу узкие бедра и задираю рубашку, проскальзывая ладонями на худую спину. Толкается в меня, сводит руки за спиной, будто связывая несуществующей веревкой, шире расставляет ноги и часто дышит. Он заводит меня таким, безусловно. Но... Не сейчас. Ему придется потерпеть. - Я уже говорил, что сегодня не жду тебя, - отвечаю колко, звонко шлепаю по ягодице, оставляя отпечаток. Поднимаюсь, пошатываясь, и ухожу на кухню. Курю, зажигалка барахлит, беру спички, зажигаю с третьей попытки. Дым красиво поднимается вверх. Он заходит в кухню в одной рубашке. Ставит на стол две бутылки с отменным пойлом. Садится рядом. Проклятые яблоки. Он молчит. Я молчу. Он открывает форточку и теперь с нами молчит улица. Сквозняк пробегается по моим плечам, а ему и вовсе должно быть холодно. Тянется за абсентом и глушит его парой глубоких глотков. Смотрит в стену, снова вжимает запястье в губы, преодолевая обжигающий глоток. - Зачем пришел? На мою кухню. В мою жизнь. - Соскучился. Смотрит на меня едва ли не с вызовом. Выглядит совершенным мальчишкой. Ему хоть есть восемнадцать? - Ты выбрал самый паршивый день, чтобы вернуться. Как же я рад это слышать. Плевать, что я не из тех, за кем можно скучать. Этот идиот пришел, и пить в компании веселее, его яблоки сводят меня с ума, и в этой рубашке он такой привлекательный... Его глаза спрашивают: "Что случилось? Ты в порядке?". Но он молчит. Он пытается угадать, что нужно сделать, чтобы я не утратил к нему интерес. Чтобы возбудить меня. Чтобы усилить то единственное, что так крепко связывало нас - мою похоть. - Ты боишься высоты? Сглатывает. Прилагает усилие, чтобы не смотреть вниз. - Сегодня из этого окна чуть не выпала девушка. Она курила и пила чай, которым я ее угостил. Зеленый. Отравленный. Представляешь? Он внимательно слушает. Будто не верит, что я делюсь с ним чем-то своим, личным. Будто забыл, что я прилично пьян, и думает, что это взаправду. Думает, кем была эта девушка. Смотрит на меня своими глазами, и, кажется, больше мне ничего и не нужно. И все-таки, я пьян. Я пьянь. - Звучит как плохая шутка. Говори, говори еще, твой голос возбуждает меня. Тебе было бы достаточно телефонного звонка, чтобы я кончил. Говори. Назови меня по имени. Затяжка выходит слишком глубокой и я кашляю. Он снова оглядывает меня с беспокойством. - Она была так дорога тебе? - ему тяжело спрашивать. Для храбрости делает еще глоток абсента. - Не пей больше. Не повезу тебя в больницу - мало того, что их ненавижу, так уже был там сегодня. Нет. Она просто помогала мне убрать. Это случайность. - Ты хранишь для незваных гостей отравленный чай? - пытается смягчить разговор. Ему удается - я смеюсь. Едва ли не истерически. - Будешь задавать идиотские вопросы - залью тебе в глотку такой. Этот бред мне кажется бесконечно смешным. Он же будто радуется, что мне полегчало. - Замерзнешь совсем. Идем. Закрываю окно. Ставлю чайник. Где-то тут была неоткрытая банка подаренного кофе. Подарок коллег на какой-то там праздник. Или здесь тоже яд? Было бы смешно. Иду в комнату, достаю с комода плед, вручаю парню. - Подожди, я проверю статью на разворот и сладко тебя поимею. Пока можешь подрочить. Лучше залезь на диван с ногами, по полу гуляют сквозняки. Он удивляется еще больше, но буквально светится радостью, которую слишком плохо скрывает алкоголь. С головой погружаюсь в работу. Делаю звук громче. Дочитываю половину и голос ругаюсь, выписываю комментарии в блокнот, громко возмущаюсь и чувствую, как сквозь стойкое перегарище пробиваются яблоки и руки массируют мне плечи. Как хорошо. Как эти руки медленно разворачивают мое кресло. Как он наклоняется, чтобы поцеловать меня в шею, а сам расстегивает мои джинсы, как грациозно садится между моих ног. Как проводит языком по члену. Как жарко дышит на него и целует, обхватывает своим влажным и горячим ртом. Расслабляюсь, толкаюсь в него, насаживаю его голову на себя и только хмыкаю, когда тот давится и пытается расслабить горло. Он не умеет брать глубоко - но он первый начал, а я слишком хочу его. На экране статья,что требует еще правок. Порядок в комнате напоминает про сегодняшний инцидент. В комнате стоит перегар, солнце играет в полупустых бутылках с алкоголем. Его волосы немного длиннее положенного и спускаются на лицо, и пьяным движением я убираю их. Смотрит на меня, чуть склонив голову на бок, не переставая ласкать меня. Гладит ладонями мои ноги сквозь плотный джинс. - У тебя отлично получается отвлекать меня... от работы, - мне определенно нравится его минет. Похвала заводит его, вижу, как принимается вылизывать меня с еще большим усердием, как краснеют его щеки, и наслаждаюсь ним. Растекаюсь по креслу. Выгибаю голову назад, упираясь в мягкий подголовник. Кончаю. В податливые губы, что специально для меня сжимаются плотным кольцом. Смотрю, как облизывает губы и вытирает их рукавом рубашки. Наклоняюсь к нему и целую - легкий оттенок собственной спермы, которую он только что сглотнул, смешивается в его собственной слюной. Пробует сглотнуть, но я лишь настойчиво не даю сомкнуть челюсти. Мне нравится так. - Я рад, что ты пришел, - говорю это тихо, но не шепотом, глядя прямо в потемневшие медовые глаза. Прямая похвала смущает его, и он медлит с ответом - едва ли не впервые за все время не знает, что мне ответить. Я никогда бы не сказал подобного, выпей я меньше половины бутылки водки. Но я абсолютно пьян. Я несу ахинею. Я потом буду об этом жалеть. Может, уже жалею. Но уже сказал, и оправдываться сейчас было бы бесконечно глупо. - Подожди, осталось еще пол статьи. И я выполню свое обещание. Отстраняюсь и поворачиваюсь к монитору. Он поднимается и исчезает где-то за моей спиной. Слышу, как проседает диван. Не слышу, как он одевается. Думаю, что хорошо, что он не уходит. Пусть думает о чем хочет, пусть только сидит там. С ним хорошо. Снова ухожу в работу. Когда оборачиваюсь, диван пуст. Он ушел. Обхватываю руками голову. Бьюсь костяшками пальцев об стол. Как я не заметил? И решил, что он меня подождет? Я неудачник. Какой же я неудачник. Решил, что он и правда пришел ко мне. Сказал то, что нарушило гармонию нашей игры в безразличие. Я думаю, что больше он не вернется. Его вещей нет, обуви - тоже. Только абсент на самом дне. Я запиваю его водкой, падаю на диван - господи, как же кружится голова, насколько же она чугунная, - прячу ноги под одеяло и закрываю глаза. Даже думать больно. Сознание проваливается в сумрак.